Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Герои и антигерои на телеэкране: Марианна Максимовская в программе Анны Качкаевой о том, кто проиграет в антилужковской кампании


Юрий Лужков, 13 сентября 2010

Юрий Лужков, 13 сентября 2010

Анна Качкаева: Мы сегодня говорим понятно о чем, все равно еще не закончилась информационная кампания против Юрия Лужкова. И на таком вялом политическом фоне последних не скажу десятилетия, но нескольких лет, это уж точно, такое оживление на экранах. Поэтому, конечно, мы сегодня говорим об этом В итоговых программах минувших выходных было три персонажа, должна вам сказать, один герой - Владимир Путин, другой антигерой – Юрий Лужков и просто Дмитрий Медведев, победный автопробег которого выглядел на экране как-то скомкано, невыразительно и в общем даже вторично, особенно в сравнении с сериалом про «Ладу-Калину» и премьерское турне. Мы, конечно, поговорим, с чем это связано. Это, возможно, связано и с профессиональными вещами и просто слабостью некоторых корреспондентов, которые исполняют вот эти жанровые истории.

Федеральные каналы продолжали информационную атаку на мэра Москвы, который отправился в отпуск подумать. Кампания эта как-то идет тоже странновато. Грозная форма атаки на этой неделе выглядела совершенно неадекватно ее содержанию, потому что кампания во многих сюжетах была как-то смикширована после той истории «Дело в кепке», с которой стартовала.

Итак, герой и антигерой на телеэкране, кто проиграет в этой антилужковской кампании? И шире, как это ударит или не ударит по репутации власти? На чьей стороне – президента или премьера, а именно уже в таких категориях сейчас обсуждают ситуацию политологи, как она сыграет, на чьей стороне играют федеральные каналы. И со мной сегодня в студии ведущая программы «Неделя» Марианна Максимовская. Здравствуйте, Марианна, и я вас поздравляю с тем, что вы вышли в финал ТЭФИ, и ваши коллеги из «Репортерских историй» в большом количестве вышли в финал ТЭФИ. Сегодня вечером первая церемония в «Профессии», потом в конце недели «Лица». И будем надеяться, что вы в очередной раз чего-нибудь получите. И с нами по телефону моя коллега, обозреватель «Коммерсанта» Арина Бородина.

И вам мы задаем следующий вопрос: как вы думаете, кто победит в этой антилужковской кампании, а кто проиграет? Не обязательно говорить о персонажах, можно поговорить и о себе.

Марианна, тогда с вас, потому что так получилось, что вы выступили трибуной, на которой господин Лужков смог защититься. И из программы вашей все, кто ее смотрел, узнали, что Лужков даже ждал, пока вы приедете с камерой.

Марианна Максимовская

Марианна Максимовская: Да, это правда.

Анна Качкаева: Вот как это все было?

Марианна Максимовская: Это правда, это действительно абсолютно случайно получилось, потому что мне уже сейчас любители конспирологических теорий говорят, что ну, на самом то деле, все не так, на самом деле кто же позвонил, кто дал указание? Ну, оправдываться, как сказал Лужков у нас в интервью, это значит вызвать подозрения, что ты все-таки виноват. Поэтому, конечно же, не буду говорить, что нет, никто не звонил, это было случайно. Но действительно абсолютно случайная ситуация. Я пришла на вечер памяти Артема Боровика, которому исполнилось бы 50 лет, в Московском Манеже.

Анна Качкаева: Пришли без камеры.

Марианна Максимовская: Пришла абсолютно без камеры, просто вот среди гостей, собиралась там провести время. С глубоким уважением я отношусь к семье Артема Боровика, к его работе, дата такая. И обнаружила в фойе совершенно поразившую меня с первого взгляда буквально картину: Юрий Лужков в центре фойе, уже народу много, и народ, как у нас принято говорить, бомонд или элита, причем разная, и политическая, и шоу-бизнес, артисты, кого бы там только не было. И вот в центре зала стоит Юрий Михайлович Лужков, рядом с ним организаторы вечера, Генрих Аверьянович Боровик, и все. И вокруг него такая мертвая зона. Сколько раз я видела Лужкова в разных ситуациях, но к нему не то что не пробиться… Дело не в охране. Потому что куча людей, им всем что-то надо от московского мэра или хотя бы просто пожать руку или выразить глубокое почтение, нижайшее. Все понимают наши реалии. И здесь совершенно другая ситуация. И, кстати, камеры были, и были журналисты с камерами, которые приехали освещать вот этот вечер памяти. И эти журналисты с камерами тоже к Юрию Михайловичу не подходили, хотя уже тогда это уже была топовая новость, это был главный герой, главная политическая интрига. И в общем нет ни у кого интереса ровным счетом не вызывал. У меня, конечно, вызвал. В принципе я ни на что особо не рассчитывала, потому что за последние годы я просила у него интервью десять раз, восемь, это только официально. Сколько раз разговаривала с пресс-службой его, и ни разу ни по каким поводам… А уж сколько мы сюжетов сделали про ситуацию в Москве, про ту же ситуацию с недвижимостью, старая Москва, снос домов, про все-все-все, про что говорилось в докладах «Лужков. Итоги», например, Бориса Немцова, и не только в этом документе. Сколько раз мы делали сюжеты, и мне приходилось их выдавать в эфир, что называется, без второй стороны. Потому что в лучшем случае как-то раз Теребков, это представитель Елены Батуриной, от имени «Интеко» нам что-то официально сказал, и все. Ни Лужкова, ни Батуриной не было никогда.

Ну, тут, я думаю, попробую, а вдруг… И вот это «а вдруг» сыграло. Понятное дело, почему. И Юрий Лужков не просто согласился дать интервью. Я говорю: «Послушайте, а у меня камеры с собой нет». Он говорит: «Ну, тогда у нас с вами ничего не получится», Я говорю: «А сейчас я камеру привезу». Он говорит: «Тогда я подожду». В общем, он действительно ждал.

Анна Качкаева: И сколько ждал?

Марианна Максимовская: Не то что он прямо сидел или стоял, переминаясь с ноги на ногу, конечно, врать не буду. Он выступал на этом вечере, сидел за столиком. Это был центральный, конечно же, столик, с семьей Артема Боровика. Справа от него сидел Константин Львович Эрнст, гендиректор Первого канала, и с левой стороны глава МЧС Шойгу, которого во всяких информационных сообщениях уже называли среди возможных претендентов на пост московского мэра. Понятное дело, что он это никак не комментировал и не комментирует, но тем не менее… В общем, достаточно была любопытная история. И надо сказать, что эти два человека проявили себя, на мой взгляд, по сравнению с той картиной, которую я увидела в самом начале, вот эта пустота, эта мертвая зона вокруг Лужкова, здесь совершенно было все по-другому, очень вежливое общение, никто не вскочил и не убежал от этого стола, как от чумного барака, ничего такого не было. Высидели, что называется, положенное время.

Анна Качкаева: Кстати, на Первом канале и информационно это было довольно спокойно, как ни странно.

Марианна Максимовская: Наверное. В любом случае со стороны это выглядело очень прилично, это было прилично, поведение Эрнста и Шойгу было абсолютно приличным. Отсидев положенное время, они оба встали и ушли, Лужков остался, он произносил прочувственную речь по поводу журналистики. Он в конце этой речи заплакал. Я впервые видела плачущего московского мэра. Он буквально заплакал, у него сорвался голос. Эти съемки есть в «Совершенно секретно». Я думаю, что когда-нибудь они станут такой редкостью большой документальной. И потом он сам, я сидела за соседним столиком, махнул рукой: мол, давай, камера то приехала, нет? Я пошла, и мы это интервью записали в абсолютно антисанитарных условиях, с точки зрения профессии: орет музыка, люди ходят, эскалатор едет.

Анна Качкаева: Не важно, оно разошлось на цитаты и оказалось концептуальным, конечно. Естественно, потом использовали все цитату про защиту жены, что она талантливейшая из… И сегодня, я так понимаю, довольно любопытно, что вы считаетесь программой, противной федеральным каналам, в общем фрондирующей, и Лужков дает интервью именно вам. И Елена Батурина сегодня дает интервью «Новому времени».

Марианна Максимовская: Вы знаете, я так скажу, что если бы другие каналы проявили интерес к Юрию Михайловичу и его позиции по поводу нынешнего конфликта, он бы дал интервью и всем другим телеканалам. Наверное, просто не проявляют интерес.

Анна Качкаева: Ну, видимо. Потому что это лишний раз и доказывает, что интервью, когда они во власти и в силе, ни вашему каналу, ни New times, я думаю, никто бы никогда не давал. А вот теперь, когда, что называется, жареный петух, хорошо, что все-таки есть, где эти интервью давать. Это правда.

Арина, как вы оцениваете кампанию?

Арина Бородина: Вы имеете в виду всю телевизионную кампанию?

Анна Качкаева: Да, конечно. Как она выглядит, может, какие-то яркие моменты, которые вам вчера-позавчера удалось отметить для себя.

Арина Бородина: Я начну с самого конца скорее, как всегда, и продолжу мысль, о которой говорила Марианна. Во-первых, я хочу ее поздравить, СМСку я ей отправляла после эфира, еще раз хочу, пользуясь случаем, поздравить с очень хорошим интервью. Собственно, Юрия Михайловича тоже, потому что я давно не слышала в нашем эфире телевизионном, чтобы политики такого уровня, как мэр Москвы, говорили так внятно, четко, жестко, я бы даже сказала, ультимативно. Что вообще уже последние 10 лет на государственных каналах я вообще не слышу. У Марианны это бывает, но все равно интервью отличное.

А начну я с конца. Я вчера сильно изумилась, когда на Первом канале как раз я не увидела вообще в «Воскресном времени» ни звука про Юрия Лужкова. Я подумала, что, может быть, я ошиблась, и запись свою еще раз пересмотрела. Нет, не было ни одного сюжета, ни синхрона, ничего, что бы нам говорило о том, что вообще есть какая-то кампания против московского мэра. Честно скажу, для меня это такая удивительная вещь и весьма симптоматичная, потому что это, естественно, крупнейший канал страны.

А что касается кампании, я с вами соглашусь, она действительно имеет какую-то странную ситуацию, и в общем, она, наверное, показывает растерянность власти и, на мой взгляд, она красноречиво иллюстрирует, что нет еще однозначного решения, как из этой ситуации с мэром Москвы выходить. Потому что атака была бурной, и еще в пятницу, по моим данным, во всяком случае в нашей редакции говорили, что в эти выходные, которые только что у нас были, предстояла еще одна атака, и вроде бы даже еще более активная. Мне даже дали задание внимательно следить за эфиром, хотя это итак понятно. Но она действительно очень была смикширована. Да, более-менее жесткий сюжет был в итоговой программе «Сегодня», и он был очень длинный, десятиминутный, чего в этой программе редко бывает. Но как-то так показали зубы в «Вестях недели», но там не было сюжета, просто Евгений Ревенко жестко пересказал хронику последних двух-трех дней, сказал, что мэр ушел в отпуск. Показали фильм в рубрике «Специальный корреспондент» о разрушениях старой Москвы, но его снимали очень давно уже, две недели назад и ничего нового нам там не рассказали. И вот, повторюсь, что в программе «Время» воскресном вообще не было ни звука. Поэтому она так громко началась, очень топорно, на мой взгляд, неярко, достаточно предсказуемо, потому что таких бойцов, которые были 10 лет назад в телевизионном эфире, я бы сказала, телевизионных тяжеловесов, как раньше когда-то говорили про политиков, конечно, сейчас нет. Поэтому все средства были довольно примитивные. И самое яркое оружие – это жена мэра Москвы Елена Николаевна Батурина. И фильм, который показали на НТВ в «Русских сенсациях» в эту субботу, кстати, имел колоссальный рейтинг.

Анна Качкаева: Да, давайте про телесмотрение.

Арина Бородина: Да, рейтинг у него очень высокий, там 30% доля аудитории. Это, я думаю, самый популярный проект в Москве. Естественно, Батурина обошла по популярности у зрителей. Если верить рейтингам, фильм «Дело в кепке» в Москве прошел тоже с высокими показателями, почти 25% была доля. Но я хочу сказать, что это интересно именно в Москве. В других городах страны, если верить общероссийским показателям, эти все фильмы про Лужкова или антилужковская пропаганда очень спокойно воспринимается. Там рейтинги гораздо меньше. И я хочу сказать о том, что, по моим данным, фильм о Батуриной снимался давно, летом еще, то есть без всякой кампании. Он был в числе еще нескольких заготовок биографических.

Анна Качкаева: Я то слышала, что еще и раньше, когда они брали интервью в связи с «Форбсом», еще когда была история полуторагодичной давности.

Арина Бородина: Во всяком случае, это была заготовка. И это действительно видно, это даже местами такая добрая биографическая, я бы сказала, сказка. Понятно, что там есть доснятые куски, более актуальные. Кстати, совершенно беззастенчиво цитируется Марьянино интервью, о чем я ей сказала без всякой ссылки на «Рен-ТВ», на ее программу. На мой взгляд, это просто хамство профессиональное.

Анна Качкаева: Там есть смешные вещи. Можно я маленькие вещи процитирую, потому что, и мои коллеги на это обратили внимание, там есть фраза: «Это было так давно, что уже кажется неправдой. Белый дом был не только парламентом, но и местом для дискуссий. И Лужкова там частенько трепали». И показывают его на трибуне Верховного Совета, который был в Кремле, а не в Белом доме. То есть корреспондент так юн, что он даже не знает, что…

Арина Бородина: Я совершенно с вами согласна, именно это я вторым пунктом хотела перечислить. Это бросалось в глаза. Михаил Попов – совсем юный, не совсем юный, но совсем молодой корреспондент. Но странно, что об этом даже не знали его более старшие коллеги. Но, видимо, тоже не углядели, потому что действительно было очень давно. На мой взгляд, это не делает чести, что они срезали микрофон «Рен-ТВ» и сделали такую размытую съемку в кадре, чтобы не было вообще понятно, где это интервью было. А кусок то заявления про Батурину Лужкова был самый яркий, один из самых ярких в этом интервью, и в общем, могли бы сослаться на «Рен-ТВ». Нет никакого в этом абсолютно криминала. Но тем не менее, фильм такой вышел не настолько острый, как он бы таким мог быть. Но зрители его, безусловно, смотрели, потому что раскрутка была очень активной.

Анна Качкаева: Давайте еще несколько штрихов про Первый и Второй канал. Первый, очевидно, дистанцируется. Насколько я поняла, даже после первой истории до меня доходили такие слухи, что там были даже недовольны недостаточной жесткостью информационных материалов на Первом канале, а в итоге на второй неделе в воскресенье ничего и не появилось. Тем не менее, как Первый и Второй канал смотрела страна? Такое ощущение, что вряд ли тоже сильно…

Арина Бородина: Да, я скажу. Конечно, во-первых, что касается прошлой недели, действительно, у Первого было чуть смикшировано, они пошли через тему пробок в Москве. Она действительно всех беспокоит, душит, и все от этого задыхаются. И такого явного красноречивого наезда, если именно это слово употребить, там не было. Хотя там были, конечно, возмущенные водители, стоявшие в пробке, которые ругали мэра Москвы. Но я бы хотела посмотреть любой другой город мира, где люди бы стояли в пробке и не ругали бы власти города за это состояние дорог и автомобильной трассы. Там действительно было мягче, чем на канале «Россия 1», там, как всегда, Евгений Ревенко очень так эмоционально, я бы сказала, чихвостил мэра Москвы.

Анна Качкаева: Надо отдать должное «России 24» и «Вестям-Москва», потому что они рассказывали про историю снесенной Москвы тоже не первый раз.

Арина Бородина: Это единственная программа, которая на протяжении долгих лет, в частности «Вести-Москва», делали систематически сюжеты о разрушениях и том, что творится со старыми памятниками московскими. Это я абсолютно с вами согласна. Но это все равно стилистика того, что было в «Вестях недели», отличалась от того, что было на Первом канале. И я вам хочу сказать, что касается, если смотреть рейтинги, то общие показатели сюжета о Лужкове в целом на программах никак не отразились. Но я специально посмотрела поминтку так называемую. Именно эти показатели в программах государственных каналов одни из самых популярных, если так можно говорить.

Анна Качкаева: То есть все-таки смотрели, ждали эти сюжеты?

Арина Бородина: Для меня это немножко спорная ситуация. Я с трудом могу себе представить зрителя, который ждет в «Вестях недели», когда ему покажут про Лужкова. Но, судя по рейтингам, это именно так, этот сюжет там был самый популярный в течение полутора часов, что шла программа. И я единственное еще хотела сказать, очень тонко, я бы сказала, с точки зрения государственного канала, был показан на прошлой неделе, а в этот раз еще у Сергея Брилева в «Вестях» в субботу выступление Жириновского, из-за которого мэр Москвы подал на ВГТРК, в частности, в суд. Они соответчиками выступали, в суд на Жириновского он подал, а ВГТРК – соответчик. Они дали синхрон Жириновского, где он просто обливает очень смачно грязью Юрия Лужкова, обвиняя его во всех смертных грехах. И синхрон, мы знаем, как говорит Жириновский, выглядит очень ярко и убедительно. Канал с удовольствием его дважды показал, сначала на прошлой неделе, и в этот раз, а потом сказал, что вот именно за эти слова Лужков подал в суд на Жириновского, а мы выступаем соответчиками, но с нас денег никаких в суде не взяли. На мой взгляд, это было придумано забавно, особенно если учесть, что к программе Евгения Ревенко этот синхрон не имел никакого отношения, а этот синхрон прозвучал в свое время в программе Сергея Брилева, в «Вестях недели» его могли бы вообще не показывать, но показали, не отказали себе лишний раз в удовольствии таким образом пнуть мэра Москвы. Но это такие мои мелкие наблюдения.

Анна Качкаева: А скажите мне, пожалуйста, мы с вами уже почти 20 минут говорим о персонаже, если говорить не о человеке сейчас Лужкове, не о мэре, а о персонаже телевизионном, который действительно, и, видимо, рейтинги это показывают, вызвал интерес и у зрителей в том числе, он выглядит абсолютным если не антигероем, то героем. С драматургической точки зрения, он вполне такой спарринг-партнер для другого какого-нибудь, как вы говорите, политического тяжеловеса экранного. Как вам кажется, он кто в этих двух неделях? Кто против него стоит героем?

Арина Бородина: Героя нет, он размыт. И как справедливо сказала Елена Батурина в своем интервью New times, это неназванный источник в Кремле – его оппонент, собирательный персонаж.

Анна Качкаева: Коллективный герой.

Арина Бородина: И более того, он размыт. А после интервью Марьяны я как раз считаю, что Лужков выглядит не антигероем, а абсолютным героем, телевизионным героем, потому что столь убедительного, экспрессивного интервью от первого лица я очень давно не видела в нашем телевизионном эфире. И, конечно, президент Медведев, на мой взгляд, в этом противостоянии, если мы принимаем в расчет, что за ним стоит прежде всего он, а не Владимир Путин, на мой взгляд, выглядит пока довольно бледно. Что-то тут они не продумали в своей политике. И вот, судя по тому, как она захлебнулась, не закончившись, в эти выходные на федеральных каналах, не все так однозначно и совсем не все так убедительно и, на мой взгляд, довольно слабовато.

Анна Качкаева: И если говорить о сегодняшнем интервью Елены Батуриной, мы не знаем, какой знак вопроса или какое многоточие поставлено в этой истории.

Марьяна, в общем описали ситуацию, понимаем, как это все выглядит, зачем это все в результате нужно? Информационные войны всегда с какой-то целью ведутся.

Марианна Максимовская: Безусловно. Понятно, что это широкая информационная кампания, это совершенно очевидно. Здесь есть два главных вопроса: как в результате выглядит Лужков, и как в результате выглядит власть? Давайте так, чтобы нас не обвинили в попытке вбить клин между представителями правящего тандема, скажу так же: неназванный источник в Кремле, который вторую неделю подряд комментирует высказывания Лужкова, его статьи и так далее. Лужков – безусловно, он людям надоел. Это факт, его не любят. Самый главный момент – это миллиарды его жены. Понятно, что в России богатых не любят. А здесь ситуация, что бы ни говорил Юрий Михайлович, очевидная. Какой бы талантливой женщиной ни была Елена Николаевна Батурина, конечно же, почти 3 миллиардов долларов у нее бы не было. С эти спорить никто не будет. Его, конечно же, не любят, хотя я помню его феноменальные результаты на выборах, сколько раз он выигрывал. И за него голосовали. И голосовали за него подавляющим большинством голосов, когда уже против выступали харизматичные личности вроде банкира Лебедева. И уже тогда говорили о коррупции в Москве, и уже тогда была Батурина, и уже много чего было, и все равно Москва, которая традиционно голосует отлично от России, позволяет себе всякие вольности, фронду и так далее, все равно голосовала за Лужкова как за крепкого хозяйственника. Сейчас он очень многих достал, и люди радуются, потирают руки, говорят: «Так ему и надо. Вор, взяточник, украл мои деньги». Это первое.

Второе. Лужков, безусловно, в глазах большинства выглядит антигероем. Это совершенно очевидно. Люди верят тому, что рассказывают по телевизору, это мы знаем. Какого бы качества не были эти рассказы, большинство все равно этому верит, это первое, это надо понимать. Есть небольшое количество людей, для которых Лужков, безусловно, стал героем. Это небольшое количество, это люди с обостренным чувством справедливости, которым противно оттого, в какой форме началась кампания против Лужкова, эту кампанию они называют травлей, вспоминая советские времена.

Анна Качкаева: При этом не любя Лужкова.

Марианна Максимовская: Не любя Лужкова и понимая всю ситуацию и в Москве, и с этой системой, которая выстроена уже на протяжении скольких десятилетий в Москве. Это все понятно. Но в ситуации вертикали власти, в ситуации подавления инициативы чиновника, я уже про людей не говорю, когда опасно высказывать свою точку зрения, ведь все помнят окрик со стороны президента, когда парочка тяжеловесов, в том числе Лужков, кстати, сказала, что хорошо бы вернуться к выборности глав регионов. На что им сразу указали, что, вы, друзья, знайте свое место и вообще помолчите. Вот мы сегодня узнали из интервью Батуриной, что Лужков после этого даже ходил с заявлением об отставке к Медведеву, и это заявление об отставке Медведев тогда не принял. Но в любом случае людям многим понравилось то, что Лужков борется. Сразу вылезла его харизма, его качество борца, те качества, которые пригождались ему в те времена, когда были выборы, когда было волеизъявление.

Анна Качкаева: Когда они были востребованы.

Марианна Максимовская: И когда именно с помощью таких качеств люди занимали высшие руководящие посты, а не с помощью каких-либо других качеств. Например, умение не сказать решительно ни о чем, что человек на самом деле думал. И вот это вдруг проявленное качество борца, умение держать удар и отстаивать свою позицию многим понравились. Но, конечно, далеко не всем.

Теперь, как выглядит власть в этой ситуации. Это более сложный вопрос, потому что, наверное, учитывая молниеносность атаки, ее явную неподготовленность, это было по принципу Наполеона: надо ввязаться в войну, а там посмотрим. И ввязались в войну сразу сильно, мощно, такого у нас в стране уже не было очень давно. Учитывая, что люди решительно не понимают, как там наверху принимаются решения, что произойдет в следующий момент, и почему на теракт, например, отвечают асимметричным ответом – отменой выборов губернаторов, такая политическая интрига, еще с такими героями, конечно, вызвала огромный интерес. Но это было очевидно не подготовлено. Что-то явно этот самый неназванный источник в Кремле взбесило, взбесило до такой степени, что реакция была молниеносной. Это что-то скорее всего действительно интервью Лужкова двум газетам, в том числе «Российской газете», по поводу Химкинского леса, где он действительно позволил себе противопоставить, это не было, конечно, напрямую, сказано, но это абсолютно читалось между строк, он противопоставил президента и премьера по поводу Химкинского леса, употребил слово «болтать», что, наверняка, конечно, может обидеть любого и, видимо, и обидело. И вот началась эта атака. Я не уверена, что те, кто ее продумывали, эту самую атаку, сразу имели какой-то план действий, хотя, наверное, так надо было бы сделать. Я абсолютно тут сторонний наблюдатель. Мне никто таких вещей не рассказывал. Но думаю, что не ошибусь, если скажу, что вряд ли был какой-то план уже в тот момент, когда эта атака началась. Потому что любой кризис, его надо разрешать быстро. Это же известно, что кризис затяжной, как правило, заканчивается…

Анна Качкаева: В общем, результат мы имеем – неопределенность ситуации, странность в отношении действующего президента, потому что можно было всего этого не устраивать, а просто росчерком пера.

Марианна Максимовская: Его можно было просто отправить в отставку сразу.

Анна Качкаева: Такое некое наблюдение товарища премьера, который присматривается к тому, как же это все происходит, и общую потерю репутации властей, потому что крупнейший человек из «Единой России», то есть один из лидеров, полощется, что называется…

Марианна Максимовская: Дело в том, что для вертикали власти это убийственная ситуация, потому что она треснула, эта вертикаль. Когда один из ее отцов-основателей, а все мы помним, какая роль Лужкова была в сотворении этой самой вертикали, «Единой России» и всего остального, вдруг устраивает такой прилюдный бунт на корабле.

Анна Качкаева: Арина, я теперь вас хочу спросить, поскольку мы с вами, наверное, одни из немногих, кто вчера подробно посмотрели все итоговые программы, и вот у меня создалось впечатление, поправьте меня, если это не так, вы говорите, что Лужков – герой, я считаю, что он – антигерой в смысле драматургическом, а герой как раз - Владимир Путин, который абсолютно позитивно и ярко от пожарищ до форумов демонстрирует свою энергию, от молодежи до бизнесменов. И такой никакой Дмитрий Медведев с этими странными пробегами, партизанами, рассаженными у кострища у выстриженной лужайки. Все как-то странновато. Как вам кажется, кто в результате этого информационного контекста выиграл? На мой взгляд, Путин.

Арина Бородина: Тут надо разделить, Аня, несколько этих вещей, потому что, говоря о том, что Лужков – герой, я говорю это применительно к освещению и кампании против Лужкова.

Анна Качкаева: Естественно, естественно.

Арина Бородина: Путин в этой кампании формально не участвует, он вообще никак себя не показывает. Это мы можем догадываться, что там происходит за кадром в Белом доме или в Кремле с его участием. Публично он в скандал никак не вмешивается.

Марианна Максимовская: Ну, так Медведев тоже на самом деле публично не вмешивается.

Арина Бородина: Да, абсолютно, мы уже об этом сказали. И поэтому в этом контексте Лужков в конфликте выглядит героем. Те, кто против него, выглядят довольно мутно и расплывчато. Мы даже не можем назвать, кто это. Конечно, если говорить о телеэфира в целом, о правящем тандеме, как сейчас говорят, это Медведев и Путин, несомненно, героем выглядит Путин. Тут даже нет никаких сомнений. Я вчера посмотрела вот этот сюжет о пробеге. Я не видела, к сожалению, этих новостей на неделе, так получилось. И, конечно, мой пробел тут же восполнили государственные каналы, поставив эту тему номер один, как в «Воскресном времени», так и в «Вестях недели». Вы знаете, я углядела диверсию одну. Но я, конечно, далека, я так шучу, может быть, отчасти, но в обшем, честно говоря, была изумлена, потому что в сюжете про то, как случился этот пробег с территории Украины на Россию, в котором участвовал Дмитрий Медведев и Виктор Янукович, знаете, был такой план, когда было очень четко видно, что за этой «Победой», в которой ехал Медведев, абсолютно пустынная картинка, и движется огромный, длинный кортеж правительственный, машина сопровождения. Там даже на плане видно, там с десяток машин на пустынной трассе. В сюжетах из Владивостока и Читы, где на «Ладе-Калине» ехал Путин, подобного в сюжетах не было. Нарочно ли это было или случайно, но этот план держался в кадре несколько секунд. И в общем, честно говоря, это недочет тех, кто выпускал это в эфир.

Анна Качкаева: Не говоря о том, еще о деталях скажу…

Арина Бородина: Это именно деталь. Я уже не говорю о том, что сам креатив просто не выдерживает никакой критики. Мне просто в этой ситуации интересно, это президент настоял на том, чтобы ему сделали точно такой же видеосюжет в машине, только вместо немой корреспондентки, которая только кивала головой, показанной в «Вестях», ему посадили ветерана войны, пожилого человека в орденах, который тоже не участвовал в диалоге, а просто сидел для картинки, но правда, более живо смотрелся сам президент Медведев. Или же, если это на захотел сам президент, а ему предложил тот же человек, а я не сомневаюсь, что у этого человека есть конкретная фамилия, это один человек, и не телевизионный деятель, то же самое предложил: «Дмитрий Анатольевич, а давайте мы и вас снимем в машине и покажем это по телевизору», тогда я ничего не понимаю. Это скудность мысли тех, кто в Кремле принимает решения, или в этом что-то есть другое, слово это я уже сегодня произносила.

Марианна Максимовская: Они сейчас поддерживают российского автопроизводителя всеми силами.

Анна Качкаева: Автопроизводитель старый. Нет, объяснять бессмысленно.

Арина Бородина: Уже у нас сошла с конвейера.

Марианна Максимовская: А это старые песни о главном.

Анна Качкаева: Но только тогда в картинках чаще всего появляется опять же на длинном плане януковичская машина с украинским флагом, российский флаг не мелькнул. Вот эта декоративная картинка на лужайке напоминала литературно-драматическую композицию, чтобы было понятно, на фоне такой сеточки, ветеранов, лужаечки и кострища большого.

Марианна Максимовская: Сейчас скажут: ничего святого.

Анна Качкаева: А еще, раньше все-таки показывали, мы же знаем, как Доренко, например, в свое время показывал Лужкова, чтобы сделать его поменьше и в кепочке, он снизу снимал. Все телевизионщики знают, как это делается. Так вот, Дмитрия Медведева последнее время показывают очень аккуратно. Здесь не щадили. Янукович нависал прямо над Дмитрием Анатольевичем.

Марианна Максимовская: Если вернуться к истории с Лужковым, которая, может быть, не такая зрелищная пока.

Анна Качкаева: Да зрелищная, она как раз более яркая.

Марианна Максимовская: Более яркая, конечно. Мне кажется, что президент еще выйдет на авансцену, как это принято говорить, и, возможно, он это сделает уже в самые ближайшие дни, если даже не сегодня. Ведь понятно, что для отставки, насильственной отставки, которую может провести президент, нужны очень веские основания. Совершенно очевидно, что за те полдня, которые были у телеканалов, чтобы сделать первые антилужковские разоблачительные фильмы, не нашлось такой аргументированной причины отснятой настолько, чтобы все поняли: понятно, за это надо снимать. Вот ясно, почему это происходит именно сейчас. Ведь что непонятно многим: и сторонникам Лужкова, и противникам, и кому он нравится, кому не нравится, а что, раньше этого не знали что ли? Что случилось? Сколько лет у этой Батуриной миллиарды? Что, этого не знали? Это достаточно или причина для всех этих телодвижений? Так вот сегодня, насколько я слышала, Дмитрий Медведев, например, едет инспектировать реконструкцию Большого театра, вокруг которой столько скандалов, и о которых тоже не очень широко рассказывалось, но многие знают: какие-то миллиарды пропали, куда пропали – непонятно, что как ремонтируют, реставрируют – непонятно, кто за это отвечает – тоже неясно. В любом случае в ведении московской мэрии, конечно, этот стратегический объект, культурный, но все-таки стратегический. Может быть? Может быть. Не исключено, что и вот эта, например, совершенно конкретная история станет окончательным поводом для того, чтобы президент отправил мэра в отставку.

Анна Качкаева: Правильно я вас понимаю, что все-таки если считать, что за этой историей очевидны президентский крючок и амбиции, то он не захотел делать этого простого росчерка пера, а все-таки решил, что пусть это будет публично. А уж дальше, как нарисовался, так нарисовался, потому что телевидение за 10 лет зачистили так, что оно не может настойчиво…

Марианна Максимовская: Наверное, да. Понятно же, что нужно объяснять такую громкую отставку, особенно если человек не понял вот этих всех сигналов и не хочет сам помочь его уволить.

Анна Качкаева: Давайте я прочитаю, что пишут наши слушатели. Сергей пишет: «Медведев поехал ха хлебом в Мурманск, купил буханку хлеба за 14, повез Януковичу, Янукович привез сало и горилку. «Любо, братцы», - запели друзья». Ну, это так шутят.

«Однозначно победит зло, проиграет справедливость», - Александр из Сызрани.

На сайт нам написал Михаил из Москвы: «Уверен, что в результате этой кампании выиграет Путин. Он – мастер попиариться, и не только на трагедиях. Медведев останется в дураках, как всегда. Непонятно одно, почему Радио Свобода ополчилось так на НТВ, которое лишь подтвердило труды Немцова, добавив пожара и пчелок».

Кстати, в этом контексте есть еще один вопрос. Николай из Москвы вам, Марьяна, написал на сайт: «Прискорбно, но демократические СМИ тоже играют на Лужкова, как Максимовская случайно у него интервью взяла на неинтересной обоим презентации». Марьяна вам уже объяснила, что это была не презентация, а вечер памяти Артема Боровика. «Латынина, которая стремится доказать, на стороне Лужкова. Почему Свобода берет у клеврета Попова насквозь лживое интервью?» Ну, у Немцова Свобода тоже берет интервью, даже не о чем спорить. И дальше вот такой посыл любопытный: «Нужно не дать растереть ногами президента, не показывать его слабым - задача свободной прессы, демократических журналистов. А где таковые, радеющие за свободу и демократизацию? Что это, на самом деле, разные вещи? Только профаны и неискушенные акулы пера этого не понимают. Вот вопросы». То есть говорят: не трогайте, помогите президенту.

Марианна Максимовская: Это тот самый любитель конспирологических теорий, которого убеждать в чем бы то ни было абсолютно бесполезно, но я просто хочу сказать, что задача прессы свободной не в охранительном раже по отношению к тому человеку, который в данный момент занимает пост главы государства, а к интересам страны. Может, человек не в курсе.

Анна Качкаева: И в общем, помогать ему необязательно. У него так много полномочий, что уже давно бы мог их применить.

Марианна Максимовская: И не дело свободной прессы уж так прямо бороться за имидж главы государства. Главное, чтобы этот имидж существовал сам по себе.

Анна Качкаева: Савельева: «Прежде всего мэру должно быть стыдно и неприлично нажить миллиардное состояние, которое ясно, что заработано благодаря его должности. Так и судов не нужно. Быть у воды и не замочиться могут немногие. Семья Лужковых-Батуриных явно не смогла. Отсутствием совести и порядочности страдает не только мэр, но и почти вся верховная власть. Это и дает возможность Лужкову огромное состояние и так себя вести». Ну, тут трудно не согласиться.

Арина Бородина: Говоря о Большом театре, это все-таки федеральная стройка и федеральный проект, нежели московский. И я хочу сказать, что, по моим данным, на прошлой неделе, когда началась атака на мэра Москвы, в общем у федеральных каналов был вовсе не один и даже не два дня, а несколько и, на мой взгляд, они свою подготовку выполнили на тройку с минусом. Время у них было, просто они разучились делать это так, как бы это надо было сделать, даже с точки зрения идеологии государственной. Это один момент. Я вчера обратила внимание на сюжет, который был и на НТВ в итоговой программе, у Евгения Ревенко в «Вестях недели», вот он мне показался новой деталью. Там речь шла о землях, которые были отведены под строительство посольств зарубежных, а использованы они были «Интеко» под строительство каких-то других застроек.

Анна Качкаева: Ну, это единственная прокурорская проверка, которая имеет смысл.

Арина Бородина: Это новый единственный эпизод, который может быть всплывет. И что касается решения президента Медведева, я здесь совершенно согласна с Борисом Немцовым, который сразу же на второй день, после выходных в своем блоге написал, что в общем ничего не мешает президенту страны отправить мэра Москвы в отставку сразу же. Но вот не получилось это. А сейчас потому эта атака и захлебывается, потому что не все так однозначно. В общем, на самом деле, власть просто демонстрирует свою беспомощность в таких действительно серьезных и сложных ситуациях, а телевизионные каналы уже, по-моему, и не инициируют ничего, а лишь просто участвуют и идут по тому, какой сценарий им диктуют вышестоящие организации в Кремле.

Анна Качкаева: Да, мне тоже так кажется, потому что нет ощущения, что… Про вкус тут трудно говорить, но про умение, потому что трудно сказать, что некоторые вещи режиссеры таких кампаний могли бы не посоветовать своим персонажам.

Марианна Максимовская: Но тут если говорить все-таки о поводе, который может быть как раз сейчас напряженно ищут, чтобы уже разрешить эту ситуацию затянувшуюся, прокурорская проверка – это не самый лучший способ, потому что это длительный процесс. А надо решение принимать прямо сейчас. Когда еще кто там докажет, отдал он ей земли, не отдал. Может быть, она – добросовестный приобретатель так называемый?

Анна Качкаева: Я думаю, что мы узнаем, вернется он в следующую пятницу из отпуска или не вернется.

Марианна Максимовская: Вот это, наверное, будет самый главный сигнал.

Арина Бородина: Это самое любопытное.

Марианна Максимовская: Самый главный сигнал для всех.

Анна Качкаева: «Я не поклонник Лужкова, тем более Батуриной, но мне настолько антипатичен Медведев, что я полностью на стороне Лужкова», - это Яков нам пишет.

Наталья Михайловна из Москвы, мы вас слушаем.

Слушатель: Вы спрашиваете, кто выиграет в схватке политиков? По-моему, никто, так как победа любого будет пирровой. Кто проиграет? Россия. Когда в банке дерутся пауки, остается один паук, но он не перестает быть пауком. Но я о другом телевидении. В воскресенье на «Культуре» нам было явлено чудо «Елена Камбурова приглашает». Была задана высочайшая культурная планка.

Анна Качкаева: Спасибо вам, Наталья Михайловна, что вы нас вернули к тому, что есть и другое телевидение. Ну, вот мы пока про то, которое имеет отношение к судьбам политики и страны. Сергей, Ставрополь, мы вас слушаем.

Слушатель: У меня вопрос к Марианне Максимовской. Где-то дней 10 назад ваш канал вдруг стал платным, закодированным, а был в открытом режиме. Это с политикой как-то связано, или деньги просто?

Марианна Максимовская: Вы знаете, я думаю, это чистый бизнес, и ничего личного, уж тем более никакой политики.

Анна Качкаева: Думаю, что нет. Странно, на «Триколоре» у вас там 19 каналов должны быть бесплатные. Это вы со своим оператором разбирайтесь. По-моему, «Триколор» основные каналы, которые в эфире, как раз и дают как бесплатный пакет, если ничего не изменилось в их ценовой бизнес-политике.

Александр пишет нам: «Прошлое голосование за Лужкова во многом было мифом, такой же административный ресурс, давиловка и фальсификация».

«Все правительство ушло в отставку. На примере Лужкова это видно. И если бы столько было обвинений в коррупции и воровстве, никто бы не боролся за свои места в западных странах». Ну, мы и не говорим о западных странах.

«Все очень просто. ДАМ хочет смотреть гей-парад, а Лужков не разрешает. Снимут, стало быть» - шуточка у Андрея.

«Удивляюсь вашему вопросу, кто победит в этой борьбе? Может победить, к сожалению, только зло. А кто из них вороватее, черт их знает».

«Удивляться тут нечего. Лужков всегда чувствовать, за кем главная сила в стране, помните, он сначала хохотал в Верховном Совете, потом сделал ставку на Ельцина, теперь говорит Медведеву, что не уйдет, потому что решать все равно будет национальный лидер. Дядя Володя решил слегка опустить Анатольича, чтобы не забывался перед выборами. Если понадобится принести в жертву лучшего мэра, он и сам это сделает перед выборами». Вот видите, наши слушатели идут дальше наших политологов. И все себе уже объяснили.

Марианна Максимовская: Но дело в том, что когда нет широкой политической дискуссии в стране, естественно, начинаются в любом случае кухонные разговоры, домыслы, тем более у нас сейчас есть интернет, у нас теперь такая одна большая кухня, одна на всех. И вот все сидят на этой интернет-кухне и предполагают свои какие-то варианты, как это на самом деле было.

Анна Качкаева: Александр из Московской области пишет: «Из поездки Медведева на «Победе» запомнился только прекрасный образный народный язык. В малороссийском городе одна тетушка сказала: «У нас несколько лет были картавые и мухрявые, (померанчевые еще она сказала), мы еле от них избавились». Я думаю, что там и другое могли сказать, но выбрали именно это.

Марианна Максимовская: Вот никто не обратил внимания, а ведь это очень изысканно получилось и с журналистской, и с политической точки зрения такой, если хотите, принцип рондо, когда окольцована история. Ведь говорили, что сейчас информационная война началась. А вот мало кто уже вспоминает, какая была информационная война с Украиной, с теми самыми померанчевыми. И вот сейчас, когда у нас началась своя, местная локальная информационная война, а тут происходит такое замирение. На скелете прошлой информационной войны и ее жертв, вот об этом почему-то никто не сказал. Мне кажется, это забавно.

Анна Качкаева: Это более чем забавно. Но только опять же, это не было ни акцентировано, ни сделано так, чтобы это было ярко. События из этого не получилось.

Марианна Максимовская: Но выводы можно делать самостоятельно.

Анна Качкаева: Можно, я согласна.

Арина Бородина: Я с Марьяной соглашусь отчасти, что, конечно, можно было бы взять шире и все это наполнить. Но сделано это было, конечно, очень примитивно, если говорить о том, какие средства использовались. А главное, больше всего меня поражает вторичность использования одних и тех же… Понимаете, все между строк читается. Это же очень настораживает. Какие же у них отношения внутри в Кремле и Белом доме между Путиным и Медведевым, если оба используют с небольшим интервалом по времени одни и те же идеологические приемы – ездят на машинах раритетных, российских, советских по дорогам страны и рядом с собой сажают пассажиров, с ними беседуют, а получается просто, что идет сплошной монолог. А мы, как дураки, извините меня, это смотрим по телевизору уже какую неделю подряд.

Анна Качкаева: А может, они последовали нашим советам. Мы с вами когда-то говорили, что хорошо бы сериальчик запустить, можно не тратиться, дороги опять же починят. Бог их знает!

Арина Бородина: В общем, выглядит это все крайне двусмысленно, и я говорю, слово «диверсия», честно говоря, постоянно крутится у меня на языке.

Анна Качкаева: Все-таки давайте я вас спрошу напоследок обеих, как вам кажется, в результате выиграет именно в информационной истории кто?

Марианна Максимовская: Тот, кто окажется сверху.

Анна Качкаева: Арина?

Арина Бородина: Я согласна с Марьяной. Чье слово будет последним, тот и победитель, хотя пока, на мой взгляд, если говорить о конфликте власти с Юрием Лужковым, выигрывает последний.

Анна Качкаева: Пока Лужков. Ну, посмотрим, чей будет следующий раунд в информационном потоке.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG