Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
В театре Петра Фоменко - премьера. Музыкальный спектакль на стихи Бориса Рыжего поставил Юрий Буторин. Борис Рыжий родился в Свердловске, а умер уже в Екатеринбурге, в 2001 году; ему было всего 26 лет.

В стихах Бориса Рыжего можно расслышать множество цитат, обнаружить множество параллелей и книжных знаний, но они доступны восприятию любого человека, их легко выучить наизусть, у них есть общечеловеческий смысл, и он ничем не затуманен. Два года назад Алла Демидова читала их в эфире радио "Культура", а еще раньше Сергей Никитин начал исполнять написанные им на стихи Рыжего песни под гитару, и потом он же принес в театр сочинение, жанр которого определил как блюз-опера:

- Здесь это слово нужно понимать в расширенном смысле. Блюз - это когда хорошему человеку плохо. Это, прежде всего, состояние души. Вот, например, "позабыт-позаброшен с молодых, юных лет" - это тоже блюз, только наш.

Петр Наумович Фоменко оперой Никитина заинтересовался, но сам ставить не стал, предложил работу над материалом стажерам (с которыми сам делал "Сказки Арденского леса", музыкальный спектакль по шекспировской пьесе "Как вам это понравится"). Руководителем постановки назначили Евгения Каменьковича, а режиссером - Юрия Буторина, актера, сыгравшего роль Стивена Дедала в "Улиссе" Каменьковича. Кстати, в новый спектакль вошло стихотворение Рыжего "Иду, как по Дублину Джойс".

- Многие ребята сначала говорили: "Ну, Рыжий какой-то, непонятно что, про что там...", - вспоминает Юрий Буторин. - У нас все люди разного возраста, и не все пропитаны, наверное, этой ностальгией, которая, на мой взгляд, сквозит в его стихах, и что лично меня очень задело и зацепило - именно тоска по тем временам. Петр Наумович замечательную нашел фразу: "Как хорошо мы плохо жили". Каждое второе стихотворение - 80-е, пионеры, пионерские лагеря, бандиты начала 90-х. Но все равно все пропитано вот этой ностальгией.

* * *
В общем, добавили стихов и прозы, использовали фрагмент критического эссе Рыжего об актуальной поэзии, частично дописали музыку сами, местами переложили произведения Рыжего на мотивы различных шлягеров. Жанр спектакля - музыкальное путешествие из Екатеринбурга в Свердловск и обратно. И на театральной машине времени мы отправляемся в обратный путь. Мир населен проводниками, милиционерами, пионерами, тетками в халатах и с полотенцами на головах, тетками в облезлых мехах и с тюками в руках, торговцами, пьяницами, бандитами (они же - депутаты), лабухами, по вечерам играющими на танцплощадках. Есть еще зеленый змий, принявший человеческий облик и отчего-то похожий на Вертинского. И, конечно, мир населен поэтами.

Художник Владимир Максимов мастерски разыграл пространство старой маленькой сцены. В центре комнаты на поворотном круге расположен амфитеатр зрительских рядов. Круг вращается и застывает на тех остановках, которые памятны по стихам Бориса Рыжего. Мало того, что действие происходит перед нами и вокруг нас - оно к тому же развивается на нескольких уровнях, актеры перемещаются и по тому кругу, на котором сидят зрители, буквально наступая им на ноги, и по сцене, и по специально выстроенным крышам с балконами, и даже под потолком. В самом финале над нашими головами полетит человек в белом исподнем - так отлетает душа поэта...

В стихах Рыжего - "возможность плакать от чужого горя, любя, чужому счастью улыбаться". Два временных потока, столкнувшись в начале 90-х, образовали безжалостный к людям водоворот. Плохо было всем хорошим людям. Может быть, Рыжий повесился потому, что горя вокруг него стало больше, чем счастья...

По материалам программы "Поверх барьеров - Российский час".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG