Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Елена Фанайлова: Свобода в клубе "Кааба" в Праге. Русский туризм в Чехии. Зачем люди сюда едут? Что они хотят увидеть и что видят на самом деле? Чем русские туристы отличаются от людей, которые приезжают из других стран посмотреть на Прагу и Чехию. Мы об этом сегодня будем говорить с Натальей Трошиной, менеджером по развитию турагентства "Diamond Wind", с экскурсоводом с многолетним стажем Ольгой Лернер, со студентом школы, которая готовит работников отелей, Александром Улитиным, и с моим коллегой Антоном Ширяевым, соавтором путеводителя "Афиша-Прага".

Люди едут сюда, особенно впервые, с определенными мифами о Чехии и о Праге. Давайте мы начнем, может быть, с самого глупого вопроса, который вам когда-нибудь приходилось слышать от туристов, которые первый раз приехали.

Антон Ширяев: Наверное, это до приезда, один из глупейших вопросов: можно ли в Праге платить рублями. Следом, когда у меня проходит некоторое недоумение, вопрос не менее глупый – что лучше везти, доллары или марки, или евро на текущий момент. Я сразу хочу сказать, одинаково.

Наталья Трошина: Я бы могла сказать о мифе, которым я была очень удивлена. Первый миф был то, что в Праге существует всего один ресторан, где пиво разливное, всего один ресторан с разливным пивом. И самое интересное, есть еще второй ресторан, где наливают пиво и куда ходил почему-то Путин, было названо название этого ресторана, это один из самых худших, самых грязных таких заведений, в которое ходит только местный рабочий класс. Почему туристические фирмы Москвы считают, что туда ходил Путин, и Медведев там даже был?

Антон Ширяев: Действительно есть такое место, куда зашел Путин в момент своего визита, это находится на Малостранской площади, ресторан действительно ужасный и пиво там одно из худших в Праге, про которое можно сказать. Но вопрос, какое пиво лучше пить, не самый глупый. Какое пить и где пить лучше пиво, это очень хороший, правильный вопрос, потому что пиво пиву рознь, где его наливают и как его наливают – это большая разница.

Ольга Лернер: Я сталкиваюсь с туристами уже долгое время, двенадцать лет, это много. Как-то подсчитала, что примерно 50 тысяч туристов через меня прошло за это время. Вопросы, которые я слышала, это просто фантастика. Как сейчас помню, возвращались мы как-то из дальней поездки, туристы выходили из автобуса, один задал вопрос: "Скажи, пожалуйста, а в Праге где-нибудь можно купить зубную щетку?" Я на это ответила: "Естественно, нет. А что это?" Другой классический вопрос, что выращивают в Чехии. Бананы и ананасы, что еще могут выращивать в Чехии. Совершенно гениальный абсолютно вопрос мне задала туристка прямо в аэропорту при прилете. Все туристы знают, что в Праге, как и в любом другом туристическом городе, есть место, куда нужно прикладывать руку и загадывать желание. Только эту фразу все выражают по-разному. Одна туристка спросила: "Скажи, пожалуйста, куда в Праге пальцы совать?" На что мне осталось ответить только одно: в розетку, естественно. Она говорит: "Да нет, я чтобы желание сбылось". В ответ, смотря, какое желание, опять же, можно в розетку. Вопросы задают потрясающие. Я помню, недавно с казахскими туристами мы ехали в Дрезден, они говорят: "Скажи, пожалуйста, а в Дрездене говорят по-австрийски?" Я говорю, "нет, по-китайски". "Почему по-китайски?" "А почему по-австрийски?" А потом они же задали тоже шикарный вопрос: "Скажите, а в Дрездене доллары в магазинах принимают?" Я говорю, нет. Они говорят: "Ничего, у нас еще марки есть". Я могу вам рассказывать два часа о том, какие вопросы бывают у туристов.

Елена Фанайлова: Чудесный список. Спасибо. Саша Улитин, я понимаю, что вы еще обучаетесь бизнесу, но наверняка приятели из России приезжали. Может быть, вы помните какие-то их вопросы?

Александр Улитин: Если говорить о самом глупом вопросе, который я слышал, его уже сегодня озвучили, это на каком языке говорят в Чехии.

Ольга Лернер: Гениально. На чехословацком, на каком же еще?

Елена Фанайлова: А менее глупый вопрос какой-нибудь?

Александр Улитин: Остальные вопросы все были очень интеллектуальными. Люди интересуются историей, люди интересуются фестивалями, люди интересуются, как здесь вообще проводят время чехи и кто такие чехи сами по себе, как они ведут себя.

Елена Фанайлова: Давайте теперь поподробнее о мифах. Интересуются, но не знают, я так понимаю, Ольга Лернер сказала.

О пиве поговорим?

Антон Ширяев: Поговорим.

Елена Фанайлова: Пиво главный миф русских о Чехии?

Антон Ширяев: Да, очевидно, пиво главнейший миф. С большим отрывом за ним идут мифы о хрустале, о хоккее, об автомобилях "Шкода", о гранатах. С большим-большим отрывом. Пиво, конечно, это первое, о чем приезжающие сюда спрашивают: какое лучше, где лучше, какие сорта. Самое удивительное, здесь (но это уже, наверное, реклама) начинают пить пиво люди, которые в России пиво не пили. Это фантастика, потому что люди приезжают сюда, можно сказать, впервые его пробуют и потом очень страдают, вернувшись.

Елена Фанайлова: Ну так где же все-таки лучше пить пиво? Давайте не в качестве рекламы, а просто в качестве туристического вестника несколько мест назовем.

Антон Ширяев: Прага, конечно, город большой, туристический, подвержен влияниям больших пивных корпораций, которые поделили город на сферы влияния и в принципе, на первый взгляд, кажется, что в Праге три сорта пива: "Пльзень", "Старопрамен" и "Крушовицы". То есть, куда ни кинь взгляд, везде вывески этих брендов. Но, если немножко углубиться и найти региональные сорта пива, место, где мы сидим, это недалеко от района, который называется Жижков. На Жижкове самая большая концентрация пивных и клубов, там настолько их много, что они уже стали выходить на другой качественный уровень, они привозят региональные сорта. То есть они не местными сортами балуют своих посетителей, а привозят сорта откуда-нибудь из глубинок. Там можно найти то пиво, которое варится для 600-700 жителей какой-нибудь маленькой деревушки, и это пиво абсолютно другой напиток на вкус. То есть это действительно уникальная технология, которой тысяча лет, пиво в Чехии варят уже более тысячи лет, и там оно совсем другого действительно вкуса и уровня.

А что касается в центре, есть такие места, о которых уже упоминал коллега, где пиво разливают не из обычных бочек, как мы привыкли везде, а завозят такие цистерны. Приезжает машина, сливает туда пиво, пиво свежее, не пастеризованное, то есть это пиво, которое нужно выпить в течение двух-трех дней. Это пиво называется "Танкове". Сейчас их больше появилось, раньше было буквально по пальцам, мест пять. Это "Златый тигр", куда, кстати, хаживал Богумил Грабал, очень любил сидеть там, пить это свежайшее пльзеньское пиво и слушать, что вокруг него говорят завсегдатаи. Это "У Еленя", это "У Рудольфино", это все в центре места, там действительно для знатоков лучшее пиво, и туда не так просто попасть. То есть туда приходишь, там очень много народу, нет туристов, местные, они сидят и эту цистерну выпивают до дна.

Наталья Трошина: Есть еще несколько ресторанов в Праге, в которых варят пиво прямо там. Например, ресторан "Новоместский пивовар". Я могу сказать про большое количество наших знакомых, которые приезжают в Прагу только для того, чтобы пойти в этот ресторан.

Елена Фанайлова: То есть мы начинаем описание туристических желаний с первого: это пивной туризм.

Наталья Трошина: Да. Конечно, Прага очень красивый город. Чуть-чуть отвлекусь, но Прага обладает таким магнетизмом, я могу поспорить с кем угодно, на какую угодно сумму денег, что человек, один раз сюда приехавший, приедет второй раз, хотя бы еще раз. Кто сюда приедет один раз, начинает приезжать постоянно.

Что касается пива, например, "Новоместский пивовар", туда, куда люди ходят, во-первых, они там пьют пиво, во-вторых, там готовят свиное колено. Это еще одна такая достопримечательность, которую надо обязательно здесь попробовать. Потом "Потрошенная утка", туда тоже ходят люди, потому что очень вкусно. У нас есть часть знакомых, которые ходят в "Новоместский пивовар", часть в "Гуса" - и всем очень нравится.

Елена Фанайлова: Давайте о других представлениях поговорим.

Ольга Лернер: Знаете, что любопытно? Сейчас уже, может быть, слава о красоте города, о ее мистике, магнетизме, как Наташа сказала, распространилась, но еще недавно совсем люди ехали сюда и не знали, куда они едут: ну, типа Прага, бывший советский блок. Почему-то сразу ассоциация, что все было разбомблено и уничтожено. Когда они приезжают и видят то, что они здесь видят, они не ожидают этого. Может быть, эти же люди… первое место, куда русский турист едет, это Париж, считается так по статистике. Они всю жизнь слышали о Париже, потом читали, изучали, ожидания очень большие. Приезжают, а впечатление не то. А здесь они ничего не ожидают чаще всего, приезжают в диком восторге, нечеловеческом. Как Наталья правильно сказала, возвращаемость в Прагу очень высокая. Говорят, по статистике более 60 процентов людей, приехавших сюда, сюда возвращаются.

Наталья Трошина: Я насчет возвращаемости хотела сказать. Все мы родились в другом месте, естественно. Почему мы приехали в Прагу, переехали наши семьи в Прагу, совершенно случайно. Просто потому, что мы с мужем подумали, куда мы хотим поехать, где мы были. А мы были, до того, как мы приехали в Прагу, в очень многих городах и странах. Вот куда бы мы хотели вернуться, где бы мы хотели остаться? И мы решили, что единственное место, куда мы хотим вернуться, это Прага. Поэтому здесь и поселились.

Антон Ширяев: Я удивлен немножко как раз этим утверждением, потому что, может быть, это касается русских туристов, у пражского магистрата самая большая головная боль – это то, что туристы не возвращаются. Они приезжают в Прагу один раз, они смотрят поверхностно город, они напиваются пивом и для них это закрыто уже, все, поставлена галочка, город посещен. Поэтому устраиваются всевозможные фестивали, всевозможные разные выставки годичные, чтобы народ каким-то образом вернулся назад. Самая большая проблема, которая стоит перед ними, это привезти туриста второй раз.

Елена Фанайлова: Речь идет о русских туристах или вообще о европейских?

Антон Ширяев: Речь идет о европейских туристах. Это абсолютный факт, потому что я на магистрате с этим сталкивался.

Ольга Лернер: Я не знаю, я сталкиваюсь с туристами, которые… Правда, через меня их очень уже много прошло, и сколько их приезжает второй раз - больше половины, это совершенно однозначно. Причем я работаю не только с русскими туристами, но на разных языках, масса людей действительно возвращаются второй раз, и говорят: мы поедем в третий. Потому что этот уют, это спокойствие, полное отсутствие какого-то стресса, это недорогие цены относительно других европейских столиц - это не может не быть магнитом.

Наталья Трошина: Абсолютно подтвержденный факт. Я была на туристической выставке в Скандинавии, там, естественно, встретилась с огромным количеством и туристов, и туроператоров. Могу сказать, что человек, который меньше всего раз был в Праге, это три раза. За пять дней выставки можно встретить тысячу скандинавов. То есть остальные были по пятнадцать, по двадцать раз. Например, что касается Британии, они сюда ездят несколько раз в год на выходные.

Ольга Лернер: Я как-то раз болтала с одним итальянским гидом, и она мне рассказала, что в Италии ходит фраза "увидеть Прагу и умереть". Я пыталась сказать, что это неправда, говорят такое про Париж, но она говорит, нет, это вы так, русские, про Париж говорите, все остальные европейцы так говорят про Прагу, включая самих французов.

Антон Ширяев: Видимо, это бессмысленный спор. Хотя, опять-таки, я оперирую данными магистрата – это раз, а два – своими же друзьями, которые, приехав один раз, говорят, да все, мы Прагу видели, мы дальше.

Елена Фанайлова: Галочка поставлена?

Антон Ширяев: Галочка поставлена.

Елена Фанайлова: Саша, вы сказали, что люди едут, интересуясь тем, как здесь живут, в частности, фестивалями. Представим, что к вам приехал ваш ровесник, 20-летний молодой человек из России. Куда вы его поведете? На какие музыкальные события, вечеринки?

Александр Улитин: Первым делом я, конечно, поведу все-таки попробовать пива чешского, а музыкальных событий здесь очень много, на любой вкус, быстрая музыка, медленная, грубая, мягкая. Все зависит от того, куда человек больше хочет пойти. Здесь есть все абсолютно, любая музыка здесь присутствует. Совсем недавно в Чехии был самый большой хип-хоп фестиваль Европы, там собралось 15 тысяч человек и туда приезжали люди со всех уголков Европы: Германия, Польша, Россия, Украина, все были там.

А еще, что касается, хотят ли люди вернуться сюда. Все, кто приезжал ко мне, все, когда приезжали сюда, у них был большой план съездить еще куда-то, посмотреть еще какие-то места. Когда уезжали, они говорили, что вернутся только сюда, больше им никуда неохота. Вот так.

Елена Фанайлова: А что, Прага самое популярное, так сказать, чешское направление? Другими районами Чехии меньше интересуются, как вы полагаете?

Антон Ширяев: Тут, к сожалению, известны два направления – это Прага и Карловы Вары.

Елена Фанайлова: Русские туристы делают публику…

Антон Ширяев: Хотя, конечно, Чехия не ограничивается Прагой, просто Прага это город, он отдельно стоящий, а сама Чехия – это красивейшая, как здесь говорят, от тундры до субтропиков, представлена вся географическая линейка: и красивейший регион Моравия, и красивейший регион Южная Чехия, и горы, и парки, и скалы. Но, к сожалению, так сложилось, что для русских туристов это все ограничивается Карловыми Варами и Прагой.

Ольга Лернер: На самом деле действительно лет двенадцать назад, помнится мне, в прошлом тысячелетии, когда туристы приезжали, они действительно ездили только в Прагу и в Карловы Вары. Но заслугой многих туристических компаний действительно расширилась туристическая программа и уже мало, кто едет сюда, не зная, что такое замки Южной Чехии, и мало, кто ездит сюда сейчас, в нынешней шенгенской ситуации, без планов хотя бы на денечек поехать куда-нибудь к соседям, в тот же Дрезден, в ту же Вену. Экскурсии, которые продают фирмы, это самые продаваемые, пожалуй, сейчас.

Наталья Трошина: Я могу сказать, с профессиональной точки зрения, почему Прага и Карловы Вары. Потому что продукт, если назовем туристический продукт, который продается, еще должен быть удобен и тому, кто этот продукт продает. Мы, например, попробовали несколько раз организовать поездки для туристов в ту же самую Мораву, которая просто не приспособлена для приема туристов, там нет инфраструктуры. Там прекрасно съездить тем, кто в Чехии живет, кто по-чешски говорит и кто не притязателен к размещению, к уровню питания и так далее. И поскольку для тех, кто организует поездки, фактически невозможно сделать туристическим целый регион, поэтому мы так себя и ограничиваем: Прага, Карловы Вары, Мариански Лазни. Потому что остальные регионы просто, к сожалению, пока не доросли до международного туризма.

Елена Фанайлова: Миф о пиве самый популярный. А есть ли винный туризм? В Чехии и с вином не так уж плохо, особенно белым.

Антон Ширяев: Да, это на самом деле правда, мало кто знает, что в Чехии делают очень хорошее вино. Вино делают в том регионе, про который только что упоминали, это Моравия, отчасти Южная Чехия, но больше Моравия. Белое вино чуть шире регионально, то есть оно доходит до севера, до Литомержиц. Но красное вино, если поехать в Моравию, там спускаешься в подвал, рядами идут бочки разных годов, слева - от "Каберне" до "Мерло", справа - от "Совиньон" до "Муската", бесконечные года, года, года. Все это очень вкусно. Не известно. Но, надо признать, что, конечно, в Чехии вино не очень приспособлено, даже касаемо красного. Не хватает солнца. Белое идеально, красное может быть идеальное, но за ту цену, за которую можно купить идеальное чешское, можно купить две бутылки вина нормального итальянского.

Елена Фанайлова: Выводы очевидны.

Антон Ширяев: Выводы очевидны.

Елена Фанайлова: У меня вопрос к девушкам. Известно, что есть итальянский шопинг, когда русские выезжают в моменты распродаж. А что здесь покупают женщины? Есть шопинг, как элемент туризма?

Ольга Лернер: Минимально, честно говоря. Конечно, едут с планами, что вот, все-таки Европа, Евросоюз, мы сейчас пошопингуемся, а потом выясняется, что фирмы те же, что и у них, цены или те же, или сейчас, в нынешней ситуации, из-за скачка евро в России, еще и выше. Как-то минимально.

Елена Фанайлова: Антон сказал, что есть миф о хрустале и миф о чешском гранате, ювелирка?

Ольга Лернер: Хрусталь, фарфор, гранаты те же – это да. Что касается одежды, обуви, то меньше.

Наталья Трошина: Официально Прага считается одним из самых худших городов Европы для шопинга. Официально, по статистике, цены высокие, выбор низкий. Поэтому лично я, живя здесь, стараюсь здесь этим не заниматься. А что касается покупок, естественно, каждый стремится купить хотя бы чуть-чуть чешского хрусталя, сервиз "Мадонна", который мы все знаем из детства.

Елена Фанайлова: Еще по советским временам.

Наталья Трошина: Еще продаются в Карловых Варах. Но такие прекрасные гиды, как Ольга Лернер, всегда предупреждают людей, где надо это покупать, потому что, конечно, чешский хрусталь "made in China" заполнил пражские магазины. Поэтому, конечно, это должны покупать только в сертифицированных магазинах. Но еще гранат чешский, ювелирные изделия из чешского граната, с моей субъективной точки зрения, это специфический вкус. .

Елена Фанайлова: Естественно, вопрос возникает, а что в качестве сувениров люди покупают здесь? Что является пражской фишкой, маленький предмет, который хочется увезти с собой?

Александр Улитин: По-моему, это чешский крот.

Елена Фанайлова: В виде скульптурки, фигурки.

Наталья Трошина: У меня есть еще такое наблюдение, что стремятся отсюда увезти абсент.

Александр Улитин: Или бехеровку.

Наталья Трошина: Или бехеровку, но абсент – это совсем, конечно, специфично, уникально, он запрещен во многих других европейских странах и это заказывается. Ольга знает больше.

Ольга Лернер: Дело в том, что люди, интересующиеся этим уникальным напитком, знают, что именно чешский абсент предпочитает и выписывает для себя сам Джонни Депп в ту Францию, где сейчас живет, именно он сейчас столь популярен в Голливуде. Поэтому действительно, Наташа права, абсент и другие алкогольные напитки, но абсент особенно везут отсюда.

Антон Ширяев: Я тоже, как эксперт по алкоголю, скажу, что да, абсент и бехеровка – это основные товары экспорта из Чехии, больше, чем кротик, надо признаться.

Елена Фанайлова: Неужели нет никаких значков, открыток, вазочки, например?

Ольга Лернер: В Праге есть несколько основных символов: это Карлов мост, это Пражский Град и астрономические часы Орлой. В центре продаются эти типа Орлой, такие деревянные маленькие какие-то, которые ходят, когда хотят, или не хотят, короче, по-разному, на батареечке. Это тоже везут. Это такой как бы сувенирчик, не алкогольный.

Антон Ширяев: Форму хоккеистов и футболистов – вот еще, что я вспомнил, с надписями "Ягр", "Барош", вот это очень популярно.

Наталья Трошина: Еще люди везут деревянных кукол, марионеток.

Елена Фанайлова: Давайте послушаем запись моего разговора с Татьяной, она работает в одной фирме и отвечает за размещение гостей в апартаментах.

Скажите, люди, которые к вам приезжают, они самостоятельно разыскивают ваши апартаменты или это централизованная история и кто-то их привозит?

Татьяна: Их никто не привозит, они самостоятельно разыскивают и, более того, я думаю, что интернет в этом деле не последнюю роль играет. Чаще всего приезжают люди, которые получили этот адрес от своих знакомых каких-то, которые уже у нас останавливались и остались довольны. То есть не всегда то, что нарисовано на картинке, этому верят.

Елена Фанайлова: Если это люди, владеющие интернетом, то, вероятно, это люди, хорошо зарабатывающие, образованные - и какого возраста, например?

Татьяна: Я не думаю, что хорошо зарабатывающие, это основная тенденция. Это могут быть совершенно простые люди, просто у них на работе есть возможность подсоединить интернет или дома, это уже доступно всем. Возраст самый разный, от молодежи, которая имеет у нас скидку, если они студенты, до самых пожилых людей, которые уже давно пенсионеры и мечтали всю жизнь поехать в Прагу, скажем так.

Елена Фанайлова: А какой процент больше, по вашим наблюдениям? Просто есть такое устойчивое мнение, что пенсионеры из России очень редко выезжают за границу.

Татьяна: Это правильно. У нас не только российские кадры. Если приезжают люди из России, то, скорее всего, им эту поездку оплачивают дети или это подарок к какому-то мероприятию, или еще что-то в этом духе.

Елена Фанайлова: А молодежи сколько в процентном отношении?

Татьяна: В основном, чаще всего приезжают люди среднего возраста, назовем так, которые уже зарабатывают, они могут иметь детей, приезжают с детьми, которые еще школьники или дошкольники. В этом случае апартаменты для них удобны, они могут им что-нибудь приготовить. Это больше по площади, чем гостиничный номер, и они спокойнее к этому относятся.

Елена Фанайлова: По сравнению со всеми остальными европейцами, русские ездят так же, чаще, реже?

Татьяна: Европейцы, может быть, ездят чаще, но на более короткое время. Вот у них есть два свободных дня, они поехали. Они легче на подъем. Им проще, им не нужно думать о визах, о билетах на самолет. Они сели в машину или на поезд, или на автобус, им с этим проще. Что касается русских, у них всегда запланированная поездка, они ее вынашивают чуть ли не целый год, и к нам приезжают туристы самостоятельные. То есть они эту поездку на зубок себе вызубрили и разметили, что, в какой день они хотят делать, и заранее со мной списываются, например, или советуются, куда лучше, туда или туда, куда от вас ближе, поехать ли нам в Вену или лучше это отдельным заездом и так далее.

Елена Фанайлова: Экскурсоводов нанимают?

Татьяна: Редко. Но, если меня спрашивают рекомендации, я рекомендую хотя бы одну экскурсию взять, а дальше уже зависит от того, насколько они финансово обеспечены. Потому что групповая экскурсия, когда идет сорок человек, она мало, что дает. Поэтому я чаще рекомендую взять индивидуальную. Лучше уж взять одну, но хорошую, чем пять, но в которых ты ничего не услышишь.

Елена Фанайлова: Люди приезжают сюда, что называется, оторваться, как в последний раз, или туризм все-таки для русских уже стал привычной историей?

Татьяна: Нет-нет, это не как в последний раз точно, и те, кто у нас бывают, они возвращаются через год, через два, другим маршрутом, что здесь у них, в Праге, скажем так, база, они съездят заодно и в Дрезден, и в Вену или еще куда-нибудь. Это точно не последние деньги и не последняя возможность выехать.

Елена Фанайлова: Я к вам хотела обратиться с теми же самыми вопросами, которые я задавала Татьяне. Насколько самостоятельны люди в выборе своего маршрута и в поиске гостиницы или все-таки предпочитают отдавать этот поиск агентствам? Кто больше ездит: молодежь, люди среднего возраста? Как часто едут пожилые люди? Если сравнивать рисунок поездки с европейцами? Отчасти об этом уже говорили, что европейцы на пару дней могут приехать, а наши люди, русские люди приезжают на долгое время. Такой социологический портрет туриста.

Антон Ширяев: Люди, которые едут самостоятельно, которые едут по приглашению или покупают заезд, они, конечно, интересуются поездками по всему региону. То есть они пытаются съездить куда-нибудь в замки соседние, погулять в Праге, может быть, съездить в Вену, в Германию. Люди, которые покупают туристический заезд, они скованы. Они скованы тем, что уже заплатили деньги за гостиницу, и там они идут вот этой колеей, куда их поведут. Вот такая разница, на мой взгляд, среди интересов в географии.

Наталья Трошина: По сравнению с туристом из других стран, не из России, естественно, русский турист проводит здесь намного больше времени, в среднем пять дней, пять ночей, при том, что туристы из других стран проводят в среднем три ночи. Кроме того, по статистике, русский турист тратит здесь больше всех, поэтому русский клиент, он любимый всеми отелями, всеми ресторанами однозначно. Мы занимаемся приемом не только русских туристов, мы работаем со всем миром. То есть, как только отель либо ресторан, либо кто угодно узнает, что мы работаем с русскими, нас принимают с распростертыми объятиями. Это действительно любимый клиент везде, потому что только русский человек перестает считать деньги, вылетев за границу, широкая душа, тратим на все. Поэтому, конечно, русских туристов здесь любят. А что касается возраста, мне кажется, средний возраст в основном. Хотя многие приезжают на свадьбы.

Ольга Лернер: Среднестатистический русский турист, по крайней мере, последних нескольких лет, это женщины, во-первых, 70 процентов женщин. Подружки, мама с дочкой, бабушка с внучкой. Мужчины реже ездят. Возраст средний действительно, от 23 до 38-40. Пенсионеры, к сожалению, ездят меньше. Они стараются успеть за эту неделю все. Все поесть… Жалко, что в дне только 24 часа, жалко, что желудок не такой большой, чтобы можно было туда вместить за один прием пищи и колено, и утку, и желательно все ребра всех свиней, рядом гуляющих, и так далее. Как бы попробовать все 160 или сколько там видов пива. Все стараются. Всюду поездить при этом обязательно. Они почти что ночью не спят, потому что они в десять часов вечера возвращаются из экскурсии в Вену, а на следующий день едут рано утром на экскурсию, допустим, в Южную Чехию. Вот так примерно выглядит среднестатистический русский турист.

Елена Фанайлова: Ольга сказала, что люди приезжают, пускай со смутными представлениями, но хотят что-то узнать. Мне интересно, например, знают ли они что-нибудь, наши люди, о 1968-м годе, который для чехов, в общем-то, очень большая травма, о советских танках в Прагу? И, например, о 1991-м годе, о распаде Союза и о бархатной революции? Или вообще это все совершенно не интересует?

Антон Ширяев: Я не буду говорить, что они ничего не знают про 1968-й год, потому что это, конечно, часть истории и, безусловно, каким-то краем сознания люди дату, по крайней мере, запомнили. Но что произошло, почему произошло? Самое характерное, что процентов 60 приезжающих людей говорят: у вас в Чехословакии. Вот этим можно сказать все, что они думают и про 1991-й, и про 1968-й. Как у вас здесь, в Чехословакии. Все.

Елена Фанайлова: А чехи обижаются, когда это слышат?

Антон Ширяев: Хороший вопрос…

Ольга Лернер: Они все знают про 1968-й год, но мало кто знает, что в принципе все это длилось 21 год, что танки здесь были до 1989-го. Они говорят: 1968-й был давно, а вот чего как бы потом-то. И когда им сообщаешь такую удивительную информацию, что это не был только 1968-й, это длилось 20 с лишним лет, что танки здесь стояли, они очень удивлены обычно. Потому что им преподносилось все иначе, они в этом не виноваты. Им просто система преподносила все иначе, и потом как-то не исправилось понимание.

Елена Фанайлова: Вот это самое странное, мне кажется, что не исправилось.

Наталья Трошина: Извините, я сейчас вспомнила такой смешной вопрос. У нас был один клиент, который возмущался, как можно, во-первых, что в этом отеле не говорят по-русски, потому что в Чехословакии все обязаны говорить по-русски. А, во-вторых, что это за ненормальный отель, где они не хотят погладить штаны.

Про 1968 год, конечно, как Антон сказал, на краю сознания где-то это присутствует. Русский человек этим не загружается, в отличие от чешского человека, который об этом помнит до сих пор и достаточно думает.

Елена Фанайлова: Саша, а для вашего поколения вообще эта история и про ввод танков в Прагу, и про то, как распадался советский блок, она что-то значит или тоже это все на краю сознания?

Александр Улитин: Для нашего поколения не имеет большого значения. Мы все знаем как бы, но особо не заморачиваемся по этому поводу. Я думаю, это больше все-таки чехам надо об этом вспоминать. То есть не надо, но они почему-то вспоминают до сих пор.

Елена Фанайлова: Может, это и справедливо. Это была большая травма, вообще говоря.

Александр Улитин: Возможно.

Елена Фанайлова: У вас есть приятели чехи вашего возраста?

Александр Улитин: Приятели, да.

Елена Фанайлова: Эта тема не возникает никак?

Александр Улитин: Нет, с ними не обсуждал.

Антон Ширяев: Вот за это я люблю молодое поколение, которое растет в Чехии и в Праге особенно, что это поколение уже 20 лет, 1991 года. Они европейцы. Они открытые, свободные европейцы и они абсолютно никакими такими проблемами, как люди сорока, пятидесятилетние, не загружаются.

Ольга Лернер: Я совершенно согласна с Антоном, потому что у меня в основном общение с чехами, молодое поколение, причем не только двадцатилетние, а даже двадцать три, двадцать пять, которые эти танки не помнят своими глазами, они совершенно не загружают свою голову этой информацией. То, что не видели глаза, о том сердце просто не болит. Они абсолютно действительно открытые. Сколько молодых ребят, чехов, сейчас добровольно учат русский язык, приводя в ужас своих родителей своим решением. Бабушек, дедушек точно. Тем не менее, да, это так, они совершенно открыты, свободны в этом.

Наталья Трошина: Если говорить о людях, которым тридцать и больше лет, то, естественно, все это помнят. Самое интересное, когда мы, например, разговариваем и нам припоминают 1968 год, мы спрашиваем, а почему никто не говорит вообще о 1939-1945? На что ответ: а что? Ну пришел, ушел. То есть вот это очень избирательное отношение.

Антон Ширяев: Здесь легкая математика как бы и можно высчитать, что через двадцать лет точно так же будут говорить про 1968-й.

Елена Фанайлова: Просто 1939-1945 было так давно, что это поколение это не застало, и каждое поколение говорит, может быть, о своей исторической травме.

Давайте еще об одном феномене и мифе поговорим, это Карловы Вары, конечно, русские. Как это все образовалось? Что за клиент едет туда? Что он там делает, вообще говоря?

Наталья Трошина: Карловы Вары, во-первых, несколько лет назад, надо сказать, что это был не то, что разрушенный город, но это был город в ужасном состоянии. Официально признано, что город восстановлен и не просто восстановлен, а превращен в музей под открытым небом, на деньги русские. Даже этот вопрос обсуждался, когда собирались вводить визы для русских в Чехию, как раз, я помню, даже выступал мэр Карловых Вар, который говорил: "Как мы можем ввести визы тому народу, благодаря которому этот город имеем?" Вот так было по телевизору сказано.

Конечно, туда люди едут лечиться, это престижно. Это дорого, но не настолько, как Баден.

Могу рассказать маленький случай. Жили как-то мы в отеле "Карлсбад плаза", который очень хороший отель, один из лучших в Европе, принадлежит к лидирующим отелям мира и так далее. Люди, естественно, только наши. Снобизм невероятный. В это время в Карловых Варах проходил слет европейской аристократии. Это было очень красиво, они ездили по улицам, все дамы были обязательно в шляпах, они ездили на каретах. Это было настолько волшебно. И в один из вечеров у них должен был произойти бал в комплексе, который стоит прямо напротив отеля "Карлсбад Плаза". Было холодно. Было очень холодно. Все люди из этого здания, эти самые европейские аристократы, вышли на улицу для того, чтобы понаблюдать фейерверк. Было холодно, но при этом женщины были в декольте, в открытых платьях. Они стояли и ждали, когда закончится этот салют. Из уважения никто из них не ушел обратно в зал. Но, наши люди, которые в это время проживали в отеле "Карлсбад Плаза", решили, что салют для них. Поэтому, как только фейерверк закончился, они начали кричать "с днем рождения тебя", кто-то там. Аристократы молчали. Они явно были в шоке.

После этого салют повторили уже специально для аристократии. Это так, легкий портрет Карловых Вар.

Антон Ширяев: Ивановы Вары, как называют их чехи. На самом деле город, который чехи сами и, наверное, я уже в этом смысле тоже чех, посещают в дни кинофестиваля, этот город преобразуется, он превращается просто в Канны. То есть там режиссеры, актеры, люди в палатках на улицах, жизнь кипит. В остальное время это, конечно, тюменский дом отдыха.

А что касается цен, вот здесь сомнительно, потому что я-то как раз слышал другую информацию, но, может быть, она касалась людей, которые там действительно владели бизнесом. Русские в Карловых Варах, они-то как раз переезжают в Баден, потому что на текущий момент Баден дешевле.

Наталья Трошина: Отели дороже.

Антон Ширяев: Отели дороже, а жизнь дешевле, вот такая метаморфоза. А что касается русских там, надо сказать, что они уже не доминируют, туда пришли казахи.

Елена Фанайлова: Какая любопытная энергия у этого места и мифология этого места, что оно так привлекательно для выходцев с постсоветского пространства.

Ольга Лернер: На самом деле все очень просто. Это же на самом деле традиция русских в Карловых Варах, это не последние десять лет. Дело в том, что когда еще Петр Первый прорубал окно в Европу славное, он пробил еще тогда форточку в Карловы Вары и с тех пор, с его времен русскоязычная публика, включая всякую знать, включая его придворных, дворян, аристократию, а также людей, связанных с искусством, долго не покидали Карловы Вары, по большому счету. Конечно, сейчас это приобрело огромные масштабы, как сказали Антон и Наталья. Есть такой замечательный коротенький чешский анекдот про Карловы Вары. Можно, я расскажу? Когда наши чехи собирались устанавливать радар ПРО, американский, по этому анекдоту Владимир Владимирович Путин, тогдашний президент Российской Федерации, позвонил нашему президенту Клаусу и сказал: если вы установите американские радары ПРО, мы тогда разбомбим вашу Прагу. На что Клаус ответил: если вы разбомбите нашу Прагу, мы разбомбим ваши Карловы Вары. Так оно на самом деле примерно и есть.

Елена Фанайлова: Саша, есть какое-то представление о Карловых Варах?

Александр Улитин: Очень смутное представление. Не был там ни разу, но, что касается клиента, мне кажется, клиент там пожилой. Я слышал, всякие грязевые ванны, лечение и так далее.

Наталья Трошина: Естественно, клиент там не молодой, в Карловых Варах, потому что это курорт, в котором лечат и на самом деле очень хорошо лечат массу заболеваний, притом не операционным способом. То есть люди туда приезжают с камнями в желчном пузыре, через две недели уезжают с песком, не принимая никаких лекарств, никакой операции не делая. Так что это естественно. Во-первых, молодому там скучно. Во-вторых, молодой еще не такой больной чаще всего. А, в-третьих, у молодого часто не бывает такого, достаточно большого количества денег, чтобы провести там как минимум две недели. Потому что, чтобы это лечение имело смысл, надо там, естественно, провести вот это количество времени.

Елена Фанайлова: Вот у меня миф о Карловых Варах, что это какое-то дико пошлое место, оно такой богатое, но при этом безвкусное. Я не права?

Наталья Трошина: Нет, оно не пошлое. Оно очень красивое, во-первых. Там совершенно волшебная атмосфера. Если Прага спокойный город, то Карловы Вары – это не просто спокойный город, это город в какой-то нирване, который вообще никуда не движется и с ним ничего не происходит. То есть мы приезжаем из Праги туда иногда на выходные просто почувствовать вот этот полный покой. Естественно, публика, которая туда приезжает, конечно же, поскольку они платят большие деньги, особенно те, кто живут действительно дорогих отелях, это же надо продемонстрировать. В этом смысле есть такая изюминка.

Антон Ширяев: Место само по себе, конечно, не пошлое, это курорт. Там красиво действительно, он статен, он променадный. Опошляют его только афиши "Новые русские бабки в Карловых Варах", вот это опошляет. А сам по себе город очень хорош.

Елена Фанайлова: Давайте, может быть, попробуем еще раз такую попытку соцопроса. Вы успели захватить немножко 90-х здесь, кто-то больше, кто-то меньше. Чем отличается приезжающий в Чехию русский человек 90-х и 2000-х?

Антон Ширяев: В 90-х люди приезжали восхищенные. Они приезжали за границу, и для них это было все прекрасно. Все вновь, все неожиданно, они восхищались вплоть до… пакетиком для собачьих какашек, как это все в Праге обустроено. А в 2000-х турист приезжает избалованный, уже смотрящий свысока, уже с деньгами, уже паном. То есть немножко избалованный уже другими поездками, в другие страны, ждет от Чехии более высокого уровня сервиса, не получает его, расстраивается и порой даже как-то так, нелицеприятно говорит о городе.

Наталья Трошина: Мне кажется, когда люди приезжали десять лет назад, у них был постоянный страх, что их обманут, что им всегда подсунут что-то плохое. И когда, например, мы… Ну, в бизнесе туристическом бывают разные моменты. Когда мы говорили людям: вот вы купили размещение в трехзвездочном отеле, на краю города, а мы вам дадим четырехзвездочный в центре, они нам не верили, они говорили, никто и никогда не даст лучше. Мне кажется, сейчас более расслабленные, с большим доверием стали приезжать. Я не думаю, что это касается только Чехии. Мне кажется, может быть, в принципе изменился облик русского туриста. А вообще, как сказала моя дочка, еще достаточно юного возраста, она мне сказала: "Мама, почему так легко понять, какая женщина на улице русская? Во-первых, у нее всегда должна быть шуба, если не шуба, то мех, а если не мех, то злые глаза".

Ольга Лернер: На самом деле двенадцать лет назад туристы приезжали, действительно они были совсем другие, чем сейчас. Они могли выйти на Пражский град на экскурсию в спортивных штанах и в кроссовках, зайти в Кафедральный собор. Вот спортивные штаны "Адидас", это считалось у них круто. Здесь это был ужас на это смотреть. Сейчас они нормально одеты. Они действительно, как Наташа правильно совершенно сказала, они были перепуганные, зажатые, первый раз за границей, страшно. Понятно, что страшно. Они ожидали подвоха на каждом шагу. Когда они его не встречали, они страшно удивлялись: когда уже нас будут обманывать, ну что же такое, почему же нас никак не надуют. А сейчас они расслаблены, уже поездили, уже успокоились. Намного все проще стало сейчас.

Елена Фанайлова: Русский человек, человек широкой души, он выезжает погулять и выпить. Это похоже на русского пражского туриста или все-таки по-другому люди себя ведут и чувствуют?

Наталья Трошина: Во-первых, из самолета людей часто выносят.

Елена Фанайлова: Выпивают?

Наталья Трошина: Регулярно выносят и несут в автобус. Оля может, я думаю, рассказать много историй про то, как люди ведут себя в автобусе. Но человек широкий, русский человек самый широкий.

Антон Ширяев: Мне тоже кажется, что к месту это не относится, это больше относится к широте русской души и неважно, Чехия это, Япония или Гренландия. Вынос из самолета может происходить в любой из этих стран.

Ольга Лернер: Не все такие. Когда приезжают бабушка с внучкой, они пьют редко, прямо скажем, то есть в рамках какой-то экскурсии чуть-чуть вина. Но, когда приезжает какая-то веселая, разгуляющая компания, то да, начинают пить с утра в первый день и заканчивают в самолете в последний день. Такое тоже, кстати, бывает, вполне нормальная ситуация. А еще бывает, часто приезжают такие вот… Когда они едут, я все-таки думаю, что когда они едут в Японию, они все немножко более сжаты, совсем другая страна, ни одно название не прочитать. Тут они видят слова, которые они могут прочитать, все так просто и понятно, часто они могут договориться на русском языке. Вот тут-то они и расслабляются. Конечно, широкая душа просматривается во всем – гулять, так гулять.

Елена Фанайлова: Все-таки, возвращаясь к тому, что люди узнают. Оля сказала, что хотят знать. Что они узнают, в конце концов? Каким образом они становятся другими? С какими изменившимся представлениями русские туристы покидают Прагу? Как вы думаете, что самое главное удается узнать русскому человеку, который не знал ничего, но много думал, имел свои представления в голове?

Ольга Лернер: Они ужасно удивляются, узнав, что Прага, о которой что-то они слышали, весна пражская, еще чего-то, пиво, оказывается, была столицей священной Римской империи, германской. То есть для них это огромное удивление, никто никогда об этом не слышал. Вот такое. Потому что здесь очень много связано с разными королями, императорами и так далее. Они узнают, что Прага столица мистики, всякую мистическую сторону жизни прошлой, то есть прошлого, имеется в виду истории, но и современности. Ужасно это их притягивает всех. Но то, что они увозят? Они удивлены обычно очень сильно местным спокойствием, то есть, как можно жить в 21 веке так спокойно, как живут здесь.

Наталья Трошина: Во-первых, они уезжают с четким представлением, что, например, Прага намного красивее, чем Дрезден или даже Париж. Или даже когда они сравнивают с Венецией, они не понимают, что Прагу можно легко сравнить с Венецией, здесь действительно можно провести романтические какие-то каникулы.

Александр Улитин: Я думаю, турист уезжает отсюда с какой-то историей. Он посмотрел то, что тут прямо история, этот город история, он ее видит, он увозит ее с собой и увозит еще с собой мысль, что все-таки существует другая жизнь какая-то. Потому что здешняя жизнь очень отличается от русской.

Антон Ширяев: Мне кажется, что уезжает, впервые попавший в Прагу или вообще за границу, человек с ощущением того, что Европа это не сплошной "Палас Роял". То есть это не ГУМ в лучших его проявлениях, а что жизнь может быть простой, спокойной, скромной, не то, что все это блещет шиком исключительно на каких-то московских понятиях. С ощущением того, что за границей как бы может быть поскромнее, чем в Москве, это удивительный шок иногда бывает у людей: вот она какая, ваша заграница.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG