Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Авторские проекты

Кокаин для нужд войны


Кокаин был в ходу на всех фронтах Первой мировой

Кокаин был в ходу на всех фронтах Первой мировой

В Нидерландах во время Первой мировой войны работала крупнейшая в мире фабрика по производству кокаина, продукцию которой соблюдающее нейтралитет королевство с одинаковым успехом поставляло как странам Антанты, так и Германии, а те использовали наркотики для превращения своих солдат в бесстрашных и бесчеловечных роботов. К такому выводу в результате многолетней исследовательской работы пришла голландская писательница Конни Браам (Conny Braam). В Нидерландах вышел ее исторический роман "Коммивояжер Нидерландской кокаиновой фабрики" (De handelsreiziger van de Nederlandsche Cocaïne Fabriek).

– Сюжет романа разворачивается на фоне деятельности Нидерландской кокаиновой фабрики, - рассказывает Конни Браам. - Коммивояжер фабрики, молодой человек по имени Люсьен Хиршланд, занимается сбытом кокаина во время Первой мировой войны. Это активный молодой человек, который мечтает приобрести "харлей" и красивый автомобиль последней модели. Он заключает сделки с крупными фармацевтическими компаниями из Англии, Германии, Франции, Канады. Все эти страны в военное время закупают у него кокаин огромными партиями, но он не задумывается, как препарат будет использован…

Роман Конни Браам основан на малоизвестных и малоприятных страницах нидерландской истории. Сама автор признается, что, раскапывая очередные исторические подробности, испытала глубокий стыд за свою страну:

– У меня сразу вызвал недобрые подозрения тот факт, что фабрика производила кокаин в больших количествах, в то время как основным его предназначением было обезболивание при мелких медицинских вмешательствах – в кабинете окулиста или дантиста. И всё это во время масштабной войны. Очевидно, что под действием кокаина солдат превращается в идеальную военную машину: он теряет страх, не чувствует голода и усталости, легко поддается внушению – в том числе ненависти к противнику. В ходе исследования я не верила своим глазам. Не может быть, чтобы кокаин, произведенный в Амстердаме, использовали, посылая на смерть этих бедных мальчиков, – а мы знаем, что погибали тогда миллионами. И я с головой погрузилась в исторические документы, раскапывала эту историю в течение двух лет; в итоге пришла к выводу, что это – правда. Нидерланды, которые в ходе Первой мировой войны соблюдали нейтралитет, поставляли кокаин и англичанам, и немцам, и французам, и бельгийцам, и канадцам, и американцам. Вот откуда и бурный рост производства фабрики, и ее непомерные доходы…

Нидерландская кокаиновая фабрика была основана в 1900 году Колониальным Банком, который занимался импортом кофе, чая и листьев коки. Последнее растение в ту пору было в моде: Зигмунд Фрейд написал свою "Über Coca", экспериментировали с кокаином и другие ученые. Голландцы, со свойственной им предпринимательской жилкой, не упустили момента. Саженцы коки были срочно вывезены из Боливии на голландский колониальный остров Ява и отлично прижились там, полностью подорвав боливийский экспорт. Как выяснилось, из яванских листьев получался кокаин высочайшего качества.

– Я наделила своего главного героя обычными для того времени убеждениями, что кокаин – это ничего особенного, входит в состав кока-колы. Однако на фабрике и в нидерландском правительстве отлично знали, что кокаин – это невероятно опасный стимулятор, и что это – грязный товар…

Еще один центральный персонаж книги – английский рядовой Робин Райдер, изуродованный снарядом под бельгийским Ипром; война превращает Райдера в наркомана. В своем исследовании Конни Браам пришла к выводу, что кокаин среди солдат распределялся через медчасти. В траншеях было бы неудобно вдыхать кокаиновый порошок через нос, поэтому в Великобритании, например, на фирме Burroughs Wellcome & Co из нидерландского сырья было налажено производство таблеток. В книге приводится фотоснимок пузырька с таблетками под названием Forced March ("Ускоренный марш"). На этикетке надпись: "Ослабляет чувство голода и усиливает выносливость". Эти пузырьки некоторое время даже продавались в фешенебельном лондонском универмаге Harrods и рекламировались как идеальный подарок отцу или брату на фронте, рассказала Браам в эфире нидерландской телепрограммы Pauw & Witteman:

– Фармацевтические компании вообще не хотят говорить на эту тему. Я и не надеялась найти прямые источники из самой Нидерландской кокаиновой фабрики. Я стала искать документы на стороне получателей и корреспондентов фабрики, и в архивах нашла немало страниц переписки фабрики с голландскими министерствами.

Имена держателей акций фабрики держались в секрете, однако не исключено, что среди них были и представители королевской семьи. Этот факт Браам принципиально не расследовала:

– Одним из косвенных доказательств моей теории являются многочисленные публикации о том, что после Первой мировой войны особенно остро стояла проблема кокаинозависимых солдат. Британская пресса в частности сообщала о целых группах солдат, которые устраивали разбойные нападения на аптеки; а в одной из районных берлинских больниц после войны на учете стояли сразу десять тысяч солдат-наркоманов. Та же проблема – в Австрии, в Канаде, в США. Однако с 1928 года на территории Нидерландов вступил в силу так называемый "Опиумный закон", и торговля кокаином стала очень строго регулироваться. При этом Нидерландская кокаиновая фабрика продолжала активно работать – теперь уже на медицинские нужды целой армии наркозависимых, которые вышли из окопов…

Менеджеры фабрики, продолжает Браам, не утратили вкуса к беспринципной коммерции и в ходе Второй мировой. С 1942 года здесь производили эфедрин (в современном мире лучше известен его синететический аналог – амфетамин). Так как Нидерланды в то время уже были оккупированы, поставки американцам наладить не удалось, и эфедрин приобретала для своих солдат армия Третьего Рейха.

Роль наркотиков в обеих мировых войнах еще не до конца изучена историками. Некоторые рецензенты считают, что, несмотря на тщательно проделанную исследовательскую работу, Конни Браам ошибается в оценке возможного числа наркозависимых солдат. В романе речь идет о сотнях тысяч таких солдат, и воображение рисует целые окопы, полные пьяных от голландского кокаина рядовых. Даже если это было и так, стоит напомнить, что в масштабах Первой мировой войны с ее многомиллионными армиями, сотни тысяч – сравнительно небольшое число: количество погибших в Первой мировой войне -почти 10 миллионов человек. Более того, если опираться на иные научные источники, то одна Нидерландская кокаиновая фабрика никак не могла бы справиться с сотнями тысяч потребителей. По версии Браам, фабрика в Амстердаме продала в одном 1919 году почти 13 тонн кокаина. Однако историк Марсел де Корт (Marcel de Kort) в своей книге "Доктора, Дипломаты и Бизнесмены" (1999) сообщает о производстве в полторы тонны в год; причем после войны этот объем, по его данным, существенно сократился. Полутора тонн кокаина хватило бы на тысяч десять потребителей, но никак не на сотни тысяч. Более того, у Нидерландской кокаиновой фабрики были конкуренты. Так, немецкая фирма Merck в Дармаштадте произвела в 1912-1914 годы около 21 тонн кокаина, а во время Первой мировой – более полутора тонн в год.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG