Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
В преддверии чемпионата мира, который стартует в ЮАР 11 июня, позволю себе утверждение: футбол – как зубная боль: от него знают миллион лекарств и, тем не менее, болеют. Зато футбол несокрушимо стоит на первом месте в умах и сердцах болельщиков. Эта точка зрения принята всеми, кто имеет хоть какое-либо отношение к спорту.

Бытует мнение, что футбол не может обойтись без зрителей. Глу-пости! – вот что я вам скажу. Нет, разумеется, профессиональный футбол, в сфере которого сегодня ворочаются миллиарды долларов, без публики – ничто. Однако для футболистов, то есть для людей, гоняющих мячик по травке, притягательность этого занятия настолько велика, что и без зрителей футбол прекрасно мог бы существовать – правда, не в виде весьма прибыльно поставленного бизнеса и отлаженного всемирного футбольно-индустриального конвейера. Но не о нем речь, а о самой Игре.

Итак, играли ль вы когда-нибудь сами, все равно где – на лужайке, в школьном коридоре, в спортзале или на залитой водой от только что растаявшего снега "коробочке"? Смотрел ли кто на вас? Как правило, нет. И что же, борьба за мяч шла как-то не так? Нет, конечно. Забывали ли вы обо всем на свете, только бы загнать этот чертов пузырь в проклятущую рамку – неважно, что там у вас вместо ворот: проржавевший за зиму гандбольный каркас без сетки, сваленные в четыре кучи школьные портфели или просто две пары кривых деревьев на лужайке? О да, эти чувства, без сомнения знакомы многим. А если нет – поверьте на слово: так сходить с ума, так биться насмерть можно только на футболе. И пусть любители хоккея, баскетбола, волейбола и говорят, что и они испытывают подобные чувства. Не стану спорить, но все же, все же...

Почему же футбол называют спортом номер один?

Чтобы постараться объяснить это: нам придется прибегнуть к очень смелым допущениям. Не буду возражать, если мне скажут, что какие-то из них выглядят натянуто и неестественно – в конце концов, это лишь мое мнение. И вообще, жанр изначально неверен – философско-лирические обобщения мало популярны в среде болельщиков и футболистов. Так что я знаю, на что иду.

Итак, представьте себе, читатель, футбольное поле.

Огромное.

Зеленое.

Если стоять посередине – ворот уже почти и не видно. Тоненькие штанги почти сливаются с каким-нибудь фоном, не говоря уже о сетке – она аморфна и прозрачна, подобно воздуху.

Теперь представьте себе, как на траву легко шлепнулся мячик, по-прыгал по ней, остановился. Приник к земле.

А вот и человек. Футболист. Вот он подбегает к мячу, легонько толкает его ногой. Потом разбегается и бьет – и мяч долго-долго летит... парит над травой...

Пастораль какая-то!

А теперь всмотримся внимательно в эту идиллию.

Среди прочих игровых видов спорта нет более естественного и органичного, чем футбол. И точно так же естественно и органично выглядит человек в футболе. Это... это просто человек. На нем нет устрашающей маски-решетки и жутких наплечников, как в американском футболе. Он ходит по траве, а не режет лед коньками-бритвами, на нем нет шлема и сложной амуниции, искажающей естественные пропорции человеческого тела, как в хоккее. В руках у него нет странно изогнутого орудия труда – хоккейной клюшки или увесистой палки-биты, как в бейсболе. Кисти рук открыты, а не упрятаны в почти рыцарские перчатки, как в тех же хоккее и бейсболе. Те немногие щитки и наколенники, что все же есть на футболисте, скрыты от глаз, они практически сливаются с телом игрока. Человек предстает перед нами в своем естественном обличии, ну разве что одет немного.

Разве так бывает не всегда?

Тут, разумеется, любой мне возразит: а как же волейбол? гандбол? баскетбол? теннис? Там ведь тоже нет особых ухищрений в форме, нет лат и доспехов. А теннис – так и вообще почище футбола по части пасторальности, особенно Уимблдон, особенно когда обаятельные девчушки во всем белом элегантно "гасят" друг по другу желтыми молниями...

Согласен! Однако в этих видах спорта, по сравнению с футболом, есть нечто не вполне естественное, придуманное. А именно, цель игры и атрибуты ее достижения. Ворота и сетки.

Вот одно из первых допущений, о которых я предупреждал. Позвольте мне вернуться к футбольным воротам чуть позже. Запомним пока, что во время игры они не очень заметны.

Возьмем пока, к примеру, баскетбол, истинно американское изобретение. Щит, кольцо с сеткой, иначе говоря, корзина. Игра великанов, которые только и стремятся напихать побольше мячей в эту корзину. Руки тянутся вверх, а за ними и все тело. Вверх, вверх, выше, еще выше... Только бы выше всех! Только бы напихать побольше... Это же чистое воплощение прагматичнейшего из всех человеческих сообществ – человек, всех перепрыгивающий, больше всех напихивает в корзину и в результате побеждает! В баскетболе отчаянная тяга ввысь деформирует человека, а корзина без дна, в которую бесконечно наталкивают мячи-очки, деформирует его цели. Сравните ради смеха количество забитых мячей в футболе в течение одного матча и в остальных играх – и вы поймете, что из всех игр наименее прагматичной является футбол, в нем три мяча – уже крупный счет. А время игры между тем – побольше чем в иных играх. В футболе гол – редкость и ценность настолько большая, что его уже сложно рассматривать как просто результат матча, это выражение каких-то более глобальных вещей... А двух-трехзначные цифры счета баскетбольного поединка – просто-напросто символ безудержного накопительства. Да и корзина лишь навевает мысли о ее "по-требительской" тезке – это словно рыночная авоська – пихай туда, пока пихается...

Теперь волейбол. Отличная, смелая игра. Однако сетка, упрямо торчащая посреди площадки, очень уж нарочито разделяет игроков на два непримиримых лагеря. Да и коснуться ее не моги – тут же штраф! Общение с той стороной, с той группой людей происходит лишь на уровне нападающего удара – не рукой, так мячом достану! Не так ли совсем недавно, в годы холодной войны стояли друг против друга "потенциальные противники", войска которых практически не соприкасались? Это как двойной зоопарк: смотрят друг на друга через решетку, не в силах ее переступить... Назойливость сетки, ее страшная неестественность снимает всю природную гармонию волейбола. В этом смысле пляжная игра без сетки "в кружок" – наиболее близкий к футболу вид спорта, если бы не почти полное отсутствие движения. Прыг-скок... Да все на одном месте... Вокруг мяча – а побегать не очень-то удается. Отсутствие же движения, как известно, ведет к застою...

Ну, хорошо, скажут мне. А гандбол? Вот уж где бегают! Вот уж где форма преестественнейшая – трусы да майки! Вот уж где – об этом мы еще не говорили! – тип движения человека и его, так сказать, общения с мячом выглядит наиболее характерным для человека – игра руками проста и по-своему совершенна. Хватай мяч и бросай его в сетку – да не в корзину, а в ворота наподобие футбольных. Чем не полная гармония и не символ естества?

А мне вот не кажется, что движения гандболистов очень уж естественны. Тут все зависит от угла зрения. Дело в том, что, как это ни странно, активная работа рук... не очень-то характерна для прочей природы. Крамольная мысль? Ничуть. В сущности человек давно уже перестал быть частью природы, во всяком случае, той природы, которая существует как-то вдали от него. В этом сегодня – одна из трагедий человечества! С той минуты, когда человек научился работать руками, вся природа бесповоротно разделилась на две части: ту, что поддается человеку, и ту, что от него прямо не зависит, но сопротивляется его загребущим рукам.

Это я к чему? Да к тому, что когда гандболист хватает мяч в свои лапищи, очень уж беззащитным выглядит мячик. И хотя правила запрещают гандболисту (и баскетболисту) непрерывно держать мяч в руках, это предписанное ими непрерывное постукивание мячом об пол ("ведение") выглядит еще более издевательским способом общения с беззащитным мячом. Мол, я тебя выпускаю из своих цепких и длинных рук только для того, чтобы шлепнуть тобой об пол – а ты отскочишь и как миленький прилетишь мне обратно в руки. А ритмичное постукивание при этом – как размеренная и четкая работа механизмов. Такие отношения для мяча глубоко оскорбительны и унизительны!

Ну хорошо. А теннис?

О! Теннис! Спорт аристократов! Единственная игра, в которой зрителей просят молчать во время розыгрыша мяча. Ах, элита! Ах, беленькие костюмчики Уимблдона! Ах, крохотная молния-мячик, носящийся туда-сюда над... да-да, над сеткой, все той же, что и в волейболе, злополучной сеткой-разлучительницей! Почти идеальная модель мира, благородный тет-а-тет тенниса искажается сеткой так же безнадежно, как искажается образ мира, грубо и зримо схваченного за горло уверенной человеческой дланью. Но этого мало: существуют ракетки. Длани не хватает, придумано нечто, ее продолжающее, и одновременно продолжающее традиции сетки, прозрачное и почти незримое, как воздух, плотное и упругое, способное нанести сильный удар, странная субстанция-конструкция, благодаря которой мячик летит как угорелый... Да не унизит человек себя прикосновением к мячу! Мяч достоин лишь удара ракеткой.

Нет, нет, теннис – не герой нашего романа! Увы...

Хорошо, скажут мне. Возьмем тогда водное поло. В конце концов вода – наша прародина. Все мы вышли когда-то из моря-окияна. И жизнь наша – сплошная вода. И время наше течет, как река, и впадает в море-вечность, и... И вот бултыхаются в воде люди – не люди, рыбы – не рыбы, что-то непонятное... И от человека видны только головы в шапочках с выпуклыми образованиями вместо ушей. И руки, то и дело вырывающиеся из воды, словно бы к головам не имеют никакого отношения. А ног вообще не видно, хотя без ног эти существа мигом потонули бы. А мячик, плюхаясь по волнам, словно демонстрирует людям свое полное над ними превосходство. Он тут, он вечен, он не тонет. А люди – так... скопище брызг!..

Младший брат земного шара

Только давайте не будем говорить сейчас о боксе и легкой атлетике, лыжах и конном спорте, плавании, велосипеде и автогонках. Причина проста: в этих прекрасных и очень зрелищных видах спорта нет главного. Нет того, что делает спорт особенно привлекательным.

Нет мяча.

А что такое, в сущности, мяч?

Шарик.

Маленький глобус.

В конце концов, маленькая Земля.

Планета.

Мир.

Человеку свойственно играть. Homo Ludens (термин замечательного философа Йохана Хейзинги) – "Человек Играющий" – суть и смысл спорта. Так давайте же подумаем о том, почему игра с мячом во сто крат привлекательнее как зрелище, чем любая другая игра.

Да очень просто! Человек, играющий с подобием своей планеты, поневоле ощущает себя более чем Атлантом!

Атлант, бедолага, держит на себе Землю, сгибаясь под страшной тяжестью. "Натружены их спины, колени сведены..." А вот спортсмен, играющий с мячом – счастливец. Мячик-планета ему весьма послушен. Человек, бросающий мяч в небеса, ощущает себя не согбенным атлетом-Атлантом, но скорее Зевсом-громовержцем, молниями повелевающим. Посмотрите на баскетболиста – что он вытворяет с мячом! Посмотрите на гандболиста, когда он, распластавшись в воздухе, с полного замаха вонзает мяч в сетку. Посмотрите на теннисиста, который сильнейшим "смэшем" втыкает мяч в газон!..

Кстати, если поискать некую общую черту во всех этих типах взаимоотношений человека и мяча, мы легко ее отыщем. Это – неравенство. Или, точнее, неравноправие.

Ярко выраженный прагматизм в баскетболе. Ярко выраженная надмирность мяча в водном поло. Ограниченность мяча в гандболе. Надменность человека по отношению к мячу в теннисе.

А то еще вспомним регби и американский футбол. До чего извращенное понимание мира в этих видах спорта! Пропорции планеты искажены – эдакая дыня посреди потной и взмыленной людской кучи-малы... бр-р-р!

А то – гольф! Тоже удары по мячу палками-клюшками, да еще мячик непременно надо загнать в ямку-лунку, а попросту говоря – стереть его с лица земли!

А то – мотобол. Дым, треск, машинерия... Жуть! Воистину, это харя страшной экологической катастрофы, в которой задыхается несчастная планета – любой "зеленый" подтвердит!

Вернемся же скорее на футбольное поле и посмотрим на него чуть внимательнее.

Футбольная планетология

В сущности, игра с мячом только при помощи ног резко уравнивает в правах человека и мяч. Человек не может схватить мяч. Мяч может лишь прикоснуться к человеку, отскочить от него, а человек обречен вечно совершенствовать способы общения с мячом, его укрощения, которое в полной мере никогда не состоится. Недаром в футболе человек большую часть времени проводит без мяча. Жизнь мяча и футболиста протекают как бы сами по себе, изредка сталкиваясь и вновь расходясь. Мяч строптив. Он летает по своим собственным законам. Но человек упрям. Он старается постичь эти законы. Он изобретает дриблинг, при котором мяч, словно сам по себе, бежит рядом с человеком, обманывая противников как бы по своей воле. Человек изобретает удар "сухой лист", после которого мяч летит не по прямой, а по немыслимой дуге, словно нарушая все законы физики. Человек учится останавливать летящий мяч без отскока – и мяч порой словно "прилипает" к груди или к ноге игрока. Права человека и мяча практически равны. И это – без ограничительной и разделительной сетки посреди поля.

А теперь представим себе, что мы, стоя посреди поля, вдруг начинаем медленно подниматься ввысь. Огромный зеленый ковер остается внизу. Ворота почти не видны – они, кстати, находятся за пределами поля, вне игрового пространства. Мы видим только огромное поле и человечков на нем. Человечки на поле... Люди на траве. На земле. На Земле. На своей планете...

Попросту говоря, если мы поймем, что футбольное поле – это часть земной поверхности, земного шара, мы вдруг осознаем совсем иной – грандиозный! – смысл всего происходящего. В самом деле:

Огромная планета.

На ней – человек.

И этот человек играет маленькой моделью своей планеты.

Это же целая космогония!

Вспомним коротко все преимущества футбола: свобода передвижения (нет сетки), свобода от прагматизма (цель не очень видна, ворота далеки, большая часть времени проходит в вольном перемещении игроков и мяча по полю), примерное равноправие игроков и мяча, примерная пропорциональная сопоставимость размеров планеты, человека и мяча, естественность человека на поле.

В любой игре человек как-то моделирует, строит свой мир. Но только в футболе человек оказывается в таком пространстве игры, где моделируется нечто большее, чем просто способ существования. Человек здесь выходит за рамки быта, прагматизма, подчиненности. Человек словно становится соизмерим со Вселенной. При этом система взаимоотношений такова, что человек не является ни хозяином Вселенной, ни малой букашкой, "тварью дрожащей". Нет, он становится одной из свободных и равнозначных частей удивительно гармоничной системы мироздания: планета - человек - мяч. Это очень достойное и почетное место. Это звучит гордо, как говаривал классик.

Футбол почти в чистом виде дает нам возможность взглянуть на себя в мире и на мир в себе.

И надо признаться, что никто этой блестящей возможностью не пользуется. Как это регулярно бывает, придумав футбол, человек по-просту не понял, что же именно он придумал. А все очень просто. Мяч и планета – круглые, вернее, шарообразные. Шар – едва ли не самая гармоничная форма в нашем мире. И человек, на равных имеющий дело с шаром, сам того не замечая, стремится к гармонии. И сам становится гармоничнее. А человек, включенный в систему между двумя шарами – планетой и мячом – словно бы принимает на себя часть вселенской гармонии, и связь их становится неразделимой.

Оттого так тянет к себе футбол. Человек не придумал еще более совершенной системы мироздания. Прелесть этой системы еще и в том, что она активна, удивительно зрелищна и позволяет каждому в нее включиться, пусть даже и не понимая всей этой философии. Но, в конце концов, в распоряжении человека есть еще один предмет шарообразной формы – его собственная голова, с помощью которой он не только иногда играет в футбол, но и может осмыслить всю эту спортивно-философскую конструкцию...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG