Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Добровольно принудительное увольнение (Екатеринбург)


Екатерина Петрова: Желание работодателя по-прежнему закон для рядового уральского сотрудника. Если начальник хочет, чтобы работник ушел добровольно, то противиться ему, как выясняется, неблагоразумно.

Обжигальщик Сергей Романов год проработал на одном из промышленных предприятий Екатеринбурга. Однако в разгар кризиса ему предложили уволиться по собственному желанию. Лишиться работы в планы Сергея Романова не входило, и он от этого предложения отказался. И дальше, как рассказывает рабочий, его буквально начали выживать. Не помогло и обращение в надзорные органы. То, что остаться в этой компании не удастся, Романов уже понял, но пытался добиться соблюдения всех положенных по Трудовому кодексу прав. Однако кадровые службы в этой борьбе оказались более подготовленными, и в итоге его уволили по статье.

Сергей Романов: Я находился в отпуске. Звонок от мастера – приезжай, увольняйся, а то уволят по статье. Я говорю – вы меня по статье, и я вам. Я не стал увольняться. Моему коллективу предложили – или мы выгоняем, или вам будет меньше зарплата. Кто-то мне сочувствовал, кто-то помогал. Я совершил, конечно, ошибки в процессе, как со мной они разбирались. И чтобы было время, чтобы с ними воевать, чтобы куда-то съездить, в прокуратуру. Сдавал кровь. То, что я сдал кровь и два дня не выходил на работу, они меня, видимо, из-за этого уволили. 31-я статья, "а", пункт 6 – "Особо злостное нарушение трудовой дисциплины".

Екатерина Петрова: Согласно официальным статистическим данным, только за один месяц в Свердловской области работы лишились 19 тысяч человек. И по собственному желанию уволились около 10 тысяч. Сколько сделали это под давлением – сказать сложно. По словам сотрудника кадровой службы одного из предприятий Екатеринбурга Натальи Крупновой, увольнение по собственному желанию – самый удобный для работодателей способ расстаться с сотрудником. Вынуждать людей подписывать такие заявления наверняка неэтично. Однако кадровики в данном случае просто исполняют функции, которые входят в их обязанности, говорит Крупнова.

Наталья Крупнова: Когда человека нужно уволить, стараюсь уволить по собственному желанию. Потому что законных способов уволить по инициативе работодателя, скажем, они все затруднены. Моя точка зрения, как человека, это абсолютно неэтично, но вы не забывайте, пожалуйста, что кадровая служба – это прежде всего сами работники, причем, наемные работники, которым платят заработную плату, в том числе и за неудобные функции.

Екатерина Петрова: Наталья Крупнова отметила, что до кризиса работники легко увольнялись по собственному желанию, даже если их об этом просил начальник. Сейчас соглашаются уже не все, многие готовы судиться. Впрочем, пока правосознание людей находится на довольно низком уровне, говорит юрист Игорь Родионов, работающий в сфере трудовых конфликтов. По его словам, подавляющее большинство отказаться от настоятельного предложения уйти добровольно боится и не только потому, что люди не хотят получить черную метку в трудовой книжке. Они опасаются славы правдоискателя и скандалиста. К сожалению, большая часть российских работодателей относится к своим сотрудникам практически как к рабам, которые должны трудиться, многого не просить и уйти по первому требованию, считает Родионов.

Игорь Родионов: Проблема в следующем – она не только с работниками. Глобальная проблема, когда человек думает – есть сильные миры. Работодатели – это некий более сильный, а я слабый. И он не исходит из равноправия субъекта. Фактически на сегодняшний день этого равноправия пока еще не достигнуто. Он понимает, что он в следующий раз все равно будет пытаться устраиваться на работу. Он идет к следующему работодателю, а ему скажут – о, дружище, мы тут позвонили твоему прежнему работодателю, да ты скандалист. И несмотря на то, что ты был прав, ему скажут – а нам какая разница, мы же не хотим у себя иметь работника, который все время правду ищет. Нам бы желательно тех, кто работает и готов на все ради своего работодателя.

Екатерина Петрова: Добавлю, что Сергей Романов, которому сейчас за 50, уже второй год не может найти полноценную работу. Многих потенциальных работодателей пугает запись в его трудовой книжке. Судиться с прежним начальством уже поздно – сроки возможного судебного разбирательства истекли.
XS
SM
MD
LG