Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Историк Алекс Баттеруорт - об истоках международного терроризма


Нью-Йорк, 11 сентября 2001 года: результат одной из самых серьезных террористических атак за последние два века.

Нью-Йорк, 11 сентября 2001 года: результат одной из самых серьезных террористических атак за последние два века.

В Великобритании вышла книга историка Алекса Баттеруорта (Alex Butterworth) "Мир, которого никогда не было" (The World that Never Was). Это серьезное исследование зарождения и развития революционного движения в Европе и Америке и возникновения международного анархизма.

Публикация книги Алекса Баттеруорта о международном анархизме и терроризме именно в Британии очень симптоматична. Во второй половине ХIX века Соединенное Королевство было прибежищем для анархистов и революционеров всех мастей – точно так же, как в наше время оно стало убежищем для беглых российских олигархов и политических оппозиционеров. Страна, приютившая в разное время Герцена, Маркса и Ленина, как магнитом, притягивала в конце XIX века французских и испанских анархистов, а также русских революционеров.

В 90-е годы XIX века анархисты, устраивавшие теракты в разных странах, открыто собирались в лондонском клубе на Уиндмил-стрит. Когда в Англию прибыли 30 аргентинских анархистов, они промаршировали в свой клуб строем. Книга Баттеруорта начинается с собрания в октябре 1908 года в парижской квартире российского писателя и террориста Бориса Савинкова (позднее министра в правительстве Керенского). На собрании присутствовал знаменитый идеолог анархизма князь Кропоткин. Собравшиеся заслушали сообщение журналиста Владимира Бурцева о том, что главный российский террорист, глава боевой организации партии эсеров Евно Азеф является агентом полиции и провокатором. Речь сразу же зашла о его кураторе - начальнике заграничного отдела департамента полиции Петре Рачковском, который стал главным персонажем книги британского историка. Ему в книге посвящено несколько глав. Баттеруорт подробно рассказывает о том, как методы этого "гения российской охранки" по внедрению агентуры в революционные кружки и изощренная организация провокаций перенимались западной полицией, а также о том, как Рачковский искусно пользовался наивностью своих противников. Значительное место в книге посвящено разоблачению анархизма и большевизма, прикрывавших свои преступления (убийства, грабежи и насилие) политическим идеализмом. В интервью РС Алекс Баттеруорт так объясняет смысл названия своей книги:

- У названия "Мир, которого никогда не было" три значения. Во-первых, это утопический мир революционных визионеров, который они хотели создать, но который так и не возник. Второе значение - историко-литературное, связанное с идеей создать гигантский глобус величиной с Эйфелеву башню, который, по замыслу одного из идеологов анархизма географа Элизе Реклю, должен символизировать общность человечества и способствовать международной солидарности (в наше время это нашло отклик в идеологии защитников окружающей среды и в идее Интернета). И третий смысл названия – это миф, созданный пропагандой в связи с всемирным революционным заговором. Причем миф этот создавался обеими противоборствующими сторонам – как революционерами, так и боровшимися с ними международными спецслужбами.

Алекс Баттеруорт считает, что российский опыт борьбы с революционным подпольем в XIX и начале ХХ веков оказался малопригодным для Запада, но, тем не менее, полиция западных стран извлекла из него уроки.

- Остается открытым вопрос, какой форме терроризма принадлежит историческое первенство: террору российской "Народной воли" или фениев из "Ирландского революционного братства", боровшегося с британским государством. С одной стороны, у русских с ирландцами были определенные противоречия, но с другой, они учились друг у друга. Что же касается французской и британской полиции, то она не одобряла полицейскую тактику автократической России. Британия гордилась завоеваниями открытого либерального общества, хотя в ней и раздавались голоса о необходимости создания политической полиции, чем впоследствии стал особый отдел Скотленд-ярда. Думаю, что главный урок, который извлекла западная полиция из российского опыта, состоял в том, что жестокость подавления революционной деятельности может быть контрпродуктивна. На Западе полиция переняла кое-что и из тактики Петра Рачковского, который внедрял свою агентуру в революционные группировки и вербовал в них информаторов. Немалую роль в его практике играли и откровенные провокации. Он добился немалых успехов, достаточно назвать разгром типографии российских революционеров в Швейцарии, которым он руководил из Парижа.

Одной из особенностей российского революционного движения было наличие в нем большого числа женщин, чего не наблюдалось на Западе. Автор книги "Мир, которого никогда не было" объясняет это спецификой русского исторического развития и появлением в России европейски образованных женщин.

- Многие российские женщины получали образование за границей в духе идей европейского Просвещения. Часть из них вынуждена была изучать медицину только там, поскольку царский режим того времени препятствовал высшему женскому образованию. Это привело к появлению в России значительного числа образованных женщин, получивших представление о революционных идеях в Европе и распространявших их на родине. Это касается целого поколения российских женщин второй половины XIX века. Их появление пришлось на тот период революционного движения, когда "Народная воля" перешла к террору. И самое удивительное, что именно женщины нередко побуждали своих соратников-мужчин к активному терроризму.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG