Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Медведев не слышит голос Беслана


Акция памяти жертв теракта в бесланской школе №1

Акция памяти жертв теракта в бесланской школе №1

В Северной Осетии продолжаются траурные мероприятия в память о жертвах бесланской трагедии. Шесть лет назад в результате захвата школы террористами, погибли 330 заложников, в числе которых 186 детей. Потерпевшие в очередной раз обратились с письмом к президенту России Дмитрию Медведеву. Они не удовлетворены результатами расследования теракта и отсутствием должных социальных гарантий.

Траурные мероприятия в Беслане начались 1 сентября в 9 часов 15 минут утра, когда во дворе разрушенной школы раздался звонок. Именно в это время шесть лет назад вооруженные террористы напали на школу. Среди собравшихся во дворе школы был и глава Северной Осетии Таймураз Мамсуров, чьи дети также побывали в заложниках. Три дня во дворе бывшей первой школы звучит траурная музыка, непрекращающимся потоком идут люди с цветами.

Тогда, шесть лет назад, среди заложников оказался 13-летний сын Сусанны Дудиевой, ставшей затем главой комитета "Матери Беслана":

– Самая тяжелая минута - это в 13:05... Это последняя минута, когда был жив мой ребенок. А дальше 13:10, 13:20 – его уже нет. Не хотелось бы, чтобы мою судьбу пережила еще какая-нибудь женщина.

По словам Дудиевой, после шести лет федерального расследования теракта, у потерпевших нет никакого удовлетворения его результатами:

– Мы продолжаем жить во лжи. И нет никакого доверия к власти, никакого доверия к расследованию, прокуратуре.

Вопросы к расследованию у членов комитета "Матери Беслана" остаются теми же, что и шесть лет назад, говорит Сусанна Дудиева:

– Как допустили захват школы, несмотря на то, что шли шифрограммы с предупреждениями о готовящемся теракте? Почему потом, когда произошел беспрепятственный захват заложников, руководители республики и силовых ведомств, являясь уже членами оперативного штаба, продолжали лгать, бездействовать - или же действовали несогласованно и непрофессионально? Почему приняли решение отказаться от ведения переговоров, которых требовали террористы? Зачем решили обстреливать школу из танков, огнеметов и гранатометов, не дав вовремя команду приступить к тушению пожара?

О причинах недовольства потерпевших рассуждает Израил Тотоонти, один из составителей доклада североосетинского парламента по расследованию теракта в Беслане:

– Мне, как и пострадавшим, было бы легче, если бы я мог сказать: расследование проведено, все тайны раскрыты, виновные наказаны. Но следствие занималось не раскрытием, а сокрытием. И с этим соглашаться нельзя не только пострадавшим, но каждому из нас.

В Беслане в эти дни находится правозащитник Марина Литвинович. Вот что она рассказала Радио Свобода:

– Шесть лет – это срок, когда боль притупляется. Эмоции, которые первые годы здесь просто били наружу, сейчас немножко поутихли. Не то, чтобы боль улеглась, но уже нет такого острого эмоционального восприятия трагедии. Мне например, было больно смотреть, когда утром к школе согнали бюджетников. Это достаточно традиционная практика для всей России, когда людей сгоняют демонстрировать свою скорбь. Вот это выглядело ужасно. Когда этот поток схлынул, в спортивном зале школы остались только небольшие группки женщин, которые там потеряли детей. И наступила пронзительная тишина.

Остальной город живет своей жизнью. Кстати, здесь много детей. В том числе маленьких, которые родились после трагедии. Жалко, что те женщины, которые потеряли детей, не все смогли родить. Я со многими разговаривала и знаю, что некоторые усыновили детишек. Как-то они стараются эту потерю восполнить.

– Какие претензии остались еще у потерпевших к властям?

– К сожалению, на тех судебных процессах, которые прошли, не были допрошены ключевые свидетели и участники событий. Поэтому осталось очень много вопросов. Ведь совершенно понятно, что есть вина оперативного штаба, то, как проводился штурм. Спустя шесть лет не даны ответы на вопросы, которые мучают потерпевших с первого дня. От чего погибли дети? Кто именно их убил? Как именно? Официальные посмертные экспертизы расходятся с теми выводами, которые делает следствие. Поведение властей и следственной бригады за эти годы не изменилось, – считает Марина Литвинович.

Потерпевшие 2 сентября обратились с письмом к президенту России Дмитрию Медведеву. Авторы послания не удовлетворены результатами расследования теракта и отсутствием должных социальных гарантий для пострадавших от теракта: "Прежнее руководство страны не решило проблемы, возникшие из-за теракта, но и вы уже два года игнорируете наши заявления о проведении объективного расследования, о принятии социального закона о статусе жертв теракта. А в 2009 году, в пятую годовщину теракта, вы и не вспомнили о ранах Бесланской трагедии".

Послание опубликовано на сайте общественной организации "Голос Беслана". В настоящий момент авторы собирают подписи под документ, чтобы потом отправить его в Москву. Член Совета общественной организации "Голос Беслана" Элла Кесаева заявляет, что это далеко не первое письмо-обращение к властям. И, к сожалению, содержание его из года в год почти не меняется. По ее словам, потерпевшие все еще нуждаются в заботе государства, и принятие закона о статусе жертв терактов поможет людям социально адаптироваться к нынешней жизни:

– Закон лежит и в Госдуме, и в Совете Федерации. Наш местный парламент просил Совет Федерации принять этот закон, его доработали. Но почему-то Госдума препятствует его принятию. Приведу пример. Родители погибших детей по российскому законодательству не имеет никаких социальных гарантий, в том числе и пенсий. Дети погибли, а они выходят на пенсию на общих основаниях. В других цивилизованных государствах, например, в Испании, получают общую трудовую пенсию плюс еще пенсию как жертвы терактов – от 1000 до 5000 евро. Мы на такую огромную пенсию не рассчитываем. Мы рассчитываем лишь на льготы к пенсии за то, что родитель стал потерпевшим. Он потерял потенциального кормильца. Но такого понятия в российском законодательстве нет.

Вопрос об объективном расследовании теракта остается главным для потерпевших.

– На самом деле, расследования нет, - уверена Светлана Маргиева, член общественной организации "Голос Беслана". - Оно ведется только на бумагах. Мы же хотим независимого расследования, чтобы узнать правду об этой трагедии. Все то, что было сделано военными – нужно расследовать.

Попытки расследования обстоятельств теракта в бесланской школе проводились правительством и многими общественными организациями с разными результатами. В настоящий момент осужден только оставшийся в живых рядовой боевик Нурпаша Кулаев. Районные милицейские начальники, проморгавшие террористов, амнистированы в августе 2007 года.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG