Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему граждане перекрывают дороги (Петербург)


Татьяна Вольтская: В Петербурге и Ленинградской области на акциях протеста дороги перекрывали - в одних случаях, как в прошлогодней эпопее в Пикалево, это было эффективно. Как известно, на вертолете прилетел премьер-министр Путин и решил все проблемы. В других случаях - например, во время протестных акций торговцев Хасанского рынка - такого эффекта не было. Этой весной попытались перекрыть дорогу и защитники сквера на улице Ивана Фомина - наряду с пикетами ветеранов у Смольного. Трудно сказать, что возымело действие - но стройка на месте сквера была остановлена. Понятно, что перекрытие дорог в знак протеста не может нравиться властям, но к чему приведут запреты или ужесточения наказаний за такие действия? Люди перекрывать дороги не перестанут.

- Все равно будут перекрывать, наверное. А как?! Люди все равно будут делать так, как им хочется.

- Если людей доведут до белого каления, я думаю, также будут протестовать. А кто им запретить протестовать? Что значит, запретить протестовать? Бред!

Татьяна Вольтская: Ключевые слова здесь "до белого каления", считает психолог Игорь Добряков.

Игорь Добряков: Если люди находятся в остром стрессовом состоянии, то у них возникают различные способы справиться с этим состоянием. Один из очень неконструктивных способов – это найти врага и ему мстить. Если к этому человеку в этой ситуации относятся тоже как к врагу, то опять-таки это может привести к социально-неприемлемым формам протеста.

Татьяна Вольтская: Представитель петербургской законодательной власти, глава парламентской фракции КПРФ Владимир Дмитриев не ободряет разработанные Минтрансом поправки к закону, ужесточающие наказание за перекрытие дорог.

Владимир Дмитриев: Нам надо законодательную базу выстраивать так, чтобы хотя бы складывалось впечатление, что мы заботимся о своих людях. Это к закону о массовых демонстрациях, шествиях, митингах. Как раз надо повернуться здесь не спиной, а лицом к этим протестующим. Потому что, в общем-то, это вынужденная мера. Это делают люди, которые доведены уже до крайней точки кипения. Все административные ресурсы они исчерпали. Везде получили категорические "нет", закрытые двери кабинетов. И только тогда одна дорога уже на тракт. Перекрыли тракт, тогда хотя бы на тебя батюшка обратит внимание. Все это будет, кстати, вести к большему по серьезности последствиям, чем сейчас. Потому что люди будут осознанно выходить на этот протест, зная, что они серьезно нарушают законодательство. Им категорически запрещено это делать. А они идут, понимая, на что они идут. Здесь, мне кажется, вплоть до очень серьезных очагов возгорания может дело дойти.

Татьяна Вольтская: Если поправки к закону будут приняты в нынешнем виде, они не оправдают ожидания разработчиков, считает глава петербургской Ассоциации социологов Мария Мацкевич.

Мария Мацкевич: Силовые меры до какого-то момента могут действовать, но в конце концов недовольство только накапливается. И результатом этого могут быть совсем не только перекрытие дорог, а какие-то настоящие силовые действия. Представляется, что это будет иметь далеко идущие последствия, к сожалению, крайне неблагоприятные и противоположные тем, которые имели в виду разработчики такого законопроекта.

Татьяна Вольтская: Мотивы внесения законопроекта понятны, говорит лидер петербургского "Яблока" Максим Резник.

Максим Резник: Такая форма протеста участилась. Это и Петербургу было характерно. Предприниматели, которые боролись против закрытия Хасанского рынка, так действовали. Вот почему сейчас притормозили – это сложный вопрос. Здесь я могу только предположить, что, может быть, кто-то наверху кому-то сказал о том, что может быть это чересчур. А что будет дальше? Может быть, кто-то еще кому-то скажет, что это вполне нормально. И опять машина заработает. Как не закручивай гайки, все равно воздух свободы всегда найдет те щелочки, через которые пробьется. Вся история этому учит. Поэтому это бессмысленная абсолютно тактика. Она ни к чему не приведет. Это то же самое, что мочить террористов в сортире, а потом через 10 лет участились теракты в Москве.

Татьяна Вольтская: Так в Петербурге оценивают законодательную инициативу по ужесточению наказаний за перекрытия дорог.

Экспертное мнение

Юрий Болдырев, экономист и публицист: Что здесь можно сказать? Очевидно же, что режим бетонируется. При этом важно подчеркнуть, что запрет на какие-то акции, связанные с транспортной инфраструктурой происходит не вообще в стране, в которой есть другие способы канализации общественной энергии, а в стране, в которой референдум запрещен абсолютно, в которой ни по какому вопросу, на самом деле, люди просто собраться и принять решение путем прямого волеизъявления в принципе не могут. Надо понимать, что одно дело, если у людей есть такой метод, например, как в Швейцарии, тогда действительно можно вводить очень жесткие механизмы, очень жесткие кары за, например, перекрытие дорог. И совсем другое дело, когда у людей нет никакого другого способа. Людей выталкиваю. Это то, что они называют экстремизмом. Но их выталкивают туда.

XS
SM
MD
LG