Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Из московского центра "Реставрационные мастерские имени Грабаря", пострадавшего накануне от пожара, до сих пор не разрешается эвакуировать музейные ценности. С места событий – корреспондент Радио Свобода.

Если смотреть со стороны улицы, здание мастерских выглядит не слишком пострадавшим. Целы не только стены, но даже почти все стекла в окнах. Полностью разрушена крыша и мансарда, где, помнится, проводились выставки отреставрированных музейных предметов. Однако неизвестно, что творится внутри здания, на которое вертолетами обрушивались тонны воды и которое, кроме того, столь обильно заливалось пеной из брандспойтов, что даже глубокой ночью, когда пожар уже несколько часов как был потушен, по окружающим улицам текли целые реки. Тогда же, ночью на вопрос погорельцев, нельзя ли уже сейчас заняться эвакуацией музейных ценностей, пожарные отвечали – нельзя, слишком высокая концентрация угарного газа. И добавляли устало – у нас и так уже два человека погибли. К утру добавилась еще одна угроза – обрушения конструкций. Спасти удалось лишь несколько десятков единиц хранения, вещи выносили через окно, покуда пожар не набрал полную силу. Все это означает, что сотрудникам самых разных музеев остается только уповать на то, что каким-то чудом сохранилось то, что было передано в здание на улице Радио на реставрацию.

Музейное сообщество пребывает в большой тревоге. Радуются только те, у кого в центре Грабаря не оказалось экспонатов, присланных на реставрацию. Они, конечно, сочувствуют коллегам, но с некоторым облегчением относятся к тому, что "их" вещи, бывшие в центре на реставрации, уже вернулись в родные стены. В частности, у Третьяковской галереи там ничего не находилось. Московский Пушкинский музей отправлял на реставрацию несколько вещей, но, как сообщили в пресс-службе этого музея, речь идет о "не слишком серьезных ценностях". Но, конечно, есть и куда более серьезные коллекции – например, древности из псковского и новгородского музеев-заповедников; их судьба неизвестна.

О величине ущерба говорить еще рано. Но можно предположить, что он будет серьезным.

– К сожалению, на момент пожара у нас там находились два памятника из отдела рукописей, – говорит главный хранитель Исторического музея Марина Чистякова. – И вот сейчас мы пытаемся выяснить их судьбу. Это рукописная книга на пергаменте "Лествица" Иоанна Лествичника и грамота Патриарха Иоасафа Второго. Я буквально несколько минут назад говорила с руководством мастерских; мне было сказано, что туда все еще никто не вошел, они ждут комиссию, чтобы туда войти.

В Музее древнерусского искусства имени Андрея Рублева ждут известий о судьбе своих четырех экспонатов. Но не меньше директор музея Геннадий Попов озабочен будущим самих Реставрационных мастерских:

– В стране ничего подобного нет. Научно-исследовательский реставрационный центр имени академика Грабаря ранее обслуживал все ранее союзные республики, а теперь – республики и области РФ. Это очень крупная научная и, главным образом, производственная структура... Заслуг у этой мастерской много, печалей тоже много: она неоднократно переезжала в разные места. И вроде бы было ощущение, что наконец на улице Радио все будет хорошо. Директор Владимиров был счастлив, потому что большое помещение...

Геннадий Попов недоумевает, как столь ценные мастерские оказались незащищенными от огня:

– Честно говоря, меня изумило, когда я услышал, что там перекрытия с деревом и пластиком. Все-таки деревянные конструкции в реставрационных мастерских и музейных помещениях нежелательны, либо это надо пропитывать... Экономия до добра никогда не доводит. Я думаю, что там какие-то просчеты были и в техническом обслуживании и в оборудовании пожарно-сигнализационном.

Уже по завершении нашего разговора с Геннадием Поповым пришло сообщение, что в хранилище мастерских специально созданная комиссия провела первичный осмотр. Как будто бы, находившиеся там, в самом низу, ценности не слишком пострадали

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG