Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Судьба поправки Джексона-Вэника на рассмотрении Конгресса США


Ирина Лагунина: Комитет нижней палаты Конгресса США по иностранным делам провел слушание о поправке Джексона-Вэника для России. Поправка была принята 36 лет назад с целью добиться от Советского Союза свободы выезда из страны. В настоящее время поправка в отношении России фактически не действует, однако юридически остается в силе. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Кремлевская пропаганда в свое время изображала авторов поправки о свободе эмиграции как злобных антисоветчиков и воинствующих сионистов, а единогласное принятие поправки обеими палатами Конгресса – как грубое вмешательство во внутренние дела СССР. Но сенатор Генри Джексон отнюдь не считал себя врагом Советского Союза. Вот отрывок из его выступления в январе 1974 года.

Генри Джексон: Я глубоко верю в то, что перед нами открывается уникальная возможность содействовать свободе. В самый мрачный час этого поединка не выбрасывают полотенце на ринг. Преимущество на нашей стороне. У нас величайшая в мире экономическая и политическая система. И я хочу, чтобы эта система использовала свой творческий потенциал и свои ресурсы для расширения зоны свободы хотя бы на самую малость, чтобы она приняла мою поправку, которая запоздала уже на четверть века. Это статья 13 Всеобщей декларации прав человека, принятой Организацией объединенных наций в 1948 году. Мне говорят: сенатор, вы все погубите своей поправкой. Но меня не одурачишь. Советский Союз испытывает огромные экономические трудности. Им необходимы наши одаренные люди, наши научные и технологические разработки, наша сельскохозяйственная продукция, а пуще всего им нужно, чтобы наш корпоративный бизнес навел порядок в их беспорядочной экономике. Я хочу им помочь. Я обеспечу Советскому Союзу экономическое содействие. Когда они приходят и просят о помощи, я считаю, мы имеем право потребовать – не ради самих себя, а ради всего человечества – чтобы они, наконец, выполнили принятую 25 лет назад 13-ю статью Всеобщей декларации прав человека, которая гласит, что человек имеет право свободно покинуть страну и свободно в нее вернуться.

Владимир Абаринов: Борис Ельцин однажды сказал, что в России каждый школьник знает, что такое поправка Джексона-Вэника. На самом деле даже не каждый американский законодатель знает, что это такое. Вот фрагмент интервью, которое конгрессмен Чарльз Вэник дал телеканалу C-SPAN в декабре 1990 года, когда президент Буш-старший объявил о своем намерении, по примеру Рональда Рейгана, приостановить действие поправки в отношении Советского Союза.

Чарльз Вэник: Поправка Джексона-Вэника принята в 1974 году. Подавляющее большинство членов Конгресса были глубоко обеспокоены тем, что граждане стран Восточной Европы и Советского Союза не имели возможности покинуть свои страны. Иммиграционные законы были очень жесткими, и это представляло весьма серьезную проблему. Поэтому в 1972 году сенатор Джексон и я начали работать над поправкой, и в 1974 она была подписана президентом и стала законом. Поправка гласит, что мы не будем предоставлять странам, осложняющим эмиграцию, статус, как это тогда называлось, наибольшего благоприятствования в торговле и возможности пользоваться преимуществами этого статуса – они будут платить более высокую пошлину на ввоз своих товаров в США. В отдельных случаях уровень таможенных тарифов был на 25-40 процентов выше обычных. Этот торговый режим будет действовать до тех пор, пока эти страны не изменят свою политику в области эмиграции. Это все, что говорится в законе. Другое положение закона ограничивало предоставление кредитов, в том числе Корпорацией товарного кредита. Наша цель состояла в том, чтобы оказать давление на эти страны. Страны с нерыночной экономикой – это главным образом коммунистические страны, их экономика централизована и контролируется правительством. Мы стремились заставить их гуманизировать свою эмиграционную политику. Позднее Конгресс стал толковать этот вопрос в расширительном смысле, в контексте прав человека в целом. Но первоначально текст поправки Джексона-Вэника говорил именно о праве на эмиграцию как об одном из прав человека.

Владимир Абаринов: Государственная Корпорация товарного кредита предоставляла займы на закупку сельхозпродукции, предназначенной на экспорт, по завышенным ценам. Для Советского Союза, закупавшего в США большие объемы зерновых, эта мера была особенно чувствительна.
По данным Белого Дома, за время действия поправки из Советского Союза и новых независимых государств, образовавшихся на его месте, выехали на постоянное жительство за границей 573 тысячи евреев, католиков и христиан других деноминаций. В настоящее время власти России не чинят никаких препятствий эмиграции. Администрация Обамы готова отменить действие поправки в отношении России. В рамках этой процедуры в Конгрессе прошло публичное слушание, сама тема которого была сформулирована так, что почти не оставляла сомнений в том, что поправка – явный анахронизм. Мероприятие называлось «Рекликт «холодной войны»: не пора ли отменить поправку Джексона-Вэника для России?» Почти все законодатели и эксперты соглашались, что пора. Вот что заявил, в частности, президент и исполнительный директор Американо-российского делового совета Эдвард Верона.

Эдвард Верона: Если обратиться к положениям Закона о торговле 1974 года, касающимся ограничений на эмиграцию из Советского Союза, то окажется, что главной причиной принятия поправки была ситуация, которая больше не имеет отношения к России. Более того: каждый президент США, начиная с 1994 года, приходил к выводу, что Россия исполняет требования поправки и приостанавливал ее действие в отношении России. Что касается другого условия поправки Джексона-Вэника, а именно – рыночной экономики, то я лишь замечу, что Соединенные Штаты официально признали Российскую Федерацию страной с рыночной экономикой в 2002 году. Сегодня трудно выступать в пользу сохранения поправки на основании ограничений на эмиграцию или отсутствия рыночной экономики. С другой стороны, становится все более очевидным, что дальнейшее применение этой поправки подрывает американские усилия, направленные на поощрение создания в России общества и экономики, основанных на власти закона.

Владимир Абаринов: Отмену поправки поддержал и Марк Левин – исполнительный директор Национального комитета по делам советского еврейства – организации, созданной в 1971 году и продолжающей следить за положением евреев на постсоветском пространстве.

Марк Левин: Г-н председатель, Национальный комитет по делам советского еврейства поддерживает прекращение в отношении Российской Федерации действия поправки Джексона-Вэника. Российская Федерация удовлетворяет требованиям поправки, и мы считаем, что администрация и Конгресс должны предпринять соответствующие шаги. Они будут иметь ключевое значение для России и для российско-американских отношений. Наша позиция основана на факте, который невозможно отрицать: Россия сегодня не препятствует эмиграции своих граждан. Этого права они были лишены в течение 74 лет советской власти.

Владимир Абаринов: Марк Левин также сообщил законодателям, что евреи в современной России пользуются полной свободой исповедовать религию предков и сохранять свои культурные ценности. Глава Национального комитета по делам советского еврейства назвал это «вторым рождением народа».
За отмену поправки высказался и Стивен Сестанович – бывший посол по особым поручениям и специальный советник госсекретаря Мэдлин Олбрайт по делам новых независимых государств, а ныне профессор Колумбийского университета и эксперт Совета по международным отношениям.

Стивен Сестанович: У поправки Джексона-Вэника славное и достойное прошлое, но cейчас она стала бесцельной и вводящей в заблуждение. Когда-то она была символом американской заботы о правах человека и способствовала эмиграции сотен тысяч людей. Сегодня она остается в силе по причинам, не имеющим ничего общего со свободой эмиграции, которая существует в России уже в течение ряда лет. Некоторые члены Конгресса полагают, что, оставляя поправку в силе, они способствуют продвижению американских товаров на российский рынок. Это превращение ключевого законодательного акта в области прав человека в инструмент торговли удручает многих, но обойти его невозможно. Сегодня поправку неизбежно впутывают в споры о мясе и птице.

