Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Даниил Дондурей: что советского в российском кино


Даниил Дондурей

Даниил Дондурей

Государственный фонд поддержки кино признал тринадцать кинопроектов "социально значимыми" и готов выделить им 500 миллионов рублей. Кинокритик Даниил Дондурей ничего хорошего от этих фильмов не ждет и считает, что составляли его люди с советским мышлением.

В перечень Государственного фонда социальной и экономической поддержки отечественной кинематографии вошли тринадцать фильмов. В частности, "5 (Проект "Осетия")" о Южной Осетии режиссера Джаника Файзиева; "Тихая застава" – фильм о пограничниках между Таджикистаном и Афганистаном Сергея Маховикова; "Святитель Алексий" Андрея Прошкина; "Дикое счастье" режиссера Андрея Мармонтова с Сергеем Безруковым, Михаилом Пореченковым и Федором Бондарчуком в главных ролях; картина "Гагарин. Первый в космосе" Алексея Учителя.

– Этот список – свидетельство советского принципа мышления по поводу того, что такое патриотическое кино и что такое поддержка государства, – считает Даниил Дондурей. – Авторам этих идей кажется, что самое главное – назвать героические темы, патриотические сюжеты. Тогда народ двинется смотреть такие проекты. Это все чрезвычайно сомнительно: принцип "поставить галочку", когда в президиуме рядом с секретарями обкома сидит рабочий, колхозник, представитель творческой интеллигенции.

Кроме патриотизма и героики есть и огромные деньги из государственного бюджета – безвозвратные, халявные. Такая система финансирования никогда – только если время не советское, при котором других источников нет, – ничем хорошим, уверен, не кончится. Самое главное, что она безнаказанна: деньги бюджетные, возвращать их не надо, смотреть никто не будет, а отвечать тоже никто не будет. Может быть, один или два фильма будут нормальными. По случайности. Скажем, кино Джайника Фазиева – достаточно способного человека. Константин Эрнст выступает здесь как продюсер. Но картина – о событиях в Южной Осетии, и государственная поддержка фильма про Южную Осетию наводит на мысль, что это как бы наша земля... Сразу возникает множество разного рода вопросов. Видимо, речь будет идти о героизме наших солдат, но тогда грузины будут, может быть, изображены, такими же противниками, как моджахеды. И мы попадаем еще в один капкан, в котором трудно разбираться...

В Фонде не задумываются о ситуации с российской аудиторией. Знаменитый или как бы знаменитый театровед Борис Любимов (председатель экспертного совета Фонда социальной и экономической поддержки отечественной кинематографии – РС), мне кажется, мало понимает, что представляет собой современная аудитория. Про это не думает никто. Выбранные Фондом фильмы в подавляющем большинстве случаев смотреть не будут. Ни про генерала Скобелева, ни про Василису Кожину, ни про святителя Алексия. Поставят галочку. Как после фильма "Поп", который не собрал даже одного миллиона зрителей, и вернул не вложенные средства, а абсолютные копейки.

Перед нами гигантская машина по освоению даже не бюджетных средств, а самой проблематики. Мы родину любим? Любим! Деньги даем? Даем. Галочки ставим? Ставим. Компании большие, которые будут нашей опорой, – мейджоров – поддерживаем? Поддерживаем. По идее это ведь делается для того, чтобы зрители пришли в кинотеатры, посмотрели кино, научились понимать современную жизнь и то, как эти образцы поведения воспроизводить. Ничего этого не будет: те начальники, которые сидят в попечительских советах, очень отстали от реальности. Информация им наверняка не поступает, да она им и не интересна.

Сегодняшняя аудитория воспитана американским кино. За девять месяцев этого года интерес к российскому кино упал с 28% до 16% кассовых сборов. Причем ходили на разного рода потешные истории типа "Наша Раша" и "Любовь Морковь". Они собирают несметные деньги, государственной поддержки там никакой, и их смотрят молодые люди. Тогда на кого рассчитаны "социально значимые проекты"? На телевизор. Но телевизор, финансирующий три тысячи часов телесериалов в год за 250-300 миллионов долларов, и сам страшно богат. Зачем в эту топку бросать деньги, предназначенные для киноискусства?

Люди, которые принимали эти решения, не думают о подготовке качественной аудитории. Они не думают о том, как воспитывать молодых людей с помощью российских и зарубежных фильмов. Делать фильм про пограничников и ожидать, что люди захотят его увидеть – это идеология Суслова, Жданова. Приходит в голову совсем другой сюжет. Скажем, молодая женщина с ребенком. Ее оставил муж, у нее маленькое предприятие на три человека. Она способна выжить под пресом налоговиков и пожарных, сохраняет свой бизнес, воспитывает ребенка, поддерживает своих родителей и сдает деньги на одежду тем, кто пострадал в пожаре летом 2010 года. Разве это не патриотизм? Разве это хуже, чем про борца с афганскими моджахедами? Ни одного сюжета на современные темы я в списке Фонда поддержки кино не увидел.

Фонд, конечно же, будет существовать несколько лет, потому что его развитие никак не будет связано с реальностью: там не склонны анализировать реальные данные о зрительском интересе. Так будет продолжаться, пока какой-то взрыв не обесточит Фонд, или не сменятся его руководитель или принципы. Но я не верю, что это произойдет в ближайшее время. Наоборот, боюсь, что остатки денег Министерства культуры, которые сегодня выделены на авторское кино, молодым, будут направлены в Фонд. Тогда молодые будут вынуждены искать деньги за границей, или валяться в ногах у банков и независимого бизнеса.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG