Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Первая беседа из цикла Портреты кандидатов в президенты Беларуси


Кандидат в президенты Белоруссии Ярослав Романчук

Кандидат в президенты Белоруссии Ярослав Романчук

Ирина Лагунина: На этой неделе мы начинаем серию портретов кандидатов в президенты Беларуси. Гость программы сегодня – заместитель председателя Объединенной гражданской партии Ярослав Романчук. Экономист, защитил кандидатскую по теме "Концептуальные подходы и парадигмы системных экономических реформ в трансформационном обществе. Сравнительный анализ". Автор концепции интеграции Беларуси в ЕС при сохранении партнерства страны с Россией. Вышел на выборы с программой под лозунгом "Миллион новых рабочих мест для Беларуси". Его недоброжелатели используют против него фразу, которую он сам заявил в ходе кампании: что является самым удобным кандидатом для Кремля. Именно поэтому я начала разговор с того, что спросила у Ярослава Романчука, что он имел в виду этой фразой?

Ярослав Романчук: Доброжелатели разные бывают. У нас количество людей, которые причислялись к кремлевским, растет постоянно. Я имел в виду то, что если Россия заинтересована иметь надежного партнера, который выполняет подписанные соглашения, который обеспечивает равный доступ белорусских товаров на российский рынок и российских на белорусский, который предполагает проведение честной открытой приватизации и реализацию принципа "четырех свобод", тогда это к Романчуку. А если речь идет только о соглашениях, которые имеют временную выгоду для целого ряда нефтяных компаний, то тогда это к Лукашенко со всеми истериками, со всеми конфликтами, которые потом все равно наступают в результате того, что стороны совершенно по-разному оценивают как текущее состояние, так и будущее развитие страны.

Ирина Лагунина: Если следить за российскими средствами информации, то складывается впечатление, что на этих выборах белорусы будут избирать президента как раз вот по принципу удобности для России. Этот фактор на самом деле принимается во внимание избирателями или нет?

Ярослав Романчук: Этот фактор, безусловно, принимается во внимание. Но скорее так вопрос не стоит удобности для России. Много людей ко мне подходило во время сбора подписей, во время кампании, говоря о том, что Лукашенко поссорился с Россией, поэтому мы за тебя, потому что ты хочешь партнерских отношений и не хочешь ссориться. Самый главный фактор этих выборов – это Лукашенко надоел. Даже те люди, которые за него голосовали пять лет назад, утверждают, что он устал. Последние социологические исследования, которые мне известны, проведенные буквально в конце прошлой недели, 2500 людей было опрошено, говорят, что Лукашенко не больше 38%, в то время как у трех основных представителей демократических сил совокупно больше 40%. Так что при открытом подсчете голосов Лукашенко не набирает большинство и должен быть второй тур. Это та новая реальность, которой не было пять лет назад и с которой мы сегодня сталкиваемся.

Ирина Лагунина: Вы считаете, что, по крайней мере, ближайшее будущее развития Беларуси связано с торговлей с Россией, нежели чем с открытием западных границ?

Ярослав Романчук: На самом деле все можно делать одновременно. Сегодня экспорт в Россию составляет 40% экспорта Белоруссии, экспорт в Европейский союз не превышает 29%. То есть это то состояние, которое было до превращения России и Белоруссии в нефтяной оффшор, когда, напомню, доля экспорта в Европейский союз увеличилась до 45%. То есть все это было за счет нефтяных потоков в нашу страну. Сегодня ситуация достаточно нестабильная, торговать на российском рынке становится все тяжелее, потому что белорусские предприятия не имеют конкурентоспособного потенциала. Более того, все подписанные соглашения о едином экономическом пространстве, надо будет ликвидировать те дотации и другие виды помощи, которые сегодня составляют порядка 15-20% ВВП. Поэтому открытие Белоруссии не только на Россию или не только на Европейский союз, я считаю, что наше будущее в сбалансированном подходе и открытости как раз на эти два важнейших и очень ценных рынка для нас.

Ирина Лагунина: Ну, во-первых, для того, чтобы вы смогли открыть страну для европейского рынка, надо, мягко говоря, подтянуть Беларусь к европейским стандартам. Вы считаете, что и то, и другое – и ввод европейских стандартов, и партнерство с Россией – возможно одновременно?

Ярослав Романчук: Одновременно, конечно, это невозможно. Поэтому мы говорим: то, что можно сделать завтра, это можно переформатировать в отношения с Россией, чтобы она тоже имела возможность получать выгоду от свободной торговли с Белоруссией. Конечно, белорусские товары более конкурентоспособны на российском рынке. Я четко себе представляю, что закрытие рынка с Россией означает потерю каждого второго места в промышленности нашей страны. Поэтому только самоубийца шел бы на то, чтобы каким-то образом ограничивать торговлю с Россией. Что касается Запада, то здесь порядок работы следующий. Во-первых, нужно сначала стать членом Совета Европы, а это практически преобразование. Потом вступить во Всемирную торговую организацию, тоже какое-то время. Потом начать переговоры о зоне свободной торговли с Европейским союзом. А это тоже, я думаю, все вместе займет года два-три как минимум. Поэтому сначала мы нарастим мускулы в зоне свободной торговли с Россией, возможно с Украиной, если Украина будет готова, а потом будем в Европейский союз. Потому что Беларусь – мало открытая экономика, не как Дания, как Швеция, Голландия, не может закрываться от внешнего мира, потому что именно открытость является основным конкурентным преимуществом.

Ирина Лагунина: Беларуси для того, чтобы хоть как-то поднять экономику и подтянуться к европейскому сообществу, нужны деньги. Причем они нужны немедленно и сейчас. Вот вы – президент, вас избрали. Где вы возьмете эти средства?

Ярослав Романчук: Деньги на самом деле можно взять как внутри страны, так и за рубежом. Внутри страны потенциал инвестиционный малого бизнеса, предпринимательства составляет порядка 80 миллиардов долларов. Иностранный инвестор, я разговаривал с руководителями стран Канады, Германии, Швеции, Польши. Они говорят: если была бы возможность реализовать свою программу, то мы бы были заинтересованы в том, чтобы модернизировать экономику и привлечь в нее миллиарды и миллиарды долларов. Даже когда я разговариваю с российским бизнесом, то есть целый ряд компаний, банков, которые тоже заинтересованы были бы в покупке активов в нашей стране. То есть то, что сделает правительство Белоруссии в будущем, должно быть направлено на создание одного из лучших конкурентных деловых климатов, создание механизма защиты прав собственности. А деньги уже, конкретные проекты будут реализовывать предприниматели, инвесторы, которым просто не нужно мешать. Сегодня бюджет Белоруссии 23 миллиарда долларов – это мало по сравнению даже с Россией, но для нас это достаточно большие деньги, для устойчивой работы органов госуправления, социалки, милиции, здравоохранения, образования достаточно 15-17 миллиардов долларов. Совершенно спокойно можно собрать при помощи той инновационной налоговой системы, которую мы предлагаем для нашей страны. Эта система состоит всего лишь из трех простых плоских налогов. Я бы даже ее рекомендовал для российского руководства.

Ирина Лагунина: Несомненно, в настроениях белорусских избирателей произошли перемены, и вы сами это подчеркнули. Вы связываете это исключительно с тем, что народу было дано немного свободы? Или все-таки какие-то факторы политики Александра Лукашенко повлияли, в том числе и на то, что активность избирателей намного возросла, нет такой апатии, как раньше?

Ярослав Романчук: Лукашенко был заинтересован и по-прежнему заинтересован в том, чтобы результаты выборов признала Европа. От этого зависит будущее сотрудничество с Европейским союзом, возможные кредиты у МВФ. Поэтому он пошел на компромиссы в плане сбора подписей, проведения кампании избирательной с демократическими кандидатами. Естественно, как Горбачев рассчитывал, что перестройка немножко приукрасит и сохранит социализм, так и Лукашенко надеется, что это не приведет к развалу его авторитарной модели. Но люди наконец увидели, что есть достойные демократические кандидаты, что есть у них конструктивные программы. Они увидели на самом деле, что Лукашенко боится открытых дискуссий, дебатов. Он силен только в монологе и то в монологе перед четко и жестко выбранной публикой. Поэтому действительно в мозгах и сердцах белорусов произошли изменения, они будут накапливаться, я думаю, 19 декабря на площади вечером после выборов эта вера в перемены еще больше укрепится.

Ирина Лагунина: Эта – думаю, точно будет сказать, пока временная свобода (не знаю, может быть, по результатам выборов она перерастет в постоянную, но пока – временная) привела к тому, что образовался целый список кандидатов демократической направленности. Чем ваша платформа отличается от всех остальных?

Ярослав Романчук:
Моя платформа отличается тем, что она направлена не только на консолидацию демократического электората, но также на консолидацию тех 40% людей, которые до начала кампании были не за Лукашенко и не за традиционную оппозицию. Когда я выступаю перед избирателями в регионах, я провел более 40 встреч в разных городах, 90% вопросов, которые мне задают, касаются социально-экономической политики. Собственно, в чем я очень силен. Поэтому это доверие, которое вызывает моя программа, моя команда, оно действительно является фактором консолидации новой части сторонников реформ в нашей стране. И тот факт, что Лукашенко без зазрения совести спускал просто куски моей программы, в том числе главный лозунг – миллион новых рабочих мест, когда он начал интерпретировать мой главный посыл – построим новое, сохраним лучшее. Очевидно интеллектуальное банкротство режима Лукашенко, его попытка заимствовать лучшие идеи от нас.

Ирина Лагунина:
Мы беседовали с кандидатом в президенты Беларуси Ярославом Романчуком. В следующем выпуске программы в среду вечером – в эфире лидер Белорусской социал-демократической партии Николай Статкевич.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG