Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Когда мужчины плачут (Нижегородская область)


Сергей Анисимов: В конце июля в Нижегородской области лесные пожары уничтожили несколько населенных пунктов. Согласно официальной статистики, только в Выксунском районе сгорело более 700 домов, погибло 23 человека и 40 пропало без вести. Прибывший на пепелище Владимир Путин обвинил в произошедшей трагедии местные власти и пообещал погорельцам решить все проблемы.

Что сейчас происходит в Выксунском районе Нижегородской области? Как лесные пожары отразились на жизнь региона в целом? Там где еще три недели назад стояли деревни и села - выжженные пустыни с останками домов. Больше всего пострадала деревня Верхняя Верея. Говорит волонтер благотворительного фонда "Нижегородский" Оксана Семочкина.

Оксана Семочкина: Это даже не война, это не пустыня. Это картина просто из фильмов ужасов. Пепел, горели камни, горела земля, больше ничего нет - ни деревьев, ни домов. Там просто пустыня. Некогда богатое село с огромными особняками, богатейшими, просто сравнялось с землей.

Сергей Анисимов: Раньше эта деревня называлась Гибловка. Название само по себе говорящее. Гибловка много раз сгорал дотла. Говорят, что на месте пожара ничего нельзя строить - плохая примета. Потом Гибловку переименовали в Верею, которая тоже сгорела, но об этом уже узнала вся страна. Тем не менее, на пепелище сейчас снова строят дома под наблюдением трех веб-камер, как распорядился премьер. Местные жители говорят, что веб-камеры направляют на место стройки только тогда, когда там ведутся работы, и отворачивают, когда работы заканчиваются.

Оксана Семочкина: Я своими глазами видела, что залито два фундамента, то есть там есть такие некоторые разметки, вбиты колышки под фундаменты. Построен один дом. Около этого одного дома целая шумиха. Там очень много СМИ. Но на данный момент возвели только один дом.

Сергей Анисимов: В соседнем селе Шимборская случилась мистическая история. Там сгорели все дома, кроме церкви.

Оксана Семочкина: Когда начался пожар, отец Кирилл начал бить в набат. Мужчины все отправились на пожар, а женщины с детьми заперлись в церкви и начали молиться. Они буквально отмолили. Церковь осталась вообще не тронутой.

Сергей Анисимов: Теперь в единственном уцелевшем здании одновременно проходят службы и раздают гуманитарную помощь.

Оксана Семочкина: Церковь буквально битком доверху забита вещами, мешками, тюками. Женщина, дочь его, говорила, что недавно привезли КАМАЗ откуда-то со вшами. Представляете! Там все эти вещи потом пропитывали газом. Все это пахнет. Там отпевают усопших.

Сергей Анисимов: Почему пожары были столь разрушительны? Говорит эколог Дмитрий Левашов.

Дмитрий Левашов: Государственная машина оказалась не готова к такому стихийному бедствию как лесные пожары. Например, 2002 год, который приводился в сравнение, самые крупные возгорания. Но их ликвидировали тогда четко, грамотно. Все силы прилагали. Например, достаточно длинные рукава, в том числе длиной в 2-3 км от ближайших крупных водоемов, и потом уже направляли пожарные расчеты рукава по отдельным локальным возгораниям. Сейчас такого не было, к сожалению. Сказалось опять-таки отсутствие техники, может быть, даже ликвидация лесхозов и, скажем так, слабый контроль.

Сергей Анисимов: Лесные пожары нанесли серьезный ущерб животному миру региона, которые теперь обречены на гибель. Люди, пострадавшие от пожаров, в каком-то смысле чувствуют себя ничуть не лучше животных.

Оксана Семочкина: Женщины стоят, разбирают вещи. Они вроде там как-то и рады этой помощи. Они отходят, с ними начинаешь разговаривать, расспрашивать - с ними случается истерика. Они просто говорят нечленораздельно.
XS
SM
MD
LG