Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Атаки клонов" не будет


Овечка Долли - первый официальный клон-животное.

Овечка Долли - первый официальный клон-животное.

На прошлой неделе Совет Федерации вслед за Государственной думой одобрил закон "О временном запрете на клонирование человека". Чем чревато клонирование людей и стоит ли сдерживать дальнейшее развитие науки с помощью таких искусственных барьеров? Об этом говорят эксперты в области генетики и эволюции.

Предыдущий мораторий на клонирование человеческой особи на территории России истек в июне 2007 года. Согласно новому документу, до вступления в силу федерального закона, который устанавливает порядок использования технологий клонирования человека, вновь вводится временный запрет на это действие, а также на ввоз и вывоз с территории России клонированных эмбрионов человека. В то же время российским ученым не запрещается клонировать стволовые клетки, органы для трансплантации и животных в научно-исследовательских целях.

Технология переноса ядра соматической клетки, более известная как клонирование, до сих пор является предметом серьезной дискуссии в обществе, поскольку вызывает массу этических, юридических и религиозных вопросов. Запрет на клонирование человека введен сегодня почти во всех странах – многие уверены, что человечество пока не готово к искусственному созданию и адекватному восприятию себе подобных, даже если его удастся осуществить. Кроме того, эксперименты на животных, официально начавшиеся в 1996 году с клонирования всемирно известной овечки Долли, показывают, что искусственно воссозданные особи получаются больными и только их потомство имеет шанс быть здоровым.
Возобновление этого моратория более чем через два года после того, как первый прекратил свое действие – это тоже кажется не очень осмысленным действием

По мнению Сергея Киселева, руководителя лаборатории генетических основ клеточных технологий Института общей генетики им. Вавилова Российской академии наук, подобные запреты на развитии науки положительно не сказываются:

– В любом случае, мораторий носит негативный эффект. Более того, возобновление этого моратория более чем через два года после того, как первый прекратил свое действие – это тоже кажется не очень осмысленным действием. Получается, что это бег за поездом, стоящим на месте, поскольку три года в России можно было клонировать кого угодно и что угодно.

Однако, по словам профессора Киселева, использовать трехлетнюю передышку для подпольного создания "армии клонов" России вряд ли удалось:

– На 99% ничего не было сделано. Потому что уровень развития науки и технологий (а клонирование – это больше технология) в России очень сильно страдает, в российской биологии, в частности. Именно поэтому биологические, биомедицинские науки не развиваются соответствующим образом. Мораторий в России касался только клонирования человека как целой, рожденной особи, то есть, это было то, что называется "репродуктивное клонирование". И он не касался того, что называется "терапевтическое клонирование". А важно именно создание развивающегося эмбриона человека, из которого до определенного времени можно получать так называемые эмбриональные стволовые клетки, а из них уже в дальнейшем – некие специализированные ткани, возможно, в далеком будущем даже какие-то органы. То есть, даже при существующем запрете терапевтическое клонирование в России является разрешенным.

Сергей Киселев уверен, что наибольшим недостатком в российской законодательной системе является отсутствие четких регуляций в вопросах клонирования человека:
Само по себе клонирование – либо человека, в виде терапевтического клонирования, либо животных - несомненно, прогрессивно и несет в себе всяческие дополнительные блага

– Наверное, можно тут взять пример с Англии, где специальным законом было разрешено терапевтическое клонирование, но чтобы выполнять подобные манипуляции, надо получать у государства лицензию. То есть это все поставлено под достаточно строгий и четкий контроль. Если будет учет и контроль, то, конечно же, это направление можно будет целенаправленно развивать. Потому что само по себе клонирование – либо человека, в виде терапевтического клонирования, либо животных - несомненно, прогрессивно и несет в себе всяческие дополнительные блага. Например, в области продуктов питания или восстановления исчезнувших видов животных. Ну и, конечно, все мечтают о некой стволовой клетке в виде универсальной "терапии от всего".

Алексей Северцев, заведующий кафедрой биологической эволюции биологического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова, уверен, что введение нового моратория на клонирование человека развитию российской науки в целом препятствовать не будет, поскольку ученым все-таки позволены эксперименты по терапевтическому клонированию и воспроизводству животных. Однако подобный запрет может негативно отразиться на медицинских исследованиях:

– Есть целый ряд заболеваний, от которых можно пытаться избавиться – насколько это будет эффективно, покажет только время и развитие этой области. Это в первую очередь целый ряд врожденных генетических заболеваний, начиная с синдрома Дауна и кончая целым рядом летальных мутаций. Но, конечно, этим заниматься надо под жестким контролем. Любые такие вещи чреваты, во-первых, жульничеством, когда страдающим людям выдают за успехи совершенно непроверенные вещи. А, во-вторых, поскольку генетическая изменчивость достаточно велика, пока не будет достигнута четкая адресность таких изменений, они могут быть опасными. Резюмирую: этим заниматься надо, но с осторожностью.

Эксперты сошлись во мнении о перспективности опытов по клонированию животных и генной модификации растений, поскольку они, в отличие от привычной селективной работы, занимавшей по 7-8 лет, позволяют достичь положительных результатов в значительно более сжатые сроки.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG