Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Эксперты Пентагона о причинах самоубийств в Вооруженных Силах США


Министр обороны США Роберт Гейтс

Министр обороны США Роберт Гейтс

Ирина Лагунина: Рабочая группа Пентагона, изучавшая ситуацию с самоубийствами в Вооруженных Силах США, передала на днях свой доклад министру обороны Роберту Гейтсу. Одновременно доклад стал доступен для широкой публики. Со своими выводами члены рабочей группы ознакомили журналистов. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Несмотря на все усилия, командованию Вооруженных Сил пока не удается остановить рост числа самоубийств военнослужащих. За пять лет, с 2005 по 2009, более 1100 человек по собственной воле ушли из жизни. В среднем это одно самоубийство каждые 36 часов. Если в 2007 году военнослужащими было совершено 224 самоубийства, то в 2008 – 267, в прошлом году – 309. 1713 человек пытались убить себя в прошлом году.
Год назад проблема стала настолько острой, что Конгресс дал министру обороны поручение учредить специальную рабочую группу, которая разработала бы меры предупреждения самоубийств среди солдат и офицеров. На днях группа закончила свою работу. Ее результаты журналистам представил сопредседатель группы генерал-майор медицинской службы Филипп Волпи.

Филипп Волпи: Для того, чтобы дать полезные и доступные рекомендации, рабочая группа сформулировала шесть руководящих принципов. Первый из них гласит, что самоубийство и суицидное поведение предотвратимы. Второй: предупреждение самоубийства начинается
с командиров и требует от военного коллектива всестороннего участия. В-третьих, предотвращение самоубийства – это долгосрочная задача, для решения которой необходимо задействовать комплексный подход всей системы здравоохранения. В-четвертых,
хорошее здоровье военнослужащих, их физическая форма, включая состояние их ума, тела и духа, имеют ключевое значение в деле предупреждения самоубийств. Пятый принцип: рекомендации рабочей группы должны отражать наилучшие методы и новейшие научные данные, а также приниматься на основе консенсуса экспертов. И наконец, шестое: рекомендации должны быть совместимы с традициями военных и опираться на сильные стороны вооруженных сил.

Владимир Абаринов: Второй сопредседатель рабочей группы – Бонни Кэрролл.

Бонни Кэрролл: Успех приходит тогда, когда командиры берут на себя ответственность. Ключевая рекомендация
рабочей группы состоит в том, что программу предупреждения самоубийств должны возглавлять командиры, они должны нести ответственность на всех уровнях за позитивный климат в подразделениях, хорошее самочувствие, общее состояние, за оказание помощи нуждающимся в ней военнослужащим. Необходимо сосредоточиться на разработке новых,
лучших инструментов, с помощью которых командиры смогут предотвращать самоубийства. Крайне важно, чтобы усилия концентрировались на состоянии военнослужащего в целом, его настроении, здоровье его тела и духа, на его устойчивости к факторам риска и способности пользоваться защитными факторами. Это основа первичного предупреждения. Мы должны уменьшить нагрузку на военных, обеспечив им более высокое качество и бóльшую продолжительность отдыха между боевыми операциями. Это позволит военнослужащим восстановить отношения и обрести новые связи. Клеймо убивает, а заботливые командиры спасают жизнь. Жизненно важно, чтобы вооруженные силы разработали кампанию поощрения тех, кто ищет помощи, чтобы врачевание скрытых ран стало восприниматься как нормальное явление.
Во время наших поездок по воинским частям мы не раз слышали от военнослужащих, как они умирали со скуки на лекциях по предупреждению самоубийств. Они чувствовали, что это делалось для галочки, а не для того, чтобы снабдить их средствами защиты, которые им требуются. Мы должны разработать профессиональную систему профилактики,
особенно среди сослуживцев, членов семей, наставников новобранцев, капелланов и специалистов-психологов с тем, чтобы выявлять военнослужащих, пребывающих в состоянии смятения.

Владимир Абаринов: Бонни Кэрролл призвала командиров смотреть вглубь проблемы. Одно из предложений рабочий комиссии состоит также в том, чтобы разработать стандартную процедуру расследования случаев самоубийства.

Бонни Кэрролл: Ключ к пониманию причин самоубийства лежит гораздо глубже той снежинки на вершине айсберга, о которой написал солдат в своем дневнике непосредственно перед тем, как наложить на себя руки. Необходимо разработать единый стандарт расследования самоубийств, изучить последние дни, последние месяцы, последний год жизни солдата, предшествовавший самоубийству или попытке самоубийства. Нужно использовать в качестве образца расследование несчастных случаев в авиации и разработать аналогичную стандартную процедуру расследования самоубийств.

Владимир Абаринов: Бонни Кэрролл завершила свое выступление цитатой из второй инаугурационной речи Авраама Линкольна

Бонни Кэрролл: Авраам Линкольн принес нации исцеление в разгар Гражданской войны такими словами: "Не питая злобы ни к кому, с милосердием ко всем, с неколебимой верой в добро, каким Господь учит нас его видеть, приложим же все усилия, чтобы закончить начатую работу, перевязать раны нации, позаботимся о тех, на кого легло бремя битвы, об их вдовах и их сиротах, сделаем все, чтобы получить и сохранить справедливый и продолжительный мир как среди нас, так и со всеми другими странами". Такова же наша задача и наше обещание: позаботиться о том, кто должен вынести на своих плечах всю тяжесть сражения, укрепить его силы, спасти жизнь и предотвратить самоубийство.

Владимир Абаринов: Почему руководство Вооруженных Сил только теперь озаботилось проблемой? Разве прежде ее не существовало? На этот вопрос отвечают генерал Волпи и преподобный Роберт Гленн Кёртэйн – священник, в прошлом капеллан в звании полковника, ветеран Вьетнама и военнопленный.

- Что отличает сегодняшнюю проблему самоубийства от той, которая существовала после продолжительного участия в боевых действиях в прошлом? Мы и прежде участвовали в долгих войнах, а проблема самоубийств только недавно оказалась в поле зрения таких рабочих групп, как эта. Что изменилось?

Филипп Волпи: Прежде всего, очень трудно сравнивать сегодня и вчера, потому что, честно говоря, в прошлом данные не очень-то собирались, будь то во время конфликта или после. Так что сравнивать и противопоставлять нечего, потому что данные весьма неполные.

Гленн Кертэйн: Одно из отличий состоит в том, как далеко шагнула вперед медицина – примерно как технология протезирования. Сегодня мы знаем о психологии самоубийц гораздо больше, чем знали во время Вьетнамской, Корейской или Второй мировой войны, мы гораздо лучше понимаем, как подойти к решению проблем, связанных с суицидным мышлением. То есть бóльшее внимание означает, я считаю, что мы просто находимся в ином положении по сравнению с окончанием Второй мировой, Корейской или Вьетнамской войн.

- Получается, ваш собственный опыт...

Гленн Кертэйн: Да, я летал на Б-52 во Вьетнаме.

Владимир Абаринов: Следующий вопрос касался наиболее характерных признаков потенциального самоубийцы. Отвечает генерал Волпи.

- Я хотел бы знать, удалось ли вам собрать достаточно данных, чтобы сделать вывод о наиболее характерной ситуации, в которой солдат лишает себя жизни? Ну, скажем, средний возраст, происходит ли это во фронтовой обстановке или на отдыхе, больше ли среди них женатых или холостых, это новички или люди с боевым опытом? Вы уже знаете, в чем причина?

Филипп Волпи: Вооруженные силы проделали хорошую работу по сбору данных, прежде всего, демографических. Так что мы теперь многое знаем о возрасте, семейном положении, есть статистика по полу и, разумеется, по воинскому званию. В то же время, одна из наших самых настоятельных рекомендаций состоит в том, что необходимо внимательнее наблюдать за солдатами, отойти от демографии и уделить внимание динамике суицида, тем окольным путям, по которым человек - некогда вполне дееспособный - доходит до мыслей о самоубийстве, научиться распознавать эту склонность на ранней стадии, чтобы успеть принять меры, оказать помощь, если необходимо, то и медицинскую. Таким образом, нам представляется, что внимание должно сместиться с демографии на динамику, чтобы научиться определять личность с суицидными наклонностями.

Владимир Абаринов: И наконец, столь знакомая нам проблема моральной изоляции солдата. Генерал Волпи.

- В своем докладе вы указываете на дискриминацию и унижение, с которыми военнослужащие относятся к своим однополчанам, обращающимся за помощью в решении эмоциональных или психологических проблем. Не могли бы вы подробнее коснуться этой темы и рассказать, какой атмосферой окружены солдаты, нуждающиеся в психологической поддержке?

Филипп Волпи: Во время наших посещений воинских частей мы слышали и видели примеры презрительного отношения к таким солдатам. Мы рассказывали также о случаях образцового поведения командиров. На самом деле атмосфера определяется командиром подразделения. Одни командиры проявляют зрелость и весьма эффективны в моральной поддержке своих солдат, другие – нет, возможно, им не хватает умения. И все же, благодаря усилиям Министерства обороны по раннему предупреждению самоубийств, командиры начинают осознавать, как обращаться с солдатом, которому в голову приходят мысли о самоубийстве, как эффективно позаботиться о таких солдатах.

- Да, сэр. Я понимаю, они начинают сознавать, но какова ситуация сейчас?

Филипп Волпи: Что ж, мы слышали несколько историй о том, как солдат с суицидными наклонностями унижают, изолируют, публично высмеивают и прочее в этом роде. Но есть и другие примеры, когда командование берет под защиту такого солдата, переводит его, скажем, в штаб части, на конторскую работу, где он всегда на глазах у младших командиров и офицеров. Так что люди думают, как поддержать своих солдат и позаботиться о них. Но многое еще предстоит сделать.

Владимир Абаринов: Как показывает статистика, число самоубийств не зависит от того, участвует ли подразделение в боевых действиях. 79 процентов военнослужащих-самоубийц никогда не воевали.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG