Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Традиционный для западноевропейской литературы жанр рождественских историй российским блогерам в общем-то чужд. Тем не менее, пару произведений, появившихся в сети под православное Рождество, вполне можно провести по разряду Christmas story по-русски. В блоге петербургского городского портала Fontanka.ru журналист Евгений Вышенков рассуждает о возможном сценарии второго пришествия:

Догмат о втором пришествии прост – рано или поздно все же царству Его не будет конца. С атеистической точки зрения, я бы Сына с возвращением предостерег. Второй раз распять могут. За столько лет человечество договорилось: когда и где Иисус родился; на каком этаже какого дома прошла Тайная вечеря; по какому пути от места приговора нес крест; на каком точно камне воткнули крест. Сотни миллионов людей просто знают, где и как, начиная с рождения, все происходило. Что подтверждается доходами Израиля от туризма. Ни в коей мере не желая обидеть, а токмо используя права атеиста в свободной стране, позволю себе предположение, основанное на концепции второго пришествия и подкрепленного здравым смыслом. Утверждаю: в конце концов явится. Предполагаю последствия: Царство вечное. Но временное. В начале, конечно, он перекует народам мечи на орала, копья на серпы, а люди прекратят учиться воевать. Чуть позже все же Иисус может обратить внимание на некоторые мелкие неточности. Как то: родился он не в Вифлееме, а, например, недалече от него; Тайная вечеря проходила не как сворачиваешь резко вправо от Яффских ворот в крепостной стене Иерусалима, где сегодня армянский квартал, а чуть левее; Голгофа была, например, не на месте Храма, а, например, в полукилометре. Многое придется Ему уточнить.

И все. Этого никто ему и не простит. Миллиарды людей намолили святые места, узаконили их до миллиметра, а тут понаехали, понимаете ли? И причтут его к Рогатому.

А все потому, что страшен и атеист, и верующий, который ТОЧНО ЗНАЕТ.


Московский журналист Дмитрий Ольшанский облекает свою рождественскую историю в формат политического прогноза:

Я думаю, что темой выборов 2011 года будет "русскость". По крайней мере, будь я кремлевский пиарщик - я бы принял такое решение. Разумеется, весьма осторожная "русскость" - и все же. Просто потому, что выехать "Единой России" больше не на чем: "свобода" опасна, "модернизация" неинтересна, а разговоры про "будущее наших детей" и вовсе пахнут Ильфом и Петровым. Так что они будут вспоминать бедного Солженицына с его "сбережением нации", вышлют несколько нелегалов. Возможно, возродят Рогозина. А может быть, заманят Поткина и Тора в список ЛДПР. Ну и, конечно, Путин скажет что-нибудь такое обтекаемое, но очень патриотическое. Типа, "тост за русский народ".

А потом вдруг - вдруг! - все переменится. Путин уйдет в отставку. Президентом опять станет Медведев. Ходорковского помилуют. И начнутся весной 2012 года... правильно, начнутся РЕФОРМЫ. Это будет серьезно, жестоко и надолго. Если, конечно, хаос не вмешается, и "великие потрясения" опять не утилизируют Столыпина.


***
Американская блогосфера обсуждает новое, специально отредактированное для детей издание "Приключений Гекльберри Финна": по предложению профессора английской литературы Алана Гриббена издательство NewSouth Books заменяет слово "негр", встречающееся в книге 219 раз, на слово "раб". Решение объясняется тем, что постоянное использование этого слова мешает школьникам по-настоящему погрузиться в мир замечательного романа. Газета "Нью-Йорк таймс" организовала на своем сайте широкую дискуссию по теме. В поддержку Гриббена высказался его коллега, профессор английской литературы Джеймс Дьюбен:

У школьников должна быть возможность читать, если так решит их учитель, измененные классические произведения. В конце концов, речь идет о детях и об их учителях, многим из которых преподавать Марка Твена будет удобнее именно в версии, предложенной издательством NewSouth. Потом, в старшей школе или в колледже, у них еще будет возможность вернуться к оригинальному тексту и посмотреть, как там исследуется и, в конечном итоге, побеждается ханжество. При нынешнем обилии игр и других электронных развлечений я готов поддержать любую попытку научить детей читать и получать удовольствие от чтения великой литературы.

Среди аргументов, выдвинутых противниками редактирования классики, особенно выделяется на первый взгляд наивный вопрос писательницы Франсин Проуз: а чем, собственно, слово "раб" лучше слова "негр"?

Расовые ярлыки, бесспорно, отвратительны, но куда отвратительнее порядок, при котором к людям можно было относиться как собственности – при котором их можно было бить, продавать и покупать. Слова "негр" и "раб" даже с очень большой натяжкой не являются синонимами. Проблема героя романа Джима состоит не в том, что его называют "негром", а в том, что он является движимым имуществом, которому можно даровать свободу, а можно и вернуть хозяину. Вместо того, чтобы вырезать из романа слово "негр", следовало бы напомнить ученикам, что каким бы неприятным оно ни являлось, еще более неприятен тот факт, что Соединенные Штаты были когда-то рабовладельческим обществом.

Похоже, именно об этом и хочет забыть как минимум часть американцев. Вчера первое заседание палаты представителей Конгресса США в новом составе началось с торжественного зачитывания текста конституции. Как сообщил политическому блогу The Hill помощник республиканца Боба Гудлэтта, председательствовавшего при чтении исторического документа, оригинальный текст Конституции на этом заседании прочитать будет тоже невозможно:

Конституция прозвучит в ее самой современной, определяющейся поправками, форме. То есть законодателям нельзя будет зачитывать политически неудобные пассажи, в частности статью 3 второго раздела, где речь идет о том, что "представители и прямые налоги распределяются между отдельными штатами, пропорционально численности их населения", причем при таких подсчетах раб считается человеком лишь на три пятые.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG