Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Эмир Кустурица – о вреде западных ценностей


Эмир Кустурица

Эмир Кустурица

Сербский режиссер Эмир Кустурица готовится приехать в Россию: собирать материал для новой версии "Преступления и наказания" и давать концерт со своей группой The No Smoking Orchestra в московском клубе Milk. Он согласился побеседовать с корреспондентом Радио Свобода. Говорили о творческих планах, о западных ценностях и о заговоре против Никиты Михалкова.

Среди многочисленных наград Эмира Кустурицы два главных приза Каннского кинофестиваля: за кинофильмы "Отец в командировке" и "Время цыган". Среди наиболее известных его фильмов "Черная кошка, белый кот", "Жизнь как чудо", "Аризонская мечта". К группе The No Smoking Orchestra он присоединился в середине 1980-х годов в качестве гитариста. Патриарх Кирилл наградил Кустурицу премией "За выдающуюся деятельность по укреплению единства православных народов".

В начале осени из Франции выслали более тысячи цыган. Во Франции не смотрели ваши фильмы, где так часто герои – цыгане?

– Большинство жителей Франции сострадают людям, которые оказались в сложном положении. Но есть и другие, которые бьют тревогу, потому что иностранцев во Франции уже больше десяти-пятнадцати процентов. Корни этого противоречия – в двойных стандартах западных людей: всегда на Западе будут просто граждане и "второсортные" граждане. Общество там фактически поделено на классы, и людям приходится подниматься по своего рода классовым ступеням.

– Россия вам кажется более гуманной? Вы поэтому решили снимать кино о России?

– Я хочу снимать в России новую версию "Преступления и наказания". Действие происходит в наше время. Это история о молодом студенте-режиссере. Очень богатый человек соглашается финансировать его фильм, если студент убьет его жену. Мой герой хочет, избавившись от жены, жениться на другой - она такая современная версия Сони Мармеладовой. Вот он и обещает студенту десять миллионов долларов. Думаю, через пять лет фильм будет готов.

– Вам приписывали намерение снимать кино о военном конфликте в Южной Осетии. Грузинские режиссеры даже пытались публично вас отговорить. Правда, собирались снимать?

– Я даже не думал снимать фильм про эту войну, но я страдаю вместе теми, кого она коснулась.

– За вами закрепился статус режиссера-терапевта, который фильмами лечит от голливудских клише. Россию от чего лечить?

– Россия проходит этап обожания товаров и услуг: всяких Версаче, Гуччи, всего западного. Но думаю, эта первая волна капитализма спадет и лет через десять Россия снова придет в форму...

– Под формой вы имеете в виду коммунизм?

– Нет. Это когда большинство людей не будут так падки на удовольствия капитализма, против которого я выступаю.

– А как быть со свободой? Это ведь ценность западной цивилизации...

– Бердяев сказал: рабство просто, свобода сложна. Но и в России она возможна...

– Вы как-то сказали, что вы с Никитой Михалковым – единственные восточноевропейские режиссеры, на фильмы которых западный зритель покупает билеты. По-прежнему так думаете?

– Я воспринимаю Михалкова как одного из лучших режиссеров двадцатого века. И только так. Вы, может быть, воспринимаете его по-другому, оцениваете его как политика. В России бурную деятельность ведут негосударственные организации, вроде Фонда Сороса, создавая негативное мнение о Никите Михалкове. Всего про это я, конечно, не знаю, но есть у Запада тенденция – разрушать внутренние ценности. Это делается и в Сербии, и везде, где только можно. Цель – всех нас сделать потребителями их товаров. Поэтому Никита Михалков должен быть неприкосновенной ценностью русской культуры. Так и есть, я только так о нем и думаю, – сказал Эмир Кустурица.

Просьбу прокомментировать создание в России Союза кинематографистов, альтернативного тому, что возглавляет Михалков, Эмир Кустурица выполнить не смог: телефонная связь, по его словам, резко испортилась.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG