Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Платон Лебедев рассказал суду про Гибралтар


Михаил Ходорковский (слева) выступал в Хамовническом суде месяц. Платон Лебедев (в центре), по прогнозам его адвокатов, может уложиться в две недели.

Михаил Ходорковский (слева) выступал в Хамовническом суде месяц. Платон Лебедев (в центре), по прогнозам его адвокатов, может уложиться в две недели.

Бывший руководитель компании МЕНАТЕП Платон Лебедев начал давать показания в Хамовническом суде Москвы. Лебедева обвиняют в легализации доходов от нефти, якобы похищенной экс-главой ЮКОСа Михаилом Ходорковским. Сам Ходорковский выступал в суде около месяца. Речь Платона Лебедева, по прогнозам его адвокатов, может растянуться на две недели.

Выступление Платона Лебедева, начавшееся в Хамовническом суде Москвы 23 августа, больше походило на урок географии. Он указал суду на серьезную ошибку в обвинительном заключении – там сказано, что компания МЕНАТЕП была зарегистрирована на острове Гибралтар на озере Эрин в штате Огайо в США, тогда как, по данным подсудимого и по информации Большой советской энциклопедии, Гибралтар принадлежит Великобритании и находится на юге Пиренейского полуострова. Лебедев пояснил суду, что покупка на Гибралтаре компании, позднее переименованной в МЕНАТЕП, осуществлялась в строгом соответствии с законом "О валютном регулировании" на основании лицензии Центробанка.

За ходом выступления Платона Лебедева следила журналист "Новой газеты" Вера Челищева:

– Платон Лебедев, как известно, человек эмоциональный; он всегда называет вещи своими именами. В своих показаниях он делает акцент на том, что все обвинение сфабриковано. Он также рассказывал о том, что следователи приписали группе МЕНАТЕП добычу нефти, тогда как группа МЕНАТЕП такими вещами никогда не занималась. Лебедев также заметил, что в 2004 году арестовали счета "Открытой России", но эти арестованные деньги до сих пор не вернули потерпевшим, не говоря о процентах. При этом никаких замечаний ни судья, ни прокуроры Лебедеву не делали.

Адвокат Платона Лебедева Елена Липцер предполагает, что его выступление в суде может растянуться на две недели:

– Надо отдать должное прокурорам: на все реплики Платона Леонидовича они никак не реагировали и позволяли называть себя "организованной группой". По крайней мере прокурор Лахтин ни разу сегодня не встал и не протестовал против того, как Платон Леонидович давал свои показания. По нашим прогнозам, показания могут занять примерно две недели, но все будет зависеть от того, как долго в течение дня он сможет говорить: это, естественно, напряжение связок.

Мы с самого начала говорили о том, что происходит расправа над нашими подзащитными. В общем-то судья Данилкин достаточно корректно вел процесс с самого начала; но дело в том, что, несмотря на такую внешнюю корректность, он отказывал в удовлетворении всех значимых для защиты ходатайств. Он удовлетворил отводы всех специалистов, на которых настаивали прокуроры; он отказал нам в ходатайствах об истребовании документов, которые нам были необходимы. Внешне нынешний процесс отличается от процесса в Мещанском суде, но по сути я бы не сказала, что здесь наши права соблюдаются лучше, чем они соблюдались в Мещанском, – говорит Елена Липцер.

* * *

Напомним, что в Хамовническом суде Москвы проходит второй судебный процесс по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. 31 мая 2005 года они были приговорены Мещанским судом Москвы к девяти годам лишения свободы по обвинению в мошенничестве и неуплате налогов и этапированы в колонии. Позднее Мосгорсуд снизил им наказание до 8 лет каждому. О втором уголовном деле стало известно в 2005 году. В 2009-м Ходорковского и Лебедева возвратили в Москву в связи с предстоящим судом по этому второму делу. Оба сейчас находятся в следственном изоляторе. Их обвиняют в "хищении чужого имущества организованной группой в крупном и особо крупном размерах и его легализации".

О том, кому выгоден новый судебный процесс над Лебедевым и Ходорковским, рассуждает в эфире Радио Свобода политолог Владимир Прибыловский:

– Я думаю, что второй процесс Ходорковского понадобился тем людям, которые его посадили, – и это в первую очередь Владимир Владимирович Путин и Игорь Иванович Сечин. Рационально они поступили или нет, мне трудно сказать. Но совершенно очевидно, что они боятся Ходорковского на свободе, и боятся они его двояко. Во-первых, на свободе Ходорковский сможет более активно участвовать в судебных исках в возвращении себе хотя бы части активов ЮКОСа – которые у него, скажем так, некорректно отняли. Сейчас этим занимается Невзлин – занимается, между прочим, не без успеха; но Ходорковский на свободе экономически опасен для тех, кто проглотил ЮКОС. Во-вторых, я думаю, что они считают его и политически опасным – и не без оснований. Потому что, если на момент посадки Ходорковского народ рукоплескал обвинению – как же, олигарха посадили, то сейчас отношение к Ходорковскому в обществе изменилось, и он вполне может стать одним из лидеров оппозиции, оказавшись на свободе.

– Чем может теоретически закончиться этот процесс?


– Собственно говоря, что Путин захочет, то суд и скажет.

– А что может захотеть Путин?

– Не выпускать...

Сам Михаил Ходорковский также называет свое второе уголовное дело политически и коррупционно мотивированным и заявляет, что процесс инициирован людьми, которые не хотят его выхода на свободу. Уголовное преследование экс-глава ЮКОСа объясняет тем, что он поддерживал независимую оппозицию.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG