Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Иран сплотил Россию и США?


Генсек ООН Пан Ги Мун и советник Обамы Сьюзен Райс. В Совете безопасности мнение мирового сообщества по Ирану почти единодушно.

Генсек ООН Пан Ги Мун и советник Обамы Сьюзен Райс. В Совете безопасности мнение мирового сообщества по Ирану почти единодушно.

Дипломатический демарш Ирана, согласившегося передать часть своего урана Турции, лишь добавил Соединенным Штатам решимости как можно быстрее добиться введения новых санкций против Тегерана. Впервые в многолетней истории попыток нейтрализовать иранскую ядерную программу Россия не выступает оппонентом США в Совете безопасности.

Госсекретарь США Хиллари Клинтон заявила в Пекине, что Иран согласился на передачу некоторых своих запасов низкообогащенного урана Турции только для того, чтобы избежать новых санкций ООН. На самом деле, как считает Хиллари Клинтон, Иран не собирается отказываться от своих ядерных планов и поэтому вопрос о санкциях будет поставлен на голосование в Совете безопасности:

– Мы не верим в случайное совпадение, что Иран согласился с давно предлагавшейся декларацией в то время, как мы готовим принятие резолюции о санкциях ООН в Нью-Йорке. Мы заручились поддержкой и России, и Китая по вопросу о санкциях и продолжении давления на Иран, чего Тегеран пытается каким угодно способом не допустить.

Хиллари Клинтон сказала, что с Китаем удалось достигнуть договоренности по ряду деталей. Пекин возражал против введения эмбарго на финансово-экономическое сотрудничество с некоторыми иранскими компаниями и юридическими лицами.

– Вернемся назад, – говорит политический обозреватель Дэн Шор. – Более 40 лет продолжалась холодная война. Теоретически она могла перерасти в ядерную между США и Советским Союзом. Теперь угроза ядерной войны исходит от двух государств: Северной Кореи и Ирана. Обе страны готовы идти на любые провокации: потопление корабля другого государства или захват заложников, как это сделали иранские власти, арестовав трех заблудившихся американских альпинистов и обвинив их в шпионаже. Тегеран разрешил свидание арестованных с матерями, прибывшими для этого из Америки. Иранские власти устроили пропагандистский спектакль опять же ради того, чтобы слезами матерей оказать воздействие на американскую общественность, которая бы потребовала от Вашингтона договориться с Тегераном и не настаивать на санкциях.

Посол США в ООН Сьюзен Райс сообщила, что от членов Совета безопасности уже получены конструктивные предложения по тексту проекта резолюции. В проекте резолюции предлагается расширить эмбарго на торговлю оружием с Ираном, принять меры против нескольких иранских банков, связанных с Революционной гвардией и ядерной программой, потребовать от государств-членов ООН запретить Ирану добычу урана ни их территории и укрепить режим нераспространения баллистических технологий. Предлагается также установить более жесткие правила международного инспектирования грузов из Ирана или в Иран как в портах разных государств, так и в открытом море. В Вашингтоне надеются, что резолюция может быть одобрена уже в следующем месяце.

Между тем твердая решимость России подписаться под новыми санкциями против Ирана стала одним из самых заметных эпизодов кампании дипломатического нажима на Иран. Москва, провозглашавшая устами министра иностранных дел Сергея Лаврова право Тегерана на ядерную программу и заявлявшая, несмотря ни на что, о выполнении им требований МАГАТЭ, внезапно сменила тон. Настолько заметно, что 25 мая глава иранского атомного агентства призвал Россию как великую державу поддержать своего, как он выразился, честного и доброго соседа. Может ли заметная смена тона в Москве означать реальные изменения во внешней политике России, ее готовность к перезагрузке отношений с США? Известный американский специалист Дэвид Саттер сомневается:

– Дело в том, что Россия ощущает давление со стороны международного сообщества, обеспокоенного перспективой появления ядерного оружия у Ирана, да и она сама не может не осознавать, какую опасность для нее самой будет представлять ядерный Иран. С другой стороны, Москва знает, что предлагаемые санкции не настолько серьезны, чтобы нанести непоправимый ущерб иранскому режиму, с которым она тесно сотрудничает, и она предпочла согласиться с ними точно так, как она поддерживала прежние неэффективные резолюции против Ирана. Возможно, Тегеран опасается, что открыв дверь новым санкциям, Россия не сможет противостоять дальнейшему давлению и за ними последует еще один раунд санкций, и поэтому он публично обращается к России, боясь потерять редкого надежного союзника.

– Но если посмотреть на хронологию событий, то нынешняя позиция Москвы логично вытекает из заявления Дмитрия Медведева, сделанного прошлой осенью о том, что Россия поддержит попытки давления на Тегеран, если тот не будет сотрудничать с МАГАТЭ. Быть может, российский президент и политическая элита действительно изменили свои взгляды на Иран?

– Я думаю, президент Медведев лишь исправно ведет свою роль, роль либерала. Он, как хорошо известно, часто высказывает либеральные взгляды по разным вопросам, но эти взгляды, как правило, сильно расходятся с принципами официальной российской политики. Создается впечатление, что это делается лишь для того, чтобы ввести в заблуждение западное общественное мнение, поэтому я бы не уделял значительного внимания заявлениям Медведева. В данном случае Россия продолжает, как и прошлом, искать баланс между инстинктивным желанием патронировать своего клиента и нежеланием ссориться с Западом. Но чем более непримиримо будут вести себя иранцы, тем труднее ей будет поддерживать Иран.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG