Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Имеет ли практический смысл возобновление уголовного дела о растреле царской семьи? Об этом спорят протоиерей, настоятель храма Царя-Мученика Николая Второго Михаил Ардов и адвокат, поверенный в делах Российского Императорского дома Герман Лукьянов


Николай II с семьей, 1913

Николай II с семьей, 1913


Владимир Кара-Мурза: Басманный суд Москвы отменил постановление прокуратуры о прекращении уголовного дела о гибели членов императорской семьи, обязав следователя исправить формулировку в заключении по факту гибели Николая Второго и его родных, суд частично удовлетворил жалобу адвоката Германа Лукьянова, представляющего интересы Российского императорского дома. Судья Артур Карпов указал на несоответствие в заключении следователя. В решении президиума Верховного суда по делу о реабилитации Романовых говорится, что все члены царской семьи погибли в результате расстрела от имени государства, а заключение СКП о закрытии дела обосновано смертью лиц, совершивших умышленное убийство. Великая княгиня Мария Владимировна, дочь двоюродного племянника Николая Второго, ранее неоднократно обращалась в различные инстанции по поводу преждевременного прекращения дела об убийстве царской семьи, настаивая на том, что СКП не учел при принятии решения постановление президиума Верховного суда. О том, имеет ли практический смысл возобновление уголовного дела о расстреле царской семьи, в нашей программе сегодня беседуют протоирей, настоятель храма Царя-Мученика Николая Второго в Москве Михаил Ардов и адвокат, поверенный в делах Российского императорского дома Герман Лукьянов. Как проходило заседание Басманного суда?

Герман Лукьянов: Заседание Басманного суда города Москвы 25 августа проходило в острой полемике. Судья Карпов Артур Геннадиевич предоставил сторонам подлинное условия для состязательности, все наши ходатайства были удовлетворены, представленные доказательства приобщены. И более того, был создан, я считаю, большой прецедент - нам позволили задать те вопросы, которые считала Великая княгиня необходимым задать сторонам в процессе, а именно Генеральной прокуратуре Российской Федерации и следственному комитету при прокуратуре Российской Федерации. Предыдущий суд нам позволил задать только один вопрос и то Генеральной прокуратуре Российской Федерации, а в данном процессе я задал 7 вопросов Следственному комитету при прокуратуре Российской Федерации и 8 вопросов генеральному прокурату Российской Федерации. Процесс проходил в условиях состязательности, равноправия сторон, никто не ущемлялся в своих процессуальных правах. Единственное, что Генеральная прокуратура Российской Федерации отказывалась отвечать на те вопросы, которые задавала Великая княгиня им в процессе.
Я просто хочу несколько вопросов зачитать, чтобы наши радиослушатели услышали, на какие вопросы Генеральная прокуратура отказалась отвечать. Например, на следующий вопрос: считает ли Генеральная прокуратура Российской Федерации, что обстоятельства причинения смерти членам царской семьи, установленные в постановлении президиума Верховного суда Российской Федерации от 1.10.08 года, не имеют значения для следователя, решающего вопрос о виновности лиц, осуществивших расстрел членов царской семьи. Ведь известно, что 1 октября 2008 года высшая судебная инстанция России, а именно президиум Верховного суда Российской Федерации принял царское решение и реабилитировал всех членов царской семьи. Он установил, что все члены царской семьи стали жертвами произвола тоталитарного государства, и государь-император Николай Второй, и члены его августейшей семьи подверглись репрессиям по социальным, классовым и религиозным признакам.
В постановлении президиума Верховного суда черным по белому написано: из документов, исследованных судом, видно, что Романовы были лишены жизни не в результате совершений кем-либо уголовных преступлений, Романов и члены его семьи содержались под стражей и были расстреляны от имени государства. Применение такой репрессивной меры было обусловлено тем, что бывший российский император, его супруга и дети, члены Российского императорского дома с точки зрения органов государственной власти РСФСР по классовым, социальным и религиозным признакам представляли опасность для советского государства и политического строя. Приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что члены царской семьи были подвергнуты политическим репрессиям и в связи с этим они подлежат реабилитации.
Однако 15 января 2009 года, то есть спустя три с половиной месяца, следственный комитет при прокуратуре Российской Федерации приходит к противоположному выводу при наличии у себя этого постановления. То есть он пошел в противоречие, вразрез и говорит, что члены царской семьи помимо государя-императора Николая Второго были лишены жизни уголовниками, что это не соответствует действительности – это фальсификация истории. Нельзя извращать понятия, реальность, нельзя обманывать себя и других людей.

Владимир Кара-Мурза: Как вы восприняли решение Басманного суда?

Михаил Ардов: Вы знаете, только я должен до этого сказать, что я монархист, я настоятель храма во имя Царя-Мученика Николая, но у меня есть большие сомнения по отношению к кирилловской ветви Романовых, и я не вполне признаю их. Но это мы оставляем в стороне. Я очень и очень этим доволен. Мы в данном случае с Германом Юрьевичем находимся и будем находиться, я думаю, какое-то время по одну сторону баррикады. Потому что это действительно преступление уголовное. Потому что вся та власть, Ленин, Троцкий, Сталин, были уголовники, бандиты, захватившие власть в нашей несчастной стране. И то, что есть признаки того, что может быть мы доживем когда-нибудь до того, о чем я мечтаю.
Как Катон говорил, что Карфаген должен быть разрушен, так я всегда говорю: должен произойти подлинный процесс против преступной организации ВКП(б)-КПСС за те преступления, которые они творили в течение десятилетий. И я не вполне разделяю то, что украинцы называют геноцидом украинского народа, геноцид был всех народов. Сталин 16 народов сослал и геноцид был. Но то, что слово "геноцид" появилось и то, что это преступление так квалифицируется, я считаю, это очень хорошо. И то же самое я могу сказать про победу в Басманном суде, потому что это преступление уголовное, совершенное уголовниками, то, что называется, по предварительному сговору.

Владимир Кара-Мурза: Александр Королев-Перелешин, вице-предводитель Российского дворянского собрания, удовлетворен вердиктом суда.

Александр Королев-Перелешин: Я могу только приветствовать решение суда, потому что ситуация складывалась странная, в том числе Великая княгиня, как лицо заинтересованное, не имела возможности посмотреть все дело. Решение по делу и само дело готовы были предоставить кому угодно, только не наиболее заинтересованному лицу. Все должно быть расследовано. Я не настолько в курсе дела. Единственное, что подобное решение суда представляется разумным.

Владимир Кара-Мурза: Почему Басманный суд изменил свое прежнее решение?

Герман Лукьянов: Как известно, первое решение Басманного районного суда города Москвы гласило о том, чтобы признать постановление следователя Соловьева законным, обоснованным и мотивированным. Глава Российского императорского дома Великая княгиня Мария Владимировна не согласилась с данным вердиктом и обратилась в кассационный суд, в Мосгорсуд с жалобой на это решение. Московский городской суд рассмотрел жалобу Великой княгини и отменил это незаконное решение, указав о том, чтобы все были доводы Великой княгини рассмотрены и представленным доказательствам была дана надлежащая юридическая оценка. И более того, суд указал, чтобы была дана оценка решению, судебному акту высшей судебной инстанции президиума Верховного суда Российской Федерации.
Ведь первоначально суд Басманный не давал оценку президиуму Верховного суда Российской Федерации. Высшая судебная инстанция установила, что в отношении членов царской семьи не было совершено уголовного преступления, и они были лишены жизни от имени государства. И этим обстоятельствам, которые установила высшая судебная инстанция, районный суд не дал никакой оценки. И он согласился с мнением следствия, это мнение поддержала Генеральная прокуратура Российской Федерации, что в отношении членов императорской семьи, помимо государя-императора Николая Второго, было совершено уголовное преступление.
Однако сейчас судья Карпов Артур Геннадиевич создал подлинные демократические условия путем гласности, публичности, дал сторонам высказаться и дал всем представленным доказательствам надлежащую юридическую оценку. Я здесь никого не защищаю. Я говорю всем радиослушателям и особенно адвокатам, которые меня слушают, они поймут, что впервые в моей практике суд в порядке статьи 125 позволил адвокату задавать вопросы прокурору и следователю, который участвовал, двум следственным органам - следственному комитету при прокуратуре Российской Федерации и Генеральной прокуратуре Российской Федерации. И они отвечали частично на наши вопросы. Тоже мы путем вопросов добывали доказательства. Обычно адвокатов лишают права задавать вопросы другой стороне по статье 125, но сейчас сделан, я считаю, очень серьезный прорыв. И это решение по царскому делу может судить прецедентом в других судах Российской Федерации, что адвокаты в порядке статьи 125, которая обжалует незаконные действия следственных органов, могут задавать прокурору вопросы в суде и тот обязан в соответствии с законом отвечать, почему принято то или иное решение.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, поможет ли решение Басманного суда вскрыть подлинные обстоятельства принятия решения о расстреле семьи Романовых?

Михаил Ардов: Думаю, что поможет. Вообще я как настоятель храма Царя-Мученика Николая, эта тема для меня очень важная. И я читал довольно много документов, воспоминаний, это был действительно сговор уголовников. Потому что ясно, что Голощекин сносился с Свердловым. И я помню, я читал где-то кусочек из воспоминаний Льва Давыдовича Троцкого, который в то время в июле 18 года где-то был на фронтах, он командовал Красной армии. Когда он вернулся в Москву, он узнал, что семья государя и государь убит. Он пишет: "Я спросил у Свердлова, кто решал? На что Свердлов сказал: мы решали с Ильичом". При том, что они потом выставляют, что это уральский совет, мы понимаем, уголовники всегда так действуют. Кстати, Троцкий это одобрил, поскольку все они повязаны кровью, среди них не будет никаких изменников замечательному революционному делу.
Второе, что я вспоминаю в этой связи, следующее. Когда-то я просматривал мемуары Бонч-Бруевича, который был секретарем и довольно близким к Ленину человеком. Он описывает, как Ленин восхищался революционером Нечаевым. Это знаменитый совершено бандит, дело Нечаева, убийство студента Иванова, который учился в Петровской сельскохозяйственной академии ,которая теперь называется Тимирязевской, легло в основу романа Достоевского "Бесы". И когда я был в музее Достоевского, то самое большое впечатление, кроме личных вещей Федора Михайловича, квартиры, где он жил, там в какой-то части экспозиция, и я увидел там фотографию Нечаева – лицо совершенно страшное, просто страшное. Сильнейшее впечатление. Ленин Нечаевым восхищался. И предмет восхищения, Бонч-Бруевич пишет, когда Ленин говорит, какой великий человек Нечаев. Когда его спросили: в случае победы революции в России, сколько Романовых надо будет убить? На что Нечаев ответил: всю великую ектенью. Тут я как священник должен дать пояснение. Великая ектенья, которая произносится на каждом публичном богослужении, в те времена были молитвы о царствующем доме, не только о самом государе-императоре, императрице, но еще о великих князях. Там, я думаю, в те времена было примерно 20 имен. Так вот Ленин восхищался тем, что Нечаев сказал, что, по крайней мере, 20 членов Романовых надо будет убить. Поэтому, по-моему, это уже есть ответ на вопрос, кто и по каким причинам совершил это чудовищное злодеяние в Екатеринбурге в 18 году.

Владимир Кара-Мурза: Евгений Никифоров, руководитель православного общества "Радонеж", считает вопрос давно решенным.

Евгений Никифоров: Мне не совсем понятны мотивы сторон, не совсем понятно само дело. Мне кажется, это больше касается юридической казуистики. Потому что для меня как для церковного человека давно все понятно. Церковь назвала убийство царской семьи преступлением – это ясно с духовной точки зрения каждому русскому человеку - это преступление. Церковь прославила царских мучеников, прославила в сонме святых, прославила их мученический подвиг, и здесь все тоже ясно. Поэтому добиваться каких-то других результатов - это из той области, в которой я просто не компетентен. Для меня как для церковного человека в этой истории точки уже давно поставлены.

Владимир Кара-Мурза: Каковы будут ваши дальнейшие действия, и как будут развиваться дальше события?

Герман Лукьянов: Признание Басманным судом города Москвы постановления о прекращении уголовного дела о гибели царской семьи незаконным, необоснованным - это серьезная победа над беззаконием и правовым нигилизмом, которые господствовали с 1993 года при расследовании уголовных дел о гибели членов царской семьи и других членах Российского императорского дома. Теперь придется принимать решение по данному делу, руководствуясь только законом и правом, а не произволом. В противном случае Великая княгиня Мария Владимировна вновь обратится в суд за защитой своих прав и законных интересов. Никто не вправе игнорировать решение высшей инстанции президиума Верховного суда Российской Федерации, согласно которому члены царской семьи были лишены жизни не в результате совершения кем-либо уголовных преступлений, государь-император Николай Второй и члены его семьи были расстреляны от имени государства.
Сейчас дело находится в такой стадии: принят судебный акт, у Генеральной прокуратуры Российской Федерации, у следственного комитета прокуратуры Российской Федерации есть 10 суток на его обжалование. Если они своим правом воспользуются, дело перейдет в другую в кассационную инстанцию, в Московский городской суд, где они вправе обжаловать принятый вердикт. Если этого сделано не будет, дело должно поступить в следственное управление при прокуратуре Российской Федерации и должностное лицо, следователь должен принять решение в соответствии с законом. Какое будет принято решение, пока мы не знаем, это покажет время. А сейчас надо просто подождать, в понедельник стороны получат мотивированное решение суда в напечатанном виде, все ознакомятся, и каждый будет принимать свои решения.
Мы будем ждать, какие же действия предпримут правоприменительные органы Российской Федерации, Генеральная прокуратура Российской Федерации и следственный комитет при прокуратуре Российской Федерации. Будут ли они дальше отстаивать позицию, которая противоречит президиуму Верховного суда Российской Федерации и утверждать, что членов царской семьи лишили жизни уголовники. А Верховный суд, президиум Верховного суда установил совсем другие обстоятельства. Будет ли это противоречие существовать в природе вещей, мы посмотрим, это покажет время.

Владимир Кара-Мурза: Виктор Аксючиц, бывший депутат Верховного совета и бывший секретарь председателя комиссии по перезахоронению царских останков, следит за историей вопроса.

Виктор Аксючиц: Следователь Соловьев закрыл уголовное дело, действительно длившееся очень долго, по настоянию руководства следственного комитета Генеральной прокуратуры. Если бы не это, он бы вел следствие дольше. Затем нужно сказать, что хотя Верховный суд действительно не отделил в своем решении царя от членов семьи, но исторические факты их отделяют. Если император был расстрелян по решению свердловских властей, то о расстреле императрицы и всех членов семьи нет ни одного документа официального, нет ни одного официального решения. Кроме того, по официальным законам того времени цесаревич Алексей и княжая Мария не могли быть приговорены к смертной казни в принципе. И действительно прав следователь Соловьев, который утверждает, что если Николай Второй был расстрелян от имени государства, то его родственники и его слуги стали жертвами уголовников. Поэтому возникает юридическая коллизия, я думаю, что все это дело примет новый юридический оборот.

Владимир Кара-Мурза: Верили ли в подлинность останков, обнаруженных под Екатеринбургом?

Михаил Ардов: Я тоже хотел на эту тему сказать кое-что, поскольку Аксючиц, как я помню, был тогда в 98 году, когда погребались мощи в Петропавловском соборе, он в этом участвовал как соратник Немцова. Я помню, сколько это вызывало протестов у патриотов мнимых и подлинных. Но теперь уже у меня очень много книг о царственных мучениках и сейчас есть два издания, к которым я слушателей отсылаю. Первое издание – это Плотников, "Гибель царской семьи", Екатеринбург – Москва, 2003 год. И Наталья Розанова, "Царственные страстотерпцы. Посмертная судьба", Москва, 2008 год. Тот, кто прочтет эти книги, очень обстоятельные, никакого сомнения не будет, что мощи подлинные.
Вот две цитаты, Плотников сообщает: "Спецорганам и верхам Уральского Екатеринбургского партийного актива место захоронения было известно всегда". Автор рассказывает о том, что в 28 году тогдашний председатель свердловского горисполкома Парамонов показал Владимиру Маяковскому место, где были зарыты мощи. У этого несчастного горлана главаря среди прочих позорных стихов есть стихотворение под названием "Император". Вот фрагмент из этого стихотворения: "Здесь кедр топором перетроган. Зарубки под корень коры, у корня под кедром дорога, а в ней император зарыт". Существует письменное свидетельство Парамонова, хранится в музее Маяковского: "Вне всякого сомнения, я единственный человек, знающий, где сгнили останки последнего русского царя Николая Второго. Яков (то есть Юровский) показал мне это место в 1920 году. Я сделал ножом зарубки на корнях березы, чтобы отметка сохранилась и в том случае и в том случае, если березу срубят. В 28 году благодаря этим знакам я нашел это место и показал Владимиру Маяковскому, что и он написал в своем стихотворении "Император"
И последнее, что я на эту тему скажу. Те, кто до сих пор сомневаются в том, что мощи подлинные, я им хотел задать один вопрос. Действительно, наверное, можно было бы подобрать скелеты по возрасту, по полу, по времени смерти соответствующие, можно было бы даже вставить в зубы платиновые пломбы, но это была бы подделка века, на это надо было бы потратить миллионы. И вопрос: кто эти миллионы потратил и с какой целью, если это подделка?

Владимир Кара-Мурза: Игорь Чубайс, философ, директор Центра по изучению России Университета Дружбы народов, был удивлен затягиванием следственных действий.

Игорь Чубайс: Вся эта история, которая длится продолжительное время, и вообще удивительно, что она так медленно, то стоит на месте, то возвращается назад. Если император Николай Второй причислен к лику святых, если он признан жертвой репрессий, и он невиновен, признана его невиновность, в таком случае, конечно, надо расследовать, что происходило, как можно бывшего главу государства расстрелять, вместо того, чтобы поставить точку, признав это преступлением, и больше ничего не делать. Конечно, здесь необходимо делать выводы о той государственной системе, которая пришла на смену тысячелетней России. Это было преступное государство, но это сказать нынешняя власть никак не может. Поэтому процесс буксует, дело буксует, все возвращается на свои места, и так происходит по многим другим вопросам. Хотя последнее решение является правильным, действия должны быть гораздо более энергичными и эффективными.

Владимир Кара-Мурза: Каким еще действиям в отношении царской семьи надо дать правовую оценку?

Герман Лукьянов: Вы знаете, после поступления в Басманный суд города Москвы копий постановления о прекращении уголовного дела об убийстве членов царской семьи от 15 января 2009 года, я с ним ознакомился, прочитал и установил следующие обстоятельства. Следствие пришло к выводу о том, что великий князь Михаил Александрович Романов был так же убит, как и члены царской семьи. Однако это противоречит обстоятельствам и документам, которые представлены в суд и представляли в генеральную прокуратуру Российской Федерации. У Великой княгини Марии Владимировны есть свидетельства о смерти своего родственника Великого князя Михаила Александровича и согласно этому свидетельству о смерти, а именно акту применения права, где указано черным по белому, что причина смерти – это расстрел. То есть это было совершено от имени государства, а не действия каких-то уголовников. Более того, есть справка, извещение из федеральной службы безопасности, архив которой также подтверждает, что Николай Александрович Романов был расстрелян, а не убит. Однако и Генеральная прокуратура Российской Федерации и следственный комитет при Генеральной прокуратуре не дал никакой оценки этим обстоятельствам.
И я в суде Басманном суде города Москвы так же говорил об этом факте и представлял все эти документы. Как сейчас следствие будет относиться к документам, имеющимся в их деле, мы пока не знаем, будет ли это проигнорировано или все-таки будет дана надлежащая юридическая оценка. Я это сейчас говорю в открытом эфире, потому что когда возникнет снова юридический вопрос, здесь нет никакой юридической казуистики, здесь надо установить новые обстоятельства этого сложнейшего исторического дела, что же было в отношении членов Российского императорского дома, что, было совершено убийство или расстрел, действия от имени государства. Это первый момент.
Второй момент. Как известно, один из членов Российского государственного дома, а именно Великий князь Николай Константинович Романов, который находился в ссылке и проживал в городе Ташкенте на территории Российской империи, также умер в 19 году, но никто не знает, где, когда и при каких обстоятельствах. Из большевистской прессы следствие сделало вывод о том, что он умер своей смертью. Но однако до настоящего момента факт смерти Великого князя Николая Константиновича Романова не зарегистрирован, свидетельство о смерти не получено никем. И сейчас предстоит работа об установлении обстоятельств и установлении факта смерти Великого князя Николая Константиновича, где, когда и при каких обстоятельствах он умер. Ни один из представителей Генеральной прокуратуры Российской Федерации, а тем более следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации, никто никогда не выезжал в город Ташкент для производства следственных действий. Как можно установить факт смерти и обстоятельства смерти, не выезжая на место наступления смерти - вот в чем вопрос. Это говорит о поверхностном расследовании данного уголовного дела.
И я думаю, что при новом расследовании следственный комитет при прокуратуре Российской Федерации все-таки даст этим обстоятельствам надлежащую юридическую оценку и совершит необходимые следственные действия для установления обстоятельств смерти Великого князя Николая Константиновича. Конечно, если этого не будет сделано и будет принято очередное решение, которое не будет соответствовать уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации, закону, Великая княгиня Мария Владимировна оставляет за собой право снова обратиться в Басманный районный суд города Москвы за защитой своих прав и законных интересов. И здесь нет никакой казуистики.
И здесь хочу ответить господину Аксючицу, который сказал, что якобы следователь Соловьев прекратил расследование под давлением. Это очень смелое замечание и объявление в эфире, как это так, следователь Соловьев, полковник, принял решение под давлением. Я не согласен с таким. Принято решение, следователь Соловьев никогда не говорил, что это принято под давлением, откуда Асючиц это знает? Неизвестно. Более того, он утверждает, что есть судебное решение, а есть история. Уважаемый господин Аксючиц, здесь и идет речь о том, что борьба с правовым нигилизмом. Суд шел около трех лет, чтобы установить действительные обстоятельства смерти всех членов царской семьи. И когда шел Басманный суд, я задавал вопросы господину Соловьеву, следователю, который вел это дело с 1993 года, то есть это было во втором тысячелетии, мы сейчас живем в третьем тысячелетии. Я ему задавал вопрос: господин Соловьев, скажите, пожалуйста, а вы анализировали в постановлении от 15 января 2009 года о прекращении уголовного дела документы, указанные в постановлении президиума Верховного суда Российской Федерации от 1 октября 2008 года по делу о реабилитации членов царской семьи? Соловьев сказал: да, я анализировал эти документы, они одни и те же, всем известны. Я задаю ему следующий вопрос: по вашему мнению, возможна оценка этих документов прямо противоположная изложенной в постановлении президиума Верховного суда Российской Федерации от 1 октября 2008 года по делу о реабилитации царской семьи? Соловьев отказался отвечать на данный вопрос. Есть эти документы, суд дал оценку, может быть по-другому будете оценивать? Следствие здесь отказывается отвечать на вопросы. И вот здесь в данном случае судья Карпов дал сторонам посостязаться, задать вопросы и получить ответы, почему же вы не отвечаете на вопросы Великой княгини? Вы скажите прямо: вы не согласны с оценкой Верховного суда Российской Федерации? Просто - да или нет. А здесь не говорится ни да, ни нет, проявляется юридический троцкизм. На вопросы, когда не говорится ни да, ни нет - это юридический троцкизм. Помните, как говорил Троцкий: не войны, ни мира, армию распустить. Так же и здесь.

Владимир Кара-Мурза: Рой Медведев, писатель-историк, бывший народный депутат СССР, отмечает дискуссионность вопроса.

Рой Медведев: Споры еще продолжаются, споры даже продолжаются на уровне церкви. Церковь не признала эти останки царскими, не было царских похорон. Поэтому есть какие-то возражения со стороны отдельных историков. И если кто-то подал иск или прошение о пересмотре дела, суд обязан по такому важному делу собраться и рассмотреть. То есть это какое-то дополнительное расследование может быть. Потому что повторять все процедуры расследования, которые были перед главным решением - анализы ДНК, лаборатории, иностранных привлекали специалистов, этого не делалось. В последнее время я не читал, не видел, не слышал, чтобы делались повторные экспертизы. А судебное расследование, судебные слушания может быть и 10 раз, ничего тут страшного нет.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Воронежа от радиослушателя Владимира.

Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос господину Лукьянову. Естественно, никто не против, чтобы все рассматривалось законом и правом. У меня такой вопрос: судя по истории, по фактам после марта 17 года и тем более 17, когда вместо Российской империи была провозглашена Российская республика, соответственно, никакого государя-императора, термин "царская семья", ее расстрел, они естественно потеряли смысл. Появился гражданин Романов Николай Александрович со своей семьей. В рамках какой юрисдикции он собирается рассматривать эти дела, пользуясь этими терминами, которые больше 90 лет не имеют никакого ни юридического, никакого другого смысла?

Герман Лукьянов: Дело в том, что вы рассуждаете с позиции большевистской идеологии. Да, большевики отменили титулы, звания, сословия и так далее. Но наша демократическая конституция Российской Федерации, которая принята всенародным голосованием, говорит, что народ, принимая конституцию, чтит память своих предков, передавших нам любовь и уважение к отечеству, веру в добро и справедливость. И у Великой княгини Марии Владимировны есть история своей семьи, история своей династии. И те титулы, которые она имеет по праву, они употребляются с точки зрения истории и действующего законодательства. И более того, российское законодательство не запрещает употреблять данные титулы. Более того, у нас есть судебные акты правоприменительных органов, а именно судов, Московского городского суда, где употребляются все титулы Великой княгини Марии Владимировны в качестве главы Российского императорского дома. И сейчас все суды обязаны с точки зрения действующего законодательства применять эти титулы. Это законом не запрещено.
Запрет в праве должен быть выражен в норме права открыто. Например, адвокат не имеет права осуществлять видеосъемку в суде, написано: запрещается адвокату осуществлять видеосъемку без решения судьи. Это запрет. Но я имею право записывать весь процесс на диктофон - это не запрещено, и употреблять исторические титулы так же не запрещено. Мы возрождаем Россию, все усилия сейчас направлены на то, чтобы Россия встала на свои исторические пути развития, возродилась Русская православная церковь, возродились другие конфессии. И Россия стала тем мощным европейским государством, которая кормила всю Европу, а не наоборот, что вся Европа кормит Россию.

Михаил Ардов: Я этому слушателю тоже хочу ответить. В советские времена, где-то в 60 или 70 годах было опубликовано омерзительное сочинение некоего Касвинова, называлось "23 ступеньки вниз", которое оправдывало это екатеринбургское злодеяние. И там он описал совершенно замечательный эпизод, он это осуждающе, а я перескажу, как там было дело. Когда семья царственных мучеников была еще в Тобольске, то к ним туда в этот дом, где они содержались, приходил священник и дьякон, они там служили обедницу, литургию там нельзя было служить. И на какой-то службе они в конце возгласили многолетие так, как это возглашалось при Российской империи царствующему дому. После этого немедленно дьякона и священника вызвали в местный совдеп, где стали делать замечание. На что, как пишет Касвинов, они держались очень независимо, и священник сказал, что у нас своя власть - архиерей, епископ, а ваших депутатов рачьих и собачьих мы не признаем. Тогда попытались вызвать в совдеп будущего священномученика, его потом убили эти негодяи, епископа Гермогена, который не пришел туда, но написал примерно следующее. Он написал: "Россия не республика, ее республикой может объявить только предполагаемое учредительное собрание. Из исторических фактов, из истории, из канонического права мы знаем, что монархи, императоры, цари, короли, которые по каким-то причинам покидают престол, перестают выполнять свои обязанности, не лишаются своего императорского и царского достоинства. Поэтому в поступке священника и дьякона ничего предосудительного не вижу".

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Челябинской области от радиослушателя Дмитрия.

Слушатель: Скажите, пожалуйста, как вот это можно быть уверенным, что люди, которые осуществляют этот процесс, они компетентны и независимы? Насколько они судьи? У нас были гонения на церковь, потом не признавалась наука теми же властями, как были гонения на генетиков.

Владимир Кара-Мурза: Как раз здесь наоборот предыдущие суды мешали, а нынешний Басманный суд разрешил возобновить уголовное дело.

Герман Лукьянов: Я еще раз говорю, здесь было сказано, а компетентно ли. Дело в том, что данный судебный процесс вел профессиональный судья Карпов Артур Геннадиевич, который профессионально осуществлял свои функции. Я еще раз повторю, что он подлинно демократично дал сторонам посостязаться, именно в условиях состязательности, равноправии сторон можно принять законное, обоснованное и мотивированное решение. То есть все стороны могли предоставлять доказательства, никто в этом не был ограничен. Это подлинная состязательность. Более того, еще раз подчеркиваю, Великой княгине Марии Владимировне было позволено задавать любые вопросы сторонам, а именно Генеральной прокуратуре Российской Федерации и следственному комитету прокуратуры Российской Федерации. Правда, они своим правом не воспользовались, хотя они обязаны от имени государства говорить и отвечать на поставленные вопросы. Если государство говорит на вопрос гражданина: а я не хочу отвечать, здесь, конечно, нет состязательности - это говорит о том, что государства нет позиции, она несостоятельная. Потому что государство создано для граждан, а не граждане для государства, согласно конституции Российской Федерации.
И вот по этому вопросу я буду писать книгу и все судебные акты, решения, протоколы войдут в эту книгу, и они послужат делу восстановления правового государства именно показать, что Басманный - суд это тоже демократичный суд, и образец этому правосудию в конкретных решениях и в конкретных судебных протоколах, чтобы не было голословных обвинений. У меня есть факты, и я их хочу представить обществу.

Владимир Кара-Мурза: Александр Дугин, лидер Международного евразийского движения, предостерегает от поспешных выводов.

Александр Дугин: Я думаю, что история с останками царской семьи до конца разрешена. И в свое время при Ельцина была политическая воля. Понятно, что Мария Владимировна хочет одного, но на самом деле принципе эта тема крайне ясна с юридической точки зрения. Я считаю, что действительно очень хорошо, нам надо разобраться, как там все происходило, какова юридическая сторона по уничтожению царской семьи и те ли эти останки, потому что у очень многих людей до сих пор есть определенные сомнения. Поэтому я приветствую возобновление интереса к этой теме.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Вологодской области от радиослушателя Василия.

Слушатель: Добрый вечер. Жертвами политических репрессий могут быть как обычные граждане, так и императоры. Поэтому здесь вопроса, мне кажется, нет. Насколько я знаю, слуги, казненные вместе с императором Николаем Вторым и его семьей, были признаны жертвами политических репрессий. Я абсолютно уверен, что никакое не уголовное убийство, а именно политическое убийство. И сейчас известно масса документов, не слухов и разговоров, а именно документов, это и телеграммы за подписью Белобородова накануне казни вечером 16 июля в Москву и сразу после казни утром 17 июля, и свидетельские показания участников расстрельной команды устные, данные на московском радио в 60 годах - это показания Никулина, Медведева, Кудрина, и показания письменные данные, содержащиеся в архивах. Но мне кажется, главное не это, а главное – это покаяние, то есть понимание и прошение прощения у Господа за убийство.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, должны ли наследники тех российских властей покаяться?

Михаил Ардов: Вы понимаете, когда в 98 году в тот день, когда погребались мощи царственных мучеников, а я повторяю, что есть все больше и больше доказательств, что это подлинные мощи, то я был на телевидении в программе "Взгляд" у Александра Любимова. И он мне задал такой вопрос: "Борис Николаевич Ельцин сказал, что он кается в этом преступлении. Как вы думаете, был ли он искренен?". На что я сказал, что я уверен, что Борис Николаевич Ельцин говорил это очень искренне. Я также уверен в том, что он не имеет никакого понятия, что есть истинное покаяние. Что же касается слуг, которых здесь упомянули, то это очень неприятный аспект деяний Московской патриархии. Зарубежная церковь, которая давным-давно, в 83 году прославила царственных мучеников и всех новомучеников, исповедников российских, конечно же, прославила и верных слуг. Московская патриархия по непонятным совершенно причинам этого не сделала. Я думаю, им следует эту ошибку исправить. Потому что и доктор Боткин, и Демидова, и фрейлина, и все эти люди, которые были с ними, сохранили верность, они именно святые. И надо сказать, что если мы откроем "Святцы", то мы прочтем: такие-то и иже с ними, те, которые с ними пострадали. Этот момент, мне кажется, патриархии следует учесть.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Нижегородской области от радиослушателя Владимира.

Слушатель: Здравствуйте. Господин Лукьянов, я недоумеваю, почему вы дотянули? Вы видите, чекисты снова захватили власть, почему вы прежде всего это не делали?

Герман Лукьянов: Вы знаете, я стал адвокатом царской семьи в 95 году, когда мне было 33 года, и по поручению Великой княгини Леониды Георгиевны, матери главы Российского императорского дома Великой княгини Марии Владимировны, я стал осуществлять правовую защиту Российского императорского дома. Первый вопрос, который был поставлен мне - это выяснить обстоятельства смерти. Дело в том, что это очень сложный вопрос. Вы сами понимаете, что после падения коммунистического режима в 1991 году Россия начала возрождаться и началась интеграция Российского императорского дома в общественную жизнь России. Хотело бы, конечно, быстрее в один час все построить, но так не бывает. Дело в том, что право имеет протяженность как во времени, так и в пространстве. Например, факт смерти членов царской семьи, у меня ушло много времени. Например, я пришел в загс, последняя зацепка, которая была противодействия, мне задали вопрос: а где был прописан царь? Потому что по прописке есть орган, который будет регистрировать. И мне пришлось на ходу: как где он был прописан? Естественно, в Зимнем дворце он был прописан. А где Зимний дворец? На территории центрального загса города Санкт-Петербурга. Только после этого была произведена регистрация. Не прояви я находчивость, может быть события по-другому рассматривались. И у меня год жизни ушел на то, что гражданин умирает, сейчас можно зарегистрировать за час, а здесь год жизни ушел на то, чтобы зарегистрировать факт смерти членов Российской императорского дома.
Более того, необходимо было собрать исторические документы в архивах, создать правовую концепцию, защиту. И более того, когда были созданы все документы и обратились в Генеральную прокуратуру Российской Федерации, где было доказано, что они содержались под стражей 17 месяцев, даже после захвата политической, государственной власти в России большевиками, правовой статус царской семьи не изменился, они содержались под стражей. Генпрокуратура все равно отказала и говорит: нет очевидных свидетельств о том, что в отношении членов царской семьи были применены репрессии. Так вот содержание под стражей членов царской семьи для Генеральной прокуратуры Российской Федерации не означало нарушения их прав и свобод. А что же тогда нарушение прав и свобод с точки зрения Генеральной прокуратуры? Выходит следующее, что в тоталитарном большевистском советском государстве нахождение под стражей членов царской семьи – это не есть нарушение их прав и свобод. Таков был вердикт Генпрокуратуры в демократическом нашем обществе. И только благодаря судебному контролю мы пришли к тому выводу, что члены царской семьи были признаны жертвами политических репрессий, были реабилитированы. Дело в том, что президиум Верховного суда Российской Федерации в составе председательствующего Лебедева, членов президиума Карпова, Кузнецова, Магомедова, Нечаева, Свиркова и Соловьева установили, что в отношении царской семьи были предприняты политические репрессии, поэтому они подлежат реабилитации. Я согласен с вами, надо как-то быстрее двигаться. Но, извините, дуют все-таки определенные ветры и здесь идет сопротивление. Право имеет протяженность во времени и в пространстве, я не могу этим управлять, господствовать, я, что могу, то делаю.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, послужит ли возобновление расследования восстановлению исторической памяти о семье Романовых?

Да, я надеюсь на это. Потому что просто так все забыть, вот мы их прославили, мы молимся, у меня в храме есть частица мощей, мы икону написали специально такую, как я иконописца просил. Но это одно дело. А другое дело, безусловно, я еще и еще раз повторю, что если этому преступлению чудовищному - это преступление века, вообще-то говоря, и если будет ему будет уделяться достаточное внимание, может быть мы когда-нибудь доживем до того, чего я чаю – до суда над преступной организацией ВКП(б)-КПСС.

Владимир Кара-Мурза: Верите ли вы, что ваши усилия завершатся судом, хотя бы заочным, над организаторами этого злодеяния?

Герман Лукьянов: Вы знаете, сейчас такие смелые выводы я не могу сделать. Дело в том, что судить ту организацию, было решение Конституционного суда, подробно все это изучалось, и кто будет вопросы ставить перед государством в отношении партий, которые не существуют уже, это пока неизвестно. Более того, учитывая, что наше общество является правовым, демократичным и все-таки судебный контроль является тем моментом правовым, который позволяет нашему обществу развиваться. Сейчас эта вся тема развивается благодаря тому, что работают суды, работает судебный контроль. И в связи с тем, что отсутствовал прокурорский контроль по данному делу, Великая княгиня обратилась в суд именно за судебным контролем, и благодаря судебному контролю восторжествовала истина, правда и справедливость в отношении членов царской семьи.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG