Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему экологи призывают вернуть российским лесам государственную охрану


Лесные пожары

Лесные пожары

Ирина Лагунина: Ведущие российские экологические организации призывают власти восстановить полноценную систему государственного управления лесами, включая государственную лесную охрану, иначе нынешняя пожарная катастрофа в лесах России будет неизбежно повторяться. На это может уйти до пяти лет. Но начинать возрождать эту структуру нужно уже сейчас, иначе масштабная катастрофа жаркого лета 2010 года повторится в будущем. Рассказывает Любовь Чижова.

Любовь Чижова: Российские экологи анализируют причины и последствия масштабных лесных и природных пожаров, которые до сих пор еще не потушены в некоторых российских регионах. Их выводы неутешительны: природные пожары символизируют российскую действительность последнего десятилетия. Одна из главных причин масштабных возгораний этого лета, по мнению директора по программам Гринпис России Ивана Блокова – это ликвидация профессиональных органов по тушению лесных пожаров…

Иван Блоков: В мае руководство лесной службы заявило о том, что мы полностью готовы к лесным пожарам, особенно мы готовы к лесным пожарам на территории Московской области. Что происходит на территории Московской области и происходило, видели вы все. Почему это происходит? Есть несколько причин. Конечно, катастрофические пожары, которые произошли этим летом, были вызваны в том числе аномальной жарой, но только в том числе. А в основном причина того, что не удалось с ними справиться – это ликвидация и развал системы лесного хозяйства.
Например, для того, чтобы тушить лесные пожары, в Российской Федерации на один гектар выделяется гигантская сумма – 1 рубль по 2009 году. В этом году было выделено чуть больше в силу того, что произошли пожары, по тем данным, которые были озвучены сейчас, это уже было два с половиной рубля. Судя по тому, что озвучил Шойгу, это будет в десять раз больше. А вот в Соединенных Штатах на тушение пожаров на гектар выделяется в 120 раз больше, в Канаде в 45 раз больше, а у нас 1 рубль. При этом та система, которая создана благодаря бюджетному кодексу, не позволяет оперативно перебрасывать средства, нужны какие-то грандиозные решения для их переброски. А так есть свободных средств 5%, вот в рамках этих 5% можно перебрасывать средства. А то, что пожар границ между регионами не знает, и поэтому ему все равно, можно ли перебросить средства из одного региона в другой, это, к сожалению, в нашем бюджетном кодексе неучтено.
И как самостоятельная лесная служба у нас была ликвидирована с введением нового Лесного кодекса, авиалесоохрана была передана регионам, равно как и ответственность за леса передана регионам, как результат система контроля за лесами развалилась. И для того, чтобы нормально ликвидировать пожары, нам необходима единая авиационная лесная охрана и необходима самотоятельная лесная служба.
Я не говорю в данном случае по управлению лесами, на самом деле это не наше дело, будет ли управлять лесами федерация, будет ли управлять лесами регион. Управление – это не критичный вопрос. Критичный вопрос именно контроль и тушение пожаров, и это должно делаться именно Российской Федерацией. В советские времена в лесной службе работало 130 тысяч человек, сейчас оценочно этим занимается 12 тысяч человек на всю страну. При этом, если взять данные Росстата, то за последние три года, то есть как раз за период действия нового Лесного кодекса, количество работников лесохозяйственных предприятий, которые тоже могли бы принимать участие в тушении пожаров, уменьшилось чуть меньше 150 тысяч. Это та цена, которую мы заплатили за Лесной кодекс и за изменения.

Любовь Чижова: По мнению экологов, официальные данные по масштабам природных пожаров занижаются с несколько раз, и это – еще одна из причин, по которой с ними было очень трудно бороться. Рассказывает эксперт по противопожарной работе Гринпис России Григорий Куксин…

Григорий Куксин: Причина, по которым пожаров стало возникать так много, в таком количестве, действительно отчасти аномальные погодные условия, такая жара действительно редкость. С другой стороны, естественно, человеческий фактор. Потому что все пожары, по крайней мере, в Центральной России происходят по вине человека, по вине либо умышленных поджогов, либо неосторожного обращения с огнем. Но вот то, что с пожарами не смогли справиться, то, что они разошлись на такие площади - это действительно результат тех безумных, бездарных реформ, которые произошли с нашим лесным хозяйством, результат практически ликвидации лесной охраны.
Еще одна причина, которая усугубила ситуацию – это попытки продемонстрировать, что эти реформы удались. Практически все органы власти субъектов Российской Федерации, большинство чиновников в том числе на местах, естественно, руководство МЧС пытались до последнего показать, по каждому пожару пытались доказать, что либо пожара нет, либо ситуация находится под контролем. Во многом именно это послужило причиной гибели огромного количества населенных пунктов и бесконечного количества лесных массивов, которые в конечном итоге начинали тушить на тех площадях, когда этого не удавалось скрыть.
С самого начала этого года искажение по площадям пожаров, по количеству пожаров просто потрясали воображение.
Мы достаточно много занимаемся пожарной проблематикой, в том числе в рамках волонтерской программы, и по многим местам силами наших добровольцев производится охрана тех природных объектов, территорий, где не справляются по каким-то причинам органы власти или специальные службы. Соответственно, Московской области заказник, который охраняется добровольцами и где у нас есть абсолютно достоверная статистика, просто руками, с навигаторами проверенные площади пожаров. В этом году за один месяц, когда начинались только самые первые пожары этого года, травяные пожары, было пройдено огнем более 600 гектаров территории, наиболее ценных, охраняемых территорий Московской области. Это при том, что почти идеально была организована система охраны, это площадь очень небольшая, меньше, чем в прежние годы – около 600 гектаров. На конец года по Московской области площадь, пройденная огнем, по крайней мере, по весенним пожарам, около 40 гектаров. То есть разница в многие разы. Такая ситуация сохранилась в течение года, несмотря на то, что какие-то попытки общественные организации предпринимали для того, чтобы этот катастрофический сезон предупредить. Была пожарная экспедиция организована многими общественными организациями с целью как раз попытаться дать регионам подготовиться вовремя, подготовить добровольцев на местах, подготовить специалистов и поднять эту тему, тем не менее, эта катастрофа случилась. Если вспомнить первые пожары лесные масштабные, с угрозой населенным пунктам, которые возникали в июне, в начале июля этого года, когда только начинала устанавливаться сухая жаркая погода, по всем этим пожарам данные полностью либо исчезали из государственной статистики, отсутствовали в ней, либо занижались в десятки раз. Тысячи гектаров пройдены в том числе и верховыми пожарами, отсутствовали в статистике и люди на местах могли рассчитывать только на свои силы, рассчитывать только на то, что они до кого-то могут достучаться из средств массовой информации или через интернет какие-то призывы.

Любовь Чижова: Лесные и природные пожары нынешнего лета унесли жизни 54 человек, более 2 тысяч россиян, потерявших жилье, были эвакуированы. Но пока мало кто говорит о колоссальном ущербе, нанесенном самим лесам - на их восстановление потребуется много времени, сил и средств. Об этом – координатор проектов по лесной политике WWF Николай Шматков…

Николай Шматков: Наше государство находится во власти мифов. И миф о бескрайности лесных богатств в России привел к тому, что у нас было создано чрезвычайно опасное и горючее законодательство. Передав функцию по управлению лесами в регионы, государство забыло создать механизм по контролю качества за этими работами. Такого механизма нет. Леса сейчас и для местного населения и для многих нечистых на руку предпринимателей выглядят бесхозными, там нет государственной лесной охраны. А с бесхозным ресурсом, сами понимаете, что происходит – он разворовывается, он горит. На самом деле лесов, которые с экономической точки зрения доступны в России, совсем немного. И сейчас в результате катастрофических пожаров в европейской части России сгорели наиболее ценные леса и с экономической точки зрения, и с социальной, и с экологической точки зрения. Государство сейчас принимает усилия, чтобы дать дома и жилье погорельцам, и это очень правильно, это здорово. Но кто проявит заботу по восстановлению тех лесных массивов, которые сгорели. Полностью полагаться на добровольцев, на гражданское общество, я считаю, это неправильно. Должны быть предприняты серьезные меры.
В отношении лесного законодательства – необходимо восстанавливать государственную лесную охрану. Никакие спутниковые мониторинги не заменят государственного служащего в лесу и не заметит выявление пожара на самой ранней стадии. Бизнес очень часто, и это показали пожары, не готов к противопожарному обустройству лесов и к эффективной борьбе, оперативной борьбе с лесными пожарами. Это требует специальной подготовки, это требует специальных людей, требует специальной техники.

Любовь Чижова: Экологи пытаются подсчитать экономический ущерб от лесных пожаров по принятым в мире методикам, и, по самым скромным подсчетам, он превышает 300 миллиардов долларов. Из чего складываются эти цифры – говорит генеральный директор Центра охраны дикой природы Алексей Зименко…

Алексей Зименко: Для того, чтобы оценить это, мы использовали очень простую методику, которая учитывает всего два показателя – стоимость древесины и стоимость стандартных лесовосстановительных работ на такой сгоревшей территории. И получилось, что по самым осторожным подсчетам экономический ущерб составил около 25 тысяч долларов на один гектар. В этот расчет не входят очень многие показатели. Сюда не входят, например, затраты на расчистку сгоревших территорий там, где это необходимо, во многих случаях это будет необходимо. Сюда не входит дальнейший 50-летний уход за высаженными культурами, потому что такой уход требуется, иначе лес может просто не вырасти. Сюда не входят, естественно, многие не древесные потери, не древесных продуктов леса – это гибель животных, растений, краснокнижных в том числе, хозяйственно ценных и так далее.
Понятно, что пожары бывают разные и последствия от пожаров разные. Например, по средним многолетним данным в России порядка 77% - это низинные пожары. Они все-таки менее ущербны и приносят меньше ущерба, чем верховые пожары. Но тем не менее, и при низинных пожарах потери достаточно велики. Так вот, 25 тысяч долларов на один гектар – запомните эту цифру, пожалуйста.
А теперь давайте посмотрим в масштабах страны. По данным всемирного центра мониторинга пожаров, это весьма авторитетная международная организация, данными которой пользуются многие страны, в России в этом году пожарами пройдено не менее 10-12 миллионов гектар. Если пересчитать наши 25 тысяч на общую площадь, то это получится свыше 300 миллиардов долларов по стране. Причем это только стоимость деловой древесины и стандартных лесовосстановительных работ. Если дальше пытаться обсуждать ущербы, то можно, например, воспользоваться официально действующими нормативами стоимости объектов животного мира в России. Так вот, в соответствии с этими нормативами, уничтожение насекомых на одном квадратном метре территории стоит 50 рублей. Но это не просто всех насекомых – это одного конкретного вида насекомых, а таких насекомых в обычном среднерусском лесу минимум несколько сотен видов.

Любовь Чижова: Об экономическом ущербе от лесных пожаров нынешнего лета говорил генеральный директор Центра охраны дикой природы Алексей Зименко.
XS
SM
MD
LG