Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Судьба стрелочника (Ленинградская область)


Татьяна Вольсткая: Маленький поселок N, живописный переезд, полосатые шлагбаумы, покрытые цветами склоны. Из старой желтой будки при приближении поезда выходит женщина в оранжевой жилетке, поднимает флажок, встречает поезд. Мимо проезжающих только мелькнет будка и флажок, потом другая будка. И о них больше не вспомнят. А между тем, там своя жизнь, свои тревоги, своя работа не такая простая, как многим кажется. Женщина в жилетке и с флажком называется "дежурной по переезду". От нее в бесконечном мелькании товарняков, электричек и скорых поездов тоже кое-что зависит. Жизнь окрестных водителей тоже зависит от того, как работает переезд. Никому не хочется стоять перед ним часами, если что-то сломалось. А это, к сожалению, бывает. Да, и при взгляде на асфальт в том месте, где он встречается с рельсами, невольно вырывается вздох. Говорит Вера Семеновна, проработавшая на переезде 15 лет. Имя, по ее просьбе, изменено.

Вера Семеновна: Переезд разгромлен, плиты болтаются, никому нет дела. Водители жалуются. Мы начальству говорим, а толку никакого. Дорога разбита. Машины портятся. Плиты подпрыгивают на некоторых переездах.

Татьяна Вольсткая: А зачем вообще следить дежурной по переезду?

Вера Семеновна: Чтобы не было никаких препятствий на переезде, чтобы составы шли, ползуна, скользуна не было, чтобы рукава все были целы тормозные.

Татьяна Вольсткая: Вы следите – прямо смотрите на вагоны?

Вера Семеновна: Мы обязаны все это делать и докладывать. Только вот нам сделали второй этаж – снизу ничего не видно практически. Неудобно – второй этаж, потому что колесную пару плохо видно. А спускаться тоже не будешь каждый раз туда. Щиток на верху стоит. Мы должны встречать у щитка.

Татьяна Вольсткая: Да, это раньше была крошечная будочка-развалюха, а теперь красивое двухэтажное, но в ней зимой очень холодно – печки нет, отопление электрическое. А ведь бывает - в поселке нет света, да и для работы, как видим, в ней есть изъяны. А как быть, если на переезде что-то случилось.

Вера Семеновна: Заградительные срываем, если какое-то препятствие на переезде. Машина застряла, заградительную срываем, сразу красный загорается. А если не успеваем, то по рации надо машинистам сообщить, дежурной по станции.

Татьяна Вольсткая: Бывают и другие неприятности. Вот, например, недавно сломался шлагбаум. Это было в смену другой дежурной – Натальи.

Наталья: Это уже чрезвычайная ситуация. Пока приезжают монтеры, пока все это отремонтируют, проходит время. В это время дежурный по переезду должен тут как-то это регулировать.

Татьяна Вольсткая: А что от вас конкретно зависит?

Наталья: Много обязанностей – встречать поезд, флажком приветствовать машиниста, чтобы не было пожара в отводе, чтобы груз был нормальный, чтобы не было смещений, чтобы не было угрозы падения человека с поезда и т. д. и т. д. Очень много.

Татьяна Вольсткая: То есть от каждой из вас, такой дежурной, очень многое зависит.

Наталья: Естественно. Это цепочка.

Татьяна Вольсткая: И как зарплата у вас?

Наталья: Про зарплату я промолчу. Ответственность большая, зарплата маленькая.

Татьяна Вольсткая: На руки так называемыми грязными здешние дежурные получают 11 тысяч. Жалуются, что на других переездах бывает и больше, хотя работа одна и та же. Но главная беда, по словам Веры Семеновны, с профсоюзом.

Вера Семеновна: Это дело каждого индивидуально – кто хочет, кто нет. Вот у нас, например, выйти нельзя из профсоюза. Запугивают просто-напросто. На ваше место придут со шляпами. Все идут к нам устраиваться через профсоюз. У нас есть пенсия негосударственная. Она железнодорожная будет. Из зарплаты высчитывается какой-то процент. Можно было выйти из него. Я сама лично поступила и решила выйти. Я написала заявление. Первый раз приехала в отдел кадров, а мне говорят – нельзя, подумайте. Думаю, ладно, подумаю. Второй раз приехала, мне сказали – вообще нельзя теперь уволиться. Хотя это добровольно. А если я выйду из этой пенсии, меня уволят. С меня вычетов было уже тысяч 5. А буду я получать, когда на пенсию пойду, 2-3. А высчитывают каждый месяц по 600 рублей из зарплаты. Пыталась, но теперь не знаю – боюсь.

Татьяна Вольсткая: А много таких?

Вера Семеновна: Много. Тем более, они запугивают всех, но только все молчат. И на работу принимают, только чтобы все писали это заявление.

Татьяна Вольсткая: Если так недовольны, почему тогда сидите в этой будке столько лет?

Вера Семеновна: А куда, столько лет отработавши, идти? И возраст уже.

Татьяна Вольсткая: Другая беда дежурных – хулиганы. Бывает, и стекла побьют в будке, и в дверь ломятся, и страшно женщинам одним. Милиция приезжает не сразу, если приезжает вообще. И только две из них не побоялись микрофона, взяв с меня слова не называть не только их имена, но и название поселка, работы в котором для них больше нет.
XS
SM
MD
LG