Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Роль США как лидера мира неизменна. Но как ее обеспечить?


Ирина Лагунина: На прошлой неделе Белый Дом опубликовал новую стратегическую доктрину США. В соответствии с законом 1986 года президент обязан ежегодно представлять Конгрессу стратегию национальной безопасности своей администрации. Документ, направленный в Конгресс 27 мая, – первый, подготовленный администрацией Барака Обамы. Государственный секретарь Хиллари Клинтон выступила в вашингтонском Институте Брукингса с разъяснениями новой концепции. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: "Вот уже почти 10 лет наша страна ведет войну против широко раскинувшейся сети насилия и ненависти, - пишет президент Обама в предисловии к документу. - Несмотря на то, что война в Ираке подходит к концу, нашим вооруженным силам приходится расширять масштабы операций в Афганистане, чтобы вывести из строя, демонтировать и разгромить "Аль-Каиду" и ее подразделения. Это часть широкой многонациональной кампании, которая является праведной и справедливой, и мы не поколеблемся в решимости стоять на страже безопасности нашего народа, наших союзников и партнеров. Более того, перед лицом многочисленных угроз со стороны государств, негосударственных игроков и недееспособных государств мы намерены сохранять наше военное превосходство, которое на протяжении десятков лет обеспечивало безопасность нашей страны и служило опорой глобальной безопасности" (конец цитаты).
Вместе с тем, несмотря на такую грозную преамбулу, в доктрине Обамы приоритетное место отведено невоенным методам обеспечения безопасности. О них, главным образом, и шла речь в выступлении Хиллари Клинтон. Его предварил директор Института Брукингса, в прошлом первый заместитель госсекретаря в администрации Билла Клинтона Строб Тэлботт.

Строб Тэлботт: Этот документ, я полагаю, имеет особое значение. Те из нас, у кого была возможность бегло просмотреть его, считают, что это самая всесторонняя стратегия национальной безопасности из когда-либо разработанных. Она весьма примечательна тем, что делает акцент на геополитической важности экономики, а кроме того, на необходимости крепить старые союзы и строить новые партнерские отношения с растущими центрами силы, а также налаживать диалог с такими странами, как Иран и Сирия – не вопреки несовместимости интересов, не вопреки проблемам и опасностям, исходящим из этих стран, но именно вследствие этого. И наконец, отличительное свойство этого документа состоит в том, что он подчеркивает потребность в более активном и осмысленном соединении трех функций, которые
слишком часто рассматриваются изолированно друг от друга. Я имею в виду оборону, дипломатию и развитие.

Владимир Абаринов: Отличительная черта новой стратегии – тесная взаимосвязь внешней и внутренней политики.

Хиллари Клинтон: Это всесторонняя стратегия национальной безопасности, которая объединяет нашу мощь внутри страны, нашу обязанность обеспечить ее безопасность, нашу национальную оборону и нашу внешнюю политику. Говоря кратко, эта стратегия нацелена на укрепление и использование американского лидерства для продвижения наших национальных интересов
и решения общих проблем. Мы делаем это, несмотря на изменившийся и продолжающий меняться глобальный политический ландшафт и на полученное нами
сложное наследство в виде расстроенной экономики, падения доверия к нам в мире, международных институтов, деформированных под грузом системных
изменений, и многого другого. Наш подход состоит в том, чтобы создать разнообразные источники американской мощи у себя в стране и видоизменить глобальную систему так, чтобы она в большей мере способствовала осуществлению наших важнейших целей: безопасности, процветанию, популяризации и распространению наших ценностей, а также справедливому и устойчивому мировому порядку.

Владимир Абаринов: По словам Хиллари Клинтон, позиция мирового лидера остается единственно приемлемой для США ролью.

Хиллари Клинтон: Перед нами мир, в котором место великой державы занимает преимущественно одно государство. Однако в нем существуют и возникают и другие силовые центры. Пока еще речь не идет о конфликтах между этими центрами силы. Мы говорим о новых и сложных угрозах, которые побуждают нас взаимодействовать с другими игроками на международной арене – терроризме, распространении оружия массового уничтожения, изменение климата, безопасность киберпространства, энергетическая безопасность, и многое другое. Но у нас есть также огромные возможности, новые способы сотрудничества, новые ресурсы улучшить качество жизни и навести мосты взаимопонимания с помощью прессы и дипломатии. Силы интеграции и дезинтеграции соперничают друг с другом, и мы видим это каждый день. Наша задача состоит в том числе и в том, чтобы объяснять миру смысл американского лидерства сегодня и завтра и не смотреть слишком пристально в зеркало заднего обзора, потому что это мешает двигаться вперед. Таким образом, в современном мире американское лидерство востребовано не в меньшей, а в большей степени.

Владимир Абаринов: Как заявила госсекретарь, Вашингтон в своей внешней политике будет использовать весь имеющийся в его распоряжении инструментарий, и прежде всего, механизмы двустороннего взаимодействия в формате регулярного диалога.

Хиллари Клинтон: У нас есть планомерная стратегия партнерских отношений, которые способны помочь нам решать глобальные проблемы. Во-первых, это активизация и обновление наших союзнических связей. Несколько дней назад я вернулась из поездки в страны, которые являются нашими самыми твердыми союзниками - Японию и Южную Корею. Моим первым шагом на посту госсекретаря была активизация наших азиатских союзов. Нами многое сделано в этом направлении. Мы выстраиваем активный стратегический диалог с новыми центрами влияния. Знаете, к такой форме диалога, созданию формата переговоров для обсуждения широкого круга вопросов часто относятся скептически. А я стала его большим энтузиастом. Я думаю, что углубление нашего взаимодействия с ключевыми странами, такими как Россия, Китай, Индия и другие, дает нам лучшее понимание интересов этих стран. Наши партнеры тоже начинают видеть двусторонние отношения в более широкой перспективе, нежели тогда, когда диалог происходит лишь по какому-то чрезвычайному поводу, который приковывает к себе общее внимание. И мы видели, как только за прошедший год этот вид диалога помог нам в решении серьезных общих проблем. Но он также помог поддерживать наши отношения на полном ходу.

Владимир Абаринов: Отличительной особенностью новой стратегии должна стать ее эффективность.

Хиллари Клинтон: Это стратегия, нацеленная на результат. Мы постоянно спрашиваем себя: удалось ли нам внести ощутимый вклад в глобальный прогресс, укрепить безопасность, расширить зону процветания, способствовать продвижению универсальных ценностей, созданию справедливого и устойчивого мирового порядка? Или, если говорить более конкретно, удалось ли нам обеспечить сохранность расщепляющихся материалов? Ядерный саммит президента Обамы был необычайно важным историческим событием, потому что, впервые нации собрались вместе, чтобы говорить о проблеме, которая, по мнению каждого лидера, представляет главную угрозу для человечества, но которой мы отдавали должное лишь в случаях нарушений, однако не предпринимали никаких действий. Удалось ли нам улучшить материальные условия жизни людей посредством эффективных программ развития? Мы хотим отчитаться за свою работу. Мы считаем, что коль скоро мы просим американских налогоплательщиков заплатить за обучение в школе какого-то ребенка, мы должны предъявить результат.

Владимир Абаринов: Еще одна цитата из Барака Обамы: "В основе нашей стратегии лежит понимание того, что наша мощь и влияние за рубежом начинаются с тех шагов, которые мы предпринимаем у себя в стране. Мы должны развивать нашу экономику и снижать бюджетный дефицит. Мы должны учить наших детей, чтобы добиваться их конкурентоспособности в эпоху, когда знания являются капиталом, а рынок носит глобальный характер. Мы должны осваивать источники экологически чистой энергии, которая поможет создать новые отрасли промышленности и удовлетворить их энергетические потребности, освободить нас от зависимости от иностранной нефти и сохранить нашу планету. Мы должны идти по пути научных исследований, которые стимулируют открытия и ведут к чудесам, настолько же непредсказуемым сегодня, насколько столетие назад невозможно было представить себе поверхность луны и микросхемы. Иными словами, мы должны рассматривать инновационный потенциал США как основу для американского могущества".

Хиллари Клинтон: Возможно, самый важный вывод состоит в том, что Соединенные Штаты должны быть сильны дома, чтобы быть сильными за границей. Чтобы играть роль лидера, нам необходима уверенность. Нам нужны условия в своей собственной стране, которые позволят нам использовать как нашу силу, так и наше влияние. И я не думаю, что кого-нибудь удивит, если я скажу, что когда президент Обама вступил в должность в прошлом году, посреди такого опасного экономического кризиса, когда экономика Америки пребывала в ненадежном положении, перед нами стоял большой вопросительный знак. Что все это означает? Что собираются делать другие страны, пока американская экономика находятся в очень трудной ситуации? И я рада сообщить, что год спустя благодаря экономической политике, которая проводилась с одобрения Конгресса, несмотря на все политические колебания, мы сегодня оказались в гораздо более сильном экономическом положении, чем были, и это имеет значение. Это имеет значение в нашем общении с Китаем. Это имеет значение, когда мы пытаемся влиять на Россию. Это имеет значение, когда мы говорим с нашими союзниками в Европе. Это имеет значение, когда мы имеем дело с нашим собственным полушарием или когда мы думаем о том, что мы можем сделать, чтобы повлиять на события в Африке в позитивном плане. Таким образом, впервые стратегия национальной безопасности в такой мере связана с проблемами, с которыми мы сталкиваемся внутри страны.

Владимир Абаринов: Первый же вопрос Строба Тэлботта касался экономического положения США как фактора национальной безопасности.

Строб Тэлботт: Вы в значительной мере предвосхитили и отчасти даже ответили на этот вопрос, но дальнейший рост дефицита – не слишком приятное зрелище. В наших дискуссиях представители вооруженных сил говорят, что дефицит по крайней мере потенциально, а то и реально представляет собой крупнейшую угрозу национальной безопасности Соединенных Штатов. Когда вы общаетесь со странами, которые являются нашими союзниками и зависят от нас, выражают ли они беспокойство по этому поводу? А когда вы ведете переговоры с такой страной, как Китай, который является нашим крупнейшим кредитором, ощущаете ли вы, что для осуществления действительно умной силовой политики нам необходима уверенная финансовая сила?

Хиллари Клинтон: Ощущаю, Строб, и я думаю, что беспокойство, которое вы слышите от наших военных, совпадает с аналогичной озабоченностью наших гражданских политиков. Полагаю, президент в полной мере сознает долгосрочную угрозу нашей мощи внутри страны и на международной арене, которую создают бюджетный дефицит и долг. Другие страны в течение прошедшего года отодвигали эту заботу на второй план, потому что сами пытались выбраться из рецессии. Но теперь дискуссия вернулась к вопросу о том, как обеспечить долгосрочный устойчивый рост. Для меня лично это весьма болезненная тема. Никого из вас не удивит, если я скажу, что очень горжусь тем, что, когда мой муж закончил свой восьмилетний президентский срок, у нас был сбалансированный бюджет и бюджетный профицит. И это была не просто фискальная ловкость – это было ясное понимание того, что необходимо делать Соединенным Штатам, чтобы оставаться лидером в обозримом будущем, в XXI веке. Когда президент Обама приступил к работе, он унаследовал совершенно другую ситуацию. К сожалению, Барак Обама должен был принимать необходимые и трудные решения, и политически это было нелегко. Но мы не можем сохранять нынешний уровень бюджетного дефицита и национального долга, не теряя нашего влияния на международной арене и не стесняя себя в других средствах нашей внешней политики. Это нашло отражение в нашей стратегии национальной безопасности. Мы начали с того, что сделали сокращение бюджетного дефицита и контроль за национальным долгом одним из элементов стратегии и признали, что политически это весьма сложная задача.

Владимир Абаринов: "Величие Америки, - заключает Барак Обама свое предисловие к новой стратегической доктрине США, - не данность, место каждого поколения в истории – это вопрос, на который нет ответа. Но в горниле новых испытаний мы сознаем, что ответ на вопрос о нашем будущем придет не со стороны, он придет от нас самих. В начавшемся веке, чья траектория еще не ясна, Америка вновь готова повести других за собой".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG