Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Разговор с интересным человеком (Барнаул)


Маргариту Черепанову в Барнауле знают все юные хоккеисты. Она вырастила прекрасного сын – хоккеиста Алексея Черепанова. Два года назад у 19-летнего игрока омского "Авангарда" во время матча остановилось сердце. В память о сыне Маргарита Черепанова построила в Барнауле крытую хоккейную коробку для детей. Ее разговор с нашим корреспондентом Олегом Купчинским начался с нового порядка медицинского обслуживания спортсменов.

Маргарита Черепанова: Вот эта трагедия все-таки всколыхнула людей и всех чиновников. Даже, судя по нашему Дворцу спорта, мы не начинаем игры, пока не будет "скорая" стоять. Сейчас углублена у них медицинское обследование не только в "Авангарде", а вообще, особенно молодых игроков.

Олег Купчинский: Маргарита, но все равно врач подчиняется тренеру команды, а тот ради результата игры может закрыть глаза на состояние здоровья игрока.

Маргарита Черепанова: Я разговаривала с омскими врачами. Они мне говорят, что мы только врачи. Мы говорим, что нельзя на лед выходить игроку, он болен. Тренер ему говорит – сделай так, чтобы он вышел на лед. Ты для чего здесь работаешь. В итоге они делают так, что они выходят на лед. Выходят и умирают – получается так. С вас же будет спрос! Клятву-то Гиппократу кто давал – не тренер, а вы!

Эту систему не сломать. Это бесполезно. Я уже два года бьюсь с этим. Но руки опускаются. Уже не верю в то, что что-то можно решить. Все это продолжается и до сих пор, только скрывают. Я когда в Москву летала, знакомилась с экспертизой. И была такая фраза сказана, впечатление такое, кто знакомился с экспертизой, в частности, адвокат мой, что ложь и загнали просто. Ведь ни отдыха, ничего не было. Если я звоню Алексею, он летит со сборной, с чемпионата мира, он прилетает в 7 утра в Омск, в 11 он уже на льду, то есть после чемпионата мира. Непонятно. Конечно, результат нужен начальникам. Но каким-то образом надо все равно было… Молодой организм справится. На авось как-то все было спущено.

Олег Купчинский: Есть ли новые данные у следствия? Прокуратура по-прежнему отказывается возбуждать уголовное дело в отношении врачей?

Маргарита Черепанова: Три раза мне приходил отказ омской прокуратуры, Следственный комитет отказывает. Мы подаем апелляцию, то есть Москва проверяет и опять на доследование в Омск. И так уже три раза. Сейчас опять идет доследование. Здесь два момента. Одно следствие идет в Чехове, второе – в Омске. Чехов валит на Омск, Омск валит на Чехов. То бишь, если бы была "скорая" все было бы нормально. Но судя опять же по той же экспертизе, я считаю, что если бы даже "скорая" была в Чехове, я думаю, что нормально бы ничего не было. Потому что по всем медицинским материалам видно было, что на протяжении полугода ему кололи кордиамин. Для чего – мы так выяснить до сих пор это не можем. Все отказываются. Никто не назначал, никто не колол. Все валят, конечно, на Алексея. Хотя это неправда. На миллион процентов неправда. Экспертиза четко показала, что за три часа до матча ему был поставлен этот укол. Как мне сказали, надо было просто пролечить, отстранить от тренировок и пролечить. А ему вводил кордиамин для того, чтобы он не чувствовал усталости на тренировке, на играх, отдышки не чувствовал. Вялотекущее шло воспаление. И здесь до такой степени все это… плюс нагрузка, просто сердце не выдержало и все.

Я, конечно, с одной стороны, их понимаю тех же ребят, игроков. Они играют, у них контракты. Зачем себе яму рыть. Но, с другой стороны, я же мстить не собираюсь. Я просто за их здоровье боюсь, чтобы завтра другой не оказался на этом месте.

Олег Купчинский: Маргарита, это была ваша идея построить в Барнауле крытый хоккейный корт? Сейчас столько проблем приходится решать. Не жалеете, что начали это дело?

Маргарита Черепанова: Да, это была моя идея. Когда "Авангард" выплатил деньги, контракт Лешин, я подумала – а если вот построить. Потому что я работаю в этой школе, муж мой работает сейчас там. Я вижу, как наши тренеры перед тренировкой чистят снег, лопатами выкидывают, мороз, ветер. И я решила – а если закрыть коробку, накрыть. Сколько это будет стоить? Начала узнавать. Я думала, что если я отдаю деньги, я раз построю, и всем хорошо будет. Я же ни у кого ничего не прошу. А когда построила, начались проблемы. Разрешение получили - временное сооружение, потому что капитальное строение нужно был очень долго ждать.

Потом думаю, дай я закину удочку, напишу Родниной, Мутко. Может быть, мы под федеральную программу искусственный лед туда подведем. Потому что я 13 млн. отдала. Написала, они мне ответили – мы готовы. Только то-то, то-то и то-то нам вышлите, документы – свидетельство на землю, свидетельство на собственность. Кадастровая стоимость клочка этой земли – 14 млн. Можете представить?! У меня волосы дыбом встали, когда мне принесли. Свидетельство на собственность. Чтобы получить свидетельство на собственность, все экспертизы, проекты, почва и т. д. – 1 млн. мне сказали. Кто это будет платить? Я не знаю.

В нашей стране благотворительностью заниматься – это вредно. Лежали деньги у меня на книжке, проценты бы шли, я бы спала спокойно. А я ночи не сплю. Я уже и плакала. У меня истерики были, здоровье подорвала с этим "Ангаром". Ну, никому ничего не надо. Я хожу, попрошайничаю в одну фирму приду – говорю, дайте денег на фонд для ребятишек за лед проплатить? 40 тысяч. Где их взять? Льда нет. Почему мальчишки дорастают до 12 лет и бегут отсюда? Кто сюда поедет? Все равно приходишь, посмотришь на ребятишек и радостно становится, что они не мерзнут, что ветра нет, что дождя нет. Все равно как-то чувствуешь, что… Лешка бы меня понял, и он бы одобрил это.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG