Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Петербурга на самом деле два: реальный и потусторонний. Реальный город крайне неудобен для жизни (зимой – опасен), довольно беден, а после эффектного изгнания газоскреба с Охты лишен даже негативного видения будущего.

Что будет с городом через пять, десять лет? Сколько крыш супермаркетов еще упадет нам на головы? Сколько дышащих историей домов снесут еще на Невском? - Точно ответить на эти вопросы нельзя. Но можно уверенно говорить, что радикально ничего не изменится. Ни облик главного проспекта (хотя пару-тройку домов там, конечно же, снесут и перестроят), ни качество жизни в городе. Терпение петербуржцев беспредельно, зато ресурсы активности ограничены – как у простых горожан, так и у представителей мира наживы и чистогана. Потому что реальность как сфера рациональной деятельности и реализации каких-то целей нам абсолютно чужда. Все мы так или иначе живем не в реальном городе, а в потустороннем.

Ученые люди называют потусторонний Петербург набором "метанарративов" и утверждают, что представление Петербурга о себе как о хранилище культурно-исторического наследия мешает ему стать современным креативным городом. Рассуждения социологов легко оспорить с позиций вульгарного марксизма: какой, к черту, креативный город, когда у нас тут крыша течет и денег в принципе нет? Жизнь тяжела, это правда, но в данном случае социологи говорят дело. Наш город застыл в своем расслабленном прозябании именно потому, что сознанием всех его жителей правит "метанарратив". Проще говоря: потому что любой житель города понимает, что фраза "в Петербурге жить" имеет только одно возможное окончание: "словно спать в гробу". Для этого не надо знать Мандельштама. Это знание берется здесь из воздуха. И активно распространяется и поддерживается на всех уровнях городского образования.

Вот как преподносится эта истина в начальной школе, в рамках предмета "История СПб", по которому имеется специальный учебник за авторством Л.К. Ермолаевой и Н.Г. Гавриловой. Об истории города как таковой там особенно не рассказывается – авторы ставят своей целью научить детей "ориентироваться в городской среде". Вот как они это делают на примере Адмиралтейства: "Здание Адмиралтейства, как и любой другой городской дом, приносит людям пользу: тепло, свет, воду". Что, скажите, будет думать о текущих трубах воспитанный на таких постулатах молодой петербуржец? Верно, он никогда не подумает, что текущие трубы можно поменять – он решит, что это дом вдруг перестал приносить людям пользу. А бороться со злой волей этого дома можно по-разному: молитвами, заговорами, колдовством. Можно переехать. Можно сломать этот дом. Можно смириться. Вариантов масса – но ни один из них не предполагает возможности реальных действий, то есть замены труб. Вода ведь течет не по ним. Ее приносят людям наши замечательные дома.

И городские службы, надо сказать, давно действуют описанным способом. Вот уже десять лет на мои звонки об идущем из подвала паре мне подавленным голосом отвечают: "Ну а что делать? У вас там Подземные Протечки".

Многие годы активность в городе поддерживалась исключительно приезжими – то есть теми, кто не знал наших "метанарративов" и продолжал полагать, что если что-то нужно сделать, то это нужно просто взять и сделать. Приезжих хватает обычно лет на десять – после чего истина Полезных Домов и Непреодолимых Протечек напрочь отравляет и их кровь. Но вот недавно городской Комитет по культуре решил максимально сократить период активности приезжих – Комитет выступил инициатором издания "Азбуки начинающего петербуржца" в рамках "Плана мероприятий, направленных на повышение уровня культуры и социальной ответственности, изменение поведенческих стереотипов жителей Санкт-Петербурга".

Начинают авторы "Азбуки" с прописной истины: все здесь у нас сделано "понаехавшими". Основатель города понаехал к нам из Москвы, основатель всех российских наук Михайло Ломоносов – из Сибири (sic!), строители дворцов и парковых ансамблей – из Италии. Но это еще не повод к бурной деятельности, убеждают они. Понаехавшим тут же предлагается усвоить, что в городе – помимо булки вместо батона и алкоголического Чижика-Пыжика – есть еще одна "типичная фишка": дворы-колодцы, в которых "чаще всего можно наблюдать помойку и много-много машин. Мрачные дворы-колодцы в свое время воспевали и Ф.Достоевский, и А.Блок, и А.Белый".

Понятно, какой вывод извлечет из этого пассажа начинающий петербуржец-дворник. Убирать не надо. Мрачные дворы-колодцы – это наша "фишка".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG