Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мир 2030 года - без выбросов углекислого газа? Интервью с автором британского футурологического доклада


Кирилл Кобрин: Британский Центр альтернативных технологий опубликовал на днях отчет, озаглавленный “Как Британии избавиться от выброса углеводорода к 2030 году”. Документ передан на рассмотрение в парламент Соединенного Королевства; его будут изучать в Европейском союзе, в частности, в ряде организаций, занимающихся вопросами изменения климата и новыми энергетическими стратегиями. Ожидается, что предлагаемый план станет важным шагом на пути к уменьшению – а в идеале и к полному устранению – выброса газа в атмосферу планеты. Рассказывает наш корреспондент в Лондоне Анна Асланян:

Анна Асланян: Основные пункты отчета касаются новых подходов к энергообеспечению, которых следует придерживаться как производителям, так и потребителям. Авторы документа выделяют четыре основные направления. Во-первых, необходим переход к источникам обновляемой энергии – на место электростанций, сжигающих уголь и газ, придут ветряные, солнечные, гидростанции. Количество потребляемой нефти будет уменьшено за счет ограничения авиаперевозок, как пассажирских, так и грузовых. Еще одна мера, направленная на более разумное расходование энергии – модернизация помещений, в результате которой их станет легче отапливать. Наконец, необходима реформа сельского хозяйства – в ее рамках планируется выращивать продукты питания в стране, а не импортировать их из-за границы. Эту программу предполагается ввести не в отдельно взятой Британии, но во всем мире.
Подобное видение будущего, при всех своих привлекательных чертах, неспециалисту кажется несколько радужным. На вопросы о том, насколько реалистичен проект, и как его можно воплотить в жизнь, ответил его руководитель, сотрудник Центра альтернативных технологий Пол Аллен.

Пол Аллен: Да, мы отдаем себе отчет в том, что наши идеи, поскольку они нацелены на 2030 год, и должны быть футуристическими – речь, в конце концов, идет о будущем. Мы пытаемся сменить фокус политических взглядов, сделать их более дальнозоркими. Таким образом, вместо того, чтобы ограничиваться двумя-тремя, пятью годами, мы решили заглянуть на два десятилетия вперед. Вопрос, который мы себе задавали, таков: где нам следует оказаться к 2030 году? К чему, по мнению науки, нам нужно прийти? Это, разумеется, включает в себя оценку нашего нынешнего положения, а также – тех изменений, которые необходимо воплотить на практике, чтобы план оказался успешным. Реальность такова, что цели, стоящие перед всей планетой, весьма сложны, решение этих задач потребует больших усилий. Иначе невозможно достичь декарбонизации, удержать глобальное потепление, добиться климатической устойчивости. Пока нам не удалось этого достичь, не удалось прийти к какому-либо международному соглашению, которое помогло бы этих целей добиться. Я участвовал в конференциях по климату в Копенгагене, в Потсдаме – мне представляется, что весь мир, все промышленно развитые страны единодушны в одном: следует действовать, и действовать быстро, следует пойти по справедливому пути. Наш отчет предлагает именно такой сценарий, по которому этот справедливый путь будет проложен, по которому правительства всех этих держав смогут сотрудничать, и в результате будет достигнуто необходимое соглашение для большинства стран нашей планеты.

Анна Асланян: В отчете “Zero Carbon Britain 2030” используются результаты исследований, проведенных рядом британских университетов и компаний – строительных, транспортных, - тесно сотрудничающих с Центром альтернативных технологий. Расчеты эффективности обновляемых источников энергии ведутся давно; результаты их часто противоречивы: скажем, несколько лет назад было решено, что солнечные батареи – путь к прогрессу, и этим начали активно заниматься (несмотря на то, что климат Британии – не самый подходящий в этом отношении). В последнее время в местной прессе участились статьи о том, что электростанции, перерабатывающие энергию солнца, закрываются в силу своей низкой рентабельности - вырученных денег порой не хватает даже на зарплату персонала, занятого протиранием зеркальных поверхностей, которые в таких батареях используются.
Другая отрасль, по поводу которой сломано немало копий – атомная энергетика. В отчете она в качестве ключевого элемента программы не рассматривается. Пол Аллен объяснил свою позицию в данном вопросе.

Пол Аллен: Что касается атомной энергии, то, согласно нашему плану, существующие электростанции будут продолжать работать до конца своего производственного цикла. Однако наш сценарий будущего энергетики не предусматривает ввода в действие новых станций. Одна из причин этого решения состоит в том, что экономика атомной энергии – дело, мягко говоря, весьма неопределенное. К тому же, немалую роль тут играет безопасность в международных масштабах. Чтобы ее добиться, пришлось бы запретить ряду держав использование атомной энергии на основании того, что их мирные проекты связаны с программами по вооружению. Как хорошо известно, именно так дело обстоит во многих промышленно развитых странах– атомная энергетика и военная промышленность часто идут рука об руку, в чем, разумеется, присутствует определенная доля лицемерия. Роль атомной энергии в будущем исследовать необходимо; но мы решили остановиться на сценарии, который эту отрасль в себя не включает. Основания для этого у нас главным образом экономические.

Анна Асланян: Против экономических аргументов трудно возражать. Тем не менее, с точки зрения многих ученых, правительству необходимо увеличить субсидии на исследования в области термоядерного синтеза, поскольку это едва ли не единственный способ разрешить будущие проблемы. Если полагаться только на природные источники, то энергетический кризис неизбежен, и когда он грянет – лишь вопрос времени. Вот что думает по этому поводу Пол Аллен.

Пол Аллен: Если говорить об атомной энергетике, тут существует огромный исследовательский потенциал. Никак нельзя сказать, что на это в последние 30 лет выделялось недостаточно субсидий. Но следует помнить, что имеется программа по выведению атомных станций из эксплуатации, бюджет которой составляет 70-80 миллиардов фунтов, а реальных средств на это не хватает. Тем самым, в бюджете атомной энергетики образовалась своего рода черная дыра. Ведь на эту отрасль отводится львиная доля денег, которые тратятся на научные исследования в энергетике в целом. Ученые, работающие над термоядерным синтезом, разумеется, просят увеличить суммы грантов; но разве бывает по-другому? Кто из ученых когда-либо говорил, что у них достаточно средств на работу? При этом практических результатов не видно. Одним словом, подобная реакция меня не удивляет.

Анна Асланян: Еще один механизм, введенный Евросоюзом в 2005 году – эмиссионные сертификаты, которые выпускаются правительством в Брюсселе и могут использоваться участниками энергетической биржи в качестве рыночных инструментов. Каждая компания-производитель энергии получает определенную квоту по выбросу углекислого газа в атмосферу; за ее превышение накладывается штраф, избежать которого можно, купив нужное количество сертификатов на рынке – к примеру, у другой компании, производящей меньше СО2, чем положено. Возлагают ли авторы отчета надежду на этот процесс? Как они предлагают его модифицировать, чтобы добиться прекращения выброса в атмосферу углеводорода к 2030 году? Говорит Пол Аллен.

Пол Аллен: Главное, что необходимо для того, чтобы торги на рынке СО2-сертификатов имели нужный эффект, это введение ограничений сверху. Необходим предел, устанавливаемый в глобальном масштабе, на год или на определенную часть года. Парниковые эмиссии следует ограничить именно глобально. Все торги должны вестись на этой основе. Модели рынка эмиссий, механизмы его работы могут варьироваться, но важнейшей, неотъемлемой его чертой должен стать глобальный верхний предел. В отчете мы указываем основные направления, в которых необходимо вести работу, которые нужно развивать. Ситуация с рынком эмиссий такова: у разных стран существуют разные ограничения на выброс СО2. Следовательно, возможны трудности в достижении соглашения по глобальной цифре. Одна страна может предложить свой потолок и свой способ ему соответствовать; вполне вероятно, что в другой стране предложения будут другие. Это определяется и политический структурой, и культурными особенностями общества в том или ином государстве.

Анна Асланян: Все идеи, сформулированные авторами отчета, звучат достаточно разумно. Нельзя не согласиться с тем, что и более эффективное использование ископаемых ресурсов, и секвестрация углерода – процесс, позволяющий сократить содержание углекислого газа в атмосфере, и другие попытки компенсировать выбросы парниковых газов в атмосферу, включая посадку лесов – меры, которые могут лишь улучшить положение дел. И все же не совсем ясно, достаточно ли этих действий для того, чтобы кардинально изменить энергетическую ситуацию, в которой мир находится сегодня. Что, например, заставит обычную британскую семью, привыкшую питаться экспортными бананами и мясом, вволю пользоваться центральным отоплением и летать в отпуск несколько раз в год (благо авиабилеты зачастую можно купить по баснословно дешевым ценам), отказаться от подобного образа жизни? Пол Аллен, хотя и не преуменьшает серьезности этой проблемы, считает, что шансы на успешное выполнение плана “Zero Carbon Britain 2030” есть:

Пол Аллен: Единственный способ добиться успеха – реорганизация энергетического рынка. Необходимо сделать так, чтобы подлинная цена энергии сделалась очевидна для всех его участников. Как следствие, все те вещи, которые вы перечислили, станут стоить гораздо дороже, а значит, люди будут меньше ими пользоваться. Кроме того, мы уже говорили об эмиссионных ограничениях. Надо, чтобы они играли роль в жизни всех, чтобы каждый стремился этим ограничениям удовлетворять и, тем самым, не превышать установленный потолок расхода энергии. Данный потолок следует ввести, а затем постепенно уменьшать. Я отнюдь не хочу сказать, что это – простая задача. Наоборот, мы имеем дело с одной из сложнейших проблем, когда-либо перед нами возникавших – как перед нацией, так и перед всей планетой. Тем не менее, мало кто способен поспорить с тем, что решать ее необходимо. Дело тут не только в углекислом газе и связанном с ним изменением климата; не следует забывать еще и о том, что природные ресурсы не бесконечны. Добыча их уже достигла своего пика и теперь постепенно начинает угасать. Это успело произойти в ряде стран-энергопроизводителей, включая Великобританию. Здесь пик уже пройден, добыча ископаемых видов горючего, в том числе нефти и газа, будет постепенно уменьшаться. Эти данные были обнародованы еще в 2003 году. В свете этого нам необходимо изменить свое отношение к использованию природных ресурсов. Мы не собираемся полностью отказываться от ископаемых разновидностей топлива, но для нас жизненно важно использовать их гораздо более эффективными способами, проявлять в этом гораздо больше мудрости, гораздо сильнее сосредотачивать внимание на будущем.

Анна Асланян: На вопрос о том, как же все-таки произойдет сдвиг в сознании масс, Пол Аллен ответил, что для этого будут задействованы всевозможные экономические, политические и общественные факторы. Логика Центра альтернативных технологий такова: изменения происходят постоянно, важно уметь их инициировать и управлять ими. К примеру, еще пять лет назад курение в британских общественных помещениях – ресторанах, пабах, вагонах поездов – было обычным делом; теперь же, после введения запрета, люди привыкли к тому, что такая возможность для них закрыта. Не исключено, что рядовой потребитель смирится и с тем, что поездки на Большой Барьерный Риф и покупка в супермаркете черники, выращенной в Чили – роскошь, позволить которую он себе больше не в состоянии. В конце концов, до года, указанного в плане “Zero Carbon Britain 2030”, остается еще порядочно времени.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG