Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Этнические" подразделения по борьбе с криминалом. Преступность теперь имеет национальность? Спор между Лидией Графовой и Радиком Амировым


 Радик Амиров

Радик Амиров

Елена Рыковцева: Премьер-министр РФ Владимир Путин заявил о возможности ужесточения правил регистрации в крупных городах России в случае несоблюдения приезжими местных законов и обычаев. Что это будет означать на практике? Знаете ли вы «местные законы и обычаи» Москвы и Санкт-Петербурга, которые не рекомендуется нарушать приезжим? Следует ли по-прежнему считать действительной известную формулу, что преступность не имеет национальности? Ведь ГУВД Москвы планирует создать спецподразделение по борьбе с этнической преступностью. Одно это, по-моему, уже исключает наднациональный принцип отношения к преступлениям.

У нас в гостях член правительственной комиссии по миграционной политике, главный редактор журнала "Миграция ХХ1 век" Лидия Графова. И с нами президент Лиги мусульманских журналистов, а также президент пресс-клуба «Восток» РИА-Новости Радик Амиров.

Итак, глава столичного ГУВД Владимир Колокольцев заявил, что более 70% всех преступлений, совершаемых в Москве – дело рук мигрантов из других регионов России и выходцев из ближнего зарубежья". Он сначала сказал, что 40% раскрытых преступлений совершается мигрантами, но, по его оценкам, если считать раскрытые и нераскрытые – более 70. Хочу спросить своих гостей об отношении к самой идее спецподразделений по борьбе с этнической преступностью. В чем будет отличие принципов работы такого подразделения от работы с преступностью неэтнической?

Лидия Графова: Я должна сказать, что все эти конвульсивные, прямо скажем, истерические движения в данном случае московских властей очень сильно способствуют разжиганию межнациональной ненависти. Вообще, ненависть сейчас в нашем обществе процветает. В отношении этнических проблем она как бы выросла таким атомным столбом над Россией. Все это страшнейший вызов, начиная со слогана "Россия для русских". Это бомба, подложенная под нашу многонациональную страну. К сожалению, позавчерашний "круглый стол", который проводил премьер-министр, многие (даже интеллигенты, представители литературы, допустим господин Проханов) расценили как фактически утверждение этого лозунга.

Елена Рыковцева: "Круглый стол" – это встреча с болельщиками.

Лидия Графова: Да. Когда Проханов говорит, этим "круглым столом" Путин прямо заявил, что я с вами, с русскими. Вот Медведев западник, а вот я с нами, с нашей идей… Это ужасно страшно. Это просто бомба. А ведь это все готовилось, может быть, даже исподволь, может быть, не специально, но простите создание движения под названием "Наши", которое за деньги выпускается на улицы Москвы, движения "Местные"... Это же фантастика. Это подготовка населения к принятию лозунга, вредного, гибельного…

Елена Рыковцева: "Россия для «Наших", "Россия для «Местных".

Лидия Графова: Да. Это очень страшно. Нужны очень серьезные комплексные меры. И то, что сейчас пытается сделать московское правительство – это просто умопомрачительно.

Елена Рыковцева: То есть эти спецподразделения по борьбе с этнической преступностью вы считаете абсурдом.

Лидия Графова: Во-первых, это, конечно, абсурд. Кстати говоря, сейчас многие говорят про то, что русские забыты как этническая самость. Простите, мы что исключаем – у русских нет национальности? Вообще, страшно, конечно, что в нашей новой России нет никакой ни национальной политики, ни молодежной политики. В Советском Союзе все-таки какая-то, но национальная политика была. А сейчас даже ликвидировано Министерство национальной политики. Страшно.

Елена Рыковцева: Когда я прочитала о создании этого подразделения, я подумала, что, может, это подразделение будет заниматься преступлениями, совершенными на национальной почве, то есть русский бьет кавказца за то, что тот кавказец и наоборот. Но оказалось – нет. Это подразделение по борьбе с людьми определенной национальности, которые совершают любые преступления.

Лидия Графова: Представляете, завязывается на улицах Москвы какая-то потасовка, предположим, людей разных национальностей. Значит, приезжает подразделение этнической преступности и хватает, допустим, кавказцев или среднеазиатов. А русских отпускают по добру по здорову. Никакой логики. Такое ощущение, что только сейчас власти почувствовали, что они этого джинна выпустили из бутылки. Начиная с "Русских маршей", на это смотрели сквозь пальцы. Я помню страшную картину. Когда был первый "Русский марш", они свой поход по улицам Москвы заканчивали на Старой площади, я туда приехала. И на фоне здания администрации президента, которое раньше было ЦК КПСС, вот эти крики, эти поднятые в фашистском приветствии руки, произвели ужасное впечатление. Но им ничего не было. Почему потворствовали? Потому что, наверное, властям казалось - это известный механизм канализация протестных настроений. Но сейчас уже все это вырвалось наружу атомным столбом над Россией. И в ответ - истерическая реакция.

Елена Рыковцева: Радик, оцените эту идею ГУВД Москвы – создать этническое подразделение.

Радик Амиров: Я бы хотел возразить Лидии Ивановне. Потому что я человек, служивший в Советской армии, я знаю, что такое подразделение. В данном случае, скорее всего, не имеется в виду, что если на какой-то площади города Москвы дерутся люди разных национальностей, то их будут разделять – кавказец, не кавказец. Конечно - нет.

Елена Рыковцева: Нет-нет, они будут заниматься преступлениями, грабежами, совершенными кавказцами, грубо говоря.

Лидия Графова: Азиатами и кавказцами.

Радик Амиров: На самом деле, идея не нова. Я лично поддерживаю то, что сделал наш премьер-министр – встретился с болельщиками и идею Колокольцева. Почему – объясню. Не секрет, многие знают, что в Европе тоже есть ряд национальностей, которые специализируются на том или ином преступлении. Нечего скрывать, что в Варшаве до сих пор бояться румын и албанцев. Албанцев бояться не только в Варшаве. Как с ними работать? Какова самоидентификация албанца? Как он умеет работать со связями, с родственниками? Есть ли у него те или иные рычаги своего давления на правоохранительные органы или на общество? Я больше чем уверен, что Колокольцев озвучивал именно эту идею, что есть у нас этнические преступные группировки и нечего это скрывать.

Елена Рыковцева: И их очень много.

Радик Амиров: Они за эти 15-20 лет дикого капитализма уже устоялись. Своими локтями каждая из этнических преступных группировок "отвечает" за свою линию. Нечего скрывать, что для одних одно преступление ближе, может быть, по самой идентификации, может быть, по мировоззрению, а для других это немножко чуждо. Но чего скрывать, ведь многие знают, что барсеточники в Москве – это, в основном, выходцы из Грузии или из Абхазии. Я ничего не говорю против грузин, абхазцев, упаси Господи.

Лидия Графова: Что такое барсеточники?

Радик Амиров: Не дай Бог, вы едете в машине, и у вас из нее воруют. И среди преступников-барсеточников именно выходцы из этих республик – нечего скрывать. Я думаю, что Колокольцев и сама структура правоохранительных органов российской столицы будет работать именно по узкоспециализированным преступлениям, природа которых лежит на тех или иных этнических группах.

Лидия Графова: Простите, но я 20 лет занимаюсь миграцией. У меня больше 500 статей по проблемам миграции. И для меня, конечно же, не секрет, что существует сеть криминальных, можно сказать, этнических группировок. Я, кстати, возглавляю не только журнал "Миграция XXI" век, но еще и общественное движение "Форум переселенческих организаций". Наш исполком, общественный редакционный совет нашего журнала, куда входят самые лучшие эксперты России, очень волнует миграционная ситуация. ФМС делает ставку на то, что диаспоры помогут. Происходят встречи с отдельными диаспорами. Мы знаем просто по жизни как те же самые диаспоры встречают своих земляков на вокзалах, в аэропортах, это естественно, что приезжающие люди, ничего не знающие ни про законы России, даже порой не владеющие – это большая проблема! – русским языком, они к своим землякам тянутся. Некоторым, конечно, помогают с трудоустройством, но есть сеть, которая вербует этих людей. Но про процент преступности я особо скажу. Меня страшно возмущают эти лживые цифры.

Радик Амиров: Я бы не сказал, что они лживые.

Лидия Графова: Если вы мне хотите все время оппонировать – ради Бога. Разумеется, очень опасно, когда создаются какие-то теневые криминальные структуры по этническому признаку. Это очень страшно. Но, простите, пожалуйста, как может этими сетями, которыми опутана Россия, заниматься милиционер? Вот вы приводите пример – украл из машины барсеточник. Простите, а милиция как, по внешности сразу его обнаружит? Это дело следствия. Раскрывать эти криминальные сети дело ФСБ.

Елена Рыковцева: Имеется в виду, что когда уже раскрыты эти преступления, и процент посчитан, по итогам оказывается, что воруют из машин кошельки или сумочки представители вот этой кавказской республики в своем большинстве.

Лидия Графова: Но какова роль милиции? Мы же должны говорить о профилактике преступлений.

Елена Рыковцева: Я никак не могу понять, в чем вы видите противоречие того, о чем сказал Радик. Не было никогда подразделения по борьбе с терроризмом. Всплеск террора – создается подразделение. Не было подразделения по борьбе с этнической преступностью. Вдруг устанавливается, что 70% преступлений совершаются выходцами СНГ – создается подразделение. По ходу, по ситуации, по необходимости создается некая структура.

Лидия Графова: Хочу обратить внимание, что эти страшные события на Манежной и других местах Москвы - там было столкновение российских граждан с российскими гражданами, а не с теми понаехавшими гастарбайтерами.

Радик Амиров: Но не только. Там участвовали и выходцы из Средней Азии, давайте будем говорить честно.

Лидия Графова: Я всегда говорю честно и не боюсь говорить правду самую острую. Поэтому меня к этому призывать не стоит. Но все-таки я повторяю, речь идет… На вас произвело большое впечатление выступление Проханова вчерашнее на "Эхо Москвы". Но вот он говорит, что сейчас началась война всех против всех. Действительно, это пахнет гражданской войной. Потому что мы можем сойти с ума и закрыть границы со Средней Азией, с нашими вчерашними республиками, с нашими соотечественниками. К этому призывает, кстати, Виктор Петрович Иванов, возглавляющий Комитет по борьбе с наркотиками. Вся Европа объединяется, снимает границы, а мы можем закрыть. Но, простите, что же мы сделаем?! Мы что, отделим заранее Кавказ от себя, свои республики?

Елена Рыковцева: Уговаривать себя можно в чем угодно, что это одна страна, эти граждане одной России, и что же мы, отделим Кавказ? Но факт-то вот он.

Лидия Графова: У нас, во-первых, закон. Что такое закон страны? Он должен быть для всех граждан одинаковый. Само создание этого самого подразделения уже какое-то разделение, предусматривает. Вот ведь в чем опасность. Простите, русские – это тоже отдельный этнос. Да, забытый, да, преобладающий.

Радик Амиров: Нет, я конечно с этим не согласен.

Лидия Графова: Тогда давайте что, русские исключаются как этническая общность? Это неправильно.

Елена Рыковцева: Нет, русскими занимаются все остальные подразделения. Так что, им как раз больше достается.

Лидия Графова: Самое главное, я повторяю еще раз. Милиция, которая сейчас отличается тем, что останавливает человека по форме носа, не способна заниматься раскрытием тех криминальных сетей, о которых вы говорите. Это дело следствия.

Радик Амиров: Лидия Ивановна, милиция останавливала в день сбора 15 декабря на Киевском вокзале тех парней, которые там участвовали при мне. Милиция очень корректно, омоновцы очень корректно – подчеркиваю! – очень корректно просили показать документы у представителей не только кавказской национальности, не только у средеазиатов. На "Выхино", где я имею честь пересаживаться из метро на электричку, я просто смотрел – дикое количество омоновцев подходили и спрашивали: "Извините, пожалуйста, можно ваш паспорт?" Они спрашивали это и у русских тоже. Мне более чем странным кажется другое, когда человек из другой страны приезжает сюда, поймите меня правильно, и живет по законам своей страны, он не хочет ни регистрироваться, ни стоять у станка.

Лидия Графова: Откуда вы знаете, что он не хочет?

Радик Амиров: Скорее всего, я, наверное, буду бросать камень в огород своих единоверцев азербайджанцев, но дикое количество бомбил в Москве и Московской области – это азербайджанцы. У них нет никакого желания получить лицензию на такси. И тут же говорят, что они бедные, это милиция во всем виновата, это русские националисты. Я у них спрашивал: "Ребята, а вы получили лицензию?" Они говорят: "Зачем?" Я говорю: "А как же, вот закон". "Да, плевать мы хотели на твои русские законы". Каждый, кто к нам приезжает, обязан считаться с законами РФ. И мне неважно кто он – мусульманин, иудей, христианин или молдавские ребята.

Лидия Графова: Тогда зачем делить создание подразделения по этносам, если законы для всех едины?

Радик Амиров: В Париже тоже подразделения полиции работают по арабским преступникам - тем, кто снимают колеса у машин. Например, в Марселе. В Канаде есть подразделение полиции, которое работает по русским. Что скрывать.

Лидия Графова: Сразу скажу, что я за то, чтобы в отношении всяких гражданских столкновений было очень сильное законодательство и очень жесткое. Например, вы говорите про Францию. Я не знаю, есть ли там подразделения, которые занимаются арабами и т. д. Я, например, знаю, что в условиях, когда террористическая угроза (я уже не знаю, какая – этническая угроза, какая-то жуткая туча над Россией сгущается), надо, наверное, следовать законам Америки. Когда в экстремальных ситуациях больше троих останавливаются на улице, к ним подходит полицейский и очень корректно (там тоже все очень корректно) спрашивает, все ли у них в порядке.

Елена Рыковцева: Лидия Ивановна, а почему вы не доверяете цифрам, которые привел Колокольцев? Он сказал, что 40% раскрытых преступлений совершают приезжие из ближнего зарубежья, из республик Кавказа. А если посчитать все преступления, то дойдет до 70 и даже выше.

Лидия Графова: По оценкам экспертов ФМС, в России сегодня находится около 5 млн. мигрантов. Буду говорить про мигрантов из ближнего зарубежья. Из них только чуть более 1 млн. имеют разрешение на работу. Неужели же кому-то кажется, что из 5 млн., 3,5 – это такие непорядочные граждане, которые хотят ходить по улице, как зайцы, а скорее всего даже не выходить на улицу, а сидеть взаперти на стройках, которые не хотят, как вы указываете, получать законное разрешение. Это абсолютно не так. К нам едут люди добропорядочные, которые очень хотели бы соблюдать законы. Но как получить то же самое свидетельство, разрешение на трудовую деятельность, которую должен, между прочим, и бомбила получать – это знают все, кто с этим хоть как-то сталкивался. Потому что законы-то у нас хорошие, но все инструкции пишутся для того, чтобы было угодно тем, кто эксплуатирует мигрантский труд. Это совершенно точно известно. Произвольно сокращаемые квоты – это как наковальня, на которой само государство кует нелегальных мигрантов. Нелегальные мигранты – это ужасно.

Радик Амиров: Лидия Ивановна, если кто-то из россиян хочет поехать в Америку, и если там нет возможности устроиться в Америке, он там не работает. Есть квоты. В этом ничего страшного нет.

Лидия Графова: Дайте мне закончить про цифры. Есть, конечно, негодяи, которые совершают преступления. Я имею в виду сейчас в данном случае мигрантов, которых называют гастарбайтерами. Но в любом обществе есть выродки. Как вы думаете, они приезжают, 3.5 млн., что они здесь делают? Они все работают, потому что у России огромная потребность в рабочих руках. А вот эта пляска с произвольным сокращением квот способствует нелегальной миграции. Люди вынуждены работать нелегально. Кстати говоря, внутренние мигранты тоже очень часто работают нелегально.

Москва – это особый регион, и в какой-то степени Санкт-Петербург. Естественно, что сюда едут со всей страны и из всех стран СНГ. К сожалению, нет такой системы, которая могла бы людям говорить, вот вы езжайте туда-то и туда-то, вы там очень нужны. Они пытаются как-то сами устраиваться. Москва, можно ей посочувствовать, конечно, потому что очень много нелегалов в Москве. Но вот это отношение к мигрантам как к врагам – это насаждает Москва.

Елена Рыковцева: Насаждает – где? В России?

Лидия Графова: Москва, московское правительство издавна…

Елена Рыковцева: Когда вы говорите "Москва", вы имеете в виду московское правительство?

Лидия Графова: Московское правительство издавна пытается делать из мигрантов потенциальных врагов.

Елена Рыковцева: Нет, Лидия Ивановна. Есть и другая точка зрения. Московское правительство раздало рынки, например, представителям определенной республики, то есть одной рукой дает, другой рукой насаждают.

Лидия Графова: Это не миграционная политика. Это коррупция. Дело в том, что все ужасы, которые у нас происходят с людьми – это все, как правило, истоки коррупции. Нелегальная миграция – это просто Клондайк для предпринимателей, которые хотят работать нечестно.

Как Москва это делает? Уже много лет произносятся совершенно дикие цифры, которые много раз опровергались на самых высоких подиумах. Статистика преступности есть только в одном месте – в МВД. Так вот пускай любой человек зайдет на сайт МВД – 3,8% приходится на мигрантов.

Елена Рыковцева: По России.

Лидия Графова: По России.

Елена Рыковцева: Конечно. По России другие цифры. Мы сейчас Россию не обсуждаем. Там гораздо ниже цифры, естественно.

Лидия Графова: И по Москве вот эти 48-50% - это цифра путешествовала из выступления к выступлению. Ромадановский не раз спорил…

Елена Рыковцева: Простите, а почему вы в 3% верите, а в 49 – нет?

Лидия Графова: Потому что 3,8% - это статистика, основанная на конкретных совершенно преступлениях.

Елена Рыковцева: И эти 49% - на раскрытых.

Лидия Графова: Эти 49%, во-первых, посмотрите, очень часто приводят представители московского правительства и говорят, что 40%, потом 50%, доходило до 60% во время кризиса. Мигранты назначены главными виновниками кризиса. И только потом, когда их припираешь к стенке, они начинают говорить – нет, конечно, здесь внутренняя миграция. Хотите - верьте, хотите - нет, но реальной статистики по Москве не существует. Эти цифры берутся с потолка.

Радик Амиров: А я думаю, что выступление премьера Путина и выступление господина Колокольцева как раз направлены именно на то, чтобы этот бардак прекратился, чтобы мы знали, кто к нам приезжает, сколько нам нужно людей, в том числе из ближнего зарубежья.

Елена Рыковцева: Давайте, не про миграционную политику, а про цифры преступности. Вы, Радик, сказали, что вы им доверяете. Вы почему им доверяете?

Радик Амиров: Поскольку это официальные…

Лидия Графова: Откуда вы знаете, что по Москве они официальные? Официальные в МВД цифры.

Елена Рыковцева: А ГУВД - это не официальная организация?

Радик Амиров: Я доверяю этим цифрам, поскольку они были озвучены официально и первыми лицами, кто за это отвечает своими погонами и своей головой, если уж на то пошло. Я более чем уверен, что положение дел именно такое. Я думаю, что просто надо признаться себе, что ситуация довольно сложная с преступностью, с этнической преступностью. Хорошо, что представитель правоохранительных органов четко об этом сказал, не пугаясь ничего. И, может, пересмотр политики по отношению к нам у приезжающих тоже будет меняться. Потому что на самом деле пора из этого бардака выбираться.

Елена Рыковцева: Вы доверяете цифрам, потому что их озвучило первое лицо ГУВД. А Лидия Ивановна считает, что цифры МВД более-менее верны, а цифры ГУВД – нет.

Лидия Графова: Нургалиев не раз спорил со своим подразделением ГУВД и говорил, что эти цифры преступности мигрантской, где половина, это…

Елена Рыковцева: Почему вы Нургалиеву-то так доверяете?

Лидия Графова: Потому что он знает ситуацию по России. Он говорил, что половина этих преступлений связана с неправильными документами, с нарушением вот этих самых бумажек.

Что касается Колокольцева. Да, он вызывает уважение. Он хорошо справился на Манежной площади. Конечно, удивляет, почему дубинками били на Триумфальной площади, а здесь.. .Научились, слава Богу.

Радик Амиров: Если есть опасность такой волны, то почему бы не применять дубинки? Я служил во внутренних войсках, я видел, что такое Баку, я видел, что такое Рига, я видел, что такое Вильнюс, я видел, что такое Фергана. Если бы там не было этих дубинок, было бы еще больше крови.

Лидия Графова: Простите, а дубинки-то применяют на Триумфальной, а не на Манежной. На Манежной, да, надо бы, в таких ситуациях – а как же.

Радик Амиров: И там применялись тоже. Это сила, это правоохранительные органы, должен быть порядок.

Елена Рыковцева: Лидия Ивановна сказала, что на Манежной как раз в меньшей степени применялись дубинки, чем на Триумфальной. Там было больше понимания между милицией и теми, кто вышел на площадь.

Радик Амиров: Может быть, может быть.

Елена Рыковцева: Именно больше понимания. Я думаю, что милиция разделяла во многом их лозунг. Вадим из Златоуста, здравствуйте!

Слушатель: Добрый день! Правила регистрации в Москве и так чрезмерно жесткие. И мы, русские люди из провинции, приезжая в этот город, сталкиваемся с таким очень сильным милицейским или полицейским прессингом. Все время проверяют документы. Все время к нам кто-то пристает. Я не понимаю, почему они вообще начали говорить о мигрантах, когда выступили фашисты! Это просто фашисты! Это не имеет никакого отношения к национальным проблемам.

Елена Рыковцева: Выступили фашисты, как вы это называете. Но все эти «мероприятия» состоялись после того, как представитель определенной диаспоры убил спартаковского болельщика. Давайте мы причинно-следственную связь путать не будем.

Василий из Москвы, здравствуйте!

Слушатель: Добрый день! Вы поймали мою мысль на лету и высказали только что. Зачем говорить про Триумфальную и Манежную, когда там никого не убили все-таки. А убили именно на остановке, убили кавказцы, да. И вот мое мнение. Раньше я был более толерантным, мягким, считал, что все национальности равны. Есть ли национальность у преступников, и нужны ли эти милицейские подразделения для борьбы с нею? Да и да. Раньше я думал иначе. Потому что, во-первых, я сам сталкиваюсь. Во-вторых, я просто читаю много и вижу, что происходит. Я не знаю, откуда берутся эти цифры о каких-то ничтожных 3%, я в это поверить не могу.

Елена Рыковцева: По России. Но там меньше приезжих.

Слушатель: Потому что в России человек на километр живет.

Елена Рыковцева: Уважаемые коллеги, уважаемые слушатели, хочу предложить вам для обсуждения выдержки из публикации Юлии Калининой в "Московском комсомольце", которая назвала три причины протеста людей, которые вышли на Манежную. "Первая причина - война в Чечне. Вторая причина — то, что федеральные власти во всем покрывают Кавказ. Третья причина — коррупция. Любой конфликт русского с кавказцем — бытовой, самая ерунда — по этой причине практически всегда заканчивается для русского плачевно. Он приходит в отделение милиции, а там уже сидит его оппонент и улыбается. Уже всем занес денег. Ну и что, любить его за это?"

Прочитаю главную ее мысль: "После войны с Чечней принялась продавать русских, чтоб купить кавказцев. Многотысячные беспорядки прошедших недель дали понять властям, что пора менять акцент. Теперь власти начинают покупать

русских. Пока, правда, не всех, а лишь наиболее активную часть.

Путин, пообщавшись во вторник с фанатами и съездив на Люблинское кладбище, запустил процесс покупки.

Намерения о начале продаж кавказцев он тоже обозначил, сообщив, что, возможно, придется совершенствовать правила регистрации приезжих в крупных городах". Дальше она говорит о том, почему же Путин раньше не съездил на другие могилы, потому что были случаи убийств русских кавказцами и до этого, не говоря уже о том, что были и противоположные случаи.

Вот какой вывод она делает: "...Сегодня они покупают тех, завтра — этих, послезавтра — опять тех. Сволочизм в государственных интересах. Как-то надо научиться не покупаться. Иначе всем каюк — и русским, и не русским. Поубиваем друг друга в конце концов с такими властями".

То есть конъюнктура. Вот в зависимости от политического момента сегодня мы с кавказцами, а завтра мы поддержали русских. Мы с вами удивляемся: вроде бы сидели болельщики всех национальностей за столом у Путина, а Проханов говорит: "Посмотрите, Путин встретился с болельщиками и тем самым сказал: "Я с вами. Я русский", а Медведев не с вами. Значит, он так понял. Значит, было что-то такое в этом?

Лидия Графова: Национальная карта – самая выгодная для политических спекуляций. Я хочу сказать, что я согласна с основными мыслями Юлии Калининой, только на первое место я бы поставила коррупцию. Еще хочу сказать, что я не раз в последнее время летала в тот же Таджикистан, и я знаю, что этот огромный лайнер всегда груз-200 везет от нас, из России, убиенных, погибших, потому что никакой техники безопасности. Еще хочу сказать, что к Колокольцеву хорошее отношение. У меня связана надежда с ним. Но он новый человек, он, может, не знает, что 20-летним опытом доказано, что всякое ужесточение репрессивных мер способствует новым нарушениям. Я абсолютно убеждена, что это просто для дохода подчиненных господина Колокольцева, которые получают мало денег, очень маленькие зарплаты у наших милиционеров (а у них работа очень опасная), конечно, надо всячески поддерживать нашу милицию.

Радик Амиров: Я не согласен с мнением Лидии Ивановны в том, что Колокольцев не знает. Таких людей с такими погонами на такие посты не сажают, если он ничего не знает.

Лидия Графова: Как ничего не знает?! Я не говорила так! Я еще раз повторю, может не знать, что ужесточение любых репрессивных мер приводит только к обратному результату.

Радик Амиров: Давайте разберемся с ужесточением – это от слова "жестокость" или от слова "жестко"? Я думаю, что это все-таки от слова "жестко", потому что, поскольку господин Колокольцев милиционер от Бога, я думаю, что он знает, что делает. Он не говорит о жестокости, он говорит именно о жесткости.

Елена Рыковцева: По поводу того, что сказала Калинина. Конъюнктура - сегодня мы целуемся с этими, завтра их сдаем с потрохами. Вчера мы, условно говоря, были с Рамзаном Кадыровым, а сегодня со всеми российскими болельщиками.

Радик Амиров: А мы и сегодня с Рамзаном Кадыровым, и Рамзан Кадыров вместе с нами.

Лидия Графова: Какой ужас!

Радик Амиров: Поверьте, что и господин Евкуров тоже с нами и другие президенты северокавказских республик тоже, слава Богу. Мы вместе. Мы единая страна. Если мы сейчас будем разделять, что мы того вчера сдали, а сегодня мы сдаем русских, завтра мы сдаем татар, а послезавтра мы сдадим евреев – нет, ничего подобного. Мы все вместе.

Елена Рыковцева: Вы так не поняли, как Калинина.

Радик Амиров: Может быть, я не так понимаю как Калинина, слава тебе Господи.

Елена Рыковцева: И не как Проханов.

Радик Амиров: И не как Проханов. У меня есть своя точка зрения. Я вижу, как строится жизнь в Москве национальных диаспор и общин. И имейте в виду, что когда мы говорим об общинах и диаспорах, надо четко разделять. Если мы россияне, то мы община, а если мы не россияне, то мы просто какая-то отсталая диаспора.

Елена Рыковцева: Александр пишет: "Какие наши обычаи он должен соблюдать? Самые простые – не резать на улице баранов, перебьются без жертвоприношения, как католики перебились без костров инквизиции, не хвататься по любому поводу за нож и пистолет, не ездить на тачках со стрельбой в воздух там, где гуляют местные жители с детьми и отплясывать свою лезгинку среди ночи или на всю улицу, не давая ни пройти, ни проехать, научиться уважать женщин всех национальностей". Путин просто неудачно сформулировал. Он имел в виду не «нарушать традиции Москвы», а не внедрять, не привносить на улицы Москвы свои традиции.

Радик Амиров: А это и есть то же самое. Я просто хочу сказать, что не резали баранов на улицах Москвы. И в том письме от так называемой артистической среды, которые обратились к президенту или к Собянину, чтобы не резали баранов, не было слова "жертвоприношение". Они писали об убийстве животных. Господа писатели-артисты, которые это подписали, идите тогда к мясоперерабатывающим заводам и просите, чтобы они не убивали животных. Дело шло о жертвоприношении. А то, что мы перебьемся – ну, не знаю.

Лидия Графова: Позавчера была презентация нашего журнала в Доме журналистов. Там звучала такая сильная тревога за судьбу России, потому что на кон поставлена судьба России. И этот слоган "Россия для русских", который, получается, поддерживают сейчас в данный момент власти, это ведет к распаду России.

Елена Рыковцева: Власть никогда не признается в том, что она этот лозунг поддерживает.

Радик Амиров: Власть не говорила об этом.

Лидия Графова: Как можно такое вслух говорить?! Но действия говорят о том, что на этой стороне власть. Сейчас заигрывания уже с русскими.

Радик Амиров: Нет заигрывания, Лидия Ивановна.

Лидия Графова: Представьте, "Россия для русских". Тогда, значит, отделяется Татария, изгоняют русских из Татарии, Башкирия. Мы останемся в маленьком московском регионе.

Радик Амиров: Лидия Ивановна, ну, что вы говорите какую-то ерунду абсолютную. Ну, какая Татария, какие русские?

Лидия Графова: Как воспринимают татары этот лозунг, башкиры?

Радик Амиров: Не воспринимают.

Лидия Графова: Откуда вы знаете?

Радик Амиров: Потому что я сам татарин. Я знаю, что это такое.

Лидия Графова: Извините, пожалуйста. У меня общественное движение в большинстве регионов России. И я знаю, какие тревоги приходят из регионов России.

Радик Амиров: Не знаю.

Елена Рыковцева: Власть не проговаривает этот лозунг, но некоторые ее действия, конечно же, всячески ведут к тому, что этот лозунг берется на вооружение разными группировками и т. д.

Лидия Графова: При этом власть думает о своих интересах, а не о народе.

Елена Рыковцева: Она на словах проговаривает прямо противоположное. Вы же знаете цитату Путина про 160 национальностей, не дай бог, мы будем конфликтовать, страна развалится. Вы это все слышали.

Лидия Графова: А как можно это не говорить? Конечно!

Елена Рыковцева: Владимир из Калининграда, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Вы очень много спорите, а конечного результата никак нет. Эта иголочка, которая должна уколоть, ее нет в вашем разговоре. А я так понимаю, что женщины варят бульон. Бульон начинает закипать. Пена всплывает, но ее не убирают. И в этой пене все это вошкается. Это выгодно власти. Они отвлекают народ то в одну сторону, то в другую сторону.

Елена Рыковцева: "Вся эта преступность не имеет национальности", - Александр из Москвы.

Олег пишет: "Преступность всегда имеет региональную составляющую, только потом она интернационализируется".

"Хотелось бы понять реакцию на "Русские марши" в республиках бывшего СССР", - Раиса из Москвы.

"Преступность, то, с чем должна бороться власть, национальность не имеет, а преступники ее имеют. И зачастую на нее, на земляков, на традиции опираются. И борясь с преступностью, этого не учитывать нельзя", - Олег К. из Москвы пишет.

Радик Амиров: Совершенно верно!

Елена Рыковцева: "Бейлис тоже, был выставлен этническим преступником, но защитившей его тогда интеллигенции больше нет. Зато устроившая процесс полиция, возвращается", - Яков из Харькова напоминает.

"Патриархальность – враг толерантности. К несчастью, среди русских формируется новая патриархальность на базе коррупции. Выход – культ знаний и закона", - Владимир из Саратовской области.

Лидия Графова: Поддерживаю. Именно коррупция виновата во всем.

Елена Рыковцева: "Нам подменили многие понятия, - пишет Сергей. – Например, многонациональность подменили на беспредел, творящийся в миграционной политике. Едут к нам далеко не лучшие. И в этом заинтересован не только бизнес, рабская эксплуатация, но и коррумпированные чиновники, крышующие банки, группировки. К тому же, один внешний вид их, тем более, дела, например, Ромадановского, не внушают доверия". Да что вы, такой респектабельный мужчина.

Владимир из Нижегородской области, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Вы самое главное не сказали. Все это останется так, если МВД будет синекурой. Вот и все.

Лидия Графова: Коррупция, коррупция. Нужны срочные мозговые штурмы самых лучших ученых, представителей разных диаспор о том, какие меры всеохватные надо проводить. Московское правительство проводит для милиционеров и участковых хорошие семинары по толерантности.

Елена Рыковцева: Завершаем на этом программу "Час прессы" на волнах Радио Свобода.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG