Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Бюджет-2010. Почему "Единая Россия" - "за", а "Справедливая" - "против"? Обсуждают депутаты Госдумы Владимир Головнёв и Валерий Зубов


Валерий Зубов

Валерий Зубов

Михаил Соколов: Сегодня в нашей Московской студии - депутаты Государственной Думы России: первый заместитель председателя Комитета Думы по экономической политике и предпринимательству, кандидат экономических наук Владимир Головнев, представитель фракции «Единая Россия», и член того же комитета, доктор экономических наук Валерий Зубов, представитель партии и фракции «Справедливая Россия».

Поговорим мы о том, помогут ли принятые Думой бюджетные решения, те, которые приняты, и те, которые будут в ближайшее время проголосованы и, конечно, приняты, восстановлению экономики России после кризиса.

В среду в повестку дня Думы попали законопроекты третьего чтения: «О федеральном бюджете на 2011 год и на плановый период 2012-2013 годов», а также «О бюджете Пенсионного фонда Российской Федерации» и «О страховых тарифах» на этот же период. То есть среда – важный день, когда судьба бюджета, по крайней мере, в этой палате российского парламента определится. И я обратил внимание на то, не хватает, чтобы свести концы с концами, чтобы было все по нулям хотя бы, по-моему, 2 триллиона рублей. Вот и хочется задать вопрос «почему?».

Валерий Зубов: Бюджет бездефицитный. В бюджете не учитывается Фонд национального благосостояния впрямую, а если его добавить, то выходит, то дефицита бюджета нет на все три периода.

Михаил Соколов: А что значат рассуждения, которые есть в Интернете, читаешь экспертов: «Чтобы сбалансировать бюджет, среднегодовая цена на нефть в следующем году должна составить 109 долларов за баррель».

Валерий Зубов: А как же мы балансировали бюджет? Впервые мы сбалансировали бюджет в 2000 году при цене за баррель чуть более 20 долларов.

Михаил Соколов: То есть теперь тратится очень много. Правильно?

Валерий Зубов: Да. И тратится очень нерационально.

Михаил Соколов: А что, с точки зрения партия «Справедливая Россия», нерационального тогда?

Валерий Зубов: Вы перечислили целый ряд законов, которые мы будем принимать завтра, под одним общим словом «бюджет». Но есть еще один закон, на который никто не обращает особого внимания, а я бы обратил внимание. Он интересен тем, что он приостанавливает либо отменяет целый ряд статей в различных законах. И в частности, 6 пункт этого закона звучит так: «Приостановить с 1 января 2011 года по 1 января 2014 года (то есть даже за пределами срока того, что мы принимаем) действие пункта 2 «Об аудиторской деятельности в части проведения обязательного аудита». То есть проверки государственных внебюджетных фондов.

С тех пор, как резко ослабился контроль парламента над бюджетом, средства стали тратиться нерационально, наши дороги стали самыми дорогими в мире, причем не на 12%, как говорит вице-премьер Иванов в Санкт-Петербурге, хотя говорит это с тревогой, а в разы. Мы создали госкомпанию, ее уже не назвали госкорпорацией, потому что до этого было несколько госкорпораций, которые вызвали вопрос: почему бюджетные деньги туда влиты, а Счетная палата проверять их не может? И теперь мы принимаем законодательство, которое будет позволять через два-три года после принятия решения по госкорпорациям, что можно проверять. А госкомпанию не назвали госкорпорацией – уже нельзя было, нехорошо. И госкомпания уже зондирует почву на предмет того, нельзя ли ей размещать свои средства за рубежом в зарубежные активы. Общая логика бюджета, когда он контролируется парламентом, причем контролируется каждая цифра, привела к тому, что за последние годы огромное количество денег выведены из-под контроля, они тратятся нерационально. А отсюда у нас возникают вот такие бюджетные «дыры». На правительстве звучала цифра о том, что целый триллион рублей (а на правительстве обычно называются минимальные цифры в таких случаях) уходит в никуда бюджетных денег. Это больше половины официального дефицита, который заявляется.

Михаил Соколов: Владимир Александрович, я так понимаю, это к вам все насчет нерациональности.

Владимир Головнев: Валерий Михайлович в своем ответе много тем затронул. Начнем с того, что, я надеюсь, завтра в третьем чтении Государственная Дума примет бюджет на 2011-ый и плановый период 2012-2013 годов. Общий дефицит бюджета будет порядка 1,8 триллиона рублей.

Михаил Соколов: А это сколько в процентах ВВП?

Владимир Головнев: Порядка 5,3. А что касается расходной части, то это примерно 17,5%. И уникальность бюджета заключается в том, что мы его принимаем на три года. Во времена кризисные мы были вынуждены, к сожалению, отказаться от этой методики, потому что как поведет себя в целом мировая экономика, было трудно прогнозировать. Мы возвращаемся опять к достаточно более глубокому горизонту. Я считаю, что в целом и для государства, и для бизнес-сообщества это очень хорошо.

Второй аспект. Мы прекрасно понимаем, что тот бюджет, который будет принят, я надеюсь, абсолютно социально ориентированный. И на предстоящий 2011 год три основных приоритета. Первый: социальные расходы и те социальные гарантии, которые были взяты правительством на себя. И мы это прослеживали как в 2009-ом, так и в 2010 году. Но две важных вещи – это статьи расходов, связанные с национальной безопасностью и национальной обороной.

Михаил Соколов: Так это разве социальная ориентация?

Владимир Головнев: Я назвал три вещи: социальные расходы, национальная безопасность и национальная оборона. Три разных статьи, по которым идет достаточно существенное увеличение затрат.

Валерий Михайлович обозначил тему: тратится много и нерационально. С моей точки зрения, это две немножко разные вещи. То, что много, может быть, не так уж плохо. Потому что, если сравнить, в 2007 году расходная часть бюджета была 5900, расходная часть бюджета на 2011-ый – 10600.

Михаил Соколов: Но поправочку на инфляцию тоже надо делать.

Владимир Головнев: Но уж точно не в 2 раза, если взять 5900 и 10658.

То, что нерационально, да, действительно, с этим есть определенные вопросы. И об этом говорят, в том числе, президент Дмитрий Анатольевич Медведев, премьер-министр, лидер нашей партии «Единая Россия» Владимир Владимирович Путин. Идет большая дискуссия о том, что сегодня только те компании, которые занимаются государственными закупками, делают таких операций на сумму более 5 триллионов рублей.

Михаил Соколов: Вот по Шойгу было, какие-то золотые кровати опять покупали, потом отменили, правда, постыдились.

Владимир Головнев: Я думаю, мы не будем переходить к тем или иным ведомствам, потому что я не обладаю статистикой. Я говорю в целом, что если в этой ситуации элементарно сэкономить 20% - это 1 триллион рублей. А как мне кажется, там экономия может быть и более существенная.

И Валерий Михайлович прошелся по госкорпорациям и по госкомпаниям. У нас одна госкомпания – это «Росавтодор». Сегодня ситуация следующая: все госкорпорации и госкомпании пройдут акционирование. Мы об этом с вами приняли соответствующий законопроект. Более того, по отдельной госкорпорации под названием «РОСНАНО» акционирование произойдет к концу уже этого года. Соответственно, мы наработали материал. И все госкорпорации, и госкомпания «Росавтордор» будут абсолютно прозрачны и, как мне верится, будут работать по рыночным механизмам – для этого все это и осуществляется.

Михаил Соколов: Приятно слышать оптимистический взгляд. И у меня возникло впечатление, что слово «социальная» вы сначала применили, Владимир Александрович, ко всему бюджету, а потом уже вскользь сказали о расходах на оборону и безопасность. Там ведь увеличение колоссальное. Увеличение, по-моему, на оборону чуть ли в 2 раза. Вот в такие тяжелые, послекризисные годы. Неужели необходимо вдруг увеличивать расходы, и так достаточно высокие, на МВД, на Федеральную службу охраны, безопасности и так далее, еще и на Вооруженные силы? Такое впечатление, что Россия собирается воевать чуть ли не со всем миром. Тем более, идут разговоры о закупке вооружений за рубежом, что, безусловно, достаточно дорого.

Валерий Зубов: Я хочу уточнить, что завтра мы будем принимать решение, которое звучит следующим образом: приостановить с 1 января 2011 года до 1 января 2014 года действие такой-то статьи такого-то закона «О гражданской службе Российской Федерации», предусматривающей ежегодную индексацию оплаты труда федеральных госслужащих в соответствии с федеральным законом «О федеральном бюджете» на очередной финансовый год с учетом уровня инфляции. То есть фактически речь идет о том, что сейчас будет сдерживаться, замораживаться зарплата на федеральном уровне. Мы можем принять решение только по федеральному. Естественно, на региональных уровнях вынуждены будут поступать аналогично.

Михаил Соколов: Но это гражданские чиновники.

Валерий Зубов: Это все, кто получает деньги из бюджета. Здесь и про культуру (я просто все не говорю), про всех, включая военные пенсии и так далее. Так что впрямую стандартное определение, что бюджет социальный, не проходит. Это будут три тяжелых года, но если придется завтра нам принимать решение о том, что... опять же поправка в закон, что с 1 января приостанавливается действие в части обеспечения расходов на капитальный ремонт и содержание автомобильных дорог в размере 100%. До сих пор действовал закон, что содержание и ремонт... уж сколько построено, не известно, но содержание и ремонт - на 100% закладывались средства. Теперь это приостанавливается. Значит, у нас не столько качественное улучшение дорожной сети, нам надо к этому готовиться, а даже ее ухудшение – оно заложено в предложениях правительства, которые, к сожалению, большинство Госдумы принимает. Поэтому в обыденном понятии, что бюджет социальный, я бы не стал говорить.

Михаил Соколов: А то, что он военный?

Валерий Зубов: То, что военный, тут немножко другой аспект.

Михаил Соколов: Но получается, что он не на зарплаты военный, не на пособия уходящим военный, а на закупки вооружений, как мне объясняли.

Валерий Зубов: Я согласен с коллегой Владимиром вот в какой части. Военный бюджет достоин того, чтобы его отдельно разбирать, а не мимоходом. Потому что идет глубокая реформа в армии. И надо смотреть, на что. Впервые реформа идет при деньгах, и то идет трудно, и то много недовольных, и то не все учитывается, не все решается, но при деньгах. Поэтому надо отделить ту часть, которая идет на реформирование, и это будет социальная часть, на качество подготовки. Это надо более предметно рассматривать.

Владимир Головнев: Тезис о том, что оборонный бюджет увеличивается в 2 раза, неверный. Я цифры приведу: на следующий год порядка 20%. И то очень большая часть из выделяемых средств пойдет именно на заработную плату, на денежное довольствие и содержание офицерского корпуса, сержантского состава. Потому что если мы хотим, чтобы армия наша была действительно высокопрофессиональной, люди должны получать соответствующие деньги. Поэтому тезис о том, что все это пойдет на какую-то мощную гонку вооружений, абсолютно неверный.

Валерий Зубов: Важный момент. Именно сейчас мы реформируем армию, но одновременно есть решение НАТО, на которое мы откликнулись. И мы наверняка будем пересматривать свою доктрину, и совсем по-другому у нас будут расставлены противники в мире. А это совершенно другие расходы.

Михаил Соколов: Было бы понятно, если бы эта реформа шла, значит, переход на контрактную армию, с тем, чтобы сэкономить в перспективе, как это делает ФРГ. Они уже посчитали, что у них переход на контрактную армию в перспективе, через пару лет даст экономию в 0,5 миллиарда евро. В данном случае то же самое могло быть с российской армией. Но российская армия остается, по сути, такой же призывной и так далее.

Владимир Головнев: С моей точки зрения, нам очень сложно сравнивать российскую армию с немецкой армией по причине того, что немецкая армия, наверное, на порядок меньше, чем российская армия. И те задачи, которые она решает, к глубокому сожалению, немножко не коррелируются.

И момент второй. Наши публикации про ракету «Булава» во многом связаны еще и с тем, что причина – технологические ошибки. А это говорит о том, что многие предприятия достаточно длительный промежуток времени выпускали все это штучными изделиями. Ведь это тоже серьезная проблема. Даже рассматриваются вопросы, связанные с французским вертолетоносцем «Mistral» или израильскими «беспилотниками». И мне, как выпускнику Московского авиационного института, а в общем-то, авиационная тематика в Советском Союзе была одной из мощнейших, конечно, обидно.

Михаил Соколов: «Беспилотники» там разрабатывали в 85-ом году.

Владимир Головнев: Не спорю. Это частности. То, что сегодня идет увеличение по этой статье, абсолютно правильно.

Но вернемся к социальному бюджету. Должны быть некие приоритетные задачи. Допустим, последние несколько лет мы плотно решали вопрос, связанный с пенсиями.

Михаил Соколов: Алла Павловна недовольна: «Пора бы вспомнить о Пенсионном фонде. Вы нам все обещаете, а жить-то нам сколько осталось?..».

Владимир Головнев: Ведь одна из серьезных проблем, связанных с дефицитом бюджета, связана именно с тем, что идет увеличение пенсий. Может быть, пока мы еще не дошли до тех величин, что пенсия должна быть порядка 40% от той заработной платы, которую люди получают, когда работают в реальном секторе экономики. Но то, что за последние 5-8 лет пенсия существенно выросла, с этим крайне сложно спорить.

Михаил Соколов: Вы обещаете 8529 с 1 февраля - тоже не очень густо.

Владимир Головнев: Могу привести цифры, что было 6-8 лет назад. Я думаю, что где-то раза в 3-4 меньше.

Михаил Соколов: Ну и стоят эти рубли несколько...

Владимир Головнев: Инфляция все равно немножко другая.

Валерий Зубов: Просто цифры: дефицит бюджета – 1,8 триллиона, дефицит Пенсионного фонда – 0,9. То есть половина дефицита, официально заявленного, - это дефицит Пенсионного фонда. Бюджет должен перекачивать в Пенсионный фонд.

Михаил Соколов: Может быть, в бюджете надо было сэкономить и...

Владимир Головнев: А на чем?

Михаил Соколов: На бюрократии, на спецслужбах.

Валерий Зубов: Я еще раз повторю, 1,8 – официальный дефицит, 0,9 – дефицит Пенсионного фонда. 2,7 триллиона, а это в 3 раза больше, чем дефицит Пенсионного фонда, - это Фонд национального благосостояния. Он есть, и он не будет уменьшаться все три года. А когда мы его создавали, его цель была - повышение пенсий. Вот вам ответ на вопрос, почему пенсии низкие.

Владимир Головнев: Валерий Михайлович, но вы знаете, что в 2009-2010 годы деньги на увеличение пенсий шли именно из этого фонда.

Михаил Соколов: А еще Дерипаске на спасение его бизнеса шли из этого же фонда, и другим крупным предпринимателям, которые должны были потерять свои бизнесы, чтобы они перешли к другим, эффективным владельцам. А ваша партия, ваш лидер спасали этих людей «замечательных». Теперь они спасены.

Владимир Головнев: В первую очередь деньги шли на поддержание банковской системы. Потому что любая банковская система является кровеносной системой...

Михаил Соколов: Я помню список этих системообразующих предприятий. Дерипаске – 4 миллиарда долларов.

Владимир Головнев: Деньги, которые были выделены, если мне не изменяет память, были израсходованы процентов на 20 от общего фонда, который был. Это была выверенная, точечная работа. Поэтому приводить пример Дерипаски... Конечно, мне, как представителю Комитета по экономической политике и предпринимательству (делаю акцент на второе слово в названии нашего комитета), хотелось бы, чтобы больше денег пошло именно на малый и средний бизнес, на реальный сектор экономики. Вот это очень важно. Но анализируя то, что происходит в Европе, в Америке, там тоже не все так просто. Там тоже правительства поддержали банковскую систему, а банковская система не очень стремилась поддержать отечественных товаропроизводителей. Более того, сегодня говоря о дефиците нашего, отечественного бюджета, не надо забывать о том, что и Европа, и Америка тоже имеют дефицитные бюджеты. Америка – чуть больше 10%, Англия – больше 11%. Мы еще не до конца вышли из экономического кризиса, и эти аспекты нужно обязательно учитывать.

Михаил Соколов: Я бы отметил на фоне тех цифр, которые Валерий Зубов приводил, что сумма, украденная при строительстве нефтепровода «Сибирь - Дальний Восток» - это 4 триллиона рублей (правда, по предположительным пока прикидкам). Выглядит достаточно солидно. Символ современной коррупции – разоблачения Навального на документах Счетной палаты.

Владимир Головнев: Ну, 4 триллиона – это уж совсем... Если 4 триллиона разделить на курс 30, то получается порядка 130 миллиардов долларов.

Валерий Зубов: Никто не говорит о миллиардах долларов. И не принципиально: 4, 3, 3,5. Все равно порядок цифр очень большой. Но один момент промелькнул в средствах массовой информации, который почему-то не очень заметили. Притом, что приходится принимать решение о замораживании зарплаты бюджетников, «Транснефть» - это корпорация, стопроцентно принадлежащая государству, там зарплата поднята уже на 61% в этом году. И это, естественно, ляжет в цену продукции, которую они перегоняют, а это нефтепродукты, которые попадут на автозаправки, которыми мы будем заправляться.

И я предлагаю еще одну тему добавить к нашему обсуждению. Ведь прежде чем тратить, надо собирать налоги. Категорично мы выступали, предупреждали и считаем, что самое ошибочное, что заложено в бюджет, - это увеличение налогов.

Михаил Соколов: Вы подняли действительно важную тему – налоги. Как я понимаю, Россия должна реально повысить налоги с бизнеса, и довольно прилично. Страховой сбор поднимается, и люди, которые в бизнесе, к этому готовятся, чтобы отойти на запасные позиции и этих денег, естественно, не платить.

Валерий Зубов: Я бы начал не с конкретных цифр самих налогов, а с ответа на тот вопрос, который был задан в самом начале передачи: чему будет способствовать бюджет? Бюджет – главный финансовый инструмент. Это же не просто раздача денег, а это какие-то стимулы. Сегодня мы слушали выступление, так положено, - Центральный банк дает нам информацию, что происходит в кредитно-денежной системе.

Михаил Соколов: Чистый отток капитала.

Валерий Зубов: Год назад прогнозы были на приток. Весной, когда председатель Центробанка был в Госдуме, он говорил, что временный отток, но осенью, четвертый квартал, точно будет приток. И вот теперь цифры: 21 миллиард за 10 месяцев и за два последних месяца 8 миллиардов долларов чистого оттока.

Михаил Соколов: А что ж они побежали-то?

Валерий Зубов: Вы правильно сказали – побежали. Значит, настолько инвестиционный климат в стране сложный, что есть другие выборы.

Теперь я назову другие цифры, которые очень важны. В последние 10 лет Россия развивалась примерно с темпом в 2 раза выше, чем среднемировые. Мы уступали Китаю, каким-то другим странам, но примерно в 2 раза выше. Вообще это беспрецедентная ситуация, когда средний прирост по «двадцатке» ведущих стран в этом году будет 4,5% валового продукта, а по России будет 4. Обычно раза в 3 темп роста был выше, чем в европейских странах. В Германии будет 3,4, чуть ниже, чем у нас, но у них другого качества экономика. Напомню, что 4% - это официальный прирост как раз тех застойных лет, которые известно чем закончились.

И почему же у нас складывается такая ситуация. Не только с 26 до 34 будут подняты налоги. По нашим прикидкам, где-то 30% малого бизнеса вообще не смогут существовать. Сумеют ли они уйти в «черную» - это вопрос. Но они не смогут легально существовать. Нам нужны новые рабочие места, нам нужно развитие экономики, а мы повышаем налоги. Но это же не единственное повышение. Мы добавляем рубль в ГСМ.

Михаил Соколов: На дорожное строительство – благие цели.

Валерий Зубов: Через год – 2 рубля, потом еще 3. Но мы огромное количество денег занимаем. У нас бездефицитный бюджет. И мы еще здесь повышаем налоги. Я должен сказать, что каждый день мы узнаем о том, что налоги повышаются еще и такими путями, которые мы еще не заметили. Например, дополнительный рост цен на лекарства будет обеспечен тем, что изменяется система налогообложения аптек, и она приведет к росту затрат в аптеках и, соответственно, к росту цен на лекарства. Мы этот вопрос вообще в Госдуме не рассматривали пока еще. Это будет решать правительство.

Михаил Соколов: А Москва повышает свои налоги.

Валерий Зубов: В этой ситуации возникает вопрос: что мы делаем? Мы твердо стоим на позиции, а правильно или неправильно – судить тем, кто слушает нас...

Михаил Соколов: «Мы» - это «эсэры», «Справедливая Россия».

Валерий Зубов: Я отвечаю только за свою фракцию. У нас не тот кризис был, который в Европе и в Америке, и нам точно нельзя повышать налоги было. Что угодно делать, но повышать налоги нельзя. Нам нужны новые рабочие места. А как новые рабочие места появятся, если у вас отток иностранного капитала? Здесь частично и отток российского капитала. Снова возродились через 10 лет. 8 лет назад погасили, вроде бы, а теперь снова экспортно-импортные контракты стали инструментом вывода денег за рубеж и впрямую повышения налогов. Мне кажется, что это недопустимо для страны, которая еще не вышла из кризиса, а только выходит, это неправильный вектор выхода из кризиса, и бюджет не способствует тому, чтобы мы качественно меняли свою экономику.

Михаил Соколов: Вот такая обвинительная речь Валерия Зубова, естественно, адресована «Единой России», которая имеет большинство в Государственной Думе и несет политическую ответственность за подобные решения, за повышение налогов и за все грядущие, предсказанные нам безобразия.

Владимир Головнев: О повышении налогов. Мы все-таки должны с вами понимать, что налоги налогам рознь. Повышается один-единственный налог.

Михаил Соколов: Но как!

Владимир Головнев: Назовем его ЕСН, он распределяется по разным фондам. А куда пойдут эти деньги? Эти деньги пойдут только на одно – на то, чтобы убрать дефицит Пенсионного фонда. Мы сегодня, как парламентарии, задали вектор. Мы сказали, что наша задача – увеличение пенсий. Это непростая задача. И мировой финансово-экономический кризис, который не у нас родился, не способствует решению этой задачи.

Михаил Соколов: Да не по средствам живет страна.

Владимир Головнев: Второй момент. Может быть, для изменения в сторону увеличения ЕСН сегодня не самое лучшее время. Ну а где взять деньги для того, чтобы дефицит компенсировать?

Михаил Соколов: «Mistral» не покупайте.

Владимир Головнев: Сегодня наша задача - компенсировать. Ведь валоризация порядка 550 миллиардов и сам дефицит порядка 800. Откуда взять эти деньги?

Михаил Соколов: А если воровать меньше?

Валерий Зубов: Я же уже назвал: 2,7 триллиона рублей...

Владимир Головнев: ...лежат у нас в кубышке. Но 2,2. Так давайте в течение одного, максимум 1,5 лет полностью все наши «подушки безопасности» истратим, а потом будем смотреть? И так на протяжении двух лет мы из Стабилизационного фонда, который разбит на два фонда, деньги тратили именно на пенсионную систему. Вы предлагаете и дальше тратить?

Михаил Соколов: И на олигархов.

Валерий Зубов: И вот здесь у нас принципиальное расхождение. Мы все говорим о 3-летнем бюджете, а думаем только о сегодняшнем дне. Мы говорим: мы же накопили деньги, у нас и Резервный фонд, и Фонд национального благосостояния. Но трогать их нельзя. Вы говорите, что кризис возник в Америке. Как же так! Мы способствовали этому кризису, потому что наш Стабилизационный фонд лежал там. И китайцы этому способствовали, и мы, и японцы способствовали. Это первая часть.

И самое главное, прежде чем выплачивать пенсию, зарплату нам с вами из бюджета, а мы из бюджета получаем, давайте подумаем, кто заплатит это, кто заработает это. Вот мы и говорим, что повышением налогов мы придавим так производство, что, конечно, год мы еще продержимся, а что дальше? Самая тревожная цифра, которая сегодня была названа в очередной раз председателем Центрального банка, что ускоренными темпами растет импорт. Я повторю цифру, которую часто называю, и никто не может что-то к ней приложить. 10 лет назад мы экспортировали машиностроительной продукции в Китай в 2 раза больше, чем брали у них.

Михаил Соколов: А им не нужно, они уже такую продукцию делают.

Валерий Зубов: Пока в цифрах. Сегодня мы импортируем от них в 20 раз больше. Они подняли машиностроение, а у нас опустилось. Вы хотите с помощью повышения налогов поднять производство? Не верю!

Владимир Головнев: Сегодня идет разговор только об одном налоге под названием «ЕСН». Все остальные налоги как были, так и остаются.

Валерий Зубов: Как остаются?

Владимир Головнев: А какие налоги увеличиваются?

Валерий Зубов: В ГСМ рубль добавляем.

Владимир Головнев: На строительство дорог. Каким образом считается 1 метр, условно, или километр дороги – это очень важно.

Валерий Зубов: Самое главное, что каждый рубль в литре бензина или солярки – это затраты на перевозку товаров, это себестоимость всего, что производится.

Владимир Головнев: Этот рубль имеет конкретное применение – строительство дорог. И повышение ЕСН имеет конкретное применение – увеличение пенсий тем людям, которые не могут сегодня заработать.

Михаил Соколов: Владимир Александрович, вы повышаете вливания в дороги, в систему, которая, всем известно, абсолютно коррумпирована, где «откаты» 50-60% с контракта. Это известно по всем исследованиям. Вы не меняете систему дорожного строительства, контроля над ней нет, как нам говорил в начале передачи господин Зубов...

Владимир Головнев: Валерий сказал неправильно. Государственная компания «Росавтодор» также будет реструктуризирована...

Михаил Соколов: А «откатов» нет?

Владимир Головнев: Это другой вопрос.

Михаил Соколов: 386 миллиардов рублей, но половину украдут.

Владимир Головнев: Вы абсолютно правильно говорите.

Михаил Соколов: А вы за это голосуете.

Владимир Головнев: И то, что президент, и премьер-министр говорят о том, что существует сегодня коррупционная составляющая, и с ней надо бороться...

Михаил Соколов: Так они говорят, а не делают.

Владимир Головнев: Вы зря так считаете. 1 триллион рублей, из слов президента, можно сэкономить просто в госзакупках.

Михаил Соколов: И затратить на Олимпиаду 524 миллиарда рублей. Между прочим, на Олимпиаду в Ванкувере было потрачено втрое меньше. По средствам надо жить, господа-депутаты.

Владимир Головнев: Олимпиада в Сочи делается не только путем бюджетных вливаний, но и бизнесом, отечественным и зарубежным.

Валера, ты затронул тему лекарственных препаратов. И тоже немножко не так. Существует перечень из основных лекарственных препаратов, по которым государство четко будет контролировать стоимость их в аптеках.

Валерий Зубов: Насчет контроля над розничными продуктами, мы знаем, чем это заканчивается. Проконтролировали продовольственную группу товаров – гречка в Москве исчезла. Потом она подросла в регионах на 70%, а где-то еще и больше.

Владимир Головнев: А какая сейчас цена на гречку? Она вернулась в те рамки...

Михаил Соколов: Разве 20 рублей?

Владимир Головнев: И на 70% она не увеличилась, а увеличилась порядка 32,5.

Михаил Соколов: Я вчера и за 60 не мог купить. Ее не было в продаже. А неделю назад была за 60.

Валерий Зубов: Я хочу полушутку сказать и закончить дорожную тему. На днях газета «Ведомости» опубликовала пространное интервью с начальником Контрольного управления Министерства финансов. В частности, он назвал одну цифру. Обсуждалась цена дорог, а это все бюджетные деньги. Говорят: «Откаты» большие». А он говорит: «Нет, мы считали, более 60% украсть нельзя».

Михаил Соколов: Сразу два мнения пришли на одну тему. «Господин Зубов, почему бы не повысить налоги на роскошь и на недвижимость? Посмотрите, какие дворцы и виллы в ближайшем Подмосковье, а виллы госчиновников, депутатов, дружков Путина и родственников. Почему-то по всему миру это делается».

И Александр пишет: «Поднять налоги на роскошь, на финансовые спекуляции, торговлю импортом, а на производство внутри страны снизить. Этому учат на первом курсе факультетов экономики».

Валерий Зубов: Наша фракция – автор закона «О налоге на роскошь», но большинство Государственной Думы провалило этот закон. Но мы считаем, что этого недостаточно. Мы считаем, что надо в целом изменить шкалу налогообложения и уходить от плоской шкалы к прогрессивной шкале налогообложения. То, что сделал в свое время при выходе из кризиса довоенного Рузвельт, и после войны в Америке появился долгожданный средний класс. Мы никак не сможем ни покрыть дефицит бюджета, ни простимулировать инвестиции, не создадим внутренний источник инвестиций при плоской шкале налогообложения. Поэтому этот вопрос не к нам, его можно нам задавать, но ответ простой: мы «за».

Михаил Соколов: А «Единая Россия» против?

Владимир Головнев: На сегодняшний день, с точки зрения пополнения базы, не такой уж и большой резерв. В каком направлении мы можем двигаться. Первое. Вроде налоги по нефти уже довели по максимуму, как мне кажется, там уже скоро нефтеразведка и разработка новых месторождений будут не очень выгодны.

Михаил Соколов: А по газу? Кудрин говорит, что по газу можно.

Владимир Головнев: По газу у нас есть определенный запас.

Михаил Соколов: Так возьмите «Газпром» за одно место.

Владимир Головнев: Второй момент. Акцизы на табак, на алкоголь – это направление, в котором мы идем.

Михаил Соколов: Нет, вы по бензину идете.

Валерий Зубов: И на табак подняли. Минимальную цену на водку подняли. Это тоже своеобразное повышение налогов.

Владимир Головнев: Мы сейчас изучаем интенсивно тот опыт, который есть у наших соседей. Украина в 2,5 раза увеличила акцизы по табаку. И я думаю, что мы постепенно будем идти к европейскому налогообложению по тем позициям, которые у нас в 3, а то и в 4 раза меньше, чем в Европе или в Америке.

Третье. Наверное, не в целом на роскошь, а на недвижимость. И то надо смотреть, какая кадастровая цена и от чего считать. Мы должны набрать базу, от которой должны происходить некие расчеты.

Михаил Соколов: Откуда взялось повышение на лекарства? Вот господин Зубов нам сказал. Это тоже ваша инициатива?

Владимир Головнев: Я не знаю, о чем Валера говорит.

Валерий Зубов: Я говорю о том, что сейчас будет меняться система налогообложения аптек, и в результате этого повысятся затраты аптек, которые, естественно, переложат на цену лекарства.

Михаил Соколов: Вот вы пенсии повысите, а цены на лекарства тоже повысятся.

Владимир Головнев: Государство будет отслеживать основную корзину...

Михаил Соколов: А государство – это кто?

Владимир Головнев: Профильные министерства.

Михаил Соколов: Ну, эти заботиться о народе, конечно, будут!

Владимир Головнев: Даже в рамках партии «Единая Россия» есть партийный проект под названием «Народный контроль», в котором принимают участие все регионы. И по партийной линии есть подобный проект, который дает очень неплохой результат.

Михаил Соколов: Аптекаря вызовут на партком.

«Путин с такими высокими ценами на нефть мог превратить Россию в игрушку, а вместо этого он занимался удушением СМИ, ликвидацией выборов, независимых судов, превращением людей в холуев. А партия «Единая Россия» продолжает его поддерживать. Неудачи ей!», - пишет Анися из Плавского района. Наслушались вас.

Валерий Зубов: Я понимаю. Но все-таки давайте...

Михаил Соколов: А вы от политики бежите? Как скажут «Путин», так Зубов сразу в кусты. Это слушатель пишет.

Валерий Зубов: Я считаю, что самая главная политика – экономика. И давайте вернемся к резервам. Мы можем говорить любые лозунги, но все-таки вопрос: где взять? Мне кажется, хороший источник. Инфляция в этом году планируется 7,5, закончим год, ну, может быть, 8, но вряд ли, скорее всего, в районе 7,5. На следующий год планируется 8. На этот год планировалось 9-10, может быть, удастся нам 6 иметь инфляцию. Итак, 6-8%. Цены на газ вырастут на 25%, а это означает, что все энергоресурсы в стране автоматически вырастут на 15%. Вот вам резерв. Это, кстати, гораздо больше, чем повышение единого социального налога. Естественные монополии – это один из тех резервов, которые мы еще недоиспользовали.

Михаил Соколов: Есть возражения?

Владимир Головнев: Я с коллегой соглашусь. Потому что если мы хотим плотно работать с инфляцией и в течение 3-летней перспективы привести ее к 5-7%, мы, конечно, должны смотреть на цены по естественным монополиям. Буквально лет 5-8 назад была некая градация, что рост не может превышать инфляцию с каким-то небольшим коэффициентом. Мы от этого ушли.

Валерий Зубов: Нет-нет.

Михаил Соколов: Меня потрясли цифры по ЖКХ. Сегодня господин Медведев рассуждал о том, что надо следить, всякие умные технологии применять, чтобы люди могли контролировать тарифы. У вас в бюджете инфляция 6,5% намечается, а рост тарифов ЖКХ на 13%. Как это совмещается?

Валерий Зубов: На этот вопрос я попробую свою версию сказать. Население, конечно, видит рост тарифов на жилищно-коммунальные услуги. Но население нуждается не только в разумных тарифах на жилищно-коммунальные услуги, оно еще нуждается и в надежности работы системы, чтобы было тепло без перебоев, вода, чтобы все было отремонтировано. То есть двуединая задача. А что получается. Рентабельность жилищно-коммунального хозяйства на сегодня примерно 3%.

Михаил Соколов: А там коррупция!..

Валерий Зубов: Коррупция не там. Когда слово «коррупция» - это везде, повсеместно, всегда, это наше все.

Михаил Соколов: Так это характеристика системы.

Валерий Зубов: Но 3% в жилищно-коммунальном хозяйстве – официально вот из чего исходят. А рентабельность у тех, кто поставляет им, у тех же энергетиков и газовиков, около 40%. Вы поднимете на 13% - и это достаточно больно ударит, особенно учитывая, что бюджетникам не планируется повышать заработную плату. То есть значительную часть дохода отнимите у них. И при этом у вас никакого улучшения в жилищно-коммунальном хозяйстве произойти не может, потому что оно станет еще более убыточным. Вот парадокс. Вот из чего надо исходить. Не умерив аппетиты естественных монополий, а это те, кто перевозит уголь...

Михаил Соколов: А как?

Валерий Зубов: 8 лет в Госдуме лежит закон на эту тему. Если бы 8 лет назад его приняли, нам не пришлось бы принимать закон, который несколько дней назад приняли в отчаянии. Проводили реформу энергетики, и в прошлую пятницу в отчаянии вносят один член Совета Федерации, а другой член Государственной Думы закон о том, что надо внести изменения, включая акционерные общества, потому что они не знают, к чему приведет свободный отпуск цен на электроэнергию. С 1 января она не будет регулироваться. До 1 января она еще регулируется. И что будет с этим свободным рынком? Заявка была, что в результате реформы энергетики цены упадут, но авторы этой идеи уже соломку начинают стелить и предупреждать нас: жизнь – такая сложная штука...

Михаил Соколов: А мне казалось, авторы занимаются нанотехнологиями теперь.

Владимир Головнев: Про бюджетников маленькая ремарочка. Предусмотрено сокращение бюджетников порядка 20% с сохранением 50% фонда оплаты труда внутри министерств, ведомств, различных подразделений. Это тоже надо учитывать. Пусть это не очень большие, но деньги.

Валерий Зубов: Володя, 50% останется тем, которые 80% останутся на работе. Это неплохо, им повысят. А те 20%, они что будут получать? Пособие по безработице? У них есть новые рабочие места? Как они-то будут зарабатывать?

Михаил Соколов: Рабочих мест не прибавится с повышением налогов уж точно.

Валерий Зубов: На 20% сократили. И что эти 20% будут делать?

Владимир Головнев: Разговаривая с различными «хедхантерскими» компаниями, сегодня существует серьезная проблема – найти хороших специалистов.

Михаил Соколов: Системы переподготовки нет.

Валерий Зубов: Здесь я возражу. 20% сокращается в бюджетной сфере, а это учителя, врачи, работники культуры, администрация.

Михаил Соколов: Клубы закрывают по деревням.

Валерий Зубов: А «хедхантеры» («охотники за головами») ищут технологов, инженеров, химиков, физиков. Они совершенно других ищут. Мы их перестали качественно готовить.

Михаил Соколов: Но это другая тема. Вот Роза пишет: «Вы, депутаты, примите любые цифры, поэтому вы обманываете людей». Ведь действительно вы примете то, что вам господин Кудрин спустил, чуть-чуть подкорректировали. Таково народное мнение.

Владимир Головнев: Бюджет проходит тщательную проработку. Есть понятие «нулевое чтение», оно начинается еще летом. Я думаю, что тот человек, который никогда не сталкивался с этим процессом, может так рассуждать, что спустит нам министерство...

Михаил Соколов: То есть вы голосуете за этот бюджет?

Владимир Головнев: Ну, мы проголосовали...

Михаил Соколов: А как будет голосовать «Справедливая Россия»?

Валерий Зубов: Мы голосуем против. Я уже 11-ый бюджет буду рассматривать. И я знаю разницу, как рассматривался бюджет в 2000, в 2001, в 2003 году, когда по субботам-воскресеньям не выходили, когда сотни, тысячи поправок депутаты вносили, которые принимались, все корректировалось, просчитывалась каждая цифра. А сейчас бюджет проходит влет. И действительно, то, что спускает правительство, ни влево, ни вправо. Правда, правительство поступает, на мой взгляд, тактически верно: оно в самый последний момент какую-то косточку бросает. Тем, кто голосует за бюджет, оно говорит: «Хорошо, мы не на 10% зарплату повысим, и не с 1 января, а с 1 июля на 6%».

Михаил Соколов: И немножко в регион, где самые скандальные депутаты.

Валерий Зубов: И насчет нулевого чтения. Это прямое нарушение Конституции – нулевое чтение. Конечно, мы в нем не участвуем. Мы не знаем, когда оно проходит, оно подпольно где-то проходит.

Михаил Соколов: Это партийное чтение.

Валерий Зубов: Да, это чисто партийное чтение, и никакого отношения к бюджетному процессу не имеет.

Михаил Соколов: Я увидел потрясающее сообщение: вашими коллегами из «Единой России» внесен законопроект, предусматривающий наказание административным арестом на 15 суток за нарушение правила выгула собак. А почему вы выставляете себя на посмешище? Был закон «Об оленеводстве», а теперь будет закон «О выгуле собак». Неужели этим должна заниматься Государственная Дума?

Владимир Головнев: Это внесла вся фракция?

Михаил Соколов: Мединский, Туголуков...

Владимир Головнев: Хочу напомнить, что всего во фракции 315 депутатов, каждый отвечает за свой блок вопросов.

Михаил Соколов: То есть вы за выгул собак не отвечаете?

Владимир Головнев: Я работаю в другом комитете.

Михаил Соколов: Вам повезло! Значит, анекдоты будем рассказывать про Владимира Мединского.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG