Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дело Сергея Магнитского и образ России за рубежом


"16 ноября исполнился ровно год со дня смерти в следственном изоляторе города Москвы российского юриста. Его звали Сергей Магнитский. Смерть Сергея вызвала мощную войну негодования как российской, так и международной общественности".

Ирина Лагунина: Это – документальный фильм о юристе инвестиционного фонда Hermitage Capital Сергее Магнитском, который во вторник посмотрели на общественных слушаниях парламентарии в пяти странах, в Европейском парламенте и в Конгрессе США. Предваряя просмотр, сенатор Бенджамин Кардин, председатель Хельсинкской комиссии Конгресса США объяснил свое решение представить документальную ленту так:

Бенджамин Кардин: Приоритет Хельсинкской комиссии – поднимать проблемы, которые вызывают беспокойство, особенно когда речь идет о человеческом достоинстве – "третья корзина", права человека, как они записаны в Хельсинкском заключительном акте. Мы рассматриваем отдельные случаи нарушений – и мы делали это на протяжении всей истории этой комиссии, которая сейчас празднует свое 35-летие. Мы делали это в отношении советских евреев, когда им не давали выехать из Советского Союза – достоинство человека, мы делали это в отношении цыганских детей, которым не давали получить образование и интегрироваться в общество в странах Западной Европы, мы делали это в отношении журналистов, которые подвергаются нападениям и которых убивают за то, что они занимаются расследывательской журналистикой в их собственных странах, а сами эти страны мало что предпринимают для того, чтобы наказать тех, кто совершает эти нападения. И мы делаем это в случае с Сергеем Магнитским.

Ирина Лагунина: Сенатор Кардин напомнил, что Сергей Магнитский вскрыл серьезные махинации с бюджетными деньгами, сообщил об этом в правоохранительные органы, сам попал за решетку за это и скончался в возрасте 37 лет от того, что его вовремя не предоставили медицинскую помощь.

Бенджамин Кардин: Мы верим, что привлекая внимание к этому вопросу, мы точно определяем, что наша цель по отношению к России, участнице ОБСЕ, - заставить ее выполнять обязательства, взятые в рамках членства в этой организации. И Соединенные Штаты, как участник ОБСЕ, должны поднимать эту вопросы. Заключительный хельсинкский акт позволяет любому государству-члену организации поднимать вопросы о соблюдении обязательств любой другой страной-участницей ОБСЕ. И именно это мы сейчас и делаем.

Ирина Лагунина: Директор отдела России и Евразии в Совете национальной безопасности США Майкл Макфол в прямом смысле слова принес с собой на слушания документ, который администрация Белого Дома разработала в рамках общей политики по отношению к России.

Майкл Макфол: В моем портфеле – стратегия президента Обамы по развитию демократии и прав человека в России. И мы можем говорить об этом детально и подробно. Но когда я пришел сюда, я решил оставить этот документ в портфеле. Я думаю, сегодня мы должны сосредоточить внимание на Сергее Магнитском и на тех остальных, как Борис Немцов и других, кто борется за то, за что некоторые люди уже отдали свои жизни. Я приветствую то, что сделал сенатор Кардин, чтобы привлечь внимание к этим проблемам. Мы в Белом Доме полагаем, что мы разделяем эти цели. Президент ясно говорил об этом в своих речах, включая последнее выступление в Организации Объединенных Наций. Он говорил о том, что мы можем сделать, используя американскую мощь, принципы и американское общество для того, чтобы укреплять права человека и демократию повсюду в мире.

Ирина Лагунина: По признанию Майкла Макфола, тема прав человека в России является предметом непростых дискуссий на встречах российского и американского президентов.

Майкл Макфол: Что касается России, то с ней мы пытаемся достичь совершенно определенные цели. И надо признать, что вызов велик. И можно вырабатывать различные стратегии и питать различные надежды, но обстоятельства, в которых приходится предпринимать действия, исключительно сложны. Конечно, мы верим, что когда мы видим подобную несправедливость, какая была совершена в отношении Сергея Магнитского, мы должны говорить об этом открыто, честно и прямо. И мы сделали это, когда Сергея Магнитского убили. Мы сделали это еще раз сегодня – Государственный департамент выступил с заявлением. Мы делаем это каждый раз при личных встречах с российскими официальными лицами. Всего два дня назад я был с президентом в Йокогаме. Он провел с президентом Медведевым очень долгую, трудную, но откровенную дискуссию по поводу недавних избиений журналистов. И он говорил ему, что, конечно, важно говорить слова поддержки эти людям, но при этом надо также идти дальше и привлекать к ответственности тех, кто совершил эти преступления. И еще одна дискуссия касалась законности и выполнение закона. Мы делаем это, мы будем это делать, и если найдутся люди, которые будут подталкивать нас делать еще больше, мы это только приветствуем. Мы не увиливаем от этой проблемы.

Ирина Лагунина: Тем не менее, называть Россию тоталитарным государством, по мнению Майкла Макфола, не стоит.

Майкл Макфол: Когда мы говорим о России, то я прошу вас, не думайте о ней как о монолитном тоталитарном государстве. Она таковым не является. Потому что в ней есть такие люди, как Сергей Магнитский, как Борис Немцов, есть даже люди в российском правительстве, которые, если бы они сейчас были здесь и слышали, о чем мы говорим, согласились бы с нами. Могут ли они что-то сделать? Может ли кто-то что-то сделать? Как быстро? Какова правильная тактика? Мы можем обсуждать все эти вещи. Но надо постоянно помнить о том, что каждый день люди там, не обладающие прекрасными кабинетами в Белом Доме и не пишущие заявления, как я, люди там находятся без защиты, боятся возвращаться домой вечером, боятся, что с ними может произойти из-за того, что они борются за свои ценности. Мы должны помнить, что эти люди существуют, мы должны поддерживать их любыми способами, каждый день. Именно поэтому я рад, что сегодня проходит это мероприятие. Это – один из способов поддержать их.

Ирина Лагунина: Впрочем, для члена Совета национальной безопасности США фильм о Сергее Магнитской - это возможность поддержать не только тех в России, кто борется с коррупцией и за права человека.

Майкл Макфол: Я встречался в мае с матерью Сергея Магнитского. До этой встречи я поговорил со множеством людей о том, как шло это следствие, об изменении законодательства, о том, как претворить этот закон в жизнь. Я сделал все это в порядке подготовки к встрече с матерью Магнитского. Я написал себе несколько пунктов – что мы делаем, чтобы показать, что мы в курсе того, что случилось с ее сыном. Мы встречались с ней в музее Сахарова. Она вошла, и я начал говорить обо всем этом. Но она меня не слушала. Она хотела, чтобы я выслушал истории, связанные с ее сыном. Это была самая сложная встреча для меня в качестве представителя правительства. Она хотела, чтобы я услышал истории о том, что он делал, когда ему было 8 лет, когда ему было 13, к чему он стремился в школе, о чем мечтал. И это было намного сильнее всего того, что я собирался ей сказать о справедливости. Она хотела, чтобы ее услышали. Она хотела, чтобы я, представитель Белого Дома, знал, кем был ее сын. А этот фильм помогает рассказать многим и многим людям о том, каким был Сергей Магнитский. И я знаю, что для его матери это исключительно важно. Этот фильм – это то, как мы можем ей помочь: во-первых, мы знаем, каким был ее сын, а во-вторых, мы продолжаем его борьбу.

Ирина Лагунина: Сказал на слушаниях в Конгрессе США специалист по России в администрации Барака Обамы Майкл Макфол. Напомню, что Сергей Магнитский, сообщивший российским властям о краже 230 миллионов долларов из государственного бюджета, скончался год назад в следственном изоляторе Москвы в результате того, что ему не была предоставлена медицинская помощь.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG