Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему боснийцы без энтузиазма готовятся к выборам


Ирина Лагунина: 3 октября в Боснии и Герцеговине пройдут всеобщие выборы – шестые по счёту выборы после окончания войны, то есть подписания Дейтонских мирных соглашений в 1995 году. Право голоса в Боснии имеют чуть более трех миллионов граждан, а за места во власти борются 39 политический партий и 11 коалиций – всего 8700 кандидатов.
Дейтонская модель создала в стране очень сложную систему власти. Босния и Герцеговина состоит из двух частей – Федерации БиГ, которой управляют хорваты и боснийцы-мусульмане и Республики Сербской, где власть сконцентрирована в руках боснийских сербов. На общих выборах избирается президиум (3 члена) и парламент Боснии и Герцеговины, палата представителей парламента федерации и её кантональные парламенты (их 10), парламент Республики Сербской и её президент...
Несмотря на такую сложную систему власти и голосования, все опросы показывают, что люди без энтузиазма говорят о выборах и сомневаются, насколько сформированные в результате голосования власти будут в действительности представительными. А многие опасаются, что националистическая риторика после формирования новых органов власти лишь усилится. Впрочем, она и так в последние месяцы напоминала предвоенные времена. Вот пример летней перебранки главы Республики Сербской Милорада Додика и председателя президиума Боснии-Герцеговины Хариса Силайджича, сразу после того, как Международный суд юстиции в Гааге вынес рекомендательное решение о независимости Косово.

Милорад Додик: В течение уже долгого времени мы в Республике Сербской не были счастливы в Боснии-Герцеговине. Мы уважаем Дейтонское соглашение, но решение Международного суда может служить для нас в качестве руководства в дальнейшей борьбе за наш статус и наше будущее.

Ирина Лагунина: Ответ Хариса Силайджича.

Харис Силайджич:
Территориальная целостность и суверенитет Боснии и Герцеговины полностью гарантирован. Любая попытка дезинтеграции будет предотвращена, как это было сделано в прошлый раз, /во время последней войны/.

Ирина Лагунина: Такие перебранки проходят, тем не менее, на фоне превалирующей в Боснии политической апатии. Рассказывает Айя Куге.

Айя Куге: Социологические исследования показывают, что 90% граждан Боснии и Герцеговины недовольны ситуацией в стране, и поэтому большинство из них реагируют либо пассивно, либо в знак протеста не хотят принимать участие в голосовании. Уже месяц как в Боснии ведётся, порой очень грязная, предвыборная кампания, в которой главную роль играют те же политики, которые находятся у власти 15 и даже больше лет. Чем нынешняя кампания отличается от той, которая велась перед прошлыми выборами четыре года назад? Что кандидаты обещают избирателям?
Наша собеседница – журналистка из Сараево Дженана Карабегович.

Дженана Карабегович: Абсолютно ничего не изменилось! Политические партии по-прежнему обещают избирателям работу, хорошие здравоохранение и социальную защиту – то, что обещали перед выборами 2006 года. Но за четыре года они ничего не выполнили, ни одного обещания. На днях по телевидению выступил нынешний председатель президиума Боснии и Герцеговины Харис Силайджич (он - лидер партии "За Боснию и Герцеговину") - и взял на себя смелость утверждать, что лучшее, что достигнуто – это то, что до конца года для граждан страны будут введен свободный визовый режим с Европой. Разве отмена визового режима может быть самым важным успехом четырехлетнего правления? Для Сербии и Черногории визовый режим был отменён ещё в минувшем году. С другой стороны, если даже не нужны будут визы в ЕС, у граждан нет денег на путешествия. Если билеты на самолёты из Сараево в Белград, например, стоят 150 евро, то в европейские метрополии намного больше. Денег у наших людей нет. У большинства нет даже на то, чтобы выпить в кафе чашку кофе. Поэтому, на мой взгляд, либерализация визового режима для обычных людей ничего не значит.

Айя Куге: Наблюдатели отмечают, что хорватские, сербские и мусульманские политики в Боснии продолжают вести борьбу за сохранение власти, делая акцент на притчи, что именно их народ - жертва, что остальные их ущемляют.

Дженана Карабегович: В этом году национальная гомогенизация выражена ещё больше. Одним из кандидатов на выборах является хозяин самой популярной в Боснии газеты "Дневни Аваз" Фахрудин Радончич, создавший новую партию, которая дополнительно разжигает националистические страсти. Радончич даже между партиями своих боснийцев – мусульман пытается внести раздор, считая важнейшим качеством национальную чистоту происхождения кандидатов от мусульманского народа. То же самое и в Республике Сербской, где их премьер-министр Милорад Додик постоянно призывает к национальному сплочению сербского населения. С 1992 года, то есть еще до начала войны в Боснии, на выборах побеждают именно националистически ориентированные партии каждого из трёх народов. И несмотря на то, что граждане очень недовольны своими властями, ничего не меняется. В этом году в Боснии и Герцеговине было несколько крупных протестов – на улицы вышли и военные ветераны, и инвалиды, и полностью бесправные рабочие, но опросы общественного мнения показывают, что выборы ничего не изменят. Ведь как и раньше, около 60% граждан не желают принимать участия в голосовании - именно те, кто недоволен больше всего. И получается, что исход выборов зависит именно от тех избирателей, которые не будут голосовать.

Айя Куге: В Боснии и Герцеговине даже те партии, которые вначале не были националистическими, с течением времени стали такими. Как объяснить тот факт, что два главных политических лидера – сербский Милорад Додик и мусульманский Харис Силайджич - раньше, в начале своей политической карьеры, считались умеренными политиками, отказывающимися играть на карту национализма, а теперь заняли противоположный курс? Кстати, премьер-министр Республики боснийских сербов Додик часто намекает даже на возможность выхода Республики Сербской из состава Боснии и Герцеговины.

Дженана Карабегович: Уже долгое время Милорад Додик не является умеренным политиком. И выборы 2006 года он выиграл на национальной риторике, а затем продолжил тот же курс и дальше. Премьер-министр Республики Сербской, очевидно, решил, что национализм - единственный рецепт, с которой можно привлечь сербских избирателей в Боснии. Любопытно, что его партия называется "Союз независимых социал-демократов", а на самом деле он никакой не социал-демократ.

Айя Куге: Одна и та же боснийская политическая элита у власти находится 15 лет, некоторые политики даже 20. Часто поднимается вопрос о связях политической элиты с элитой криминальной. Есть ли конкретные доказательства для таких утверждений?

Дженана Карабегович: Этой проблемой у нас занимаются лишь неправительственные организации. И сейчас, перед выборами, они пытаются ознакомить граждан с тем, что некоторые ведущие в Боснии политические лидеры замешаны в криминальные дела и коррупцию. Однако трудно найти однозначные и веские доказательства. Этим должны были бы заниматься прокуратура и суды, но до сих пор не было возбуждено ни одного дела против политиков на власти.

Айя Куге: Напомню, мы разговариваем о ситуации в Боснии с журналисткой из Сараево Дженаной Карабегович.
Почти год назад Европейский суд по правам человека потребовал от властей Боснии и Герцеговины устранить из конституции дискриминационное положение, в соответствии с которым лишь боснийские мусульмане, сербы и хорваты могут выставлять свои кандидатуры на места в парламенте и президиуме страны – граждане, принадлежащие к национальным меньшинствам (а их 17% населения), этого права не имеют.

Дженана Карабегович: Представители международного сообщества в последние несколько месяцев пыталась достичь договорённости с президиумом страны и лидерами политических партий, чтобы были изменены соответствующие пункты конституции. Однако, как говорят у нас в Боснии, все наши политики "твёрдые головы", и поэтому вопрос отложен на после выборов. Но мне кажется, что обычного человека в Боснии и Герцеговине даже не интересует конституционные реформы. Его интересует иметь работу и зарплату, на которой можно выжить. По статистике, в минувшем году в Боснии безработными были 45% граждан, а в нынешнем уже половина населения. То есть у нас на трёх работающих – три пенсионера и три безработных. А страна устроена так, что в государственной администрации работают около 100 тысяч человек. Такую армию бюрократов не смогла бы выдержать даже экономика таких развитых стран, как Германия и Франция.

Айя Куге: Добавлю: средняя зарплата в стране – около 400 евро, пенсия 150 евро. Однако зарплаты министров 1500 евро, а парламентарии и вовсе получают по пять тысяч в месяц. Глядя со стороны, порой кажется, что война в Боснии и не заканчивалась, только теперь она ведётся не оружием, а воинственной риторикой. Разве не наступило время примирения?

Дженана Карабегович: Если посмотреть боснийские телеканалы или почитать газеты, становится ясно, что часть вины ложится и на журналистов – они постоянно ставят на первый план темы прошлой войны. А с момента окончания войны прошло уже 15 лет, но никто людям не сказал: "ладно, была война, но она закончена, давайте решать, как будем жить дальше, давайте заниматься экономикой, заниматься тем, что нам обеспечит скорое сближение с Европейским союзом!" Для каждого народа в Боснии и Герцеговине до сих пор важна лишь национальная гомогенизация, все постоянно занимаются только этим вопросом – как будто на дворе 1992 год, перед началом войны.

Айя Куге: Ситуация в Боснии, действительно, сложная. Видно, что оптимизма у людей мало. Но вернёмся всё-таки к существу вопроса: могут ли выборы в воскресенье изменить политическую картину Боснии и Герцеговины?

Дженана Карабегович: Аналитики утверждают, что не могут. Именно по той причине, которую я уже упомянула – прогнозируется, что в голосовании примут участие лишь 40% избирателей. Я часто беседую со своими согражданами, и впечатление такое, что большинство из них абсолютно безразлично относятся к тому, что произойдет в воскресение, считая, что на выборах у них нет выбора и ничего в стране изменить нельзя.

Айя Куге: Мы беседовали с журналисткой из Сараево Дженаной Карабегович. Такой пессимизм бытует в Боснии перед выборами 3 сентября. Специалисты считают, что у оппозиционных партий шансов практически нет, а борьба за сохранение власти ведётся между крупнейшими национально ориентированными партиями трёх государствообразующих народов – боснийских мусульман, сербов и хорватов, где закон уже обеспечил каждой из них соответствующую часть пирога.
XS
SM
MD
LG