Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Психиатры добрались до президента


В Москве и, возможно, в Санкт-Петербурге закрывают психиатрические больницы, в которых помогали бездомным. На улице могут оказаться и сами психиатры, часть которых чиновники собираются уволить

В Москве и, возможно, в Санкт-Петербурге закрывают психиатрические больницы, в которых помогали бездомным. На улице могут оказаться и сами психиатры, часть которых чиновники собираются уволить

Две психиатрические больницы – в Москве и Санкт-Петербурге – могут быть закрыты по решению местных чиновников. Экспертов беспокоит судьба пациентов и самих психиатров.

Московская государственная психиатрическая больница №7 существует с 1935 года и примечательна тем, что, в отличие от других больниц Москвы, оказывает помощь в том числе иностранцам, людям, не зарегистрированным в России, лицам без определенного места жительства. В обязанности врачей, кроме собственно медицинской помощи, входит установление личностей пациентов, восстановление их документов и поиск родственников. Больница рассчитана на восемьдесят пациентов, сейчас там находятся сорок человек.

Через месяц, 1 декабря, больницу закроют. Это предусмотрено приказом №1461 московского департамента здравоохранения от 6 сентября 2010 года за подписью директора департамента Андрея Сельцовского (копия документа есть в распоряжении Радио Свобода). Реализуется ликвидация больницы, как следует из приказа, по поручению первого заместителя мэра Москвы Людмилы Швецовой.

На месте больницы с согласия чиновников построит частный детский сад компания "Медстройинвест". На официальном сайте фирмы сообщается, что на проект здания "получено положительное заключение "Мосгорэкспертизы" от 3 апреля 2009 года".

Сотрудники больницы считают ее закрытие незаконным и обеспокоены судьбой пациентов – как нынешних, так и потенциальных:

– Мы принимаем людей, которые социально никак не устроены, – рассказывает медсестра психиатрической больницы №7 Эсфирь Галицкая. – Они живут на вокзалах, ютятся по подъездам, пьют не просыхая, потому что им больше ничего не остается. Это и иностранцы, приехавшие в Россию отовсюду – от Израиля до Нигерии. Бывает, что информацию об одном пациенте мы запрашиваем в разных концах бывшего Советского Союза. Как правило, нам удается установить его личность. Тогда восстанавливаем его документы, оформляем инвалидность, а тех, кому больше некуда деваться (не выписывать же на улицу), определяем в психоневрологический интернат.

Эсфирь Галицкая сообщила, что пациенты после закрытия больницы должны быть переведены в психиатрическую больницу №3 имени Гиляровского, "от чего там никто не в восторге": мест в этой больнице не хватает, а врачи перегружены. Сотруднков же седьмой психиатрической больницы ждет увольнение:

– Всем сотрудникам, кроме тех, что работают в эвакуационном отделении, пришли бумажки с сообщением, что с первого декабря они все уволены. Я направила письмо в администрацию президента, там ответили, что переправили его в Мосгорздрав. Мы также отправили электронное обращение с подписями в правительство Москвы. В здании больницы собираем подписи под уже "бумажным" обращением к главе департамента здравоохранения Андрею Сельцовскому и нынешнему мэру города Москвы Сергею Собянину. Пока никаких откликов от московских чиновников не было, – сказала Эсфирь Галицкая, добавив, что вместе с коллегами намерена добиваться справедливости в суде.

В этом им помогает фонд "Справедливая помощь" доктора Лизы – врача Елизаветы Глинки. Юрист фонда Вера Гончарова уже обратилась с заявлением в прокуратуру Москвы и вместе с сотрудниками больницы надеется, что результаты прокурорской проверки позволят сохранить больницу:

– Лечебные учреждения нельзя расформировывать, – говорит Вера Гончарова. – Для согласования интересов работников и работодателей Трудовым кодексом предусмотрена такая система взаимоотношений, как социальное партнерство. Правительство Москвы, департамент здравоохранения и работники здравоохранения заключили между собой соглашение о социальном партнерстве на 2010-2012 годы. В нем прямо предусмотрен запрет приватизации, ликвидации, перепрофилирования и передачи лечебных учреждений под другие цели. Приказ департамента о ликвидации больницы нарушает этот запрет. Нарушаются и права пациентов, гарантированные Конституцией и федеральными законами.... Еще с 1990-х годов велись разработки проекта расширения больницы, но в середины 2000-х годов, когда появился инвестор "Медстройинвест", проект расширения был забыт. Инвестору позволили вести работы по подготовке сноса больницы №7 для строительства на ее месте частного детского сада. Этой компании дали разрешение на строительство еще шести объектов в Москве – в обмен на то, что она достроит другую больницу, Ховринскую. Та больница достроена так и не была, компании предложили участвовать в строительстве корпусов двух других больниц. Но и эти корпуса недостроены. Однако психиатрическую больницу №7 под частный детский сад все-таки сносят уже сейчас, – сказала Вера Гончарова, выразив уверенность в том, что работникам больницы для защиты своих прав необходимо обращаться в суд.

Врач, директор фонда "Справедливая помощь" Елизавета Глинка выразила опасение, что никакого распределения больных психиатрической больницы №7 в другие больницы не последует: по ее словам, уже сейчас сложно добиться, чтобы бездомного отвезли в больницу на скорой помощи, чтобы затем в этой больнице его оставили.

– В Москве сотни тысяч бездомных. 70 процентов из них – граждане России. Закон в отношении них есть, это Конституция: они имеют те же права, что и мы. 30 процентов бездомных – гастарбайтеры из стран СНГ, которые приехали сюда, чтобы не умереть с голоду. Менять закон надо в отношении трудоуйстройства таких граждан и восстановления их документов. Нужно также решать проблемы с людьми, которые освободились из тюрем. Одна из самых трудноразрешимых проблем – с бездомными, которые стадают психическими расстройствами. В Москве им как раз помогала психиатрическая больница №7, – сказала Елизавета Глинка.

Тем временем под угрозой оказалась другая психиатрическая больница, в Санкт-Петербурге – Городской психоневрологический диспансер №7 со стационаром. Около шестисот больных оттуда власти города планируют перевести в заведение в шестидесяти километрах от Петербурга – в больницу имени Кащенко. Сотрудники диспансера уже направили обращение к президенту Дмитрию Медведеву. В нем они сравнивают перевод пациентов в больницу за пределами города с помещением их в "резервацию для психически больных" и напоминают о принципе приближенности медицинской помощи к больным, который изложен в Декларации Генеральной Ассамблеи ООН "О защите психически больных лиц и улучшению психиатрической помощи".

– Распорядительных документов о закрытии больницы, слава богу, пока нет, но их готовят, – рассказывает главный врач Психоневрологического диспансера №7 Сергей Литвинцев. – Все началось 12 октября с заявления губернатора Валентины Матвиенко, которое процитировали средства массовой информации. Посещая больницу имени Кащенко, она сказала, что туда переведут наших больных – якобы лучше будут санитарные условия ("Мы приняли решение о выводе некоторых психиатрических лечебных учреждений из центра города, в частности, больниц на набережной Пряжки и на набережной Фонтанки, которые не соответствуют санитарным нормам для размещения больных. Их пациентов примет больница имени Кащенко", – заявила Валентина Матвиенко. Больница на набережной Фонтанки – это и есть Психоневрологический диспансер №7. – РС). С тех пор во властных структурах нам неофициально – без документов – постоянно напоминают, что мы должны готовить больных к перевозке за город. Недавно главный психиатр города профессор Сафронов заявил мне, что "вопрос решен, в ближайшее время больные будут переводиться". Персонал при этом будет трудоустроен, сказал он мне. Но куда? Речь идет о 590 сотрудниках, из которых 106 – врачи.

Психоневрологический диспансер №7 существует в Санкт-Петербурге более шестидесяти лет. Ежегодно там проходят лечение более трех тысяч человек, на учете состоит более десяти с половиной тысяч человек.

– Мы обслуживаем население двух больших районов Санкт-Петербурга – это примерно семьсот тысяч человек. Речь идет и об амбулаторном лечении, и о стационаре, и о дневном стационаре. Приходится работать и с бездомными. Помогаем найти родственников, у которых часто нет заработка, одна пенсия, да и та мизерная. Найденные родственники пациентов посещают редко. Представьте, что больницу переведут за 60 километров от города. Тогда посещения вряд ли продолжатся: дорога стоит 200 рублей в один конец – это огромные деньги для них, – говорит Сергей Литвинцев.

В последнее время в Москве, Петербурге и других городах, особенно небольших, ухудшилось положение психиатров и их пациентов. Это случилось после смерти директора Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени Сербского Татьяны Дмитриевой, считает Сергей Литвинцев.

– Она была великолепным политиком, умело отстаивающим интересы психиатров и их пациентов – умела нас защитить, – говорит Сергей Литвинцев.– Мы ведь работаем с самыми несчастными людьми: без помощи они не могут существовать. К сожалению, народ устроен так, что погладит кошку, пожалеет собаку, а душевнобольных загонит куда подальше. Но они должны быть рядом, и к ним надо относиться бережно.

С этим мнением согласна Елизавета Глинка:

– Фашистская позиция – притворяться, что бездомных нет, и стараться от них избавиться: не сжигать, а выбрасывать из приютов и запихивать в места, где их найти невозможно. Больницы закрываются повсеместно одна за другой. В Подмосковье, например, закрывается Белоомутская больница, больница деревни Колионово, которая была организована 150 лет назад! Альтернативы больным не предоставляют.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG