Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Судебная война: иски, которые выигрывают акционеры ЮКОСа


Владимир Гладышев: Корень этого вопроса уходит в глубину веков. Проблема была такая всю жизнь: как защитить гражданина моей страны, если он попадает в неприятности на территории другой страны? Особенно это относилось к купцам традиционно. То есть если мой купец французский попадает в неприятность на территории Германии, то я что я должен сделать в Германии, чтобы она его выпустила. То есть были в свое время реприсарии, отделы по поддержке германских купцов, что не очень справедливо, конечно. В начале 19 века была известная операция английская в Греции, когда английских купцов арестовали. Произвело там большой скандал. И это очень непрактично с точки зрения ежедневной политики. После этого где-то к 19 веку, в середине 19 века выработалась система, когда государство оказывало дипломатическую защиту своим гражданам, особенно торговым гражданам. То есть они предпринимали символические действия, чтобы освободить от незаконного ареста, тюрьмы и так далее. Но это тоже было не очень практично, потому что если у меня есть хорошие отношения, например, с Россией, а Россия что-то делает с моими гражданами, у меня могут быть другие соображения. Я могу заключить с Россией соглашение об ограничении стратегических вооружений. У меня свои есть вопросы, которые, не всегда мне удобно защищать собственных граждан, а мне может быть выгоднее как государству сделать какое-нибудь стратегическое партнерство с Россией, а мои граждане, с другой стороны, своих граждан я тоже бросить не могу в беде. Что делать?

Ирина Лагунина:
Мы беседуем с юристом, адвокатом Владимиром Гладышевым. И речь на этой неделе у нас пойдет о международных исках, которые рассматриваются в торговых арбитражных судах, - держатели акций компании ЮКОС пытаются компенсировать ущерб, нанесенный им в результате экспроприации ЮКОСа и его активов. Таких исков сейчас по миру около 300. И общая стоимость ущерба, как ее оценивают инвесторы, может превышать 100 миллиардов долларов. Почему я решила сделать серию передач об этой судебной войне? Потому что информации о них в России исключительно мало. А та, которая проникает, носит обрывочный характер. В понедельник я решила посвятить обсуждению этого вопроса дежурство по "Свободе" на нашем сайте svobodanews.ru, и выяснила, что разброс мнений по этому вопросу – широченный. Вот коммент от Чеченца из Ичкерии: "Не надо быть в деле ЮКОСа большим оптимистом, шредеризация охватил весь Запад, а не только Германию. Стокгольмский суд вынес решение инкогнито, это о чем то должен говорить. Агрессия против Грузии, яркий пример. ЮКОСом будут шантажировать и извлекать из этого выгоды, как на примере Чечни.
Спасать надо не акционеров, а Ходорковского. Если спасут его, то тогда действительно он сам защитит и ЮКОС и акционеров в этих судах". А вот мнение Дмитрия Хоботова из Екатеринбурга: "Поддерживаю иски против России. Это, по сути, иски за Россию. За всех нас! Чем больше отсудят у нас западные инвесторы, тем легче мы вздохнем. Представьте, если б Гитлера судили накануне войны за разгромленные еврейские лавочки. И за Судеты. Может, и войны б не состоялось. Таким образом, превентивные иски против Германии спасли б миллионы немецких жизней. Так и тут - иски за разграбленное имущество ЮКОСа, возможно, спасают жизни множества россиян. И не только россиян. Думаю, если б эти иски были действенней, и поданы ранее, возможно б не состоялось российско-грузинской войны. Жаль что мало, и жаль, что поздно". Вот поэтому, мне кажется, надо разобраться, о чем идет речь. Но сначала все-таки закончим с историей этого вопроса. Владимир Гладышев.

Владимир Гладышев:
В конце 19-го – начале 20-го века была выработана формула международного арбитража, когда я как государство могу пойти в суд. Тогда это будет, грубо говоря, юридическое решение вопроса, а не политическое. Тоже не очень практичным оказалось, потому что на самом деле поход в арбитраж воспринимается как объявление небольшой холодной войны. В середине 80-х годов появился такой феномен, который назывался двустороннее инвестиционное соглашение. Соглашения были очень простые, звучали они примерно так: первое – если граждане одной из стран попадают в неприятности на территории другой страны, то эти инвесторы имеют право на защиту в соответствии международного права, защита от экспроприации их имущества и так далее, с одной стороны. С другой стороны они необязательно должны идти в суды местного государства, то есть того государства, которое их обидело, для того, чтобы добиться правды. Предусматривался механизм, когда они могли идти в международный арбитраж. Это было достаточно революционное событие, которого никто не заметил. Потому что никто не знал в 80 годы, как с этим делом обращаться.

Ирина Лагунина:
Юрист Владимир Гладышев. Иски по возмещению ущерба от действий российского государства можно условно разбить на три группы. Первая касается зарубежных активов ЮКОСа. Это нефтеперерабатывающий завод в Литве и трубопровод в Словакии, которым до ЮКОСа владела компания Transpetrol. Предысторию этого судебного процесса, который проходил в Окружном суде города Амстердам рассказывает венгерский экономист, автор книги "Власть, энергетика и новый российский империализм" Анита Орбан.

Анита Орбан:
Transpetrol – это владелец словацкой части трубопровода "Дружба". В 2001 году тогдашнее правительство Микулаша Дзуринды выставило Transpetrol на торги. И 49 процентов акций этой компании было продано ЮКОСу. ЮКОС тогда был частной компанией с американским менеджментом и без какого бы то ни было признака государственного российского вмешательства, и решение продать акции именно ему казалось очень хорошей идеей. Но затем в 2003 году начался процесс против ЮКОСа. Компания Ходорковского тогда владела двумя иностранными предприятиями. Одно - нефтеперерабатывающий завод в Литве, в Мажейкяй. А второе – та самая словацкая Transpetrol. Руководство ЮКОСа пыталось сохранить эту компанию. Для этого в Нидерландах была зарегистрирована фирма YUKOS-finance, к которой и перешел контрольный пакет акций и право управления Transpetrol. Во главе YUKOS-finance стояли два американца – Брюс Мизамор и Дэвид Годфри. В 2004 году словацкий министр экономики объявил о том, что Словакия хотела бы выкупить обратно акции Transpetrol. Однако в феврале 2005 года во время визита в Братиславу тогда президент Владимир Путин заявил, что две российские компании также заинтересованы в покупке акций Transpetrol, принадлежащих ЮКОСу. Это "Татнефть" и "Роснефть". Как это ни странно, но через год частная российская компания под названием Руснефть заявила о своем желании выкупить эту часть акций. Руснефть была также полностью частной компанией. Глава этой компании Махаил Гуцериев получил письмо от министра экономики России, в котором тот разрешал ему купить акции, ранее принадлежавшие ЮКОСу. Однако через четыре месяца, в июле 2006 года, Руснефть отказалась от этой сделки, утверждая, что с точки зрения бизнеса эта сделка для нее невыгодна. Любопытно, но в тот же самый день Газпром и Роснефть подтвердили, что заинтересованы купить эти 49 процентов акций. А еще через год руководство Руснефти призналось, что на самом деле на нее надавил Газпром-нефть, и именно поэтому они решили отказаться от словацкой сделки.

Ирина Лагунина: Но и на этом история не закончилась. Руснефть была практически уничтожена, а ее глава в конечном итоге попросил политического убежища в Великобритании. Продолжает Анита Орбан:

Анита Орбан: В марте 2006 года московский Арбитражный суд назначил ЮКОСу конкурсного управляющего – Эдуарда Ребгуна. В августе 2006 года словацкое руководство встретилось с управляющими компании YUKOS-finance, и была достигнута договоренность, что Словакия выкупает акции обратно. Через несколько дней этот конкурсный управляющий Ребгун уволил американское руководство YUKOS-finance под предлогом того, что они действуют в ущерб интересам компании, а через год, в июле, выставил на аукцион и сам YUKOS-finance. Это при том, что руководство YUKOS-finance начало оспаривать свою принадлежность с основному ЮКОСу в суде, и рассмотрение этого дела было назначено на октябрь 2007-го. Но аукцион прошел в августе, среди желающих купить были только российские компании, и в конце концов, покупателем стала компания Промнефтьстрой. И конечно, голландский суд в октябре постановил, что дело о банкротстве, заведенное в России против ЮКОСа, не отвечает нормам голландского законодательства, а следовательно продажа YUKOS-finance была незаконной. Суд также поставил на место прежних американских руководителей YUKOS-finance. Вот на этом я бы закончила историю. Она весьма показательна, потому что в течение этого времени Россия использовала дипломатические каналы давления и государственные визиты, а также незаконные средства типа увольнения американского руководства YUKOS-finance конкурсным управляющим и нелегального аукциона. Более того, были задействованы средства информации и, как я только что сказала, была разорена преуспевающая частная российская компания, которая хотела купить акции Transpetrol. И все это потому, что российское руководство хотело, чтобы контрольный пакет акций и право управления словацкой частью трубопровода принадлежало российской государственной компании.

Ирина Лагунина: Подчеркну слова венгерского экономиста Аниты Орбан – все это было сделано для того, чтобы российская государственная компания получила под свой контроль словацкую часть газопровода. Это важно, чтобы понять суть последующих исков в международный торговый арбитраж. Что же касается Окружного суда города Амстердам, то он вынес решение по делу YUKOS Finance в 2007 году, и апелляционный суд Амстердама подтвердил это решение 19 октября 2010 года. Окончательное решение будет вынесено приблизительно в марте этого года. Что же касается первого решения 2007 года, то сошлюсь на новостную ленту Нидерландов. Обосновывая свое решение, судьи отметили, что российский вердикт о банкротстве, на основе которого был назначен конкурсный управляющий, "не соответствует нидерландским принципам надлежащей судебной процедуры".
"Поэтому этот вердикт о банкротстве не может быть признан в Нидерландах, и проистекающие из этого российского вердикта полномочия конкурсного управляющего не могут им осуществляться в Нидерландах", - говорится в постановлении.
Судьи также постановили, что Ребгун обязан "немедленно и безусловно сотрудничать в деле аннулирования принятых им решений относительно Yukos Finance и их последствий".
Если этого не произойдет, с Эдуарда Ребгуна будет взыскиваться штраф в размере 10 тысяч евро за каждое отдельное нарушение и по 1 тысяч евро за каждый день, пока это нарушение продолжается. Максимальная общая сумма штрафа - 500 тысяч евро. Судя по заявлениям самого Эдуарда Ребгуна, судебное предписание он выполнил и с кредиторами расплатился. Это то, что касается активов ЮКОСа в Словакии.
Средства от продажи второго актива ЮКОСа за рубежом – нефтеперерабатывающего завода в Литве – в размере миллиарда 200 миллионов долларов остались на депозите голландского суда. Но о них читайте дальше.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG