Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Стратег Холодной войны: переписка Кеннана



Александр Генис:
В Америке вышла переписка умершего пять лет назад Джорджа Кеннана, одного из главных архитекторов Холодной войны, автора знаменитой доктрины "сдерживания", которая в течение 40 лет определяла мировую политику и служила идейным основанием для таких важнейших международных инициатив, как План Маршалла и образование НАТО.
Жизнь этого замечательного человека тесно переплелась с Россией. Начав дипломатическую карьеру, Кеннан изучил русский язык, продолжив семейную традицию. (Его дальним родственником был другой Джордж Кеннан, много писавший о России Х1Х века). В 1933-м году Кеннан впервые попал в Москву переводчиком посла. В 1952-м он сам занял этот пост. Столь же блестящей была и его академическая карьера. Автор 21-й книги, лауреат двух Пулитцеровских премий, Джордж Кеннан принадлежал к тем редким ученым, которые сперва делали историю, а потом о ней писали.
Самый известный труд Кеннана – телеграмма. В ней 4000 слов и в музее она занимает семиметровый стеллаж. Этой посланной в 46-м году из Москвы депешей дипломат отвечал на вопрос Вашингтона об истинных целях и мотивах советских вождей в их послевоенной политике. Кеннан писал, что Кремль охвачен историческим неврозом, который рождает параноидальный страх перед свободным миром, что делает невозможным нормальное сосуществование двух систем. Но и новую войну, которую многие тогда считали неизбежной, Кеннан признавал немыслимой. Выходом был компромисс – тотальная политика сдерживания, Холодная война, предотвращающая катастрофу.
Мало кто из американцев так хорошо знал и любил Россию, как Джордж Кеннан. Глубоко изучив ее историю и литературу, он ясно видел различия между двумя странами. Характерно, например, его меткое замечание о том, что для американского "бизнесмена" в русском языке есть только один эквивалент – купец, слово, никогда не вызывавшее позитивных ассоциаций. При этом Кеннан отнюдь не считал сталинский режим русской судьбой. Тоталитаризм с его точки зрения был универсальной болезнью ХХ века. Главное препятствие к выздоровлению Кеннан видел в Железном занавесе. Правда о свободном мире, предсказывал он, рано или поздно приведет к мирной трансформации режима. Надо добавить, что об ужасах режима американский дипломат знал все - он лично присутствовал на процессах "вредителей".
Впервые обнародованная переписка представляет читателю Кеннана таким, каким его мало знали.
У микрофона – ведущая нашего ''Книжного обозрения'' Марина Ефимова.

''Through the History of the Cold War. The Correspondence of George F.Kennan and John Lukas''. Edited by John Lukas
''Из истории Холодной войны. Переписка Джорджа Кеннана с Джоном Лукасом''. Под редакцией Джона Лукаса

Марина Ефимова: В 2005 году, когда умер Джордж Кеннан (в возрасте 101-го года), в некрологах его называли одним из тех общественных деятелей, которые оказали наибольшее влияние на внешнюю политику Соединенных Штатов второй половины 20-го века.

Диктор: ''Идеи Кеннана не только отразились на его эпохе, но сыграли немалую роль в окончательной победе Запада над советским коммунизмом''.

Марина Ефимова: Мало кто из американцев представлял себе, как рассердила бы покойного такая характеристика. Из переписки с историком Джоном Лукасом, продолжавшейся с 1952-го по 2004 год и собранной в книгу ''Из истории Холодной войны'', становится ясно, что американские лидеры неправильно поняли идеи Кеннана, который предлагал сдерживать Советский блок мерами политическими и экономическими, а не военными.
Кеннан вообще не одобрял принципов современной внешней политики Соединенных Штатов, а именно – ее милитаризации. Начиная с 19-го века Америка сделала шаг от так называемой ''реалистической'' политики отцов-основателей к идеалистической, морализаторской школе международных отношений, которую приняли многие американские министры иностранных дел и президенты -Дин Ачесон, Джон Даллес, Билл Клинтон, Буш-младший. Кеннан считал эту политику разрушительной:

Диктор: ''Утопическая в своих ожиданиях; морализаторская и иногда невыполнимая в тех требованиях, которые она возлагает на другие народы и государства; безапелляционно уверенная в своей правильности, она грозит самообманом и эррозией влияния – в ущерб Америке''.

Марина Ефимова:
Кеннан до конца остался верен политическому ''реализму'' во внешней политике. В 1999 году он сказал в интервью журналу ''New York Review of Books'':

Диктор: ''Мне бы хотелось, чтобы наше правительство прекратило насаждать демократию в других странах. Тенденция представлять самих себя центром политического просвещения и учителями для доброй половины мира кажется мне непродуманной, тщеславной и крайне нежелательной''.

Марина Ефимова: Но среди американских политиков победила тенденция активного вмешательства в дела мира, и Кеннан писал Лукасу:

Диктор: ''Большую часть своей жизни я чувствовал, что иду не в ногу со своей страной и со своим временем''.

Марина Ефимова: Переписка Кеннана и Лукаса представляет особый интерес для американских интеллектуалов, задавшихся целью найти объяснение упорной приверженности Кеннана политическому реализму, его намерению, как пишет рецензент Марк Лоуренс, ''затормозить смелую попытку переделки мира по образу и подобию Америки''. И далее Лоуренс пишет:

Диктор: ''Один ответ явно можно вычитать из писем Кеннана – это его пессимистическая оценка влияния человека на ход исторических событий мирового масштаба. В мрачном письме 1953 года он пишет Лукасу: ''Если нам удастся избежать новой войны, то это может оказаться столько же благодаря, сколько и вопреки нашим усилиям. У нас почти нет контроля над событиями. Скептическое отношение Кеннана к ведущей роли Америки в мировом сообществе отчасти объясняется тем, что Кеннан смотрел свысока на американскую демократию. Невзирая на свое скромное происхождение из города Миллуоки, Кеннан был человеком элитарным. ''Американцы, - писал он Лукасу, - имеют опасную склонность потакать простым и прозаическим вкусам большинства, незнакомого с аристократической чувствительностью, которая одна только и способна противостоять безумствам радикального энтузиазма''.

Марина Ефимова: Сейчас трудно определить, сумел бы Запад дипломатическими и экономическими средствами пресечь в 50-х годах коммунистическую тенденцию к экспансии, которую сам же Кеннан заметил и описал в своей знаменитой телеграмме. И трудно поверить, что милитаризация американской политики могла спровоцировать Советский Союз, и без того милитаризованный с ног до головы. Но ясно, что Джордж Кеннан пытался применить один и тот же принцип в совершенно разных ситуациях.
В 60-х годах Кеннан пытался удержать Америку от войны во Вьетнаме, считая, что Вьетнам, в отличие от Японии и Советского Союза, не входит в сферу американских интересов. В 70-х-80-х годах, когда провалился детант, Кеннан пытался остановить возобновление гонки вооружений. В 90-х он был в оппозиции к правительству Клинтона, вмешавшегося в войну в Косово, и назвал расширение НАТО ''ошибкой эпических пропорций''. В 2001 году 98-летний Кеннан предупреждал о непредусмотренных правительством последствиях войны с Ираком:

Диктор: ''Всякий, кто изучал историю американской военной дипломатии, знает, что вы можете начать войну с одними намерениями и целями, а к концу обнаружить, что деретесь за что-то совершенно другое. У войны своя инерция, она имеет обычай разносить в прах все обдуманные намерения''.

Марина Ефимова: В 1984 году Кеннан, огорчённый внешней политикой Америки, писал в отчаянном письме к Лукасу:

Диктор: ''Соединенные Штаты – политически неуспешная и трагическая страна, которая всегда уязвима для демагогии, злоупотреблений и происков доминирующих сил текущего момента''.

Марина Ефимова: Тем не менее, Джорджа Кеннана неизменно (и несмотря ни на что) ценили в Америке. Он стал послом в Советском Союзе, потом в Югославии, потом членом Комиссии по изучению результатов и последствий Холодной войны, потом ведущим аналитиком международных отношений в Институте перспективных исследований. Но несмотря на свое влияние и статус, Кеннан писал, что никогда не чувствовал себя уютно в правительственных кругах. Он считал себя аутсайдером и, в отличие от профессиональных политиков и дипломатов, был абсолютно нетерпим к критике.
Аверел Гарриман - американский посол в Москве 1944 года, у которого Кеннан был заместителем - говорил про него: ''Джордж – человек, который отлично понимает Россию, но совершенно не понимает Соединенные Штаты''.
XS
SM
MD
LG