Владимир Абаринов: «В прошлом вашей заботой было беспрепятственное передвижение людей, - заявил законодателям Стивен Сестаногвич. - Теперь это беспрепятственное передвижение мороженных кур».
И лишь один эксперт, журналист и старший научный сотрудник Гудзоновского института Дэвид Саттер, высказался против.

Дэвид Саттер: Будущее поправки Джексона-Вэника стало сегодня важным вопросом американо-российских отношений. Причина заключается в том, что США, провозгласив «перезагрузку» в этих отношениях, отказавшись от размещения объектов противоракетной обороны в Восточной Европе и решив не обращать внимания на нарушения прав человека в России, мало что получили взамен, и у них уже не осталось почти никакого способа продемонстрировать свою добрую волю. Сторонники отмены поправки указывают на то, что Россия последние 16 лет выполняет ее условия. Они утверждают, что нет никакого смысла оставлять в силе меру, которая достигла своей цели и сегодня лишь отравляет двусторонние отношения. Тем самым мы впадаем в чрезмерный буквализм. Это верно, что Россия сегодня разрешает свободную эмиграцию. Но поправка Джексона-Вэника никогда не устанавливала жесткой увязки между торговлей и эмиграцией. Противники поправки тогда были правы, доказывая, что торговля не имеет отношения к эмиграции. Цель поправки состояла в том, чтобы использовать экономическую мощь Соединенных Штатов для того, чтобы заставить Советский Союз уважать права человека. В этом отношении она далеко не устарела применительно к нынешней России.

Владимир Абаринов: В интервью Радио Свобода Дэвид Саттер заявил, что не удивлен своим одиночеством.

Дэвид Саттер: Да, настроения сейчас в пользу отмены поправки Джексона-Вэника в отношении России. Да и я, собственно, не против отмены. Но я считаю, что,
учитывая положение вещей в России, мы не должны делать вид, что там все нормально. Поправка принималась для того, чтобы принудить Россию уважать права человека, и ее по-прежнему можно использовать с этой целью.

Владимир Абаринов: В своих показаниях Конгрессу Дэвид Саттер говорил, что сохранение поправки отвечает интересам национальной безопасности США. Каким образом она связана с этими интересами?

Дэвид Саттер: У демократического режима в России не будет причин проявлять враждебность к Соединенным Штатам. Но режим, при котором небольшая группа присвоила власть и богатство и теперь боится собственного населения, - такой режим будет всегда стремиться найти внешнего врага, и лучший кандидат на эту роль – США.

Владимир Абаринов: Один из аргументов в пользу отмены поправки заключается в том, что свобода торговли влечет за собой демократизацию внутренней политики. Дэвид Саттер не согласен с этим мнением.

Дэвид Саттер: Не думаю, что это так, и китайский пример подтверждает, что это не так. Свободная торговля сама по себе не ведет к демократии. Она может вести в процветанию, это хорошая идея, но она не обязательно влечет за собой демократическое управление.

Владимир Абаринов: В конечном счете большому бизнесу безразлично, с каким политическим режимом он имеет дело – он готов сотрудничать с любым режимом, гарантирующим его права.

Дэвид Саттер: Да, совершенно верно. И он это делает. Нацистская Германия перед Второй мировой войной очень оживленно торговала со всем миром.

Владимир Абаринов: Дэвид Саттер положительно оценил инициативу сенатора Кардина, предложившего госдепартаменту ввести запрет на въезд в США лицам, причастным к смерти юриста Сергея Магнитского.

Дэвид Саттер: Я думаю, это очень важное и уместное предложение. Точно по той же причине, по какой важно принять какие-то меры в отношении должностных лиц, несущих ответственность за смерть Магнитского, - по той же причине лучше будет подождать с прекращением действия поправки Джексона-Вэника в отношении России. Ситуация в России такова, что подобный жест доброй воли просто не оправдан.

Владимир Абаринов: Дэвид Саттер согласен с тем, что в настоящее время поправка Джексона-Вэника в отношении России имеет чисто символическое значение. Но именно потому, что Москва так чувствительна к символам своего престижа, поправку и не следует отменять, считает Дэвид Саттер.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG