Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
В понедельник, 30 августа, обозревателю "Новой газеты" Анне Политковской исполнилось бы 52 года. Журналист, публицист, автор документальных книг "Путешествие в ад. Чеченский дневник", "Вторая чеченская" Политковская была застрелена в лифте своего дома в центре Москвы 7 октября 2006 года.

Владимир Кара-Мурза: Сегодня в день рождения Анны Политковской появилась информация о том, что дело о ее убийстве практически не расследуется. Обозревателя "Новой газеты" застрелили 7 октября 2006 года. Ни убийцы, ни заказчики до сих пор не найдены. По словам Сергея Соколова, заместителя главного редактора "Новой газеты", расследование уголовного дела никак не развивается. С уходом из жизни Анны Политковской резко сузился поток достоверной информации с Северного Кавказа. Так, к примеру, минимум проверенных данных поступает о происшествии в минувшие выходные, когда в Чечне в ходе операции под руководством Рамзана Кадырова были уничтожены 12 боевиков. Группа боевиков была блокирована в районе родового села Кадыровых Центорой. "Предположительно, скрыться удалось только тем из них, которые вели видеосъемку для отчета перед своими спонсорами, но мы уверены, что они также будут найдены", - сказал Кадыров. По его словам, двое сотрудников правоохранительных органов с ранениями доставлены в больницу. Как сообщает пресс-служба президента Чечни, в ходе спецоперации ранены четыре местных жителя, которые жили на окраине села. О том, как ощущается отсутствие Анны Политковской в российской общественной жизни, сегодня в день рождения мы говорим с ее коллегами Зой Световой, корреспондентом журнала "Нью Таймс" и Вячеславом Измайловым, обозревателем "Новой газеты". Как по-вашему, почему за рубежом куда бережнее хранят память об Анне Политковской, чем у нас в России?
Ужасно обидно, что все меньше и меньше Аню вспоминают, мы, коллеги, вспоминаем. Это очень обидно. Почему так?

Зоя Светова: Мне кажется, что у нас в России очень быстро забывают людей, которые погибают, как погибла Анна Политковская. У нас сейчас я не видела ни одной публикации, кроме "Новой газеты", где вспомнили в связи с днем рождения, о ней написали, что сегодня Анне Политковской исполнилось бы 52 года, и в других газетах я не видела сообщений. Конечно, 7 октября в годовщину ее гибели будет больше ритуальных заявлений представителей правоохранительных органов, наверное, они что-то будут говорить про расследование. Но ужасно обидно, что все меньше и меньше Аню вспоминают, мы, коллеги, вспоминаем. Это очень обидно. Почему так? Я не знаю. Но я знаю, как это делается за границей.
Год назад я была во Франции, в нескольких городах Франции, где в октябре проходила целая серия встреч и вспоминали Аню Политковскую. Кроме того, там открывали улицы имени Анны Политковской в маленьких французских городах. Я знаю, что в Москве тоже хотели это сделать "Репортеры без границ" - это международная организация по защите прав прессы, и они обратились к Лужкову с тем, чтобы чисто символическую табличку открыть на улице Лесной, что это улица, посвященная Анне Политковской. Мэрия отказала. Мало того, даже символическую табличку им не разрешили прибить. Мне кажется, что обязательно нужно вспоминать. Очень бы хотелось прочитать какую-то книгу, я знаю, что ее родственники готовили книгу воспоминаний, было бы здорово эту книгу прочитать.
Кроме того, я знаю, что на Западе несколько фильмов было снято. По-моему, во Франции был снят не только документальный фильм, который в Швейцарии и можно в интернете увидеть, и он на разных фестивалях показан, а еще во Франции был художественный фильм, где одна из героинь Анна Политковская. Не говоря о том, что несколько спектаклей было на Западе показано. Почему у нас этого нет - трудно сказать. А кто мог бы это делать, кто мог бы это сделать, как вы считаете? Мы, журналисты, конечно, в своем кругу вспоминаем, а власть не вспоминает. Власть, понятно, почему не вспоминает, потому что для власти Анна Политковская была врагом.

Владимир Кара-Мурза: Как по данным редакции "Новой газеты" продвигается ход расследования убийства Анны Степановны?

Вячеслав Измайлов: Я хочу поприветствовать Зою Светову, потому что она действительно очень много делает, спасибо ей за это. Вы знаете, в 2006 году в октябре месяце после того, как была ужасно убита Аня, я руководил отделом имени Анны Политковской в "Новой газете" и занимался расследованием этого убийства, журналистским расследованием. Это расследование было тесно связано с расследованием Генпрокуратуры. То есть вся информация, которую имели мы, получала Генпрокуратура. Какую-то информацию получали и мы маленькую, больше это было одностороннее движение. И я почувствовал через несколько месяцев, может быть не сразу, мы не хотели остаться одни, мы не хотели остаться одни, как в случае с Юрой Щекочихиным, с Домниковым фактически мы были одни. Мы не хотели оставаться одни, мы хотели сотрудничать со следствием, насколько это было возможно. Вот такая была позиция у редакции, такая была позиция у меня тоже. Но на определенном этапе я почувствовал, что в общем-то это разные вещи - расследование прокуратурой и наше расследование, что совместить несовместимое невозможно.
В июне 2007 года у меня случился инсульт. Наверное, были предпосылки. Тяжелый инсульт, я почти год не работал в "Новой газете". Но во многом этот инсульт был определен тем, как велось расследование. Прошло 9 месяцев с того времени, я отчетливо понимал, что в общем-то продвижение не в ту сторону и оно незначительное. Зоя правильно сказала, что в гибели Ани были заинтересованы некоторые лица во власти российской и некоторые лица в Чечне. Даже где-то может быть и бывшие ичкерийцы. Но, вы знаете, следствие пошло немножко не тем путем, и поэтому получился такой результат, какой получился. То есть следствие и судебное следствие абсолютно не убедило 12 присяжных в том, что эти люди, братья Махмудовы являются убийцами. Оно не убедило никого и нас, не убедило в этом. Следствие пошло не тем путем, мы это отчетливо понимали. Даже те люди, которые по нашему мнению были подозреваемыми в заказе на убийство, они никак не проходили. Была такая позиция, что лучше сотрудник спецслужб, чем человек нынешний при чеченской власти - такая была позиция. Эта позиция меня лично не устраивала. И я очень переживал то, что с этим нельзя было соглашаться, я не мог соглашаться. В частности, мой инсульт во многом было вызвано этим, конечно, были и другие причины, но этим тоже. Следствие на нуле.

Владимир Кара-Мурза: Валерий Борщев, бывший депутат Государственной думы, член Московской Хельсинской группы, отмечает уникальность таланта Анны Политковской.

Валерий Борщев: Потеря Анны Политковской невосполнима. Ее отсутствие в журналистике, в общественной жизни, в правозащитной жизни остро ощущается. Она была уникальный человек, и не только своей смелостью она отличалась, и не только своей принципиальностью и отсутствием привычки оглядываться на кого-то, а что, как, а вот она имела четкую цель, она имела четкий ориентир, совесть и ничего другого ей не мешало. Таких журналистов очень мало. Они вообще редко появляются на свет, такие журналисты и такие правозащитники. И конечно ее смерть, а самое главное, реакция на ее смерть президента Путина, которая сказал, что своей смертью Анна Политковская принесла больше вреда, чем своими публикациями, конечно, же это повлияло в целом на общественную жизнь. Скованность, а в общем-то и страх, у многих просто и страх.


Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG