Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские регионы: Амурская область


Взятие проб воды в реке Амур

Взятие проб воды в реке Амур

Ирина Лагунина: Как сообщила 1 сентября пресс-служба областного правительства, которую цитирует "АмурПолит.ру", Амурская область вошла в "двадцатку" лучших регионов России. Приамурье заняло 11 место среди 83 регионов. Это данные за 2009 год. А главные критерии оценки - экономическое развитие области, рост ВВП, объем инвестиций, оценка развития сельского хозяйства и малого предпринимательства. Кроме того, учитывалась эффективность бюджетных расходов по таким направлениям, как здравоохранение, образование, спорт и внедрение современных методов управления. Таковы официальные данные. Что происходит в этой области и чем объяснить такой прорыв? В беседе принимают участие доктор географических наук Наталья Зубаревич и политолог Александр Кынев. Цикл Российские регионы ведет Игорь Яковенко.

Игорь Яковенко: Вот уже скоро как два года правит этой областью Олег Кожемяко. Похоже, он сумел как-то обуздать местные элиты, смог поставить под свой контроль, в частности, об этом свидетельствует недавняя отставка мэра Благовещенска Александра Мигули и назначение подведомственного местному губернатору Николая Неведомского. Александр Владимирович, в целом, за счет чего Кожемяке, в отличие от предыдущих губернаторов, удалось установить контроль над Амурской областью и подчинить местные элиты, или скандалы еще впереди?

Александр Кынев: На самом деле скандалы перманентно происходят в регионе. Что касается Короткова, которого уволил президент в 2007 году, я бы не сказал, что Коротков пытался установить жесткий контроль. При особенностях характера, он, конечно, не ангел, мягко выражаясь, но в целом это был либеральный стиль. Кстати, Амурская область наряду с Сахалинской один из тех регионов, где "Единая Россия" проиграла региональные выборы весной 2005 года, там победил блок "Мы за развитие Амурской области", учредителями которого были в том числе "Яблоко" и российская Партия жизни. И как раз одна из версий, почему господин Коротков был уволен - это провал "Единой России" на региональных выборах. Что касается качества работы администрации, он не был экономистом и реально там решение принимали другие люди в администрации. К Короткову можно относиться по-разному, но во всяком случае никому в регионе он жить не мешал, мэров не увольнял и так далее.
Что касается пришедшего на смену господина Колесова, то как раз губернаторство Колесова может быть одним из самых одиозных случаев в российской губернаторской практике последних лет. Это человек уже умудрился проработать губернатором чуть больше года, после чего из региона отбыл. Дошло даже до митингов в Благовещенске под лозунгами "Чемодан, вокзал, Казань", поскольку господин Колесов прибыл на работу из города Казани, где был директором завода "Эликон". Вся его администрация была практически привозная. К примеру, начальник станции "скорой помощи", привезенный из Татарстана, стал министром здравоохранения, зам главы одного из районов в Татарстане был назначен министром имущества Амурской области и так далее. Вот такая была чудная администрация, поработала она замечательно, кончилось все просто пучком уголовных дел и отъездом в разные регионы, кто-то на родину, кто-то не знаю, куда.
Что касается господина Кожемяко, он оказался более успешным управленцем, чем Колесов. Это неудивительно, потому что Колесов никогда кроме завода ничем не руководи, а Кожемяко довольно крупный предпринимать, он сам дальневосточник, человек несколько другого стиля, понимает особенности географической зоны в целом. Перед этим он был губернатором Корякского округа. Кстати, у нас два случая, когда конкретный чиновник был губернатором двух регионов. Один из них был Хлопонин, который возглавлял Приамурье, потом Красноярский край, и второй Кожемяко, который возглавлял Корякию, а сейчас Амурскую область. Поскольку сам по себе дальневосточный бизнес рыбопромышленный, в котором Кожемяко сделал свой капитал - это вещь очень специфическая. Надо понимать, какой нужно иметь характер и навыки борьбы, чтобы выжить в рыбопромышленном бизнесе Приморского края. Мы знаем, какие там замечательные люди, какие у них есть формальные и неформальные клички и так далее. Так что это тоже показатель умения бороться за место под солнцем.
Команда, которую сформировал Кожемяко, в основном это приморские люди, то есть это его какие-то соратники, друзья, знакомые из Приморского края, разбавленные некоторым количеством выходцев из других регионов. Там есть один зам губернатора, который работал на Чукотке, один из Кемеровской области и несколько человек всего осталось из прежних администраций. Гайки Кожемяко закручивал постепенно, более осторожно, чем это делал Колесов, не с места в карьер. К примеру, с тем же Мигулей, мэром Благовещенска, борьба велась в несколько этапов. Вначале попытались ввести смешенную систему на выборах в городскую думу Благовещенска и поставили мэра лидером списка в надежде, что список провалится, поскольку очень сильны протестные настроения. Мигуля вытащил список на личной популярности, поскольку его популярность не вызывает сомнений. В конце концов, его уволили в мае месяце за невыполнение решения суда по восстановлению на работе директора бюро ритуальных услуг. Вот такое совершенно замечательное обоснование, оно до сих пор остается уникальным увольнением мэров. Мэр подал в суд, потому что оспорить ничего не удалось. В итоге поменяли после этого устав и теперь прямые выборы мэра Благовещенска отменены. Сейчас пошла волна по муниципалитетам, сейчас один за другим уходят главы других городов и районов. Так что в этом смысле вертикаль на марше. Колесов тоже боролся с главами районов, но боролся сразу и быстро, на чем и погорел. Кожемяко действует более осторожно, наверное, в этом секрет успеха.

Игорь Яковенко: Наталья Васильевна, эта буйная внутриэлитная борьба, что они делят, что происходит в экономике Амурской области, что является предметом бурной внутривидовой борьбы?

Наталья Зубаревич: Я с большим интересом слушала комментарии Александра и пыталась понять, как в глубоко депрессивном регионе могла возникнуть такая буйная политическая жизнь. Делить там можно в первую очередь бюджетные ресурсы. Потому что федеральная помощь составляет 40% всех доходов бюджета, будем считать, что народ борется за 40 миллиардов рублей, которые составляют объем бюджета. Если говорить об экономике, там остались только сырьевые отрасли, то есть лес полутеневой, золото, которое курируют два человека, один наш, другой австралиец, и там буроугольные месторождения, которые пришиты к тепловой станции. Вот и вся экономика. Остальное – это неформальный транзит через Амур китайской продукции.
Область настолько глубоко депрессивная, что ее можно приводить в пример. Смотрите: если взять промышленное производство, в 90 годы уровень сократился в четыре раза – это один из российских рекордов. И путем долгих, тяжелых усилий область вышла на уровень 40% от того, что было в советское время, то есть в два с лишним раза. Хотя нового кризиса регион не заметил, мертвым же не больно. Золото сохранилось, нелегальный лес как шел, так и идет. И она даже подросла промышленно. Но там нет и не было инвестиций. Они еще в кризис чуть-чуть подросли. Там нет нормального строительства жилья, там высокая зарегистрированная безработица.
И наконец, доходы населения, если считать зарплату в рублях, то она на уровне средней по стране, однако цены на Дальнем Востоке другие. А если взять среднедушевые доходы и поделить их на прожиточный минимум, то они едва в два раза этот прожиточный минимум превышают. Это такой вариант Марий-Эл, Чувашии на Дальнем Востоке. Выхода из депрессивного состояния не просматривается. Душевой ВРП, если брать его относительно среднероссийского и смотреть в динамике, если в 90 годы он был в три четверти от среднероссийского, хуже, но как-то, то сейчас едва выше половины. Регион экономически катится вниз.

Игорь Яковенко: Александр Владимирович, а что происходит в обществе в Амурской области, есть ли какая-то общественная жизнь, есть ли какие-то общественные организации, которые заметны, которые проявляют себя, влияют на ситуацию в обществе?

Александр Кынев: Конечно, общественные жизнь там есть, но в основном на Дальнем Востоке носит неформальный характер. Вообще специфика Дальнего Востока, даже депрессивных регионов, мы видим, насколько общественная жизнь там более активна, чем, скажем, в том же Поволжье, Марий-Эл, Мордовии и так далее. Связано это с особенностями заселения территории - другой состав населения. Люди пришли намного раньше, чем государство. Туда уходили переселенцы, которые жили сами по себе, и от государства их судьба не зависела. Там никогда не было крепостного права. Можно сказать, что каторга, ссыльные тоже внесли свою лепту в формирование политической культуры Сибири и Дальнего Востока. То есть это регион где люди не привыкли, что ими командуют, они привыкли, что они живут сами по себе, до Москвы далеко, до царя тоже и любые попытки командовать, они воспринимаются в лучшем случае мягко саботируют. Как и было в случае губернатора Колесова - люди не стерпели.
А что делят? Я думаю, что это внутренний выбор, как люди к власти относятся, а что касается ресурсов, регион пограничный, напротив Благовещенска на другом берегу амура вырос очень красивый город, там стоят небоскребы и в регионе все понимают, что то, что на другом берегу - это прямое следствие денег, вывезенных из России, из Амурской области. В регионе есть крупная золотодобывающая компания "Амурский рудник", как раз она имела тесные отношения с администрацией господина Короткова. Что касается администрации губернатора Колесова, то показательно - в ней ряд должностей ключевых занимали люди, выходцы из Рособоронэкспорта. Можно предположить, что, возможно, это как-то было связано с тем, что в регионе есть космодром "Свобода", есть деньги, связанные с проектами, связанными с этим космодромом. Кроме этого, поскольку это граница, поскольку лес, понятно, возникает вопрос о различных грузопотоках, о контрабанде и так далее. То есть Дальний Восток в этом смысле везде сильная теневая экономика, велика доля теневой занятости. Кстати, Амурская область, не секрет, находится в зоне освоения группировок из Хабаровского края, из Приморского края. Так что в этом смысле в том, что происходит, есть элемент борьбы местных против тех, кто туда приходит.

Игорь Яковенко: Наталья Васильевна, я возвращаюсь к проблеме роли личности не в истории, а в судьбе конкретного региона. Несмотря на то, что Кожемяко - это человек другой политической биографии, чем два его предшественника, человек, скажем, политически очень мускулистый, его правление, как раз эти два года пришлись на кризис. Но тем не менее, сказался как-то этой другой уровень политического экономического мастерства на результатах жизни в регионе?

Наталья Зубаревич: Знаете, все можно прицепить. Я скажу, что промышленность Амурской области выросла в кризисный год на 22%. Вы будете это приписывать губернатору?

Игорь Яковенко: Наталья Васильевна, я ничего не хочу приписывать, я хочу увидеть ваше видение, вашу экспертную оценку.

Наталья Зубаревич: Промышленность всего Дальнего Востока почти не была затронута кризисом. И здесь никакого преимущества назначение нового губернатора конкретно Амурской области нет. Эта ситуация характерна для всего Дальнего Востока. Второе: если этот губернатор сможет увеличить долю легальной экономики, тогда область будет показывать результаты. Но этот губернатор выходец из сектора, где легальная экономика не прижилась и где она в общем-то резко снижает прибыли. У меня есть большие сомнения, мне кажется, этот губернатор скорее будет отстраивать новые схемы, позволяющие извлекать прибыль из теневых потоков, но как человек политически опытный, соблюдая правила. Как говорил один человек, делиться надо.
XS
SM
MD
LG