Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Российские блогеры недоумевают, зачем нужна проходящая в стране перепись населения, если у государства немало способов собрать информацию о своих гражданах, не прибегая к помощи переписчиков. Своими впечатлениями от беседы с переписчиками делится Елена Загородная:

Большому Брату оказалось интересным очень немногое. В сухом остатке получилось, что ему интересно про меня знать лишь: пол, возраст, гражданство, национальность, семейное положение и дети, факт работы на себя или по найму. Вот и все. И стоило из-за этого всероссийскую перепись затевать? Оснащать переписчиков удостоверениями, фонариками, шарфами и сумками? Все равно те люди, про которых Большому Брату знать принципиально – сколько их, и сколько у них детей (те, которых принято называть гастарбайтерами, или мигрантами), в переписи участвовать не будут. А про тех, кто будут, можно все узнать из списков МВД и налоговой.

По мнению колумниста онлайн-журнала ej.ru Автандила Цуладзе, перепись является замаскированной акцией по завоеванию симпатии избирателей в селах и небольших городах. Людям нравится, когда им задают вопросы вроде "есть ли в домах туалет со сливом, есть ли в доме мусоросборник, находится ли он на улице и вывозят ли мусор":

Сбор информации об "инфраструктуре" называется "сбором "наказов" избирателей". Смысл этого приема — в демонстрации "заботы" власти о народе путем совершения "реальных дел". Основной электорат "Единой России" и "тандема" – провинциальные города и небольшие поселения. На таком уровне подобные технологии действительно дают эффект. Боевой отряд "партии власти" составляют пенсионеры, бюджетники, малообеспеченные слои населения. В деревне можно купить избирателя за мешок картошки. Этой непритязательностью провинциального электората и пользуются на всю катушку кремлевские политтехнологи.

Но больше всего сетевую общественность заинтересовала не реальная перепись, а фото-сессия, показывающая, как участвует в переписи премьер-министр Путин. Блогерам бросилась в глаза скудная обстановка в его резиденции. Андрей Калитин рассуждает в своем блоге на сайте Slon.ru:

Честно говоря, за интерьер действительно стыдно. А за премьера так просто обидно. Такие телевизоры были в моде лет 25 назад, когда вообще первая японская видеотехника появилась в СССР. Из той же эпохи – кассетный видеомагнитофон. На столе перед самым влиятельным человеком страны стоят четыре бутылки минеральной воды, демонстрирующие, видимо, здоровый образ жизни. Но все три стакана почему-то перевернуты. Такую странную сервировку обычно можно встретить в гостиницах, где посуду именно так хранят от пыли в ожидании нового временного постояльца. Но не дома, где живут. Этот интерьер символизирует представление властного аппарата о том, как живем мы, страна. Это мы смотрим этот старый телевизор, сидим на этом страшном диване неопределенного цвета, это у нас ВХС на полках, это перед нами стоят перевернутые стаканы, это – наш дом. Это мы – люди РФ. Все такие среднестатистические.

***

Предстоящие в ноябре выборы в Сенат заставили американских блогеров всерьез обеспокоиться за будущее своей страны. Майкл Томаски, ведущий постоянного блога об американской политике на сайте британской "Гардиан", начинает обозрение последних новостей предвыборной кампании отчаянным вопросом: "Неужели я живу в одной стране с этими людьми?". Отчаяние Томаски можно понять. Во вторник утром кандидат в Сенат от штата Делавэр Кристин О’Доннел искренне не узнала текст первой поправки к американской конституции, процитированный ее оппонентом демократом Крисом Кунсом. Дебаты, посвященные правомерности преподавания креационизма в государственных школах, зашли таким образом в тупик. В тексте поправки действительно нет слов "церковь отделена от государства" – в ней говорится, что "конгресс не должен издавать ни одного закона, относящегося к установлению какой-либо религии или запрещающего свободное исповедание оной", однако чтобы истолковать первую поправку по-своему, нужно, несомненно, знать ее текст. Томаски разъясняет:

Консерваторы нередко заявляют, что Конституция не устанавливает отделения церкви от государства. Том ДеЛэй, бывший лидер республиканцев в нижней палате Конгресса, постоянно об этом говорил. Но в данном случае О’Доннел, похоже, просто … забыла. Или, может, ее поведение только подтверждает мою давнюю теорию, что она слишком уж близко к сердцу приняла уроки "оксфордского" постмодернизма и представляет собой промо-философа ситуационистского типа, пытающегося ниспровергнуть порядок как таковой.

Деннис ДиКлаудио в блоге политической сатиры indecisionforever комментирует инцидент с позиции самой Кристин О’Доннел:

Знаете, что самое прикольное, когда баллотируешься в Сенат? – То, что по ходу дела узнаешь об этой стране самые безумные вещи. Вот вы, например, знаете, что существует какая-то первая поправка? А оказывается, существует. Прямо перед второй. Кто бы мог представить? И это еще не все – там в этой конституции чего только не понаписано. Типа что нельзя держать рабов. То есть как? И давно нельзя? И да, еще, нам, судя по всему, нельзя употреблять алкоголь. Ой, нет, подождите. Уже можно. Слава богу, пронесло. Слава богу.

Второй раз американская конституция привлекла внимание блогеров в связи с кандидатом от штата Аляска Джо Миллером. Во время дебатов, проводившихся в публичном месте, Миллер приказал своей охране задержать и надеть наручники на журналиста, задававшего неудобные вопросы. Кандидат назвал журналиста "безумным блогером" и пожаловался на агрессивность прессы. Отпор Майкла Кигана на блог-портале The Huffington Post тоже основывается на тексте первой поправки:

Миллер, гордящийся своим знанием Конституции, должен бы помнить, что когда отцы-основатели гарантировали свободу прессы, они признавали, что сильная пресса – важнейшее средство гражданского контроля над властью. Как минимум, можно предположить, что они стремились ограничить право властей надевать на журналистов наручники.
XS
SM
MD
LG