Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Рахимов оставил после себя вторую Ингушетию. Почему русское население Башкирии уходит в радикальный ислам? Обсуждают Владимир Антипин и Сергей Орлов


Владимир Путин и глава республики Башкирия Муртаза Рахимов, 11 октября 2007

Владимир Путин и глава республики Башкирия Муртаза Рахимов, 11 октября 2007

Елена Рыковцева: «В последние годы за глухим информационным занавесом эта подозрительно спокойная республика превратилась в без пяти минут Киргизию. Преемнику Рахимова можно искренне посочувствовать: этому человеку придется столкнуться с таким количеством политических, социальных, религиозных противоречий, которые трудно будет распутать без кровопролития. Этот туго завязанный узел - результат политической стратегии клана Рахимова: превратить регион в бомбу, единственный предохранитель от которой находится в своих руках». Вот такой – крайне тревожный - вывод о положении дел в Башкирии сделал специальный корреспондент журнала «Русский репортер» Владимир Антипин. Его материал с весьма выразительным заголовком «Уфа замедленного действия» появится в журнале в самые ближайшие дни. А у наших слушателей уже сегодня есть возможность познакомиться с наблюдениями Владимира. В программе также принимает участие независимый журналист из Уфы, дипломант Премии имени Андрея Сахарова «Журналистика как поступок» Сергей Орлов. Сергей также написал много серьезных расследовательских материалов о ситуации в Башкирии.

И мы задаем вам вопрос, уважаемые слушатели: почему режим Рахимова сумел продержаться столько лет? Почему с ним мирилась кремлевская власть все эти годы?

Уважаемые коллеги, начну именно с имиджа благополучной, спокойной республики. Володя, вы несколько раз в своем материале употребляли эти слова, как бы для контраста: а вот что на самом деле в этом «тихом омуте» водится. Как удалось, казалось бы, в такой информационно раскованной стране, как Россия, где есть Интернет, где есть независимые газеты (будем на этом настаивать), Башкирии сохранять вот такой имидж, что «в Багдаде все спокойно» - в Уфе все спокойно?

Владимир Антипин: Да очень просто. Независимых журналистов в Башкирии практически нет. Наверное, Сергей – один из немногих. Поэтому вопрос лучше адресовать ему. Но вот за все время, которое я был в Башкирии, смотреть местное телевидение и читать местные газеты – это такое чувство, что я, на самом деле, где-то в 73-м году, в Советском Союзе. «Все хорошо, прекрасная маркиза». Причем на местном телевидении очень сильно любят критиковать сюжеты о Башкирии, которые выходят в последнее время в эфире центральных каналов. То есть сюжет показывают, но разбавляют его видеокомментариями «своих» людей.

Елена Рыковцева: «Все не так, ребята».

Владимир Антипин: «Москва опять соврала вот в этом и вот в этом». Смотрится очень смешно.

Елена Рыковцева: Травят Рахимова, «нашего отца» и так далее.

Владимир Антипин: Да, «отца» всех башкир.

Елена Рыковцева: Сергей, а вы как бы ответили на вопрос: почему Башкирии удавалось создавать образ стабильной республики все эти годы?

Сергей Орлов: «Тяжеловес» Рахимов, которого здесь некоторые пытаются называть «отцом Башкортостана», на мой взгляд, является «сыном Башкортостана», которого мы накачали своим терпением. И если говорить об аналогиях, я бы сравнил, скорее, не с Киргизией, а с Ингушетией. Башкирия с Киргизией действительно схожи в резком неприятии наследников бывших президентов: у обоих проблемы с законом, что у Урала Рахимова, что у Максима Бакиева, оба они скрываются за границей. Копиями также выглядят официальные президентские резиденции Рахимова и Бакиева. На этом совпадения, пожалуй, заканчиваются. Аналогия Башкирии с Ингушетией, где смена главы республики произошла по воле Москвы, без всяких революций, более верна. Оппозиция в обеих республиках оказалась сильной только в Интернете. В Уфе прославился сайт «Уфа ГубЪ» примерно так же, как в Ингушетии «Ingushetia.org» на родине. А дальше опять разночтения. Защищать наследие Зязикова прибыл гвардии полковник Евкуров, а к нам в аналогичном случае прислали из Москвы Рустэма Хамитова, внешностью и манерами похожего более на ученого-ботаника. И что из этого выйдет – посмотрим.

Елена Рыковцева:. Если вы уж сразу заговорили об аналогиях, дам абзац из материала Владимира Антипина: «В Аскинском районе Башкирии, по данным властей, в основном проживают башкиры, но говорят они по-татарски. Уже в Уфе нам объяснили, что республиканские чиновники считают их не настоящими башкирами. Почти как в Киргизии, где северные киргизы считают своих южных собратьев как бы не совсем полноценными, и наоборот. Параллель с происходящим в Киргизии в дальнейшем будет только усиливаться».

Владимир Антипин: Да, это самая простая параллель. Рахимов все эти 20 лет делал ставку только на так называемых южных и юго-восточных башкир, то есть откуда он родом. Также и Бакиев в Киргизии сделал ставку на свой южный клан, всех оттуда дергал, назначал на руководящие должности и опирался только на них. Здесь ситуация один в один.

Елена Рыковцева: И чтобы завершить тему того, почему удавалось Башкирии сохранять этот блистательный облик, приведу один пример из центральной прессы. Мне он показался очень смешным. Я посмотрела материалы о Башкирии в «Российской газете» последних двух месяцев. Ведь именно Владимир Антипин в своем материале сказал, что «Российская газета» взялась за Башкирию. И вдруг я с изумлением вижу ряд материалов о Башкирии крайне благополучных!

11 июня, материал в «Российской газете» называется «Слагаемые оптимизма». «Грамотная экономическая стратегия позволяет республике добиваться стабильных социальных показателей». И дальше идет праздничное интервью с Муртазой Губайдулловичем Рахимовым. Даже признаков нет того, что этот человек когда-нибудь оставит свой пост! «Обозначьте, - говорят ему, - пожалуйста, ключевые показатели развития республики». Он говорит: «По оценке минрегиона, республика находится в числе регионов, где антикризисные меры реализуются наиболее успешно». А дальше огромное количество достижений. Никакой критической реакции со стороны журналиста, задающего вопросы, это не получает. Новый вопрос: «Что для вас означает понятие «межнациональное содружество»?». Ответ: «Все, кто к нам приезжают, отмечают - в Башкортостане царят дружелюбие, терпимость и уважение друг к другу, готовность к диалогу и взаимообогащению культур».

Володя Антипин уже улыбается, потому что весь его материал как раз посвящен тому, к чему привела политика национализма, которую проводил Рахимов.

Здесь снова никаких реплик со стороны журналиста, все принимается за чистую монету. Наконец, Рахимов заявляет: «На днях мне на глаза попалась газетная статья, в которой были опубликованы результаты соцопросов о том, каков же уровень оптимизма в российских городах. Так вот, жители Уфы находятся на четвертом месте по уровню оптимизма после Москвы, Петербурга и Тюмени». И дальше он рассказывает, что в 2008 году полностью довольных жизнью уфимцев было 66%, в 2009 году их число увеличилось до 75%, а сейчас (внимание Сергея Орлова из Уфы!) количество довольных жизнью уфимцев составило уже 79%! «Вообще за последние 20 лет Башкортостан совершил колоссальный рывок в своем развитии».

Следующий материал о Башкирии в «Российской газете» - «Проверено кризисом»: «Выбранная Нефтекамским автозаводом стратегия развития производства подтвердила свою жизнеспособность». Следующий материал - «Призыв Салавата». Праздник в Башкирии. Опять же цитируется Рахимов, что Салават стал символом патриотизма, верности и дружбы народов разных национальностей.

И вдруг, как обухом по голове, 30 июня «Российская газета» публикует материал, который называется «Башкирский парадокс». После всего того замечательного праздника жизни, который царит в Башкирии, нам вдруг рассказывают, что «Республика Башкортостан обещает стать ареной крупнейших коррупционных скандалов, связанных с государственной собственностью». Нам говорят, что «идейным вдохновителем схемы отъема средств у государства был Раиль Сарбаев, правая рука Муртазы Рахимова». Нам заявляют, что «башкирские власти (а значит, и «семья») считают своей собственностью все, что расположено на территории республики», что они загребли пятое-двадцатое в свои руки. Вот вам пример. В одном прекрасном номере «Российской газеты» все перевернулось, и эта благополучная республика стала очагом коррупции.

Я привела список материалов только в одной газете, за один только месяц. Судя по словам Сергея Орлова, и центральное телевидение взялось разоблачать Башкирию. Видимо, была дана отмашка готовить отставку Рахимова центральной прессе, по-другому не объяснить, что прозрели журналисты как-то.

Владимир Антипин: Конечно, никто не прозрел. Команда подготовить общественное мнение к отставке Муртазы Губайдулловича Рахимова.

Елена Рыковцева: Сергей, а вас сложилось такое же ощущение, что молчали-молчали – и вдруг, здрасьте, глаза открылись?

Сергей Орлов: Если бы вы посмотрели «Российскую газету» год назад, июньский номер, вы были бы не менее удивлены. Ситуация почти аналогичная. Тогда был некий выпад Муртазы Рахимова по поводу...

Елена Рыковцева: «Единой России». Давайте напомним слушателям, что он раскритиковал руководство «Единой России» за «одобрямс», за отсутствие идей. В общем, был некий «модернизационный» выпад.

Сергей Орлов: Да, для феодала, какую репутацию имеет Рахимов. И буквально через пару дней вышел номер, по-моему, 9 или 12 июня, я сейчас точно не помню, и такая же разгромная статья была, примерно как в этот раз. И самое интересное, приезжает через пару дней после этого заместитель руководителя администрации Владислав Сурков знаменитый и говорит в микрофоны и под телекамеры, что Башкирия является примером для остальных регионов, создана модель развития оптимальная. Вот такие зигзаги, они не редкость, а скорее, правило в отношениях Москвы и Уфы.

Елена Рыковцева: Да, какие бы фортели он себе ни позволял, за него продолжали держаться. Немножечко наказывают, какой-то материал дают, а потом тут же гладят по голове – нужен.

Сергей Орлов: Да, именно так. Я, например, связываю выступление якобы против «Единой России» с тем, что сын Муртазы Рахимова долгое время был невыездным. И после этого выступления и приезда Суркова он вскоре покинул пределы Российской Федерации. И сейчас, по мнению многих изданий, проживает в Австрии.

Елена Рыковцева: То есть что-то удалось сдвинуть.

Сергей Орлов: Не просто так это было.

Елена Рыковцева: Понятно. А теперь я бы хотела перейти к главной теме нашего разговора, и это совершенно неожиданный поворот событий. Я напомню нашим слушателям, что в нашем эфире был заместитель главного редактора журнала «Русский репортер», который сказал, что «мы в редакции были потрясены тем материалом, который привез Владимир Антипин». Там говорится о том, что Муртаза Рахимов толкал республику, по крайней мере русскую часть населения республики, к ваххабизму своей национальной политикой! Об этом раньше не говорилось, об этом в русской прессе никто не писал.

Владимир Антипин: В Аскинском районе, где сейчас идет спецоперация по поимке боевиков, мы были единственными журналистами. Туда ни уфимские не приезжали, ни, тем более, московские. Район блокирован со стороны Пермского края и со стороны Свердловской области. Там натуральная войсковая операция проводится. С территории Башкирии – тишина, покой и благоденствие.

Елена Рыковцева: То есть там Ингушетия уже в чистом виде.

Владимир Антипин: Да. И народ настроен категорически против товарища Рахимова.

Елена Рыковцева: Как получилось, что люди пошли в боевики?

Владимир Антипин: Грубо говоря, если меня регулярно заставлять насильно изучать башкирский язык, который мне не нужен... Если бы это было добровольно – другое дело. Если я конкретно ограничен в своем карьерном росте, то есть я точно знаю, что поскольку я являюсь русским, то выше этой ступеньки не поднимусь, что мне остается делать?.. А тут появляются замечательные ваххабиты, которые толкают основную мысль: «Аллаху не важно, какой ты национальности». В том же Аскинском районе за год количество мусульман среди русских в 8 раз выросло. И это о чем-то говорит.

Елена Рыковцева: Вы пишете, что Рахимов опирается исключительно на башкир, причем не на всех, а только своих земляков с юга, как вам объясняли эксперты. «Подачками и должностями купил свой народ и превратил его в народ-паразит». И это повод для других народов чувствовать себя ущемленными.

Владимир Антипин: Вот что касается, например, татар, которые в республике вторая по численности национальность. По результатам последней переписи, количество проживающих в Башкирии татар уменьшилось на 10 или 12%. Именно на столько же процентов увеличилось количество башкир. То есть татар просто записывают башкирами! Заставляют отказаться от своих корней, от своей национальности: «Теперь ты башкир».

Елена Рыковцева: Он соглашается с этим, потому что его карьера только тогда может иметь какую-то перспективу. Так получается?

Владимир Антипин: Те, которым нужна карьера, соглашаются добровольно, а остальных насильно, их никто ни о чем не спрашивает.

Елена Рыковцева: Сергей, ваше мнение о национальной политике Муртазы Рахимова. Владимир пишет действительно страшные вещи.

Сергей Орлов: Я очень жалею, что не встретился в Уфе с Владимиром. Потому что я тоже считаю, что Башкирия – это мина замедленного действия именно в национальном вопросе. Как историк, написавший две исторические работы, вышедшие под грифом Академии наук в соседней республике, потому что здесь они просто не могли выйти, и здесь они запрещены к продаже, у меня тираж лежит, я могу сказать про корни этого явления. Башкирия, как республика, как регион, национальный, государственный субъект Федерации, была создана в 19-ом году, причем в марте – это разгар Гражданской войны. Когда Ленин переманивает башкир. Позиция Колчака: биться до конца с большевиками. А вопрос устройства, он второстепенный. Ленин же действует как политик, поэтому выигрывает. Он обещает башкирам республику и соглашается на те границы, которые они имели. И Башкирия была первоначально создана в горных районах, она представляла собой гораздо меньший регион с преимущественно компактным населением башкир. Вот то, что хотели националисты 19-го года, они от Ленина получили. До мельчайших деталей границы. А потом происходит следующее. Заканчивается война, и этот регион не может существовать - ни одного города, ни дорог железных, ни водных магистралей, фактически никакой инфраструктуры. Это была агитка «Красная Башкирия», и ее восхвалял Горький. И Ленин получил титул освободителя угнетенного народа. И не зная, что с ней делать, а там начался голод 21-22-ых годов знаменитый, ее присоединяют к Уфимской губернии, которая была цельным организмом уже давно, с XIX века. И не зная, как это подать, нельзя же было ее ликвидировать, ликвидируют Уфимскую губернию, называя Башкирией все присоединенную территорию. И это называется расширением границ. Таким образом, титульный народ оказался при своих 20% как бы хозяином большой территории.

Искусственная государственность, которая педалировалась Рахимовым, конечно, сейчас зашла в тупик и раздражает очень многих. В советское время все это гасилось, а сейчас мы подходим к такому времени, что, наверное, может дойти и до какого-то взрыва, и до референдума: нужна ли такая республика?

Елена Рыковцева: Вот мы говорим сейчас о том, что он создал государство в государстве, по сути. Как вы считаете, это было главной причиной того, что его все-таки сейчас убирают? Но ведь 17 лет! Значит, выгоден был. Почему сейчас это стало раздражать?

Владимир Антипин: Он и сейчас выгоден. Просто там физически начали стрелять и взрывать – вот это причина. А так бы он еще сидел.

Елена Рыковцева: Прочитаю сообщения, которые пришли на пейджер. «Режим Рахимова продержался 17 лет, потому что он был верен Кремлю», - пишет наш слушатель.

«Спустя несколько лет Башкирию уведет за собой мусульманский мир». Мы позже подробнее обсудим, уведет или не уведет.

«Режим Рахимова продержался так долго потому же, почему держится и режим в Чечне, режим в России – потому что они поддерживают одни и те же ценности – коррупцию, личную власть и личное обогащение», - это мнение Розы.

«Потому что мало кто знает башкирский язык. Трудно разобраться, что там делается», - это мнение Сергея Митрофанова из Москвы.

Владимир, а почему вы смеетесь?

Владимир Антипин: Если русские и татарские школьники с 1-2 классов учат башкирский язык, вряд ли я бы сказал, что они там его не понимают. Вот моя мать татарка, но даже я понимаю башкирский язык. Ничего сложного там нет.

Елена Рыковцева: «Лукашенко водил за нос наших умников больше 10 лет. Рахимов – «наш Лукашенко».

«Наверное, все-таки потому, - пишут слушатели, - что башкиры полностью находятся под «Единой Россией», силовиками и чекистами. Люди мыслящие давно уехали. И хотя республика небогатая, Кремлю и Белому дому отстегивали столько, сколько нужно».

«Наблюдение за ситуацией в Башкирии вызывает двойственные чувства. С одной стороны, нельзя не поддержать борьбу башкир за независимость, с другой – бывший и будущий президенты должны знать, что только с опорой на народ Башкирия обретет независимость. Не нужно президентам противопоставлять себя народу», - пишет Владимир Киселев

И Дмитрий пишет: «Белорусы, украинцы, татары, башкиры, мордва. Нельзя было единую страну делить на национальные территории. «Спасибо» Ленину за дележку. Между прочим, Сталин был категорически против этого, видимо, предвидя национальную грызню и развал единой России, что и произошло в будущем». Дмитрий, ну, еще не произошло. Нет, пока держится Российская Федерация.

Чтобы перейти к теме исламизации республики, поднятой одним из наших слушателей, представлю вам очень серьезный материал Сергея Орлова под названием «Глубокое воодушевление». Вот его начало: «В Башкирии случился великий скандал. Деньги, собранные всем миром на строительство в Уфе самой большой мечети в России, оказались разворованы еще на стадии заложения фундамента. Сначала с огороженной территории исчезла техника, потом рассосались рабочие, последним ушел сторож с собакой. И органы власти захлестнула волна жалоб от возмущенных благотворителей». А дальше интереснейшие вещи рассказывает Сергей: во-первых, кто были главными «благотворителями», во-вторых, почему башкирский народ, казалось бы, основной вкладчик в эту мечеть, не особенно-то поучаствовал в этом мероприятии. Сергей, кто был главным спонсором этого строительства?

Сергей Орлов: Уральская металлургическая компания (УГМК), которой были отданы предприятия на юго-востоке республики горнодобывающие в аренду, в оперативное управление. И они, согласно договору, должны были выплачивать ежегодно 150 миллионов - на социальные нужды, на сохранение инфраструктуры, поддержку дорог и так далее. Именно на эти деньги и строилась мечеть. Это главный спонсор, а еще нефтедобывающие предприятия. Вместо того, чтобы направлять эти деньги по адресу – на социальные нужды, эти деньги было решено вгрохать в памятник. И самое удивительное, а я писал в прокуратуру, но все это бесполезно, эта мечеть строится (вы не поверите!) в данный момент Раилем Сарбаевым, премьер-министром. Он сейчас возглавил попечительский совет.

Елена Рыковцева: Вот что пишется в материале Сергея: «Новая стройка прочно вошла в доклады, отчеты и послания Муртазы Рахимова, как БАМ в речи генерального секретаря КПСС. Своим наличием и размахом она подтверждала верность курса президента, крепко взявшего в свои руки заботу о благе народа в 90-х годах прошлого века». И очень интересная параллель возникает с материалом Владимира Антипина. Он-то пишет об обратной ситуации. Расскажите.

Владимир Антипин: В микрорайоне Сипайлово муфтий Хамза Галлямов на личные средства, так как он коммерсант, торговлей занимается, построил мечеть. И отказался платить так называемые «откаты» за согласование чиновникам из городской администрации Уфы. Он даже фамилии мне назвал, кто и сколько у него вымогает. Он сказал: «Я принципиально денег давать не буду, потому что делаю богоугодное дело. Людям помогать готов, а вам взятку не дам». В итоге несколько решений суда уже было. Мечеть признана незаконным строением, ее собираются сносить.

Елена Рыковцева: Называется «большая любовь» к исламу. Если говорить о статистической принадлежности к исламу башкирского населения, то и Сергей Орлов пишет, что не особенно-то.. Сергей, вы написали, что такая рекламная, агитационная кампания была в прессе по части сбора средств. Однако напрасно взывали к народу с этими лозунгами, потому что не так уж религиозен этот народ и не так уж он рвется строить эти мечети. Правильно я вас поняла?

Сергей Орлов: Я еще обращаю внимание на то, что (я иронизирую, конечно) строители, строя самую большую мечеть в России в Уфе, упустили тот факт, что в Уфе большинство населения является русским, 50 с лишним процентов. Получается, что это памятник самому себе.

Елена Рыковцева: И они хотят от этих людей получить взнос на строительство мечети.

Сергей Орлов: Вот именно!

Елена Рыковцева: Марина Николаевна из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Вот вы говорите, почему Рахимов так долго продержался. Он очень мало продержался, потому что возраст мешал. Потому что сам Рахимов – это становой хребет нашей власти. Он очень устраивает нашу власть. У него высший орден нашего государства – «За заслуги перед Отечеством» I степени. Он очень нужен нашему государству. И вот сейчас они, конечно, увидели, что он ослаб, поэтому вынуждены вовремя сменить его. А такие, как Рахимовы, Кадыровы, - это основной хребет нашей власти. Это мое мнение.

Елена Рыковцева: Сергей, если бы он был помоложе, продолжало бы все это устраивать Кремль, вся эта ситуация?

Сергей Орлов: Если бы это все продолжалось, то точно был бы Бишкек. Потому что уже температура нагрелась, и мне кажется, мы бы дошли до этого.

Елена Рыковцева: То есть все-таки не возраст. Даже если был бы помоложе, его бы убрали, чтобы предотвратить...

Сергей Орлов: Прошла череда возбуждения, чего раньше никогда не было, за экстремизм в Интернете, было возбуждено несколько уголовных дел накануне. Ну, это показатель роста напряженности, и другими способами невозможно с ним бороться, а только уголовными делами или канализировать протестные настроения в обществе.

Владимир Антипин: Просто он перестал контролировать то, что происходит в республике. Есть у него Союз башкирской молодежи, в котором были военизированные лагеря. Там учили взрывному делу, рукопашному бою, истории башкирского народа и так далее. И вот эти трое боевиков, которые сейчас минировали магистральный газопровод, которые расстреляли два поста ДПС, они все выпускники этого лагеря, только их перехватили ваххабиты. Их обучили на бюджетные деньги воевать и убивать, партизанским действиям, но мозги нормально не могли прочистить. Их просто перехватили ваххабиты. Они все трое ездили работать на вахте в Новый Уренгой. Там в мечети им прочистили мозги, они вернулись, сожгли все фотографии. Сначала налетели, чтобы завладеть оружием, на пост ДПС в Пермском крае, одного милиционера убили, сожгли машину, забрали все оружие, которое было, а после этого пошли минировать под Бирском газопровод.

Елена Рыковцева: «Тихая» Башкирия. Игорь из Краснодара, здравствуйте. Ваша версия, почему так долго держался товарищ Рахимов?

Слушатель: Здравствуйте. Уважаемые гости, у меня вопрос к вам. Не помнит ли кто-нибудь из вас, сколько процентов на прошлых парламентских выборах в Башкирии получила «Единая Россия»?

Сергей Орлов: Процентов 90.

Елена Рыковцева: А почему не 190?

Сергей Орлов: Видимо, поосторожничали. После истории с фальшивыми бюллетенями, а я был участником, я наблюдал эту историю, когда оппоненты президента Рахимова по выборам, из команды Веремеенко, окружили живой цепью типографию при президенте республики, в которой печатались фальшивые бюллетени. И открытые цифры из прессы: 800 тысяч бюллетеней было нашлепано. И это дело сейчас замято. И кто после этого пойдет на выборы? Это все сейчас рисуют на бумаге.

Елена Рыковцева: Послушаем Анатолия из Татарстана. Здравствуйте, Анатолий.

Слушатель: Здравствуйте. Я жил в Киргизии и в Узбекистане. Везде по Советскому Союзу одинаковые президенты сидят. А Рахимов ничем не отличается ни от Шаймиева, ни от Кадырова, ни от путинского режима. Страна полностью преступная. И вот эти мелкие царьки выгодны Москве. Я Медведева смотрел, он его наградил за то, что он раскручивает межнациональные отношения, хотят довести, чтобы было как в Киргизии. Это выгодно Москве, чтобы татар с башкирами... И это все под страхом делается. Под страхом идут записываться в башкиры. Что киргизы, что башкиры – это одно и то же.

Елена Рыковцева: Анатолий, не думаю, что Москве выгоден конфликт, который там раздувается. Не думаю, что Москве нужна «внутренняя Киргизия».

Владимир Антипин: Они уже получили «внутреннюю Киргизию». Уже назад отыграть невозможно.

Елена Рыковцева: Они уже получили, но не хотят они ее, наверное.

Владимир Антипин: Башкирам можно националистические организации, русским нельзя. Это защитная реакция русского народа – уход в ислам радикальный, во-первых, от насильственной «башкиризации», а во-вторых, от практически официального запрета Москвы и Федерации на русские националистические организации. Пусть бы они лучше с хоругвями ходили, чем сейчас они в лесу будут бегать. Уже перекинулось на Пермский край, на Челябинскую область. Спецоперация войсковая по задержанию лидера башкирских боевиков в Челябинске проходила, он туда убежал. Они начали расползаться. До этого в Оренбурге задерживали. Шли четверо боевиков, семь человек убили по дороге. Про это мало кто говорит.

Поэтому я считаю, если бы до такой эскалации конфликта не дошло, сидел бы сейчас Муртаза Губайдуллович и дальше, и на следующий срок был бы переназначен. Потому что реально он всем устраивал. Но когда в центре России появляются непонятные, неконтролируемые никем вооруженные люди, по территории республики, по которой проходят три магистральных газопровода... Которые, слава Богу, 10 июля не успели рвануть, заложили взрывное устройство в 5 килограммов тротила. Там бы снесло город Бирск до основания. А потом из-за отсутствия газа в Европе России выставили бы «шоколадный» счет.

Елена Рыковцева: И вот новый человек пришел. Посмотрим, на что он способен. Аркадий из Москвы: «Рахимов, конечно, был наш сукин сын, но подросли еще более «наши». То есть это уже о новом лидере. Родион из Германии: «Ельцин развалил страну, отбросил многие регионы на десятилетия назад. Башкирия превратилась в феодальное общество, а Рахимов стал племенным вождем. То, что сейчас стало возможным без крови его сменить, говорит о том, что Башкирия возвращается к более цивилизованному обществу». Родион связывает, наверное, свои надежды с новым лидером республики.

Сергей, расскажите нам, что за человек? Сумеет ли он переломить политику этого клана или он просто плавно вольется, впишется в этот клан, будет «новый Рахимов»?

Сергей Орлов: Я сошлюсь на данные голосования в Интернете, на популярном уфимском сайте независимом, который называется «Уфимский журнал». Сейчас это самое крупное общественно-политическое издание в Башкирии. Вот такой был вопрос: «Какая кандидатура на смену Рахимова вас устраивает?». Там были Сарбаев, Хабиров и Хамитов. Вот Хамитов получил 20%. 40% проголосовали – «меня не устраивают предложенные варианты». То есть около половины проголосовали, что их не устраивают.

Елена Рыковцева: А 20% - это все-таки первое место из тех фамилий?

Сергей Орлов: Нет, это второе место после Хабирова.

Елена Рыковцева: То есть люди ничего особенного с ним не связывают?

Сергей Орлов: Он когда-то здесь работал, уехал в Москву, работал там. Как политик он абсолютно неизвестен, и как уже отмечают, не наделен, видимо, волевыми качествами характера, которые могут от него здесь потребоваться, и наверняка потребуются. Конечно, Бауманский институт, высшее техническое заведение России, говорит о многом, но ведь здесь, возможно, потребуется проявить характер в такой сложной ситуации. И предсказывать, как будут развиваться события, довольно трудно. Потому что народ к выбору не имеет никакого отношения. То есть была бы воля Москвы - и можно было бы поставить любого вместо Рахимова, кроме Хамитова. Ну, может быть, чуть больше недовольства, чуть меньше.

Поэтому говорить, что люди хотят... Можно только исходить из голосования. Но никто из предложенных их не устраивает.

Елена Рыковцева: А своего не предлагают. Очень интересно!

Сергей Орлов: Нет лидера. И главная причина того, что Рахимов так долго просидел, - это апатия населения как в целом по России, так и в Башкирии.

Елена Рыковцева: Полина Ивановна из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я собралась ехать в монастырь Уфимской епархии, в село Бугабаш. Не опасно ли туда ехать? Там чудотворная икона глаза лечит, а у меня плохо со зрением.

Владимир Антипин: Ехать туда абсолютно неопасно, потому что те, кто бегает по лесам, они так же, как в Дагестане и Ингушетии, воюют с представителями власти, а не с населением. И это большая опасность, на самом деле. Они стреляют в милиционеров и так далее. Но к населению они не лезут.

Елена Рыковцева: Владимир, вы там были, естественно, до назначения нового лидера. Вот в разговорах, которые велись вокруг, кто обсуждался, и обсуждался ли вообще?

Владимир Антипин: Веремеенко. И он бы выиграл прошлые выборы у Рахимова, если бы Кремль его не попросил «слиться».

Елена Рыковцева: Да, мы помним эту историю яркую.

Владимир Антипин: Даже если бы его сейчас назначили, он бы большинством населения все равно воспринимался как избранный, потому что объективно он выиграл прошлые выборы.

Елена Рыковцева: Надежда из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Товарищ бросил такую реплику, что в Башкирии никто не был предложен в качестве альтернативной кандидатуры из народа. Как и в России. Инертные башкиры и россияне в целом. Так у нас отбили охоту быть инициативными, когда нас обманывают, когда на выборах – единственное место, где мы можем выразить свою волю, - ложь и фальсификации. Конечно, в таких условиях дураками не хочется быть, которых водят за нос.

Сергей Орлов: Притом, что не предлагают своего, и такой человек не появился, очень сильная антипатия к Рахимову, которая перекинулась уже и на башкир в целом. Вот такой парадокс.

Елена Рыковцева: Я бы не стала даже по количественным показателям ставить Россию и Башкирию, другую часть России, на одну доску, потому что все-таки в Москве за «Единую Россию» голосуют не 90%, а чуть поменьше. Есть ведь ощущение, что вы перемещаетесь в другую эпоху, назад, когда приезжаете в Башкирию?

Владимир Антипин: Сколько мы по Башкирии ездили, нас почему-то везде пытались заставить зарегистрироваться у главы местной администрации. Типа: получите визу в Башкирию, как журналист.

Елена Рыковцева: Да что вы!

Владимир Антипин: Я ни в Ингушетии, ни в Чечне такого не видел.

Елена Рыковцева: Сергей, вы считаете, что все эти факты о ваххабитах, бандитах, и так далее, вот то, что написал Владимир, сознательно замалчивает пресса местная или просто не знает об этом?

Сергей Орлов: Приведу в пример случай известный. В одном райцентре сгорела церковь православная, и 10 дней об этом писали только независимые интернет-СМИ, а официальная пресса молчала. Потом поймали бомжа и выставили его крайним. И только через несколько лет, буквально недавно прошла информация осторожная, что ФСБ раскрыло крупную ячейку «Хизб ут-Тахрир».

Елена Рыковцева: Мы завершим на этом «Час прессы». Будем следить за ситуацией, смотреть, что получается у нового президента.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG