Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Лидер ЛДПР Владимир Жириновский: "Теперь все узнают правду о Москве"


Владимир Жириновский

Владимир Жириновский

Михаил Соколов: Вместе со мной в московской студии Радио Свобода лидер ЛДПР, вице-спикер Государственной Думы России Владимир Жириновский.

Ну, что ж, Владимир Вольфович, мэра нет - и как-то мира нет. Ваш суд с Юрием Лужковым и московским правительством, по-моему, не закончен. Как вы думаете, проиграете?

Владимир Жириновский: Я очень рад, что, наконец, мы избавились от Лужкова. Это день очень радостный, даже для всей страны, не только для москвичей, - 28 сентября. Значит, какие суды? Судить его надо, его команду! Ведь сегодня и вчера, возьмите, и Первый канал, и Второй - сколько они сказали. Тысячу раз звучало слово "коррупция". Я ровно об этом и говорил. И только ЛДПР говорила. А где КПРФ? Ни разу не критиковали.

Михаил Соколов: А Немцов?

Владимир Жириновский: Немцов - да, согласен. Там еще, может быть, кто-то, Лимонов - когда-то что-то было. А из парламентских партий - только ЛДПР. Это, в принципе, тоже показывает реальное, так сказать, отношение людей к таким вещам, как коррупция. Даже без коррупции, ну, 18 лет человек сидит! Надо совесть иметь. Просто вот все хорошо, но сколько он будет сидеть? До смерти что ли?

Михаил Соколов: Надо было на повышение ему идти. Рискнуть. В президенты.

Владимир Жириновский: Некуда ему на повышение! Он мог пойти полпредом - пожалуйста - Центрального федерального округа. Был бы хороший вариант для него - взяться за передачу опыта, положительного, конечно.

Михаил Соколов: Лет 5-6 назад, до того, как он пошел на очень опасные операции.

Владимир Жириновский: Да, вот тогда, при назначении полпредов, это был, по-моему, 2001 год - вот тогда нужно было ему идти полпредом, все. И сейчас бы ушел совсем в отставку. Ну, вот это его ошибка. Поэтому я очень рад, что это произошло. Очень рад формулировке. Потому что не просто уход - по возрасту там, по болезни, а такое редко бывает, чтобы мэра столицы, губернатора, главу субъекта... Ведь при царе, по-моему, ни одного так не отправляли в отставку, при советской власти просто освобождали.

Михаил Соколов: Ну, почему некоторых расстреливали, как же, был такой период.

Владимир Жириновский: Но это не было, по-моему, на уроне руководителя Москвы. Партийных - может быть, а вот когда был горисполком - этого не было. Но это не важно, это старая история. А вот сейчас это, конечно, для него большой позор. И в этом смысле сегодня, наконец, все узнают правду, сколько денег разворовано, какие проблемы с архитектурой, с преступностью, с мигрантами, с Генпланом...

Михаил Соколов: Вот не верю, что все узнают правду. Узнают только часть правды, то, что касается лично Юрия Михайловича Лужкова.

Владимир Жириновский: Ну, да, чтобы убить у него желание что-то еще делать.

Михаил Соколов: А кто его назначал, не помните, последний раз?

Владимир Жириновский: Глава государства.

Михаил Соколов: Владимир Путин, да. Так, значит, были аргументы за то, чтобы его держать на этом посту?

Владимир Жириновский: К сожалению, да. К сожалению, видимо, были аргументы. Это уж такая вещь, есть кабинетные дела. Так же еще, кроме экономики, и политика есть.

Михаил Соколов: Да, вот помните, выборы какие: ЛДПР не прошла в Мосгордуму.

Владимир Жириновский: Да не только не прошла. Ни разу не прошли! Никогда мы не были, все время они нас опускали.

Михаил Соколов: Не любят вас в Москве, значит, избиратели.

Владимир Жириновский: Да нет, избиратель любит! Мы же это знаем прекрасно. Возьмите предыдущие выборы в Мосгордуму, не в октябре прошлого года, а еще пять лет назад. Ночью было 11 процентов, утром они нас опустили до 8-ми, а проходной был – 10. Это они снизили до 2009 года до 7-ми. То есть мы всегда проходили в Мосгордуму, и все пять раз, когда были выборы в Мосгордуму, нас искусственно… Нас не опускали, а они всегда вбрасывали бюллетени для явки, когда была явка 25. Было стыдно Лужкову, что москвичи не ходят голосовать, не доверяют этой Мосгордуме, не доверяют списку Лужкова. Ему не доверяют! И тогда вбрасывали бюллетени, чтобы была явка. А те, что вбрасывали, естественно, не пустые, избиратель должен был свою волю проявить, - все это было под "Единую Россию", и автоматически ее голоса росли, а голоса оппозиции… пропорция менялась. Только так.

Михаил Соколов: А вот "Справедливая Россия" сейчас подает, собственно, уже в суде дело, чтобы отменить результаты этих выборов. Вы как-то не стали опротестовывать.

Владимир Жириновский: Да, с удовольствием поддерживаем! И все время судебные иски и мы, и коммунисты, и "Справедливая" – по выборам в Мосгордуму, по остальным. И журналисты пишут: вот, оппозиция, кричат много, а где же их иски? Ну, бессовестные эти журналисты! Идите в суды московские и смотрите, сколько там исков, и в том числе по всей стране.

Михаил Соколов: Ну, вот Чуров говорит: мало исков. Это не журналисты, это Чуров, Центризбирком.

Владимир Жириновский: Ну, ему же надо сказать, что они хорошо работают, Центризбирком, ошибок нету. Если сказать, что много исков, значит, очень много ошибок, значит, виноват ЦИК. Все хотят себя показать хорошими, в том числе "Справедливая Россия". Она делает все то же самое, что и "Единая", даже еще хуже. Внаглую подкупает избирателей! Новосибирская область – в селах давали по 200 рублей за голос крестьянину. Ну, это деньги, и он, честный человек, идет и голосует.

Михаил Соколов: Так вы тоже деньги раздаете, бывает.

Владимир Жириновский: Никогда! Никогда на выборах. И то, что были случаи давно когда-то…

Михаил Соколов: В перерывах, в перерывах.

Владимир Жириновский: Нет, уже ничего не даем, только почтовыми переводами. Те, кто нуждается, присылают жалобное письмо. Во время выборов – ни разу мы не рушили, нас никто не может обвинить! Вот я – антикоммунист, но коммунисты тоже – никаких ошибок не было. В основном подтасовка, коррупция, "карусель", ну, все грязные методы – "Справедливая Россия".

Михаил Соколов: А "Единая Россия"?

Владимир Жириновский: Ну, про нее мы не говорим.

Михаил Соколов: Как это не говорим? Надо говорить!

Владимир Жириновский: Оно само по себе! Возьмите 300 тысяч открепительных талонов в Челябинской области.

Михаил Соколов: Но не все использовали. 100 тысяч.

Владимир Жириновский: Правильно, не все. И слава богу! Но часть из них пошла "Единой", часть – "Справедливой". А "карусели" все? Ведь наши активисты задерживали! Мы задерживаем, кто устраивает карусель, сдаем милиции, его увозят и ничего не делают. Никакого инициативного правонарушения, ничего! И отпускают его. То есть мы вскрываем, скажем, черный пиар – скажем, выходит газета, якобы местная, а на самом деле черный пиар, клевета на нас. Там и на коммунистов бывает, но я говорю про нас. Говорим: арестуйте тираж. Нет! Только с трудом в Туле однажды мы добились ареста тиража. А так тоже, в общем-то, в этом году где мы находили черный пиар – бесполезно! А наших задерживают, наши мешают.

Михаил Соколов: Владимир Вольфович, вот коммунисты отказываются признать итоги голосования в Краснодаре, Чапаевске, Самарской области и Туве. А вы?

Владимир Жириновский: В Туве – тоже, с коммунистами согласны. Мы еще добавляем Краснодар, Ростов и Московская область, Ленинский район. Вот в четырех местах мы выборы не признаем.

Михаил Соколов: Вот у вас был демарш год назад в Думе, когда все фракции вышли. А сейчас? Вот в среду будет заседание, как раз после выборов первое, вы будете как-то протестовать?

Владимир Жириновский: Ну, у нас есть теперь "пятиминутки". Каждый раз перед заседанием, перед повесткой дня, каждая фракция выходит с пятиминутным политическим заявлением. Это мы пробили. 17 лет ушло, представляете, 17 лет, что нам разрешили в собственном парламенте пять минут свободную политическую дискуссию. Завтра (у нас завтра заседание), я уверен, коммунисты обязательно будут подводить итог такой отрицательный по выборам. Мы тоже выступим. Наверное, и "Справедливая". И "Единая". Я думаю, все посвятят. Потому что после 10 октября это первое пленарное заседание. Так что здесь как бы ничего нового для нас нету, но раздражает "Справедливая". Почему раздражает? Вы правы, "Единая Россия" все это применяет, но "Справедливая" себя позиционирует, что они – оппозиция. Ну, это совесть надо иметь!

Михаил Соколов: Ну, кое-где оппозиция. А кое-где вы не оппозиция.

Владимир Жириновский: В чем они оппозиция?

Михаил Соколов: Критикуют, разоблачают.

Владимир Жириновский: Критикуют все! Даже "Единая Россия" сегодня критикует своих министров и губернаторов. Я говорю о другом. Благодаря кому получил Миронов пост, был направлен в Совет Федерации? Большинство "Единой России" в Законодательном собрании Петербурга. И пост спикера получил в Совете Федерации – дала "Единая Россия". А с кем соглашение подписала "Справедливая Россия"? С "Единой Россией" – по взаимодействию, по кадровым вопросам. И, самое главное, все верхняя палата утверждает, все законы, все постановления и так далее. Поэтому обманывать избирателей, что они, "Справедливая Россия", оппозиция, не надо. Даже армии дают команду голосовать за "Справедливую Россию". Вот весной Хабаровский край – они больше нас получили! Я спрашиваю у военных: ребята, вы же за нас голосуете! – Да, полполка за вас, а вторую половину заставили, чтобы голосовали за "Справедливую Россию". Пожалуйста, по команде делают и армию, и других бюджетников. То есть "Справедливая" использует тот же самый ресурс, что и "Единая". Плюс коррупция тотальная. Вот Тува – только две партии прошли, даже смешно! А Краснодар или Ростов – полностью однопартийные практически парламенты городские.

Михаил Соколов: Вообще, по Ростову, насколько я понимаю, возбуждены уголовные дела даже о подтасовках.

Владимир Жириновский: Да везде можно возбудить! Но довести до реального результата не получается – пересчет голосов или отмена выборов. Вот в Мосгордуму можно довести до упора и, так сказать, добиться отмены. Ну, пробуем. Мы обращаемся, но это же сложно, так сказать. Еще ни разу не было, чтобы выборы отменяли. И ни разу не было пересчета.

Михаил Соколов: Владимир Вольфович, ну, а кандидатуры на пост мэра, вот Сергей Собянин – что вы о нем скажете?

Владимир Жириновский: Ну, я его лет 15 назад увидел напрямую, мы вместе были в одной делегации Федерального Собрания для участия в Парламентской Ассамблее Совета Европы, в Страсбург четыре раза в год мы ездили. И там я его увидел. Он же член Совета Федерации был и тоже в делегацию входил. Всегда такой тихий он, скромный, никак он себя не проявлял, чтобы там анекдоты какие-то или балагур какой-нибудь – нет, очень человек такой всегда серьезный.

Михаил Соколов: Закрытый.

Владимир Жириновский: Закрытый, я бы сказал, такой, холодный. Понимаете, мы же не знакомы, что он будет раскрываться передо мной, если он знаете, что я… а я знаю, что он просто член Совета Федерации от Тюмени? Потом уже, когда он стал главой администрации президента, тут уже как бы встречи с президентом – так или иначе с ним было связано, он мог позвонить, мы могли позвонить. Правительство – то же самое, возникали какие-то вопросы, были какие-то контакты, и мы уже видели его. Он принимал участие в заседаниях Совета Безопасности, где-то ездил он, выступал. Уже легче. Но биография, конечно, великолепная для чиновника! То есть от мэра маленького города Кагалым, но условия существования там зверские, Крайний Север, и там он как раз отвечал за самый сложный вопрос – это ЖКХ. Потом огромная Тюменская область, и там же два региона с особым статусом – Ханты-Мансийский и Ямал.

Михаил Соколов: И друг Абрамовича, говорят, Романа Аркадьевича.

Владимир Жириновский: Это не знаю! У Абрамовича, наверное, полстраны могут быть друзьями, просто я никогда не встречал…

Михаил Соколов: А тот в Тюмени тоже начинал бизнес.

Владимир Жириновский: Может быть, да, когда-то они… Там же, может быть, была "Сибнефть" или еще что-то.

Михаил Соколов: Ну, и "Лукойл" тоже в Кагалыме добывал.

Владимир Жириновский: Вполне возможно. Там же самый такой наш нефтеносный регион. Ну, это, конечно, биография великолепная!

Михаил Соколов: Ну, а как губернатор тюменский? Я вот помню, что ЛДПР, мне кажется, в Тюмени тоже ничего не выигрывала, там жесткий такой режим был при нем.

Владимир Жириновский: Нет, неплохо у нас по Тюмени результаты.

Михаил Соколов: Нормально, пропускали вас?

Владимир Жириновский: Да-да. И Ракецкий, который был до него, и он, и сейчас вот там Якушкин. То есть вот сейчас даже Тюмень возьмите – в отдельных одномандатным округах у нас есть 87 процентов! В среднем у нас сейчас по крупным регионам – 10, до 87. То есть максимально у нас – 87, где-то бывает 70, 60, 50 33, 20, 15 и так далее. Тува – как и многие другие национальные регионы, нам тяжело. Но возьмите Татарию – 20 лет ничего не было вообще, ничего! Сейчас – 33 депутата разного уровня. Допустим, в Казанском городском парламенте – 3, Набережные Челны и по территории республики. 33! Вы представляете – 0 и 33!

Михаил Соколов: То есть смена власти вам помогла.

Владимир Жириновский: Почему я против Лужкова-то боролся. Если бы все было хорошо, но он упертый большевик, и ни разу за 20 лет ЛДПР не была в Мосгордуме, ни при каких условиях! Ельцин, Путин, Медведев – ни разу не было. Ну, что это такое? Издевательство над нами!

Михаил Соколов: Ну, вернемся к Собянину. Так на Москву почему именно его все-таки выдвинули, как вы думаете?

Владимир Жириновский: Потому что очень опытный чиновник, член команды – и в правительстве, и у президента. Лужков отошел, оторвался, он как бы из старой советской системы, и он уже никак не вписывался и по возрасту, и по длительности пребывания ему нужно уходить, и по его как бы симпатиям и антипатиям. А Собянин – он из команды, он наверху. Самый высокий уровень – глава администрации президента, выше чиновнику не подняться, уже выше только президента, или глава аппарата и одновременно вице-премьер. Поэтому это для него просто апогей по лестнице карьеры чиновника. Теперь – мэр, глава самого крупного субъекта, самого богатого города мира, а не только нашей страны. Так что для него это дальнейшее повышение в карьере, теперь он будет более публичный. А как будет работать – конечно, нужно время. Мы напрямую с ним не сталкивались, это все дела такие как бы издалека – мы видели, знаем, кто он, что он. Мы же оппозиция.

Михаил Соколов: Он сказал, что три теми главные: коррупция – борьба с ней, транспорт и социальная стабильность. Вы бы этот курс поддержали или что-то добавили?

Владимир Жириновский: Я бы добавил: как можно быстрее объединить Москву и область.

Михаил Соколов: Сказали, что не стоит вопрос пока.

Владимир Жириновский: Я же говорю от нас, от нашего имени. Я считаю, что полезно, нужно. Второе – это контроль за мигрантами. Их очень много, нелегальных, я имею в виду. И квоту уменьшить. Даже лужков просил уменьшить квоту. Что-то там давали ему 300 тысяч…

Михаил Соколов: А кто улицы будет подметать?

Владимир Жириновский: Да хватает! Если 200 тысяч хватает. У нас что с вами, миллион дворников? Максимум 30 тысяч дворников в Москве, а квота – 300 тысяч. А нелегалов – миллион, а то и полтора.

Михаил Соколов: А строить не надо?

Владимир Жириновский: Я бы запретил в центре Москвы что-либо строить, в пределах Садового кольца. Вот вы здесь находитесь, где здесь строить? Уже дышать негде, вы понимаете, нечем дышать!

Михаил Соколов: Заповедник будет.

Владимир Жириновский: Нигде не строить в центре Москвы и выводить из центра Москвы. Вот Госдуму можно вывести и поставить новое здание там где гостиница "Россия", на набережной Москвы-реки.

Михаил Соколов: Можно президента из Кремля вывести, а в Кремле – заповедник.

Владимир Жириновский: Согласен, давайте! Можно как раз где гостиница "Россия" сделать резиденцию президента.

Михаил Соколов: Ну, это шило на мыло.

Владимир Жириновский: Не важно, Кремль-то освобождается, и там будет мощнейший туристический комплекс. Много вариантов. В любом случае никаких новых зданий, торговых, а уж тем более разного рода офисов, а тем более жилье в центре – запретить начисто! Все – на окраины Москвы. Почему я говорю объединить Москву и область? Если будет везде статус Москвы, москвичи поедут… Они не хотят ехать, допустим, в Серпухов или Чехов, или в Яхрому, Талдом, потому что это считается Московская область. А когда это будут районы префектуры города Москвы, они с удовольствием будут переезжать туда.

Михаил Соколов: Ну, вообще, есть Париж и большой Париж. А тут будет большая Москва?

Владимир Жириновский: Да, большая Москва.

Михаил Соколов: Музейный центр?

Владимир Жириновский: И в центре – только музеи. Дальше – только офисный, финансовый центр, чиновники. Жилые кварталы, спальные регионы – ближе к кольцевой дороге. Все! И дальше уже развивается промышленность и все. Смотрите, Останкинский мясокомбинат зачем на территории Москвы? Работают только подмосковные жители. Так давайте в Подмосковье его переведем! И в Микояновский мясокомбинат, и многие другие предприятия. Зачем железная дорога ходит по городу Москве? Это же смешно! Железная дорогая прямо прет по городе Москве.

Михаил Соколов: Ну, слушайте, через любой европейский город идет железная дорога. Правда, в тоннелях.

Владимир Жириновский: Но это мешает все, давайте убирать! Метро достаточно, никаких железных дорог. Вокзалы железнодорожные должны быть на окраине Москвы.

Михаил Соколов: У нас звонок из Московской области есть, послушаем Ивана. Иван, ваш вопрос Владимиру Жириновскому?

Слушатель: Это Тульская область, а не Московская. Вы извините меня, гражданин Жириновский, но вы же настоящий поп Гапон.

Михаил Соколов: Вы не обижайте, Иван!

Владимир Жириновский: Пускай, пускай! Только он пусть скажет, почему он так считает.

Слушатель: Вот именно, а что обижаться? Он 17 лет врет бессовестным образом, хотя о совести говорит других.

Владимир Жириновский: Иван, скажите, что я врал! Вы говорите – врет. Что?! Хотя бы один факт!

Слушатель: Вот что Лужков от Советского Союза остался. Лужков такой же, как и Жириновский!

Владимир Жириновский: Лужков мэр был, я же не мэр. Я – лидер оппозиционной партии, а он – мэр самого богатого города.

Слушатель: Какой вы лидер партии оппозиционной? Вы – поп Гапон!

Михаил Соколов: Неконструктивно.

Владимир Жириновский: Но в чем это выражается, Иван? Вы должны сказать, что я сделал неправильно. Вот приезжайте 4 ноября в Москву на Пушкинскую площадь, там будет митинг, и я вам дам слово. И посмотрим, поезжайте к коммунистам, вам слово дадут? Поезжайте к "Единой России", к "Справедливой России" – у всех будет митинг 4 ноября. Вот ко мне приезжайте в 2 часа на Пушкинскую площадь. Приезжайте в Думу ко мне, я вам проезд оплачу, и скажите, что вас волнует. Вот вы дали название – врет, поп Гапон. Поп Гапон вел рабочих и жителей Петербурга к царю, они хотели царю вручить прошении. И если бы не дали приказ стрелять по ним, вообще проблем бы не было, не было никакого "кровавого воскресенья".

Михаил Соколов: Выдающийся деятель социал-христианского движения.

Владимир Жириновский: Да! Он ничего не сделал плохого. Он решил тоже пойти к царю. Он же не знал, что кто-то отдаст приказ стрелять. Если царь был бы в это время в Петербурге, приказ бы не отдали. Царя просто не было, он бы в Царском Селе. Это случайно отдали приказ, кто-то испугался из жандармских полковников. Поэтому к попу Гапону я не имею никакого отношения. Если что-то я обманываю, назовите любой факт! Любой факт за 20 лет, чтобы я или ЛДПР в чем-то кого-то обманули. Я понимаю, вам тяжело живется, но не я вам такую жизнь устроил. Советская власть, демократы, Ельцин, нынешняя власть. Я же не власть, я не президент, не министр, не губернатор!

Михаил Соколов: Иван не верит, что вы оппозиция, Владимир Вольфович. Я так его понимаю.

Владимир Жириновский: А что мы должны доказать, что мы оппозиция? Кровь пролить на улице? А сам Иван готов пролить кровь свою?

Михаил Соколов: Думаю, что нет. А 31-го числа вы же не ходили на митинги вместе с оппозицией.

Владимир Жириновский: Так мы ходим на свои! Вы понимаете, что мы много раз поднимали вопрос, чтобы разрешили. Вот надо поднять все стенограммы, я же выступал в зале заседаний Государственной Думы, давал интервью. Я не понимал, зачем мы им мешаем. Вот сейчас разрешили, сейчас 31 октября они придут. Если бы им не запрещали с самого первого раза, многие бы не ходили туда. Ведь люди идут под запрет. Не запрещайте – никто ходить не будет, я вас уверяю. Я бы с ними как боролся? Не 31 октября, 6 раз в году, а каждый месяц 30-го или 31-го заставлял выходить бы на Триумфальную площадь. Через три митинга они бы выдохлись и больше не ходили.

Михаил Соколов: А почему Владислав Сурков вдруг сейчас сказал: пусть они наконец приходят? А до этого не мог сказать.

Владимир Жириновский: Не знаю, я же не в администрации, он не мой друг, я с ним не общаюсь.

Михаил Соколов: Как не общаетесь?

Владимир Жириновский: А как мы будем с ним общаться?

Михаил Соколов: Он очень влиятельный человек.

Владимир Жириновский: Может быть. Так он влияет на что? На успехи "Единой России"?

Михаил Соколов: А на другие партии не влияет?

Владимир Жириновский: Никак он с нами не связан, абсолютно! Может быть, он как-то связан с коммунистами, когда они хотят что-то провести, какое-то мероприятие, которое в чем-то может иметь какие-то отрицательные последствия. Мы никак абсолютно не связаны. Потому что мы не являемся проправительственной партией. Ведь коммунисты, смотрите, он же с Лужковым – Зюганов, и когда он бывает в Кремле, он общается очень хорошо, так сказать, вась-вась со всеми чиновниками.

Михаил Соколов: А вы плохо разве общаетесь?

Владимир Жириновский: Я с ними вообще не общаюсь.

Михаил Соколов: У вас тоже взаимопонимание, наверное, есть.

Владимир Жириновский: Ну, нас приглашают, мы должны прийти. Вот завтра будет встреча с председателем правительства, пожалуйста. 8-го у нас встреча с президентом. Мы встречаемся 2-3 раза в году, нас приглашают официально, мы приходим, излагаем свои позиции по бюджету.

Михаил Соколов: Ну, вот Путину вы что скажете самое главное?

Владимир Жириновский: Ну, например, меня смущают некоторые кадровые вопросы, когда застой некоторый, губернаторы – спящие области, и там остались полуспящие губернаторы. Это вопрос. Северо-Кавказский наш новый округ – там могут быть проблемы со Ставропольским краем, ибо идет вытеснение русского населения.

Михаил Соколов: А вот поводу выборов вы будете говорить с президентом, добиваться каких-то изменений в законодательстве?

Владимир Жириновский: Обязательно! И с премьер-министром, и с президентом.

Михаил Соколов: Каких?

Владимир Жириновский: Во-первых, мы бы хотели, чтобы все голосования были, любого уровня, только по партийным спискам. Госдума, областные, городские – все выборы любых уровней, где есть депутаты, только по партийным спискам. Второе, всех представителей, кандидатов от парламентских партий регистрация автоматическая.

Михаил Соколов: А от непарламентских?

Владимир Жириновский: Ну, там нужен сбор подписей.

Михаил Соколов: А вы знаете, как эти подписи собирать?

Владимир Жириновский: Согласен, но давайте хотя бы для парламентских сделаем. Парламентские не допускают! Вот в чем парадокс.

Михаил Соколов: Да где же вас обидели? Ваших, по-моему, всех зарегистрировали.

Владимир Жириновский: Нет! Слушайте, да вы не знаете. В Краснодаре половину не зарегистрировали, в Ростове – половину. И по всей стране – 5-10 процентов отказано в регистрации под надуманным предлогом. Значит, голосуем по партийным спискам, регистрация автоматическая, нельзя отменить ее по суду, вообще нельзя! Не зарегистрировать нельзя, и снять нельзя. Реклама политическая – всем одинаковая, щиты поставить, и там все это висит. Агитация всем одинаковая.

Михаил Соколов: Дебаты.

Владимир Жириновский: Дебаты. Никакого ареста тиражей.

Михаил Соколов: А критиковать можно в телеэфире?

Владимир Жириновский: Что хотите, то и делайте, пожалуйста, в рамках, так сказать… Вот как товарищ из Тулы сейчас говорит: "Поп Гапон! Врешь!" Объясните – он молчит. Что это за дебаты с ним?

Михаил Соколов: Ну, может быть, он жертва пропаганды.

Владимир Жириновский: Да не жертва! Ему хочется поговорить. Жены нету, с женой поругался – давай я Жириновскому скажу на всю страну, на весь мир! Вот, он поп Гапон! При чем здесь поп Гапон? Это было 105 лет назад и никакого отношения к современной России не имеет. Это можно было Лимонова обелять – поп Гапон, когда он ходит до сих пор, а у него 30 ребят в тюрьме сидят. В ЛДПР ни один в тюрьме не сидит. Вот это – поп Гапон! Посылает их, они приковывают себя наручниками, врываются в какие-то офисы государственных учреждений, и ребята сидят в тюрьме!

Михаил Соколов: А вы выступите за амнистию. Сидят действительно за всякую ерунду.

Владимир Жириновский: Выступал! Выступали, постоянно выступаем.

Михаил Соколов: Ну, вот пойдете к президенту и скажете: слушайте, давайте объявим амнистию.

Владимир Жириновский: Да, мы противники этой статьи об экстремизме, 282-я…

Михаил Соколов: А сейчас "Новую газету" привлекают за экстремизм, аналитическая статья о правых экстремистах, процитировали.

Владимир Жириновский: Вот! Ее и привлекают.

Михаил Соколов: "Википедию" привлекают, что там у них статья про Муссолини, процитировали Муссолини.

Владимир Жириновский: Вот мы противники этого. Мы противники любого гонения – на журналистов, на преподавателей. Вот исторический факультет, придрались к статистике – слушайте, откройте архивы, и если статистика другая, пусть поправят ученые.

Михаил Соколов: Так архивы открыть сначала надо.

Владимир Жириновский: Так я об этом и говорю! Они берут из открытхы источников, и возможно, в закрытых источниках еще более страшная статистика, но при чем здесь ученые, как они должны действовать? По любому поводу ничего нельзя писать, выступать.

Михаил Соколов: Давайте тогда откроем архив ФСБ, например, все КГБэшные архивы.

Владимир Жириновский: Согласен! Тогда мы узнаем, кто такой Попов, кто такой Афанасьев, Явлинский, Гайдар…

Михаил Соколов: И Жириновский.

Владимир Жириновский: И Жириновский сто раз!

Михаил Соколов: На всех досье, на всех.

Владимир Жириновский: Чистый! Чистейший! Ничего не было никогда! Я был беспартийный, меня близко не подпустили бы ни к КГБ, ни к работе на эту организацию.

Михаил Соколов: Но за границу вас выпустили.

Владимир Жириновский: С трудом! С трудом выпустили, с трудом.

Михаил Соколов: Значит, досье есть.

Владимир Жириновский: Досье есть с точки зрения того, что на всех заводят, может быть, на каждого гражданина, кто связан с какой-то работой… У меня же работа была связана с иностранцами.

Михаил Соколов: Вот Игорь Михайлович на вас нападает: "Почему поменяли настоящую фамилию Эдельштейн на Жириновский?"

Владимир Жириновский: Я всегда носил фамилию матери, всегда! Но поскольку при рождении мама была в браке в законном в отцом, меня записали в органе ЗАГС на фамилию отца. Но везде, дома, в детском саду, в школе я носил фамилию матери, поэтому здесь проблемы никакой нету. Каждый гражданин выбирает. Если бы у меня у мамы не было фамилии, а я же взял фамилию матери. Я жил с ней, отца и близко не было, со дня рождения я жил только со своей матерью, все! Поэтому у меня даже в мыслях не было носить фамилию неизвестного мне человека. Так что здесь я прав!

Михаил Соколов: Сергей пишет: "Владимир Вольфович, обычно политики, отвечая на вопросы ведущего и слушателей, ведут беседу в стиле "мой дядя самых честных правил". Вы же один из тех, кто обличает и клеймит позоров разных пройдох. Не могли бы вы в прямом эфире заклеймить позором кого-нибудь помимо Лужкова?"

Владимир Жириновский: Ну, пожалуйста, я же не знаю, о чем может идти речь.

Михаил Соколов: Вот вы пойдете к Путину как к премьеру, и кого вы будете критиковать в правительстве?

Владимир Жириновский: Ну, в правительстве меня смущает, допустим, Христенко, торговля. Ведь закон в правительство был внесен, и правительство предполагало ограничение торговой наценки, так парламент в лице "Единой России" выкинул это положение.

Михаил Соколов: Хорошо, что выкинули. У нас рыночная экономика.

Владимир Жириновский: Правительство пытается хоть как-то влиять на цены. Почему в Японии каждый год парламент устанавливает цены на основные продукты питания, каждый год? И никто не имеет права их превысить. Самая либеральная страна!

Михаил Соколов: А какие долги-то у них гигантские.

Владимир Жириновский: Ну, не важно, во всех странах мира есть рычаги регулирования. Давать норму прибыли. Во всех свободных экономиках норма прибыли – 20 процентов. Вот давайте скажем всем нашим торговым сетям: ребята, 20 процентов оставляем вам, 80 пойдет в бюджет. Вот и все, решение проблемы! Любые цены, но прибыль ваша, норма – 20 процентов. Везде регулируют, а у нас этого нету. Вот в таком ключе я буду завтра свои какие-то предложения предлагать премьер-министру – и по устройству страны, и по кадровой работе, и по бюджету, по налогам, по мигрантам и все остальное.

Михаил Соколов: А что вас с Северным Кавказом смутило? Ведь власти докладывают, что все замечательно. Ну, да, есть там теракты отдельные. Правда, вот в Ставропольском крае началось движение за выход из состава Северо-Кавказского округа…

Владимир Жириновский: Вот, вот!

Михаил Соколов: Тысячи подписей собраны в интернете.

Владимир Жириновский: Вот! Вот я и боюсь, что это может вылиться в проблему противостояния, когда все больше и больше жителей края будут требовать выйти из этого восьмого федерального Северо-Кавказского округа. А с другой стороны, давно уже идет как бы вытеснение русских. Не напрямую, мол, русские уходите, но все больше выходцев из Чечни, Дагестана, из других северокавказских республик расселяются именно на территории Ставропольского края, и идет изменение пропорций населения. Это проблема! Тут нету разжигания межнациональной розни, а есть защита своей земли, своего села, своего дома. А если его окружают уже представители другой национальности, они его вытесняют. Вот у меня приятель из Усть-Джигудинска, столицы в Карачаево-Черкесии, там все русские жили – сейчас ни одного. Он сам, Авдеев, мой приятель, однокурсник. Никого нет вообще!

Михаил Соколов: Слушайте, большевики столько раз выселяли всех там на Северном Кавказе, и казаков, и кого угодно.

Владимир Жириновский: Согласен, много проблем из прошлого осталось. Я же не говорю, что все было хорошо. Это все наследие от советской власти. Вот Иван шумит на меня, а это же все советская власть так сделала! Вот даже были созданы эти республики. Их же не было. Была Грозненская область, была Черноморская область, была Вернинская область, то есть были нормальные территориальные единицы, Житомирская губерния, Черкасская…

Михаил Соколов: Не вернешь.

Владимир Жириновский: Согласен, я же не говорю возвращаться назад. Но идти вперед – давайте все делать через референдумы, через какие-то опросы, учитывать мнение. Как по "Речнику" – остановили же уничтожение поселка. По Химкам остановили пока.

Михаил Соколов: Вот именно пока.

Владимир Жириновский: По Химкам ведь куда проще идти через Молжаниновский район. Но там земли предполагалось, что должна была взять "Интеко", фирма супруги мэра. А теперь она отказалась. А лес вырубили. Вот самый дурацкий вариант: и лес погубили, и дороги нет. И можно было вести через Молжаниновский район. Теперь там пусто. А почему происходит так? Конкуренция должна быть. Все решает президент, вот он решил – остановил это. Возьмите, в Нижнем Тагиле сейчас парня посадили – Егор Бычков.

Михаил Соколов: Да, с наркоманами боролся.

Владимир Жириновский: Во всем мире сейчас лечат наркоманов такими способами! Назар Алиев, возьмите, самый лучший врач в Киргизии – только таким образом делает.

Михаил Соколов: Ну не насильно же взрослых людей…

Владимир Жириновский: Так его насильно туда не завлекают. Но коли родители попросили…

Михаил Соколов: А взрослый человек, понимаете, вот проблема-то. Взрослый человек, за него родители не могут решать. Вы тогда закон меняйте.

Владимир Жириновский: Тогда он погибнет! Давайте выбирать. Как вот с детьми: когда родители-сектанты запрещают делать переливание крови, ребенок умирает – я считаю, что нужно спасать ребенка. И плевать на таких родителей! Врачи должны сделать все, чтобы спасти ребенка. А то, что решать судьбу ребенка должны родители, я с вами согласен. Мы потеряем наркоманов, а их можно спасти.

Михаил Соколов: Нет, дети отдельно, взрослые отдельно.

Владимир Жириновский: Но с детьми то же самое ведь! Их интересы представляют родители.

Михаил Соколов: Это по закону.

Владимир Жириновский: Если родители не разрешают делать переливание крови, врач не имеет права!

Михаил Соколов: Ну, совершеннолетнего человека, к сожалению, без его воли вот так лечить нельзя, как это было.

Владимир Жириновский: Но вы понимаете, что это особая ситуация. Иначе у нас 30 тысяч в год…

Михаил Соколов: Меняйте законы.

Владимир Жириновский: Мы готовы это все поддержать.

Михаил Соколов: А пока Бычков будет сидеть, к сожалению.

Владимир Жириновский: Нет! Так у нас в Тульской области сидит парень за то, что жена.

Михаил Соколов: Хорошо, вы его можете амнистировать.

Владимир Жириновский: Да.

Михаил Соколов: Дума может объявить амнистию.

Владимир Жириновский: Да, и президент имеет право отдельным указом помиловать. Да, я согласен.

Михаил Соколов: Михаил из Москвы, здравствуйте!

Слушатель: Добрый вечер! Владимир Вольфович, защищать права русских, по-моему, это дешевый и какой-то нелогичный прием. Потому что русские – нация самодостаточная. Она защитить себя при необходимости сама. Это вам не к лицу. А вот в отношении Лужкова. По-моему, это частный случай. При правлении Путина Лужков там распоясался. Значит, такое поведение устраивало Путина. То, что сотворил Лужков – это элементарная коррупция. Почему вы никогда не критикуете Путина? И то, что сейчас Лужков уехал в Австрию на запасной аэродром, как вы считаете, у многих ли наших правителей есть такие запасные аэродромы, и как они ими воспользуются при неприглядных ситуациях?

Владимир Жириновский: ЛДПР жестко критиковала Лужкова. Другие партии все молчали. За это меня по судам таскают целый год. И ТВ-Центр выливал на меня ушаты грязи целый год. Вам этого мало? Вы говорите, что партия полностью бы пришла бы на такую жесткую критику, и нас бы топтали каждый день.

Михаил Соколов: Господина Лужкова нет.

Владимир Жириновский: Дайте нам передохнуть.

Михаил Соколов: И вы за Путина возьметесь?

Владимир Жириновский: Давайте, чтобы другие партии хоть что-то делали. Что же касается вышестоящих людей, мы сколько раз критикуем бюджет, который вносит правительство под руководством Путина? И вот сейчас будет бюджет, возможно, не будем голосовать. Сколько раз отвергаем их законы и говорим о необходимости корректировать курс, который определяет председатель правительства. Просто вы не все слышите. Возьмите наш сайт, вы же москвич, ЛДПР и посмотрите, сколько мы критикуем. И у вас волосы дыбом встанут. Ни одна партия столько не делает. Про русских. Вся Европа сегодня… Правые партии пришли во все парламенты Европы, 14 стран ведущих.

Михаил Соколов: Владимир Вольфович, но вы уж давно в парламенте.

Владимир Жириновский: А я говорю про Европу. Европа уже созрела, что если не будет контроля за мигрантами, то вся Европа станет исламской, мусульманской Европой. И белая раса вообще погибнет.

Михаил Соколов: Владимир Вольфович, вы нас не пугайте.

Владимир Жириновский: У нас в стране нужно помогать русскому народу. Если он такой самодостаточный, то почему…

Михаил Соколов: Вы его обижаете.

Владимир Жириновский: …по статистике больше всего умирают русских, больше всего в тюрьмах сидят русских.

Михаил Соколов: Путь надо меньше.

Владимир Жириновский: Больше всего распада семей у русских. Надо создать условия. Их выгоняют отовсюду.

Михаил Соколов: Мне кажется, вы все-таки русский народ обижаете.

Владимир Жириновский: Я не обижаю. Это позиция партии. Не хотите – не голосуйте.

Михаил Соколов: Это другое дело. Но вы как за ребенком хотите…

Владимир Жириновский: 4 ноября приглашаю на Пушкинскую площадь в 2 часа. Он москвич, пусть он там скажет, что про русских ничего не надо говорить, что они сами разберутся. А зачем про бедных говорить? Они что, сами не разберутся? А что богатых клеймить? Что они сами не понимают, что они наворовали свои деньги? Что Лужкова трогать? Он не понимает, что он натворил? По такому принципу вообще надо дома сидеть и ждать, когда умрет человек. Надо бороться. Нужна активная гражданская позиция.

Михаил Соколов: Геннадий из Ленинградской области.

Слушатель: Добрый вечер! Почему недавнему нашему космонавту Максиму Викторовичу Шураеву не была присвоена ни одна государственная награда? Ведь большинству космонавтам она была присвоена. Говорят, что он военный. Ну и что? Все равно он делал то же самое дело, что и другие.

Второй вопрос. Почему последний военный парад не начался с выхода барабанщиков, суворовцев, нахимовцев? Видите ли, министр обороны посчитал, что это дети. Ну, как это понимать?

Михаил Соколов: Давайте про министра обороны и не только про парад, наверное, да, Владимир Вольфович?

Владимир Жириновский: Я готов отвечать.

Михаил Соколов: Вы довольны деятельностью министра обороны?

Владимир Жириновский: В принципе, реформа нужна в армии. Потому что армия, которую принял Грачев у Язова 20 лет назад, была 7 млн. под штыком, под погонами, сейчас уже 1 млн. остался. Это была армия на случай Третьей мировой войны. Ее не было, слава Боги, и никогда не будет – ни обычной, ни ядерной. Поэтому она нужна, реформа. Но реформа сегодня уже не столько по людям, сколько по оборудованию. Допустим, нам сегодня уже не надо столько пехотных дивизий, столько танковых. Сегодня уже вообще дивизий нет. Бригады. Сегодня уже округов нет. Направления есть – Юг, Центр, Дальний Восток, Запад и т. д. Это связано с тем, что необходимо… У нас 23 тысячи военных городков! Представляете?! Но они стоят пустые, многие из них. Это же огромные деньги содержать их – тепло, охрана, обслуживание. Их надо как-то продать, кому-то отдать. Огромное количество имущества в армии, которое просто висит на горбу. Допустим, сегодня в этом году не приняли некоторых курсантов военных училищ. Для чего? Чтобы у тех, кто уже в военных училищах, была работа. Перепроизводство у нас офицеров. Нам нужно офицеров в два раза меньше – 150 тысяч надо, а у нас сегодня 300 тысяч. Это проблема в армии. Их пытаются решать. И будем надеяться, что будут решать лучше. Нам нужно закрыть наше небо, особенно по низколетящим ракетам. И тогда у нас практически будет исключена возможность ракетного нападения на нашу страну. Тогда армия вообще может быть до 100 тысяч человек – сегодня 1 млн.

Михаил Соколов: Но зато в милиции сколько, внутренние войска.

Владимир Жириновский: Можно милицию переводить, пожалуйста. Во внутренних войсках слишком много. Не надо запрещать митинги на 31 октября, тогда не надо будет их разгонять. Тогда все можно будет спокойнее делать.

Товарищ из Ленинградской области спросил про космонавта. Я думаю, что уже меньше и меньше будут награждать. Это уже обычные полеты. Там нет уже ничего такого героического.

Михаил Соколов: Может быть, он на деньги обменял.

Владимир Жириновский: А может там есть какие-то возможности, когда вместо награды человек попросил лучше квартиру ему сделать или какое-то звание ему дать. Здесь особых проблем я не вижу. Но полеты в космос уже скоро будут для туристов. 200 тысяч долларов стоит – полететь туристом и побывать в космическом пространстве.

Михаил Соколов: Вячеслав Сергеевич из Москвы, здравствуйте!

Слушатель: Вы не так давно выступали в Госдуме с очень разумным предложением – перевести транспортный налог в акциз. Что-то это дело все заглохло. Мы так на вас надеялись.

Владимир Жириновский: Я согласен.

Слушатель: Я судился с транспортной инспекцией. У меня машина стоит. Мне сначала прислали налог 4 тысяч, потом 7 тысяч, сейчас 12 тысяч. Машина неисправна, сломана, стоит. Выбросить я ее не могу, надеюсь, что все-таки отремонтирую. Но, вы понимаете, какая несправедливость.

Владимир Жириновский: Я с вами согласен. Сегодня был у нас министр финансов. Мы обсуждали бюджет на 2011 год. Мы снова ему этот вопрос задали. У нас этим занимается депутат Рохмистров. Мы сторонники того, чтобы платить транспортный налог через покупку бензина. Если вы едете – вы покупаете бензин. Вы заплатили налог. А если у вас стоит в ремонте старая машина, вы не хотите, некогда… Я вот в это воскресенье никуда не поехал. Ну, надоело мне следить за светофорами и т. д. Вы правы – платить нужно каждый месяц или каждый год.

Поэтому мы предложили сегодня министру финансов. Он говорит – если мы переведем все в покупку повышение цены на бензин, туда заложим транспортный налог, то одним рублем нам не обойтись. На рубль регионы готовы повысить цену на бензин, но чтобы компенсировать потерю от нынешнего транспортного налога, надо будет повышать бензин на 2-3 рубля. На это они уже боятся пойти. Иначе будут забастовки самих водителей, которым покажется этот бензин очень дорогим. Они посчитали, что одним рублем не обойтись. Но мы будем дальше настаивать, искать способ, чтобы платил тот, кто ездит. И чем дороже бензин, тем он дороже заплатит этот налог, выше налог, а не увязывать его с маркой сегодня. Ведь сегодня и дорогая машина может стоять без дела и старенький "Запорожец", а человек платит и платит. Конечно, это обидно. Пусть платит те, кто кается на своих машинах. Будем добиваться именно этот. Но пока не получается не по нашей вине.

Михаил Соколов: О бюрократии. "Подавляющее большинство россиян, по свеженькому опросу, не знают, в каких делах участвовала Общественная палата – ответ 90%. Некоторые, впрочем, ошибочно думают, что в заседаниях принимает участие Владимир Жириновский – 2%", А нужна вообще Общественная палата?

Владимир Жириновский: Как площадка – пускай будет. Пусть там собираются наши известные люди – политологи, общественные деятели. Но я же к ним обращался по Лужкову – давайте, вмешайтесь, что это такое!

Михаил Соколов: Марат Гельман вас поддерживал.

Владимир Жириновский: Он поддерживал, где-то выступая. А так вот их секретарь Велихов даже не отвечает нам. Я просил – давайте вместе выступим против Лужкова. Они все боялись, пока Лужков был у власти. Я обращался к адвокатам ведущим – Генрих Падва, Генрих Резник, Кучерена, Гасан Мирзоев и еще ряд – все боятся.

Михаил Соколов: И никто вас не защитил?

Владимир Жириновский: Никто не пошел! Только мои собственные адвокаты, а так, чтобы известные адвокаты… Тот же Кучерена, Астахов – никто! Единственная ЛДПР борется. Если нас слушает Иван из Тулы – мы единственные боролись! А кто боролся с новосибирской мафией? Да по всей стране только ЛДПР. Против нас столько судов, столько нас долбают.

Михаил Соколов: Но в Новосибирске у вас и результат получше.

Владимир Жириновский: Да – больше 10%, а могло быть и больше. Но там опять "Справедливая Россия" скупила.

Михаил Соколов: Опять вы на "Справедливую" наехали.

Владимир Жириновский: Потому что они обнаглели. "Единая"-то известно, что она делает, но теперь еще и "Справедливая" делает, еще и коммунисты будут делать.

Михаил Соколов: А вы добиваетесь, чтобы еще больше партий регистрировали, тогда конкуренция будет…

Владимир Жириновский: Мы за то, чтобы снижать порог – не 7, а 6, 5, 4, 3.

Михаил Соколов: Вот либералы пытаются объединиться – Касьянов, Немцов.

Владимир Жириновский: Пусть объединяются, пожалуйста.

Михаил Соколов: Тогда зарегистрировать, на выборы пусть.

Владимир Жириновский: Ради Бога!

Михаил Соколов: Если пустят, разве это для вас не конкуренты?

Владимир Жириновский: Нет, нет.

Михаил Соколов: Почему?

Владимир Жириновский: Их избиратель за границей. Они получат 2% голосов.

Михаил Соколов: За какой-то границей?

Владимир Жириновский: У них есть много почитателей, но только в Германии живет 6 млн., в Америке – 7, в Париже, в Голландии.

Михаил Соколов: А там можно проголосовать, в Германии.

Владимир Жириновский: Они на учет не становятся. Я спрашивал у консула. В Нью-Йорке 30 тысяч только на учете. 1 млн. русских живет в Нью-Йорке, а на учете, кто имеет право голосовать, - 30 тысяч. Они сами не хотят там голосовать. Поэтому все эти наши новые либералы типа Касьянов, Немцов и прочие могут объединиться, но получат ровно 2%, как и "Яблоко", не больше.

Михаил Соколов: А если Лужков с "Яблоком" объединится?

Владимир Жириновский: Вообще пропадет.

Михаил Соколов: Как пропадет?!

Владимир Жириновский: Потому что у "Яблока" есть избиратели – это такая рафинированная интеллигенция. Она за Лужкова голосовать не будет, который вырубал леса здесь, который позволил мафии распоясаться здесь, который ограбил Москву. Поэтому "Яблоко" окончательно все потеряет.

Михаил Соколов: Пенсионеры придут зато.

Владимир Жириновский: Не пойдут они. Когда они узнают, что при новом мэре ничего не ухудшится, а даже в чем-то улучшится, они будут проклинать Лужкова.

Михаил Соколов: А в чем улучшится-то при Собянине?

Владимир Жириновский: Меньше будет жуликов, будет больше доброкачественных лекарств, будут лучше продукты питания на рынках, меньше мафии будет, меньше криминальных разборок будут.

Михаил Соколов: Я что-то в Тюмени такого не видел, когда Собянин был губернатором.

Владимир Жириновский: Вы там были в это время что ли?

Михаил Соколов: Да, был.

Владимир Жириновский: И вы за один день определили, что там дела идут не так хорошо?

Михаил Соколов: Да, там же как и везде. Только независимые СМИ были Собяниным там уничтожены буквально за полгода, как он губернатором стал. Вот это результат. И самоуправление он там прижал очень сильно, которое Ракецкий развивал. Так что, по делам нужно судить.

Владимир Жириновский: Согласен. Разве я говорю, чтобы просто так судить?! Вот поработает мэром годик-два, мы сможем тогда дать оценку. Может быть, введут выборы префектов. У нас их 10 префектов.

Михаил Соколов: А лучше бы выборы мэра вернули.

Владимир Жириновский: Так опять Лужков выиграет, Лужков вернется опять!

Михаил Соколов: Да вы что?!

Владимир Жириновский: Да.

Михаил Соколов: Да, он старенький.

Владимир Жириновский: И он вернется. Денег много.

Михаил Соколов: С Батуриной?

Владимир Жириновский: И она вернется.

Михаил Соколов: На вице-мэра?

Владимир Жириновский: Да. В других регионах тоже выигрывать будут те же самые. Ведь, когда президент, он хоть немножко обновляет. Он уже заменил процентов 20-30 губернаторов ельцинских. Треть – новые. Если были бы выборы, они бы все остались, все до единого! Тогда вообще никому не пробиться.

Михаил Соколов: Так два срока ввести и все.

Владимир Жириновский: Правильно. Вот видите, это 10 лет. Но не хотят и это вводить. Мы же за это. Но не хотят. Потому что им нужно… Оставили некоторых на пятый срок уже. По 20 лет сидят у нас.

Михаил Соколов: Дума тоже себе прибавила полномочий по срокам.

Владимир Жириновский: До 5 лет.

Михаил Соколов: Вы же тоже не возражали.

Владимир Жириновский: Все парламенты мира 5 лет работают. Это кто-то придумал 4 года. Смешно. Все парламенты мира работают 5 лет.

Михаил Соколов: Не везде, не везде.

Владимир Жириновский: Где 4 года парламент? В основном, везде 5 лет.

Михаил Соколов: В Великобритании. Николай Илларионович, присоединитесь к нам, из Москвы.

Слушатель: Здравствуйте! Я очень уважительно отношусь… Я не член ЛДПР, но очень уважительно отношусь к Владимиру Вольфовичу. Это единственный человек, который поднял против Лужкова еще год назад!

Владимир Жириновский: Да, ровно год назад прямо из Кремля сказал на всю страну.

Слушатель: Никто больше не возмущался, кроме него. Спасибо вам, Владимир Вольфович.

Первый вопрос. ЖКХ. Посмотрите, что творят ЖКХ. Летом была ужасная жара. А с нас сейчас берут оплату за отопление с мая месяца по сентябрь!

Второй вопрос. Еще при Лужкове построили коттеджи в Америке. Объясняли нам, что якобы оттуда будут идти суммы в Москву за счет того, что будут сдавать.

Владимир Жириновский: По ЖКХ вы абсолютно правы. Берут с нас круглый год. Везде счетчики должны быть. Везде с нас берут больше денег, чем мы с вами потребляем – это энергосбыт и газ. Они очень часто завышают все свои счета. Мы куда меньше потребляем, поэтому с этим надо бороться. Кроме того, мошеннические схемы при создании управляющих компаний. Об этом сказал Музыкантский, уполномоченный по правам человека в Москве. Мертвых туда вписывают, создают компании. Жители даже не знают, кто ими управляет. И счета идут из разных источников. Нужно наводить порядок. Везде обман. Вы в этом смысле правы. То же самое эти коттеджи.

Михаил Соколов: Аудит, наверное, надо провести.

Владимир Жириновский: Надо, чтобы Степашин, его Счетная плата провела полную, тотальную проверку всего городского хозяйства. Если Московская Счетная палата, они там все скроют, потому что прокурор был с Лужковым. Даже ФСБ по городу Москве была с Лужковым. Вы представляете?! И милиция была, Пронин. Сейчас там новый начальник милиции. Нужно все проверить, все вскрыть, все потери.

Насчет коттеджей спросил москвич. У них в Карловых Варах собственная гостиница за счет бюджета города Москвы. И многие москвичи-пенсионеры не знают, сколько денег идет на содержание московской прессы. Они ее подкармливают. По-моему, 700 млн. в бюджете. И уже истрачен 21 млрд.! На что?! Подкормить прессу, чтобы она хвалила Лужкова. Деньги ваши, пенсионеров. В том числе вы переплачиваете по ЖКХ, в том числе у них гостиница за рубежом есть, которая содержится за счет города Москвы, за ваш счет. Вот это все должна вскрыть прокуратура, ФСБ и все остальные.

Всех жду 4 ноября в 2 часа дня на Пушкинской площади. Там и продолжим обсуждать все вопросы.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG