Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
По мнению первого мэра Москвы Гавриила Попова, у лесных пожаров, коллапса в аэропортах и на улицах Москвы есть нечто общее: власть фактически отказывается брать на себя публичную ответственность за исправление ситуации.

В разговоре с обозревателем Радио Свобода Гавриил Попов сравнил Сергея Шойгу, Игоря Левитина и своего коллегу - третьего мэра Москвы Сергея Собянина - с одним и тем же литературным героем:

- Все мы прекрасно знаем историю, описанную в романе "12 стульев". Все мы помним о том, что там был Альхен, который все время стеснялся. И вот этого самого стеснительного Альхена я вспомнил в связи с несколькими событиями.

Первое событие - лесные пожары этим летом. Вначале я наблюдал, как этими пожарами активно занимался министр по чрезвычайным ситуациям Шойгу. Потом, когда пожары стали национальным бедствием, министр исчез, куда-то скромно ретировался. Вместо него появился штаб по борьбе с пожарами во главе с кем-то из его подчиненных. Когда пожары удалось преодолеть, и все закончилось, штаб исчез. Исчез и начальник штаба – неизвестно куда, зато опять появился министр.

Второе событие – аэропорты сейчас. И опять поразительная скромность. Только что был министр транспорта Левитин. Этот министр транспорта даже был в списке претендентов на пост мэра Москвы. Но когда начались трудности в аэропортах, никаких министров мы найти не могли. Мы не могли найти ответственного за аэропорты. Даже начальников аэропортов мы не видели, которые там – несмотря ни на что – есть. Поразительная скромность наших руководителей.

Третье событие: на недавнем заседании Госсовета мы услышали заявление о том, что в Советском Союзе была эффективно решена национальная проблема. И это должно для нас быть примером. Во всяком случае, мы должны всем этим заниматься, изучать и так далее. Но в стране имеется достаточное число специалистов по национальным отношениям – хотя бы в той же Академии наук. Они могли бы напомнить о том, что эффективное решение национальной проблемы в СССР включало изгнание, ликвидацию нескольких автономий в Великую Отечественную войну и переселение сотен тысяч людей, репрессии по отношению к целым народам. А потом, когда эти репрессии отменялись, несколько народов – в том числе немцы, крымские татары – назад своих автономий не получили. А турки-месхетинцы не получили и права вернуться в родные места. Миллионы людей из Советского Союза выехали – евреи, немцы... Это все, надо полагать, относится к области эффективного решения национального вопроса. И именно этим примером – оказывается – нам надо сейчас заняться. Опять какая-то поразительная скромность – не властей, а тех ученых, которые должны были обо всем этом говорить и напоминать.

Теперь мы можем перейти к Москве – где тоже обнаружим этот же процесс совершенно своеобразной скромности. В Москве бушуют митинги, столкновения, безобразия. Кто-нибудь из московского руководства вышел на эти площади, предпринимал какие-то действия? Кроме милиции, кого-нибудь там видно было? Да нет, они скромно где-то... Стеснительные люди просто. Проявляют массовую скромность, просто исчезли они, и неизвестно где были.

– Милиция относится к федеральной власти. А наведение порядка – это как раз функция милиции.


– С каких это пор, когда на улицу выходят жители моего города, я должен делать вид, что "пусть федеральная милиция с ними расправляется"?! С каких это пор я перестаю их считать своими избирателями, своими гражданами?

– Избирателями? Уже пять лет, как можно не считать: мэр Москвы назначается.

– Все равно надо выходить, надо встречаться с людьми.

Второй сюжет из этой нашей московской жизни: вот сейчас снег, все завалено. Опять поразительная скромность, опять я не вижу никого из руководства Москвы, которое бы ездило по городу, выясняло ситуацию. Опять этим кто-то должен заниматься…

Мне кажется, что если по этому пути пойдем, то рано или поздно скромность наших руководящих слоев в стране дойдет до такого уровня, когда народ начнет думать, что, может быть, вообще, без них можно обойтись.

– Чем все-таки вызвана эта скромность?

– Двумя факторами. Первый фактор - это ситуация в самом правящем классе, когда он расколот и к единым действиям не очень подготовлен. Поэтому каждый шаг рассматривается не с точки зрения его объективной ценности, а с точки зрения того, на пользу кого он пойдет или кому он будет во вред. А второй фактор - это обычная некомпетентность, незнание путей решения вопроса.

– Но дворники как были, так и остались. Почему прошлой зимой снег и лед убирали на улицах Москвы, а сейчас пройти невозможно?


– Помните знаменитый вопрос профессора Преображенского относительно разрухи? Разруха – не в клозетах, а в головах.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG