Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ситуация в Ингушетии. Итоги года на Северном Кавказе. Валерий Газзаев вернулся в Северную Осетию. Советский фундамент для Рамзана Кадырова. Сближение Грузии и Ирана. Военные расходы стран Южного Кавказа. Азербайджанская певица Азиза Мустафа-заде



Андрей Бабицкий: Год сменяет год, но методы, используемые сотрудниками силовых структур в Ингушетии, остаются прежними – это похищение людей и бессудные казни. Слово главе ингушского отделения Правозащитного центра "Мемориал" Тимуру Акиеву.

Тимур Акиев: Сотрудники силовых подразделений не отдыхают даже в новогодние праздники. Речь идёт не о простых милиционерах, несущих службу на постах и улицах наших городов, а о специалистах занимающихся поимкой опасных террористов и их пособников. Правда, не всегда в их руки попадают опасные преступники. Так, 30 декабря 2010 года, в сельском поселении Орджоникидзевская, неизвестные силовики похитили трёх местных жителей: братьев Плиевых и гостившего у них Анзора Хамхоева. Молодых людей увезли в бронированной "Газели" в сопровождении БТРа в неизвестном направлении. Братьев Плиевых отпустили на следующий день избитыми. А Анзора Хамхоева выпустили на свободу только 3 января уже 2011 года. Он рассказал о том, что всё это время его содержали в каком-то помещении, где допрашивали, при этом жестоко избивали и пытали током. Забрали Анзора из-за брата. По данным силовиков, он примкнул к вооружённому подполью, а Анзор, по их версии, поддерживал с братом контакт по телефону. Братьев Плиевых, получается, брали просто так, для количества. Да и Анзору Хамхоеву предъявить было нечего, иначе его бы не отпустили на свободу.
6 января с пострадавшими и их родителями встретился глава Ингушетии Евкуров и директор ингушского ФСБ. Они пообещали разобраться в обстоятельствах этого дела и наказать виновных. В тот же день Евкуров провел совещание с руководителями правоохранительных органов республики. Темой совещания стали вопросы, связанные с обеспечением правопорядка на территории республики. В своем выступлении Евкуров коснулся и случая с похищением братьев Плиевых и Адама Хамхоева. Обращаясь к представителям силовых структур, глава Ингушетии подчеркнул, что такими действиями, когда задержанных бьют и пытают, они готовят новых террористов. Он также поручил заместителю прокурора РИ Г. Мержуеву провести проверку по данному факту.
Однако, не все случаи похищений заканчиваются так хорошо. По состоянию на 14 января неизвестна судьба ингушской девушки Залины Елхороевой, похищенной неизвестными силовиками 22 декабря на территории Северной Осетии. Судя по всему, и в этом случае причина похищения не в самой Залине, а в её брате, Тимуре Елхороеве, который в настоящее время содержится в СИЗО г. Владикавказ и обвиняется в причастности к НВФ. После его задержания Залина занималась наймом адвоката и передачей посылок для брата. Её высадили из такси в тот момент, когда она возвращалась после очередной поездки во Владикавказ.
Ещё боле трагично закончилась история с исчезновением 17-летнего жителя с. Плиево Горчахнова Магомеда. 22 ноября Магомед и его знакомый Аслан -Гири Коригов пропали при невыясненных обстоятельствах. По версии их близких, в этот день они могли находиться в одной машине с жителем Назрани Русланом Газгиреевым. Газгиреев был убит сотрудниками УФСБ РФ по РИ при проведении спецоперации в с.Насыр-Корт. В официальном сообщении говорится только об одном убитом участнике незаконных вооруженных формирований и не слова о задержанных. По словам случайных очевидцев, из машины, в которой находился Газгиреев, выбежали ещё два молодых человека, которые тут же были пойманы сотрудниками силовых структур и увезены в неизвестном направлении. Вскоре у родственников Горчханова появилась анонимная видеозапись с места проведения спец операции по задержанию Газгиреева, подтверждающая эту версию. На записи видно как двух молодых людей насильно усаживаю в машину марки "Лада-Приора". Данную запись передали в республиканскую прокуратору и Уполномоченному по правам человека.
21 декабря мать Горчахнова Магомеда, Пугоеву Дибихан пригласили в ОВД Назрановского района для опознания вещей её сына. Там же ей сообщили, что Магомед и ещё один человек были убиты сотрудниками ФСБ 25 ноября при проведении спецоперации в лесном массиве на окраине с. Плиево. Получается, через три дня после их задержания. По официальной информации они были убиты после того, как оказали вооружённое сопротивление. Имея на руках видеозапись задержания своего сына, Дибихан не верит в официальную версию. Она обратилась в республиканскую прокуратору с заявлением, в котором просит расследовать случай похищения и последующего убийства Магомеда Горчханова.
Очень хочется верить, что и эти случаи, как и случай похищения братьев Плиевых и Анзора Хамхоева, республиканские власти не оставят без своего внимания.

Андрей Бабицкий: Похищения и убийства относятся к крайним средствам воздействия. Но и, казалось бы, законные действия правоохранительных органов на Северном Кавказе также имеют свою специфику. Закон не соблюдается и тогда, когда задержанные не исчезают бесследно, а проходят через следствие и суд. Рассказывает журналист Магомед Ториев.

Магомед Ториев: На территории села Чермен Пригородного района Северной Осетии 22 декабря была похищена 30-летняя жительница города Назрань Залина Елхороева. В этот день она проведала брата, Тимура Елхороева, содержащегося во Владикавказском СИЗО, и возвращалась домой на такси со своей родственницей. На территории села Чермен их автомобиль был заблокирован бронированными машинами. Из автомобилей вышли вооруженные люди в камуфлированной форме. Между собой они разговаривали на чистом русском языке, без акцента, а лица их были закрыты масками.
Приказав всем выйти из автомобиля, они потребовали предъявить документы. Выяснив, кто из девушек - Залина Елхороева, вооруженные люди закинули ее в автомобиль ВАЗ-2114 серебристого цвета и увезли в неизвестном направлении. С тех пор о местонахождении Залины нет никакой информации.
Существует версия, что основной целью ее похищения был шантаж арестованного брата, которого, по предварительным сведениям, обвиняют в участии в НВФ и требуют от него признательных показаний и данных о деятельности вооруженного подполья.
Для Северного Кавказа это - обычная история. Практика захвата заложников и давления на родственников задержанных практикуется давно. У меня возникает один только вопрос: почему задержанные граждане Российской Федерации ингушской национальности, такие как Тимур Елхароев, передаются в МВД или ФСБ Северной Осетии? Ингушам сложно рассчитывать на объективное и беспристрастное следствие и правосудие в Северной Осетии.
Отношения между двумя народами на протяжении последних 19 лет (после вооруженного конфликта) остаются враждебными и их можно охарактеризовать фразой "ни войны, ни мира". Каждый следующий президент Ингушетии подписывал целый ворох различных договоров и соглашений с президентами Северной Осетии: о возвращении беженцев, мире и добрососедстве, сотрудничестве, развитии двусторонних отношений и т.д. Если хотя бы малая толика взаимных обязательств была бы выполнена, думаю, ингуши и осетины давно ходили бы по улицам Владикавказа и Назрани в обнимку, а то и вприсядку.
Однако, в реальности последствия конфликта 1992 года напоминают о себе и неурегулированной проблемой беженцев, многие из которых все еще не имеют возможности вернуться в Осетию. Несмотря на заявления Теймураза Мамсурова о том, что процесс фактически завершен, и особый режим проезда для ингушей, созданный на административной границе между республиками, и общее взаимное недоверие.
На столь сложном и взрывоопасном фоне, вывоз арестованных ингушей во Владикавказ нельзя назвать ничем иным, как провокацией силовиков. Мне довелось слышать немало аргументов в защиту подобной тактики. Их общий смысл сводится к тому, что в Ингушетии традиционное общество, кланы, все связаны родственными отношениями и шансов провести следствие и суд в соответствии с законом нет. А в Осетии, значит, торжествуют справедливость и взвешенный подход? И к ингушам в первую очередь! Странно, что сами ингуши об этом ничего не знают. В противном случае, все суды были бы завалены ходатайствами по делам различного рода о передаче их в соседнюю республику.
На самом деле легко обратиться к данным правозащитных организаций, видео и фотодокументам, многочисленным свидетельствам об изощренных пытках задержанных и подследственных.
У меня есть и другой вопрос, как мне кажется, вполне резонный. А почему, собственно, подозреваемых из Осетии не начать вывозить в Ингушетию? Там, надо полагать, шансы родственников и близких помочь подследственному равнялись бы нулю. А методы, применяемые в Ингушетии силовиками, ничуть не отличаются от тех, которые используют во Владикавказе. Соответственно, "кололись" бы осетины в Ингушетии ничуть не хуже, чем ингуши в Осетии.
Эту практику вообще следовало бы распространить на весь Северный Кавказ. Да что там мелочиться на всю Россию? Карачаевцев можно отвозить в Дагестан, кабардинцев в Калмыкию, а Чечню вообще стоило бы преобразовать в большой следственный изолятор для особо опасных преступников из центральной России. И не пришлось бы краснеть Кремлю перед всем миром, который пристально наблюдает за делом Ходорковского и Лебедева, которые отказываются признавать свои многочисленные вины во время судебного процесса. Вот исключили бы возможность давления со стороны родственников, знакомых и международной общественности на суд и следствие, давно бы уже чеченское правосудие поставило преступников на место, заставив их искренне каяться в совершенных грехах.
Но если говорить серьезно, руководству Ингушетии стоило бы давно положить конец практике вывоза жителей республики в Осетию. Может быть это руководство не догадывается, что задержанных ингушей во Владикавказе ничего хорошего не ожидает? Что людей вывозят в первую очередь потому, что противозаконные методы следствия в соседней республике именно к ингушам применяются без малейших угрызений совести и страха ответственности. Нет, все же считать нынешних ингушских руководителей настолько наивными и недалекими я бы поостерегся. Они производят впечатление чиновников, по меньшей мере информированных. А, значит, их просто все устраивает в сложившейся ситуации.

Андрей Бабицкий: Итоги минувшего года на Северном Кавказе подвел журналист Мурат Гукемухов

Мурат Гукемухов: Выделение проблемных регионов Северного Кавказа в отдельный округ- главное событие за минувший год. Южане восприняли его как презентацию новой политики России на Кавказе. Одни - как выделение неблагонадежных республик в особую территорию, за пределы которой не должны прорваться террор и сепаратизм. Другие, наоборот, как долгожданный комплексный подход к решению кавказских проблем, включающий в себя уже не только силовые методы, но и заявленные Александром Хлопониным антикризисный менеджмент и борьбу с коррупцией и клановостью.
Создание нового округа напугало адыгейцев, которые остались в Южном федеральном округе. В Адыгее посчитали, что отделение республики от северокавказских сестер связано с предстоящим упразднением ее как самостоятельного субъекта и включением в состав Краснодарского края. Чуть позже волна возмущения прокатилась по Ставропольскому краю. После серии состоявшихся и несостоявшихся терактов в столице края и в кавказских Минеральных Водах казаки вдруг ощутили как угрозу перспективу разделить судьбу с соседями по округу.
Говорит председатель общественного движения “Казачка” Татьяна Козырева:

Татьяна Козырева: Теракты у нас происходят постоянно. Не знаем, кого когда грохнут. Народ уходит из этого региона, особенно русские. Ставропольский край должен войти в состав Южного федерального округа и далее уже решать вопросы. Если будет так, как есть, казаки, конечно, будут подниматься. Казаков не устраивает сегодня такое территориальное разграничение.

Мурат Гукемухов: В прошлом году полпред Александр Хлопонин представил свою программу развития региона на 15 лет, инвестиционный пакет в 600 миллиардов рублей на строительство в республиках горнолыжных курортов и крупных бюджетообразующих предприятий. Когда пойдут деньги на реализацию этих проектов пока неясно, а заявленные глубинные проекты модернизации Кавказа ограничились в этом году пиар-эффектами. В прошедшем году мы так и не увидели ни начала обещанных строек, ни социально-экономических преобразований, ни попыток бороться с коррупцией и клановостью.
Член общественного совета при президенте Кабардино-Балкарии Хаджи-Исмель Тхагапсоев оценил перспективы обещанных экономических преобразований на Северном Кавказе:

Хаджи-Исмель Тхагапсоев: На Кавказе создание рабочих мест- именно эта мера не будет самой популярной. Потом создание этой инфраструктуры туризма, коммуникаций, бизнеса, которая может в последующем сработать на пополнение бюджета. 15 лет в темпоральности нашего времени, это очень большой срок. Это уже трудно назвать целевым форсированием, локальным, региональным проектом. Во-вторых, суммы обозначенные, хотя они при первом произнесении- 600 миллиардов- звучат- поделите на доллары, это 20 миллиардов, а потом еще поделите на 15 лет, это примерно миллиард долларов в год на такой огромный регион. Это не может качественных преобразований, к сожалению, принести. Рабочие места по-разному можно создавать. Если бы у нас была бы нацеленность на создание рабочих мест такого формата, что можно именовать малым бизнесом, это найдет поддержку. Но если это будут рабочие места индустриального, малого порядка, я не очень уверен, что они будут заняты. Здесь все таки сама организация в пределах семьи, такой прямой родственной связи, пока еще очень существенно выражена.

Мурат Гукемухов: По мнению эксперта из Дагестана, старшего научного сотрудника Института востоковедения Руслана Курбанова, благие намерения в социально-экономической сфере, даже в случаях успешной реализации, не в состоянии умиротворить Кавказ. Слабая экономика- это не основание для исхода молодежи в лес.

Руслан Курбанов: Тенденция на Северном Кавказе удручающа. Потому что сколько Кремль ни бьется, надеюсь, искренне и самозабвенно, над решением кавказской проблемы, но она все ухудшается и ухудшается. Радикальная молодежь показала, что она не покупается на эти вещи внешние. Она хочет более масштабной ревизии советского политического наследия, чем сегодня. Молодежь хочет полного переформатирования социальной, культурной, политической жизни, но в рамках сегодняшней политической системы это невозможно. Если мы хотим сохранить Кавказ в границах России, нужно предлагать совершенно иные схемы, иные концепции, другой юридический подход, концепцию правового плюрализма, учет каких-то религиозных особенностей, рассматривать какие-то новые формы автономии в границах единой страны. Но ничего этого нет. Есть попытка закатать все протесты под асфальт танками, БТРами, заглушить оппозицию и так далее.

Мурат Гукемухов: Черкесский вопрос - здесь Кремль, пожалуй, впервые продемонстрировал гибкость и готовность к компромиссу в области национальной политики. Черкесы, народ, 90 процентов которого был выдавлен за пределы исторической родины в ходе Кавказской войны. В этом году президент РФ Дмитрий Медведев принял новый закон о соотечественниках за рубежом, по которому впервые со дня окончания Кавказской войны Россия признала зарубежных черкесов своими соотечественниками, признала их право на защиту в странах проживания и репатриацию. Говорит черкесский общественник из Краснодара Аскер Сохт:

Аскер Сохт: Все эти изменения по сути своей являются беспрецедентными. И мы даже не ожидали такого разворота. РФ взяла на себя обязательство не только по национально-культурному взаимодействию с черкесской диаспорой, но и по защите политических, гуманитарных и социокультурных прав черкесской диаспоры во всем мире. С другой стороны, этим законом она взяла на себя и обязательство оказывать содействие добровольному переселению черкесов в РФ. Таким образом, этот закон подвел итоги десятилетней деятельности черкесских организаций. В законе есть все- право на владение, использование родного языка, изучение своей культуры и истории, защита социально-экономических прав черкесов в диаспоре. Такого огромного объема обязательств перед нашим народом в диаспоре российское государство не брало на себя никогда.

Мурат Гукемухов: По другим направлениям национальной политики за 2010 год мало что изменилось. По-прежнему в республиках, меньшие по численности этносы ощущают себя ущемленными в праве распоряжаться собственной судьбой. И лишь авторитарные методы управления помогли не допустить межнациональных столкновений. В Кабардино-Балкарии с новой остротой был поднят спор о межселенных территориях, горных пастбищах, на которые претендуют балкарские и кабардинские селения. В конечном счете, спор привел к требованию балкарских общественных организаций разделить республику на Кабарду и Балкарию. Здесь минувший год был отмечен массовыми столкновениями молодежи на национальной почве в республиканской столице. Большой крови удалось избежать, благодаря жесткому вмешательству северокавказского полпредства.
Попытки силовиков поставить заслон действиям исламского подполья в прошедшем году фактически провалились. В Кабардино-Балкарии заметно активизировалось исламское подполье. После убийства ее лидера, Анзора Астемирова, весной прошлого года, подполье перешло в нападение. Среди акций подполья в прошедшем году подрыв Баксанской ГЭС, убийство сотрудников правоохранительных органов и так называемого “казенного духовенства”.
И, наконец, новый тренд в республике - убийство идеологических оппонентов, радеющих за возрождение этнических традиций. Руслан Курбанов заметил новую тактику борьбы исламистов на Кавказе, которая свидетельствует, по его мнению, об отсутствии в рядах подполья дефицита людских ресурсов.

Руслан Курбанов: Впервые на Кавказе за два десятилетия войны была опробована тактика афганских талибов- нападение на Центорой и здание чеченского парламента. Я предполагаю, что в этом году мы увидим, что эта тактика возможно будет опробована и в других республиках. До сих пор кавказские боевики или атаковали крупные объекты и отходили на свои базы, как это имело место при нападении на Назрань, Нальчик, Грозный. Или одиночные нападения на милиционеров, подрыв колонн, атаки смертников. Но сейчас боевики интегрируют смертников. Боевая группа выходит на задание, не имея цели вернуться назад.

Мурат Гукемухов:
Если говорить о том, что произошло на Северном Кавказе за прошедший год, то ситуация в целом стала хуже. Но и оснований надеяться на перемены к лучшему стало больше. Центр демонстрирует благие намерения, которыми совсем не обязательно выстилать дорогу в ад.

Андрей Бабицкий: После новогодних праздников глава Северной Осетии Таймураз Мамсуров подписал распоряжение о назначении президентом футбольного клуба "Алания" Валерия Газзаева. Именитый футбольный специалист возвращается во Владикавказ после работы в киевском "Динамо". По мнению спортивных экспертов, время работы Валерия Газзаева в киевском "Динамо" не пошло на пользу ни ему, ни этому известному клубу. Рассказывает Олег Кусов.

Олег Кусов: Валерий Газзаев пока об этом не говорил, но многие специалисты полагают, что во Владикавказе он попытается убедить футбольный мир, что его ещё рано записывать в неудачники после непростого сезона в "Динамо". Как минимум, с его стороны будет попытка доказать это киевским болельщикам, которые в последнее время открыто протестовали против того, что он возглавляет бывший клуб Валерия Лобановского. Московский спортивный специалист Олег Винокуров не исключает, что Валерий Газзаев во Владикавказе сможет заявить о себе, но уже как о хорошем футбольном функционере.

Олег Винокуров: Он возвращается не как тренер, а как президент клуба, как функционер, и это, я думаю, правильно. Наверняка сейчас в его карьере назрел переход на новый уровень. Действительно, последние годы его тренерской работы успехами отмечены не были, и вот самый последний период в киевском "Динамо" тоже завершился неудачно. Ну, может такое быть, что в тренерском плане все его лучшие годы остались позади, но человек может переквалифицироваться. Я думаю, что он сделает это достаточно успешно, поскольку он уже, в принципе, давно совмещал деятельность тренера и деятельность функционера, так что вот теперь может реализовать себя на этом поприще. Я уверен, что в родном Владикавказе, где его уважают, ценят, и, в общем, где ему доверяют, он будет иметь все условия для того, чтобы реализовывать свои планы.

Олег Кусов:
Сын Валерия Газзаева, Владимир, будет работать главным тренером владикавказской "Алании" под руководством отца-президента. Шеф-редактор интернет-издания "Спорт для всех" Чермен Дзгоев допускает, что Валерий Газзаев всё ещё ждёт предложений от более известных клубов именно в качестве главного тренера.

Чермен Дзгоев: Это было органичное решение для самого Газзаева-старшего, причем по двум причинам. Во-первых, в прошлом году была попытка назначить Владимира Газзаева главным тренером "Алании". Потом был назначен Шевчук, а Володя стал помощником. Но, видимо, как-то эта идея укоренилась в головах у многих. Владимир - тот человек, который в свое время станет главным тренером "Алании", ну, и почему, собственно, Валерию Георгиевичу нужно было переходить дорогу сыну? А в данном случае это могло бы восприниматься именно так. Газзаев достаточно честолюбивый тренер: и поработав в ЦСКА, и выиграв кубок УЕФА, и, в общем, поездив на слеты элитных тренеров, о чем он сам часто говорит. Конечно, для него это шаг назад - не просто вернуться во Владикавказ, а стать главным тренером команды, которая сейчас играет в первом дивизионе. Возможно, это каким-то образом повлияло бы на его дальнейшую карьеру, потому что я не исключаю, что Газзаев все-таки ждет каких-то серьезных предложений.

Олег Кусов: Прибыв в команду, президент "Алании" Валерий Газзаев уже поставил задачу на сезон – возвращение в премьер-лигу первенства России, после прошлогоднего вылета в первый дивизион.

Андрей Бабицкий: Насколько успешны намерения нынешнего главы Чеченской республики подвести под свое право на власть советский фундамент, вывести линии своей политической родословной прямо из советской эпохи? Писатель Герман Садулаев считает усилия Рамзана Кадырова попыткой с негодными средствами.

Герман Садулаев: 9 января в Грозном торжественно отметили 54-ю годовщину восстановления Чечено-Ингушской АССР. 23 февраля 1944 года автономное государственное образование на землях чеченцев и ингушей было ликвидировано, а народы высланы в Среднюю Азию. 13 лет длились скитания. И только в 1957 году был подписан Указ Верховного Совета РСФСР о восстановлении республики. Этим Указом депортация была официально отменена. Люди смогли вернуться на свою родину. Дата действительно светлая и значительная, хотя и теряется в излишнем обилии официальных юбилеев и праздников.
Этнопсихологическая реальность сейчас такова, что многие народности консолидируются на платформе исторической памяти, особенно – памяти трагических событий. Стержнем национального сознания становится некий смыслообразующий миф. Для депортированных при Сталине народов – это выселение, для украинцев – Голодомор, для эстонцев – репрессии 40-х годов и так далее. Причем, я говорю "миф" не потому, что эта память не соответствует реальным историческим событиям. К сожалению, как раз соответствует. И, тем не менее, это миф, в смысле силы и проникновения в глубинную психологию нации, в смысле роли, которую он играет в формировании культуры и идентичности. Простая историческая хроника не может иметь такой силы и такого значения для ныне живущих поколений.
Мне, например, не очень нравится то, что национальные культуры и идентичности формируются от таких, трагических и негативных концепций, основанных на представлениях о жертвенности и противопоставлении себя другим, как палачам. Было бы лучше, если бы основой народного самосознания становились идеи созидательные и счастливые. Но мы имеем ту историю, которую имеем – историю, в которой трагедий было больше, чем мирных и спокойных времён. И основу для консолидации, кажется, выбирать не приходится.
Но можно дополнить.
С трибуны торжественного мероприятия было провозглашено, что одной из причин депортации было отсутствие у чеченцев в те годы единого национального лидера. И что залогом нынешнего благополучия и будущих успехов чеченского народа является согласие и единство с национальным лидером.
Праздник официально заявлен как День восстановления государственности чеченского народа. То есть, существовавшая при СССР автономная республика признана исторической формой чеченской государственности. Не тупиком или отклонением в истории обретения чеченским народом собственной государственности, а позитивным и закономерным этапом. И в этом, с одной стороны, действительно проявляется уважение к нашей истории – к реальной, а не альтернативной, или мифологизированной и сакрализованной.
С другой стороны, это еще одно заявление, устанавливающее как бы преемственность с советской властью. В последнее время такая тенденция очевидна, она выражается расхожей фразой "не надо забывать то хорошее, что было в СССР".
Забывать, конечно, не надо. Ни в коем случае. И преемственность сохранять полезно, хотя бы потому, что это всё ещё та же самая земля и те же самые народы и глупо замазывать целые десятилетия своей сложной истории. Но дело в том, насколько современный режим легитимен в качестве наследника социалистического государства? По моему мнению, ни насколько. То есть, совершенно не легитимен.
Это новый город, который пытаются строить на обломках старого. Как новый Грозный на развалинах Грозного, которого больше нет, и никогда не будет. И апелляция к памяти СССР для легитимации режима собственной власти – не более чем пропагандистская уловка. Преемственности не было. Седой и полупаралитический ЦК КПСС не вручал бразды правления современным молодым национальным лидерам. Они взяли власть сами – сами и должны отвечать за всё, что делают.
Что же касается государственности. Основа чеченской государственности сейчас на самом деле в подчинении одному лицу. Но это плохой знак. Если такое социальное состояние и можно назвать государственностью, то только в весьма ранней стадии. Согласно марксизму это период, когда вожди племенной военной демократии стали узурпировать власть в своих обществах и формировать из своих личных слуг и родственников зачатки государственного аппарата. Раннее средневековье по европейскому времени. Это лично моё мнение, но я не разделяю исторических взглядов, по которым основателем древнерусского государства был Рюрик, а основателем современного индийского государства был Махатма Ганди. Хотя роль этих личностей, безусловно, велика. У каждого по-своему: один был разбойником, а другой святым. Но разбойников и святых хватало и до них, а государства не возникало. Наверное, важнее всё же готовность общества принять государственную форму существования.
И если чеченский народ до настоящего дня не готов к более прогрессивным формам государственной власти, то это печальный факт. Настоящая государственность возникает тогда, когда вместо вопроса "что я буду делать как отдельное государство?" появляется не только у лидеров, а у всего народа, сознание общего дела.

Андрей Бабицкий: "В Новый год без виз". Под таким лозунгом развиваются сегодня грузино-иранские отношения. Начиная с 26 января, граждане Исламской Республики Иран и Грузии получают право многократного въезда, транзита и пребывания на территории другой стороны в течение 45 дней без специальной визы. Насколько сближение двух стран противоречит имиджу Грузии, как страны, разделяющей политические и демократические приоритеты западного общества? Политолог Сергей Маркедонов считает, что в основе действий многих постсоветских стран лежит не следование ценностям того или иного общества, а политика "национального эгоизма".

Сергей Маркедонов: Данное решение - не экспромт, а хорошо подготовленное событие. В течение всего 2010 года Тегеран и Тбилиси интенсивно наращивали двустороннее сотрудничество. Сначала в мае столицу Грузии посетила иранская делегация для обсуждения перспектив экономической кооперации, затем в ноябре, после десятилетнего перерыва, возобновилось прямое авиасообщение между Тегераном и Тбилиси. И, наконец, в ходе визита в Грузию главы иранского МИД было принято решение об открытии консульства Исламской Республики в Батуми (который в последнее время стал своеобразной витриной Грузии), а также об отмене визового режима. Сегодня, принятое в прошлом году решение, получает практическую реализацию. Но, помимо этого, поднимает много интересных вопросов.
Грузия в период после "революции роз" получила стойкую репутацию "любимца Запада" и в особенности США. Страны, которую в Иране, начиная с 1979 года и до наших дней, именуют не иначе, как "Большим Сатаной". Вашингтон отвечает взаимностью, включая Иран в списки "стран-изгоев". Между тем, сегодня в грузинских СМИ обсуждается такая тема, как возможный визит в столицу Грузии президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, который является последовательным критиком американской внешней политики и "происков сионистов". Означает ли все это поворот в политике Грузии? И что хочет Иран от партнерства с самым проамериканским правительством Южного Кавказа?
Наверное, не стоит спешить с выводами и упрощать ситуацию. Рискну предположить, что грузино-иранская кооперация с новой силой опровергает установившееся и в России, и на Западе клише о том, что любая постсоветская республика в своей внешней политике проводит либо пророссийский, либо прозападный курс. Между тем, в реальности малые страны, небогатые ресурсами и не имеющие мощной военно-политической базы, проводят политику, которую правильно было бы определить, как "национальный эгоизм". Иначе в нашем трудном мире не выжить. И делает так не только Тбилиси. Тот же Ереван определяет Россию, как своего привилегированного геостратегического союзника, но, при этом, 75 % своего экспорта отправляет через Грузию, получает американскую материальную помощь с помощью лобби в Вашингтоне, и развивает энергетическую кооперацию с Ираном. Что же касается азербайджанской политики, то ее давно уже определили, как политику "качелей", имея в виду равновесные отношения Баку с Западом, Россией и Востоком (эта страна даже была председателем Организации Исламская конференция в 2006 году). Добавим к этому, что "вестернизм" Саакашвили всегда носил подчеркнуто утилитарный характер. Ему было интересно НАТО, как инструмент давления на Россию и возможное оружие в процессе "собирания земель". Вряд ли режим личной власти, давление на СМИ и оппозицию, введение процедуры "честного отъема денег" у олигархов (то есть досудебной процедуры) можно рассматривать, как проявления "западничества". 7 ноября 2010 года исполнилось 3 года с того момента, как Саакашвили, не задумываясь, применил силу против своих оппонентов в центре Тбилиси. Вряд ли образ демократа дополняет и склонность к военно-политическим авантюрам. Таким образом, Саакашвили является "западником" не в силу ценностных оснований, а по прагматическим (и даже циничным) соображениям. Ему нужны финансы и военная мощь, лоббистские структуры и консалтинг Запада, но вовсе не демократия и свобода. Как следствие - отсутствие у него "антииранской прививки", которая есть на Западе (другой вопрос хорошо это или плохо). Из этой же "оперы" его позитивные отношения с белорусским "батькой", хотя эта тема требует отдельного разговора. Именно приземленным прагматизмом можно объяснить тот факт, почему Тбилиси в 2004-2010 гг. старался не порывать отношений с Тегераном. Во время топливного кризиса, возникшего в Грузии в феврале 2006 года, Иран оказал этой кавказской республике определенную помощь. Когда же в июне 2007 года официальный Тбилиси принимал решение об увеличении грузинского военного контингента в Ираке, то с иранской стороной были также проведены определенные консультации, что позитивно восприняли в Тегеране.
Тбилиси также импонирует стремление Ирана поддержать грузинскую территориальную целостность. Исламская Республика не готова к признанию независимости Абхазии и Южной Осетии. Что же касается Ирана, то и его действия на Кавказе по большей части определяются не идеологическим пуризмом, а прагматикой. После завершения "пятидневной войны" и слома старого статус-кво в регионе, Иран стал бороться за минимизацию внешнего вмешательства. "Коньком" его внешней политики стало продвижение такого формата безопасности, при котором ключевыми "держателями акций" были бы 3 региональные державы - Турция, Иран и Россия, которые могли бы решать все вопросы во взаимодействии с самими странами Кавказа без "привлечения свидетелей" (имеется в виду, конечно же, Запад). Отсюда стремление Ирана установить свое влияние и укрепить позиции внутри стран региона. Как следствие, серьезное продвижение в двусторонних отношениях с Азербайджаном, наращивание и без того неплохих армяно-иранских связей. И Грузия здесь не исключение.
От дружбы с Ираном Саакашвили может получить определенные профиты. Эта "дружба" в умелых руках становится предметом шантажа и давления на привычных западных партнеров. Других ресурсов в Грузии не так уж много. Ирану же, в условиях растущего внешнего давления, нужны новые рынки, новые объекты для вложения инвестиций (Грузии они могут быть интересны, так как финансовая помощь Запада небезгранична и ее роль будет только уменьшаться). В итоге новый кавказский статус-кво дополняется новыми штрихами и красками.

Андрей Бабицкий: "Кавказский перекресток", программа, сокращенный вариант который вы сейчас услышите, готовится совместно азербайджанской, грузинской и армянской службами Радио Свобода, а также радио "Эхо Кавказа".

Дэмис Поландов: Военные специалисты отслеживают такой показатель, как военные расходы бюджета. Почти везде в мире финансовый кризис привел к сокращению военных расходов, однако есть и некоторые отклонения - в частности, это постсоветское пространство, Средняя Азия и Южный Кавказ. Например, по данным стокгольмского международного института по изучению проблем мира, за последние десять лет Грузия, Армения и Азербайджан увеличили военные расходы в пять раз. Я бы хотел обратиться к экспертам, чтобы они объяснили, какой вывод следует из этой гонки вооружений. Наши эксперты сегодня: из Еревана Сергей Минасян - заместитель директора института Кавказа, Темур Чачанидзе из Тбилиси, обозреватель независимого военно-аналитического журнала "Арсенали", и из Баку - журналист, военный эксперт Узеир Джафаров, в пражской студии так же главный редактор радио "Эхо Кавказа" Андрей Бабицкий. Начнем разговор с Армении. Сергей, вам слово.

Сергей Минасян: В условиях неурегулированных этнополитических конфликтов, стороны продолжают с опаской относиться друг к другу. Некоторые стороны стремятся каким-то образом изменить статус-кво. Между сторонами сохраняется примерный военно-технический баланс, который, тем самым, лишь подстегивает новый виток гонки вооружений. И если смотреть, скажем, на ситуацию Армении с Азербайджаном, то Азербайджан заявляет о готовности возобновить боевые действия в Нагорном Карабахе и, соответственно, пытается развивать так называемые "наступательные вооружения". Армения, которую, в принципе, нынешняя ситуация в зоне конфликта в военной сфере более или менее удовлетворяет, стремится наращивать "оборонительные вооружения".

Дэмис Поландов: Узеир Джафаров из Баку, что вы думаете по поводу этого наращивания военных бюджетов и вообще гонки вооружений?

Узеир Джафаров: Вы знаете, что около двадцати лет азербайджанские земли находятся под оккупацией. Это не мнение азербайджанской стороны - этот факт зафиксирован в четырех резолюциях Совета Безопасности ООН. И понятно, что азербайджанское политическое и военное руководство, исходя из нынешней ситуации, решает вопросы об обогащении, так скажем, вооруженных сил Азербайджана. Я еще раз хочу подчеркнуть, что азербайджанская сторона никогда не скрывала и не скрывает, что, если переговорный процесс не даст результатов, это моральное и юридическое право Азербайджана - освободить свои территории. Мы никогда не заявляли и не заявляем о том, что претендуем на какой-то сантиметр земли армянской республики.

Дэмис Поландов: Андрей Бабицкий хочет вам задать вопрос.

Андрей Бабицкий: Узеир, вы считаете, что сегодня на южном Кавказе есть возможность решения каких-то территориальных проблем посредством военного насилия?

Узеир Джафаров: Войны, как таковой не надо ждать в регионе. Хотя политическое и военное руководство и в Азербайджане, и в Армении заявляет о том, что если переговорный процесс не даст результатов, начнутся боевые действия. Вы знаете, решение карабахского вопроса в руках нашего северного соседа. Я скажу, что если не будет постороннего вмешательства, то этот вопрос можно решить силой.

Дэмис Поландов: Давайте мы послушаем нашего эксперта из Тбилиси, Темур Чачанидзе, насколько я знаю, в текущем году серьезного увеличения военных расходов в Грузии не произошло.

Андрей Бабицкий: А насколько я знаю, в этом году они должны снизиться.

Темур Чачанидзе: Знаете, сейчас наращивать вооружение Грузии никакого смысла не имеет. Самое главное для нас сейчас - это оборона и защита своих интересов на политической арене. И, поэтому, основные усилия направляются на мирные пути решения всех тех проблем, которые у нас, к сожалению, до сих пор сохраняются. Грузия всегда выступала за мирные решения этих проблем. Начиная с 1992 года, все время шли мирные переговоры. Но, к сожалению, после того, как там была очень большая поддержка со стороны России, то эти проблемы решать мирным путем стало невозможно.

Дэмис Поландов: Сергей Минасян, скажите, что вы думаете, есть ли такая возможность у Азербайджана решить проблему своей территориальной целостности военной силой?

Сергей Минасян: Попытаться, конечно, Азербайджан может, но другое дело - удастся ли ему достигнуть успеха. Однако, очевидно также, что если говорить исключительно только о военно-технической и военно-политических составляющих нынешней ситуации в зоне карабахского конфликта, то понятно, что Азербайджан будет пытаться в ближайшие годы усиливать милитаризацию. Я не очень уверен, что на данный момент возобновление боевых действий реалистично. Военная риторика является инструментом, и очень действенным инструментом, для внутриполитической аудитории. Руководство Азербайджана серьезно рассчитывало, что так называемый "военный шантаж" может сыграть серьезную роль, повлиять на позиции, как Армении и Нагорного Карабаха, так и международного сообщества. Предпосылок изменения военного и военно-политического баланса в регионе не существует. Потому что, с одной стороны, военные потенциалы, не количественные, а по боеспособности сторон, примерно равны, а, с другой стороны, есть четкая позиция международного сообщества, которое в вопросе карабахского конфликта имеет консенсус хотя бы по одному вопросу. А именно - недопущение возобновления боевых действий в зоне конфликта.

Дэмис Поландов: Узеир Джафаров, вы затронули тему России, а могли бы чуть-чуть расширить эту тему и сказать вообще о международном влиянии на эту конфликтную ситуацию?

Узеир Джафаров: Я хотел бы ответить Сергею Минасяну. Азербайджан никогда не воевал против своего народа. Азербайджан выступал и выступает за восстановление своей территории, которая признана международными организациями, и никто не оспаривает территориальную целостность Азербайджана. Международным структурам иногда выгодно такое состояние: ни мира, ни войны. От этого страдают и в Армении, и в Азербайджане. Но территория Азербайджана под оккупацией, поэтому это моральное и юридическое право Азербайджана.

Дэмис Поландов: Вы рисуете такую картину, что, в принципе, война неизбежна, и начнется она достаточно скоро.

Узеир Джафаров: Все идет к этому. Я прошу, чтобы вы меня правильно поняли, я не сказал, что завтра или послезавтра. Кроме политических и военных заявлении относительно войны, вообще войны не чувствуется ни в Армении, ни в Азербайджане. Оппозиционные партии и государственные структуры этот вопрос ставят: что надо определиться конкретно с этим вопросом. Народ уже ставит вопрос ребром.

Дэмис Поландов:
Обратимся в Тбилиси. Темур Чачанидзе, российские эксперты начали говорить о том, что армия Грузии была полностью перевооружена, восстановлена и повысила свою боевую способность. Вы могли бы сказать, каков сейчас уровень обороноспособности грузинской армии, вообще в каком она находится состоянии?

Темур Чачанидзе: Конечно, идет процесс перевооружения, без этого не обойтись. Сейчас грузинская армия более подготовлена, и тем более еще хорошо подготовлен народ. Все понимают, кто наш враг и против кого надо пойти в случае войны.

Андрей Бабицкий: Темур, в прошлом году Михаил Саакашвили в одном из своих выступлений сказал, что в том случае, если враг войдет, оборона должна быть развернута в каждом доме, на каждой улице. И это звучало как оборонная доктрина. Действительно ли сегодня Грузия способна развернуть такую оборону в каждом доме, на каждой улице?

Темур Чачанидзе: Что имел президент в виду, я не могу ответить. Но я могу сказать, что народ хорошо осведомлен кто его враг и как надо с ним воевать.

Андрей Бабицкий:
Скажите, Темур, есть ли сегодня у Южного Кавказа военные инструменты для решения проблем?

Темур Чачанидзе: Ни одну проблему военным путем решить нельзя в 21 веке. Все это надо решать за столом переговоров и мирными путями. Я понимаю наших друзей из Армении и из Азербайджана, их ситуацию. Но надо найти какой-то компромисс, чтобы все эти проблемы решить один раз и навсегда, чтобы войны не происходили. Потому что это - ужас.

Андрей Бабицкий: Азиза Мустафа-заде - пожалуй, наиболее известная джазовая исполнительницы из Азербайджана. Певица, пианистка, композитор - многогранный талант Азизы нашел заслуженное признание в мире любителей джаза. Рассказывает Дэмис Поландов.

Дэмис Поландов: Азиза Мустафа-заде – "восточная дива", "принцесса джаза" – именно так называют любители музыки эту прекрасную азербайджанскую певицу, живущую в Европе. Восточные ноты в синтезе с виртуозным джазом не могли оставить взыскательную европейскую публику равнодушной.
Азиза родилась 19 декабря 1969 года в городе Баку. Ее отец Вагиф Мустафа-заде был легендой джазовой импровизации. Он стал знаменитым как создатель уникального стиля Джаз-Мугам. Растущая в музыкальной среде девочка, можно сказать, была обречена на любовь к музыке. И эта страсть проявилась раньше, чем маленькая Азиза научилась говорить. Вот как она описала это событие журналу "Azerbaijan International":
"Моей маме нравится рассказывать историю о том, как она впервые открыла мою чувствительность к музыке. Мне было 8 месяцев в то время. Мой папа импровизировал на пианино, играя в духе мугама "Шур", который пробуждает очень глубокие, грустные эмоции. Во время папиной игры я начала плакать. Всех заинтересовало, что случилось? Почему я плачу? И потом моя мама осознала взаимосвязь между музыкой и моими чувствами. Она попросила отца поменять гамму и сыграть "Раст". Он так и сделал. "Раст" был охарактеризован радостью и оптимизмом. И действительно со слезами на глазах я начала делать танцевальные движения. И мама сказала, "Смотри, что она делает! Поменяй снова на "Шур". И когда он это сделал, я стала заново плакать, причем еще громче, чем раньше. Обратно на "Раст", я начала заново танцевать. Сегодня я такая же. Может быть, способ выражения себя изменился, но моя душа остается такой же необычно чувствительной к музыке. Мой отец называл меня "Джазизой"".
Талант, которым наградила Азизу природа, достоин восхищения. Но лишь упорство и тяжелый труд позволили Азизе Мустафа-заде достичь высот на мировой музыкальной сцене. Она не только профессиональная джазовая певица. В лице Азизы мы видим прекрасную пианистку и талантливого композитора.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG