Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

''Книжное обозрение'' Марины Ефимовой.



Александр Генис: Пассажиры корабля ''Мэйфлауэр'' - не только первые, но и самые знаменитые американцы в истории этой страны: споры о них не утихают четыре века. Свою лепту в эту бесконечную дискуссию внес Ник Банкер новой историей пилигримов.
Ее представит слушателям ''Американского часа'' ведущая нашего ''Книжного обозрения'' Марина Ефимова.


Nick Bunker. ''Making Haste from Babylon. The ''Mayflower'' Pilgrims and their World. New History''
Ник Банкер. ''Прочь из Вавилона. Новая история пилигримов с ''Мэйфлауэра''

Марина Ефимова: Двухмесячное путешествие корабля ''Мэйфлауэр'' в 1620 году; пилигримы, прибывшие на нем в Америку; их колония Плимут; их договор ''Мэйфлауэрское соглашение'', заложивший основу демократического правления; их дружба и вражда с индейцами; их первая убийственная зима и... через год праздник первого урожая - ''День Благодарения''. Всё это - детали красочной исторической легенды о создании Соединенных Штатов Америки. По этой, традиционной и официальной версии, первые поселенцы Новой Англии были религиозными диссидентами, бежавшими от деспотизма британской господствующей церкви Church of England.
Очевидно эта версия возникновения Соединенных Штатов (часто сусально описанная) так надоела американским интеллектуалам (склонным, как всякие интеллектуалы, к скепсису и критиканству), что среди них утвердилось мнение, будто Америка создана не религиозными мучениками, а авантюристами и фанатиками. А поскольку примеров и того, и другого можно насобирать в истории Соединенных Штатов не меньше, чем в любой другой истории, то эта версия стала расхожей. Однако историки продолжают свои изыскания и вносят уточнения и дополнения – как в историю, так и в легенду о пилигримах. Самые недавние исследования на эту тему - книга 2006 года ''Мэйфлауэр'' Натаниэля Филбрика и обсуждаемая нами книга Ника Банкера ''Прочь из Вавилона''. Различие между двумя этими работами коротко описывает рецензент обеих книг - писатель-документалист Рассел Шорто:

Диктор: ''Филбрик (американец) сосредоточил свои исследования на отношениях поселенцев с индейцами и, в частности, на забытой войне 1675-78 годов, получившей название ''Войны короля Филиппа'' - по прозвищу вождя индейцев. В этой войне погибло 800 поселенцев и 3000 индейцев. Половина европейских поселений на побережье была разрушена. Что касается индейцев, то они ушли из Новой Англии – кроме тех, кто еще до войны выучил английский язык и принял европейский образ жизни. Тема отношений между поселенцами и индейцами освещалась так часто, что тут новизна может быть разве что в интерпретации. Но вот тема книги второго автора – британца Ника Банкера – заманчива своей новизной. Он задается целью исследовать британское прошлое пассажиров ''Мэйфлауэра'' и получить ответ на интересный для нас, американцев, вопрос: что за люди были отцы-пилигримы?''

Марина Ефимова: Первых поселенцев из Англии часто называют ''пуританами''. Это неточно. На ''Мэйфлауэре'', например, их было мало. Большинство пассажиров составляли члены секты ''сепаратистов''. Читаем в книге ''Прочь из Вавилона'':

Диктор: ''Нет сомнения, что вера была главным мотивом исхода сепаратистов – так же, как и пуритан. Но их идеи значительно отличались от пуританских: для тех единственной целью был возврат к чистому, суровому, беспримесному протестантизму. А во взглядах сепаратистов христианство было неразрывно связано с идеями социальными: с ролью аристократии, с представлениями о справедливом правительстве, с республиканскими идеалами Греции и Рима''.

Марина Ефимова: В отличие от многих популистских религиозных движений, сепаратизм, по выражению Банкера, ''не был прибежищем бедняков''. Его основатели - мелкопоместные джентльмены-фермеры – в основном, из Ноттингэмпшира (из Центральной Англии). Условия жизни там были суровые: непроходимые леса, заболоченные равнины, бедные урожаи и эпидемии. Землевладельцы часто оказывались в отчаянной финансовой ситуации: в долгах, а то и перед лицом банкротства. Эта ситуация не давала им сохранить дорогое (и даже необходимое) джентльмену чувство достоинства. ''Именно в таких гиблых местах, - пишет Банкер, - часто возникает религиозная нетерпимость, подозрительность, страсть искать виноватого''. Настигла эта нетерпимость и английских ''сепаратистов''. И они бежали.

Диктор: ''Отцы-пилигримы имели конкретные планы преуспеяния на новом месте, которые оказались вполне реальными. Они сделали ставку на бобра. В 1620-30-х годах шкура одного бобра в Англии стоила столько, сколько годовая аренда участка пахотной земли площадью в 1 квадратный километр. И за 30-е годы колонисты послали в Англию 2 000 бобровых шкур''.

Марина Ефимова:
Чрезвычайно интересно описывает Ник Банкер отношения между сепаратистами-колонистами и британским правительством. Король Джеймс I (сын Марии Стюарт), правивший тогда в Англии, ненавидел и пуритан, и сепаратистов и не называл их иначе, как ''паразитами на теле Церкви и государства''. Он был готов запретить вояж ''Мэйфлауэра'', а религиозных радикалов наказать. Защитником сектантов перед королем выступил государственный секретарь сэр Роберт Наунтон:

Диктор:
''Без базы в Америке Англия не сможет отбить у испанцев контроль над западным океаном. Более того, без поддержки колонистов (без их грузов, без их пОртов, доков, провианта) королевский флот вообще не сможет действовать в той части океана''.

Марина Ефимова: Очевидно, у Наунтона было достаточно единомышленников, потому что первые колонисты, как мы узнаём из книги ''Прочь из Вавилона'', были самым тесным образом связаны с Англией: с ее политикой, торговлей и обороной.
Докапываясь до мелких деталей прибытия первых колонистов, Банкер обнаружил, например, что коллективную ''молитву благодарности'', которую легенда относит к празднованию первого ''Дня Благодарения'' в 1621 году (то есть, через год после прибытия), пилигримы прочли в 1620-м, как только сошли на берег. При этом Банкер, чуть поддразнивая приверженцев специфически христианской легенды о пилигримах, утверждает, что текст молитвы восходит к еврейскому ритуалу ''биркат ха-Гомел'' - благодарственной молитве после возвращения из опасного путешествия. Тем не менее, в отличие от многих других авторов, Банкер не стремится с помощью фактов умалить символическое значение пилигримов легенды. Рецензент книги Рассел Шорто – делает это за него:

Диктор: ''Как их оценить? Банкер, в общем, рисует их искренне верующими христианами, но при этом узколобыми сектантами. Как и все сектанты, они отстаивали свою версию религии в мелких битвах со сторонниками церкви Church of England в идейно расколовшихся деревеньках, раскиданных по английской провинции много, много лет назад. Прицепленные к исторической канве свидетельством множества архивных документов, они стали частью истории Америки, но вряд ли могут быть героями ее мифов''.

Марина Ефимова: Только человек, которому никогда не грозила смертельная опасность за его взгляды, веру или национальную принадлежность, может без восхищения отнестись к людям, которые в маленьком судёнышке переплыли осенний океан, чтобы на диком берегу чужого континента основать крошечную республику – такую жизнеспособную, что она выросла в великую страну.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG