Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Помогут ли ядерные саммиты ядерной безопасности


Ирина Лагунина: На прошедшей неделе в Вашингтоне состоялся беспрецедентный ядерный саммит с участием 47 глав государств и правительств мира. Президент США Барак Обама высоко оценил его итоги. Пресса и многие члены Конгресса отнеслись к этой встрече более сдержанно. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Администрация Барака Обамы придавала саммиту по безопасности расщепляющихся материалов исключительное значение. Это было видно по количеству предварявших его брифингов высокопоставленных чиновников и информационных материалов, опубликованных Белым Домом. Вашингтон рассматривает встречу лидеров как важный шаг в реализации долгосрочного плана, оглашенного президентом Обамой год назад в Праге, конечная цель которого – мир без ядерного оружия. К саммиту была приурочена публикация Обзора ядерной политики США – документа, где сформулирован подход правительства Обамы к применению ядерного оружия. Это оружие остается инструментом сдерживания. Соединенные Штаты обязались не применять его против неядерных государств, соблюдающих режим нераспространения. Однако есть и категория стран, на которые не распространяется эта так называемая «отрицательная гарантия безопасности» - страны, не являющиеся участниками Договора о нераспространении ядерного оружия или не выполняющие свои обязательства по этому договору. В отношении этих стран, как сказано в Обзоре, «остается узкий диапазон непредвиденных вариантов, при которых американское ядерное оружие все же может сыграть определенную роль».
Открывая первое пленарное заседание саммита, Барак Обама кратко описал существующее положение вещей и изложил его задачи.

Барак Обама: Спустя два десятилетия после окончания “холодной войны” мы сталкиваемся с жестокой иронией истории – риск ядерного противостояния держав ушел в прошлое, но риск ядерного нападения возрос.
В десятках государств имеются ядерные материалы, которые могут быть проданы или украдены и использованы для создания ядерного оружия. Ничтожное количество плутония – величиной с яблоко – способно уничтожить и изувечить сотни тысяч ни в чем не повинных людей. Террористические сети, подобные “Аль-Каиде”, пытаются раздобыть материалы, чтобы изготовить ядерный боезаряд, и если им удастся, они, несомненно, пустят его в ход. Это будет иметь катастрофические последствия для всей планеты: огромное число людей погибнет, и делу глобального мира и стабильности будет нанесен тяжелый удар.

Владимир Абаринов: Президент США призвал партнеров принять программу согласованных совместных действий.

Барак Обама: У нас есть возможность в качестве отдельных государств принять конкретные меры для обеспечения охраны ядерных материалов в наших странах и борьбы с их незаконным оборотом и контрабандой. Этот вопрос будет центральным пунктом повестки дня текущего утреннего заседания.
У нас есть возможность укрепить Международное агентство по атомной энергии, предоставив ему все ресурсы и полномочия, в которых оно нуждается для выполнения своих функций. Этот вопрос будет центральным пунктом повестки дня нашего рабочего обеда.
У нас, у международного сообщества, есть возможность углубить сотрудничество и укрепить институты партнерства, призванные не допустить, чтобы ядерные материалы когда-либо попали в руки террористов. Этот вопрос будет центральным пунктом повестки дня заседания во второй половине дня.
Наконец, у нас есть возможность в качестве партнеров сделать так, чтобы достигнутый прогресс был не эфемерным достижением, а частью серьезной и непрерывной кампании.

Владимир Абаринов: Вечером Барак Обама подвел предварительные итоги первого дня работы.

Барак Обама: Утром я говорил, что сегодня у наших стран будет возможность взять на себя конкретные обязательства и предпринять реальные шаги - как на индивидуальной, так и на коллективной основе - по обеспечению безопасности ядерных материалов, чтобы они никогда не попадали в руки террористов, которые, несомненно, будут готовы пустить их в ход.
Сейчас, вечером, я могу вам сообщить, что мы воспользовались этой возможностью, и благодаря шагам, которые мы предприняли, – как на индивидуальном уровне государств, так и на уровне коллективном, – американский народ будет жить спокойнее и во всем мире станет безопаснее.

Владимир Абаринов: Вице-президент Джо Байден устроил в своей резиденции прием в честь глав делегаций и обратился к ним с речью.

Джо Байден: Хочется надеяться, все мы согласны в том, что наращивание запасов ядерного оружия или расширение круга государств, обладающих ядерным оружием, на нынешнем этапе мировой истории представляет собой самый что ни на есть неправильный подход, который поставит под угрозу все сообщество наций, если мы позволим ему стать реальностью.
Мы также, надеюсь, согласны в том, что контроль за ядерными материалами, годными для производства бомбы, в интересах всех и каждого из сидящих за этим столом и всех в мире вообще. Мы все знаем, что существуют экстремистские группы и негосударственные структуры, которые именно в этот момент стремятся раздобыть ядерные материалы, чтобы изготовить ядерную бомбу.
Сотни тонн ядерных материалов разбросаны по сорока с лишним странам, включая Соединенные Штаты Америки и многие из представленных здесь стран. Всего лишь 20 килограммов высокоочищенного плутония – заряд величиной меньше футбольного мяча – способны уничтожить центральные районы столиц всех наших стран и привести к гибели десятков, если не сотен тысяч людей. Так что все мы крайне заинтересованы в том, чтобы взять эти материалы под контроль.

Владимир Абаринов: По окончании второго и последнего дня работы саммита президент Обама созвал пресс-конференцию, открывшуюся его вступительным словом.

Барак Обама: Во-первых, мы сошлись во мнении, что угроза серьезна и предотвращение ее требует неотложных мер. Перед саммитом мнения расходились. Но за ужином вчера вечером и на протяжении всего дня сегодня мы выработали единое понимание риска, с которым мы сталкиваемся.
Сегодня мы провозглашаем, что ядерный терроризм является одной из главных угроз международной безопасности. Мы также сошлись на том, что самый эффективный способ не позволить террористам и преступникам приобрести ядерные материалы основан на прочной ядерной безопасности – защите ядерных материалов и предотвращении их незаконного оборота.
Во-вторых, меня очень радует, что все представленные здесь страны одобрили цель, которую я изложил год назад в Праге: в течение четырех лет взять под охрану все уязвимые ядерные материалы по всему миру. Это амбициозная цель, и мы не питаем иллюзий, что это будет легко. Но неотложный характер угрозы и катастрофические последствия хотя бы одного ядерного террористического акта требуют действий одновременно смелых и прагматичных. И этой цели можно добиться.
В-третьих, мы еще раз подтвердили, что на странах, в соответствии с их международными обязательствами, лежит фундаментальная ответственность – обеспечивать эффективную безопасность ядерных материалов и объектов, находящихся под нашим контролем. Это предполагает усиление национальных законов и правил и полное выполнение согласованных нами обязательств.
И в-четвертых, мы признали, что даже в случае выполнения нами наших национальных обязательств, страны, работающие в одиночку, не смогут противодействовать этой угрозе. Поэтому мы обязались принять последовательную, эффективную программу международного сотрудничества по вопросам национальной безопасности и призываем другие страны к нам присоединиться.

Владимир Абаринов: Однако журналистов волновали другие проблемы – в частности, удалось ли президенту договориться с коллегами из России и Китая о новых санкциях против Ирана?

- Насколько реалистичны, на ваш взгляд, ожидания, что согласие относительно санкций будет достигнуто в ближайшие недели, как вы рассчитываете?

Барак Обама: Полагаю, в Совете Безопасности имеется серьезное число стран, которые считают, что санкции нужны. Но я думаю, переговоры на эту тему будут трудными. И я собираюсь приложить все усилия к тому, чтобы санкции были достаточно суровыми, чтобы это были санкции, которые будут иметь последствия для Ирана и чтобы это было сделано своевременно.

Владимир Абаринов: Среди комментариев к итогам саммита преобладает сдержанный или скептический тон.
Одним из самых резких критиков стал видный политический обозреватель Чарльз Краутхаммер.

Чарльз Краутхаммер: Здесь есть нечто совершенно несоразмерное. Крупнейший форум мировых лидеров на американской земле после окончания мировой войны, когда была создана ООН, - и ради чего же они собрались? Предотвратить попадание ядерных материалов в руки террористов. Но две самые серьезные угрозы такого рода даже не обсуждались. Первая – это Иран. О котором наш собственный госдепартамент говорит, что это крупнейший в мире спонсор терроризма, который, как всем известно, разрабатывает ядерное оружие. Вторая – это Пакистан, который обогащает плутоний, и пока мы тут разговариваем, каждый день пополняет свои запасы. И хотя это дружественное государство, в нем действуют две антиправительственные группировки, оно нестабильно. Следует спросить себя: неужели главная проблема, о которой с такой помпой было объявлено, - это то, что теперь 86 килограммов высокообогащенного украинского урана находятся в безопасности? Не знаю, как вы, а я вполне могу спать, не беспокоясь об украинском уране. Если это то, что нас волнует, надо было собрать в Женеве экспертов для решения этого вопроса и дать подписать соглашение министрам. Но саммит такого масштаба, оставивший в стороне Иран и Пакистан, выглядит весьма странно.

Владимир Абаринов: Тем временем параллельно с саммитом в сенатском комитете по делам вооруженных сил прошло слушание о политике США в отношении Ирана. В числе прочих высокопоставленных чиновников в нем участвовал директор Разведывательного управления Министерства обороны генерал-лейтенант Рональд Бергесс. Отвечая на вопрос одного из законодателей, когда, по мнению разведсообщества, Иран может обзавестись собственным ядерным оружием, Бергесс дал ошеломляющий ответ.

Рональд Бергесс: Сэр, общий консенсус – не зная точное количество центрифуг и ко всем ли у нас есть доступ – речь идет об одном годе.

Владимир Абаринов: Не менее тревожным было и его заявление об успехах ракетной программы Ирана.

Рональд Бергесс: Иранцы продолжают развивать мощность ракетных систем, они улучшают не только дальность их полета, но и точность поражения. У них уже есть определенные возможности, но если другие решат им помочь, то они смогут совершить качественный скачок в развитии технологий, как они уже показали в ходе некоторых испытаний, вызвавших нашу озабоченность.

Владимир Абаринов: Другой участник слушания, заместитель государственного секретаря по политическим вопросам Уильям Бернс, заверил членов Конгресса, что администрация сделает все, что в ее силах, чтобы проект новой резолюции по Ирану был принят Советом Безопасности.

Уильям Бернс: Новая резолюция Совета Безопасности о санкциях – важный элемент нашей стратегии усиления давления, и мы намерены предпринять все возможное, чтобы попытаться добиться ее принятия, как сказал президент, в ближайшие недели, этой весной.

Владимир Абаринов: Однако эти заверения не произвели впечатления на сенатора Джона Маккейна.

Джон Маккейн: Мне будет интересно, сбудется ли ваше предсказание о том, что русские и китайцы согласятся на значимые санкции. Они годами водят нас за нос, так что мне любопытно, насколько оправдан ваш оптимизм. Я не вижу для него никаких оснований.

Владимир Абаринов: Джон Маккейн считает провалом иранскую политику Барака Обамы.

Джон Маккейн: Не стоит заблуждаться. Если Иран создаст ядерное оружие, то это произойдет не потому, что мы не смогли остановить его, а потому, что мы решили не останавливать его.

Владимир Абаринов: «Много шума из ничего», - гласит заголовок одной статьи, посвященной ядерному саммиту. Это, конечно, несправедливо. Необходимость решать иранскую проблему ни в коей мере не отменяет проблему сохранности расщепляющихся материалов. Но в общественном мнении США иранский вопрос имеет явный приоритет.
XS
SM
MD
LG