Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В чем будет состоять стратегия США по отношению к Ираку после 31 августа


Ирина Лагунина: Война в Ираке для США завершается. К концу августа там останется 50 тысяч американских солдат. Ответственность за поддержание порядка в стране переходит к иракским силам безопасности, насчитывающим сегодня 650 тысяч человек. В чем будет состоять задача остающихся войск, как будут строиться американо-иракские отношения в переходный период? Об этом шла речь на организованной вашингтонским Центром стратегических и международных исследований встрече экспертов с высокопоставленными должностными лицами государственного департамента США. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: 19 марта 2003 года, в 11-м часу вечера по вашингтонскому времени, президент Джордж Буш обратился к нации из Овального кабинета Белого Дома с объявлением о начале войны.

Джордж Буш: Мои дорогие сограждане, в этот час американские и коалиционные силы приступают к осуществлению военных операций, имеющих целью разоружить Ирак, освободить его народ и защитить мир от смертельной опасности. Исполняя мои приказы, силы коалиции начали наносить удары по определенным объектам военного значения с тем, чтобы подорвать способность Саддама Хусейна вести войну. Это начальная фаза широкомасштабной и скоординированной кампании. Более 35 стран оказывают нам поддержку - от предоставления своих военно-морских и военно-воздушных баз до направления боевых соединений. Каждая страна этой коалиции несет бремя долга и с честью служит интересам нашей общей обороны. <…> Мы приходим в Ирак с уважением к его гражданам, к их великой цивилизации и к вере, которую они исповедуют. У нас нет в Ираке никаких целей, кроме стремления ликвидировать угрозу и передать контроль над страной ее народу.

Владимир Абаринов: Началу военных действий предшествовал ультиматум: президент США предложил Саддаму Хусейну добровольно расстаться с властью. В истории сколько угодно примеров бескровного свержения правителей, которые затем спокойно доживали свой век за пределами страны в неге и довольстве. Сегодня нам известно, что Саддам запросил слишком большое отступное – миллиард долларов. Впрочем, если бы Буш знал, в какую сумму обойдется Америке война, он, возможно, согласился бы.
Критики Буша обвиняли его в том, что он развязал войну "под фальшивым предлогом". Однако нет никаких доказательств того, что президент не верил в наличие у Ирака оружия массового уничтожения. Кроме того предлог и причины войны – разные вещи. Американцы быстро и с минимальными потерями избавили иракский народ от диктатора, но, выиграв войну, проиграли мир. Для "Аль-Каиды" Ирак превратился в главное поле битвы. Америка неизменно верила, что демократия западного образца – наилучший путь для Ирака, но не учла глубоких противоречий внутри иракского общества.
Достойное завершение иракской войны стало одной из главных тем президентской кампании 2008 года. Кандидат республиканцев Джон Маккейн повторял, что из Ирака нельзя уходить, не добившись результата, а однажды сказал, что американские войска могут остаться там и на сто лет. Это заявление во многом предопределило его поражение на выборах. Кандидат демократов Барак Обама обещал закончить войну и перенести центр тяжести войны с террором на Афганистан.
В последний год президентства Буша коалиционным силам под командованием генерала Петреуса удалось добиться в Ираке решительного перелома, волна насилия пошла на спад. Барак Обама, вступив в должность, распорядился заново пересмотреть американскую стратегию в этом конфликте. В феврале прошлого года он объявил американцам, что новый план готов.

Барак Обама: В первый же полный рабочий день я дал указание своей команде по национальной безопасности рассмотреть нашу стратегию в Ираке, чтобы найти наилучший путь усилить наши позиции там и одновременно обеспечить интересы нашей национальной безопасности. Я выслушал министра обороны, начальника Объединенного штаба Вооруженных сил, командиров с мест. Мы действовали, учитывая обстановку, соблюдая американо-иракские соглашения в области безопасности и признавая тот принципиальный факт, что долгосрочное решение в Ираке должно быть политическим, а не военным. Потому что наиболее важные решения, касающиеся будущего Ирака, должны быть приняты самими иракцами. Мы также приняли во внимание, что Америка больше не может себе позволить рассматривать Ирак в изоляции от других приоритетов. Мы сталкиваемся с необходимостью пересмотреть нашу политику в Афганистане и Пакистане, перераспределить нагрузку на наших военнослужащих и перестроить нашу экономику – и на все эти вызовы мы ответим.
Сегодня я могу объявить о том, что наш анализ завершен, и что Соединенные Штаты приступают к осуществлению новой стратегии, направленной на окончание войны посредством перехода всей полноты ответственности к Ираку. Эта стратегия основана на ясной и достижимой цели, которую разделяют иракский и американский народы: суверенный, стабильный и уверенный в себе Ирак. Чтобы достигнуть этой цели, мы будем поддерживать создание законного, представительного и ответственного иракского правительства, которое не помогает террористам и не предоставляет им безопасное убежище. Мы поможем Ираку завязать новые торговые отношения со всем миром. И мы наладим такое партнерство с народом и правительством Ирака, которое будет вкладом и поддержание мира и безопасности в регионе.

Владимир Абаринов: 3 августа, выступая в Атланте на Национальном съезде ветеранов-инвалидов, президент заявил, что война будет закончена в предусмотренные сроки.

Барак Обама: Будучи кандидатом в президенты, я обещал положить войне в Ираке надежный конец. Вскоре после вступления в должность я объявил о нашей новой стратегии в Ираке, направленной на передачу всей ответственности за положение дел иракцам. И ясно заявил о том, что к 31 августа 2010 года военная фаза операции США в Ираке закончится. Именно это мы теперь и делаем – как и было обещано, и в запланированные сроки. Мы уже закрыли и передали Ираку сотни баз. Мы вывозим миллионы единиц снаряжения, а это была одна из крупнейших за последние десятилетия операций тылового обеспечения. К концу этого месяца мы вернем домой более 90 тысяч солдат. Сегодня, хотя террористы пытаются пустить под откос все достижения Ирака, сегодня, благодаря жертвам, которые понесли наши войска и наши иракские партнеры, уровень насилия в Ираке остается самым низким за последние годы. В следующем месяце мы поставим перед нашими военными новую задачу, которая будет заключаться в поддержке и подготовке иракских сил безопасности. Фактически во многих частях страны иракцы уже сами обеспечивают собственную безопасность.
По согласованию с иракским правительством мы сохраним переходную группировку до тех пор, пока не выведем из Ирака все наши войска к концу будущего года. В течение этого периода у наших сил будет точно определенная миссия: поддержка и подготовка иракских сил, совместное проведение контртеррористических операций, а также защита наших гражданских и военных интересов. Это опасная задача. Еще есть те, кто бомбой и пулей пытается остановить движение Ирака к прогрессу. И горькая правда состоит в том, что конца американским потерям в Ираке пока не видно.

Владимир Абаринов: Что же будет дальше с Ираком, какие формы примет взаимодействие Багдада и Вашингтона? Об этом в Центре стратегических и международных исследований говорил, в частности, первый заместитель госсекретаря США Джеймс Стейнберг.

Джеймс Стейнберг: Мы переходим к прочным отношениям с Ираком, при которых наши войска в Ираке останутся, чтобы обучать и консультировать иракские силы безопасности, проводить целенаправленные контртеррористические операции и защищать гражданский и военный персонал в то время, как мы наращиваем наше сотрудничество с Ираком в различных областях, обрисованных в общих чертах в стратегическом рамочном соглашении между Соединенными Штатами и Ираком, которое вступило в силу в январе 2009 года. Эта новая фаза отношений характеризуется тем, что с обеих сторон во главе ее буду стоять гражданские лица.
Хотя мы не положили конец насилию в Ираке и там по-прежнему будут иметь место нападения, число нападений и количество жертв явно резко снизилось. Недавний арест более 30 главарей иракской "Аль-Каиды" – еще одно свидетельство существенного улучшения положения дел в сфере безопасности. В то же самое время мы наблюдали бурную политическую эволюцию Ирака. Начиная с января 2009 года, иракский народ демонстрировал стойкость своей приверженности демократии, особенно в ходе выборов, которые были проведены в этот период - провинциальных в январе 2009-го и всеобщих в марте 2010 года. Участие во всеобщих выборах превысило 60 процентов. Это говорит о том, что на голосование в этой стране можно выносить самые сложные вопросы, использовать легитимные и законные способы их решения. На нас произвела большое впечатление организация этих выборов, то, каким образом был достигнуть результат, и тот факт, что сейчас иракские лидеры упорно работают над соглашением о форме представительного правления, которому все они привержены. Мы признаем, что этот процесс носит немного хаотичный характер и стремимся поддержать усилия иракских лидеров по созданию успешного правительства. Но важно признать и то, что все эти вопросы решаются посредством диалога, дискуссии, споров, а не через запугивание и насилие.

Владимир Абаринов: Джеймс Стейнберг перечислил сферы сотрудничества США и Ирака.

Джеймс Стейнберг: Как я уже упоминал, пользуясь стратегическим рамочным соглашением, как компасом в следующей фазе наших отношений, мы трансформировали наше партнерство с иракским народом и иракским правительством. Чтобы оценить масштаб соглашения, достаточно напомнить семь областей сотрудничества – политика и дипломатия, оборона и безопасность, культура, экономика и энергетика, здравоохранение и охрана окружающей среды, информационные технологии и коммуникации, а также сотрудничество по юридическим и правоохранительным вопросам. Работа по всем этим направлениям ведется под наблюдением координационного комитета высокого уровня, который с нашей стороны возглавляет государственный секретарь, а с иракской - премьер-министр. Важно также отметить, что наши обязательства распространяются как на Ирак, так и на весь регион в целом. Мы строим крепкое гражданское партнерство с суверенным, независимым Ираком, партнерство, отвечающее нашим принципам взаимного уважения, взаимного интереса и взаимной ответственности. И наши обязательства в отношении Ирака и региона остаются прочными и продолжительными.

Владимир Абаринов: Джеймса Стейнберга дополнил другой заместитель госсекретаря – Джейкоб Лью.

Джейкоб Лью: Начиная с 2009 года в Ираке неоднократно бывали старшие должностные лица, в том числе президент, вице-президент, государственный секретарь Клинтон, Джим и я. Полагаю, это говорит о независимости, с какой принимаются решения переходного периода. По мере продвижения вперед наша стратегия сосредоточится не просто на поддержке сил безопасности, но на преобразованиях в Ираке, на том, как помочь построить сильные институты национального и местного уровня, помочь иракцам заключить честные и надежные соглашения по проблемам, которые сегодня их разделяют, укрепить полицию, власть закона и судебную систему, дать бой коррупции и обеспечить эффективное исполнение основных функций государства. Во время поездки, из которой я только что вернулся, у нас состоялись интенсивные консультации, где мы детально рассмотрели наши планы последних полутора лет, потому что в данный момент мы переводим планирование с военных на гражданские рельсы.
Как отметил президент, мы находимся в середине этого процесса, и наша весьма компетентная команда неутомимо работала над тем, чтобы обеспечить гладкий переход.

Владимир Абаринов: Оба чиновника постоянно подчеркивали, что впереди у Ирака тернистый путь, но направление избрано верно.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG