Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дискуссия: "Есть ли альтернатива курсу Кремля?" Евгений Федоров ("Единая Россия"): "Цели Партии народной свободы – ликвидация или ослабление России". Владимир Милов (ПНС): ""Единая Россия" 11 лет только территории раздавала и набивала карманы себе"


Владимир Милов

Владимир Милов

Михаил Соколов: Сегодня в Московской студии Радио Свобода - сопредседатель Партии народной свободы Владимир Милов и председатель Комитета по экономической политике Государственной Думы России (фракция «Единая Россия») Евгений Федоров.

Мы будем говорить о той политике, которую ведет сегодняшняя власть, и альтернативе ей.

Евгений Алексеевич, вы написали в своем блоге и на сайте, что у оппозиции (я подозреваю, такой, которую представляет Владимир Милов) нет никакой конструктивной программы. Между тем, Партия народной свободы такую программу опубликовала, она называется «Перечень первоочередных законодательных инициатив Партии народной свободы в Государственной Думе России». Если они вдруг попадут в Государственную Думу. Хотя партия не зарегистрирована, находится в процессе создания. Почему вы посчитали, что у тех, кто критикует власть, нет конструктивной программы?

Евгений Федоров

Евгений Федоров: Я не совсем так посчитал. Я изложил в этой позиции взгляд на работу оппозиции. Кстати, в основном я говорил об оппозиции, которая представлена в Думе. И логика очень простая. Мы ежедневно работаем с нашими коллегами из других фракций, из других партий и видим существенный изъян в их деятельности. Поэтому, на мой взгляд, им не удается собрать серьезное количество голосов на выборах и так далее. У них отсутствует стратегический подход. Мы ежедневно сталкиваемся с ситуацией, когда обсуждаем закон, когда они цепляются за какие-то элементы законов, предложений, проектов, не рассматривая их в совокупности с другими.

Если не нравятся, например, страховые платежи в отношении бизнеса, то надо рассматривать в совокупности - потому что они дают пенсионерам пенсии. А когда говорят: «Вы сделали что-то не так для бизнеса», - и вокруг этого строится вся кампания, без учета тысячи нюансов стратегического государственного строительства, это как раз означает легковесность подхода. И избиратель, конечно, это видит.

Если же говорить о других, не зарегистрированных партиях, то я бы вообще разделял. Есть партии (их, конечно, большинство), которые ищут свой ход в политике и работают в интересах российского народа, но не понимают иногда стратегическую компоненту госуправления.

Михаил Соколов: А «Единая Россия», значит, понимает стратегический компонент?

Евгений Федоров: Сейчас мы затронем этот момент.

А есть партии, которые работают на другие страны или группы, и это обычная межгосударственная, межнациональная борьба.

Михаил Соколов: Вы хотите сказать, что это агенты влияния? Некоторые партии, которые существуют в России, - агенты влияния мирового империализма, закулисы?

Евгений Федоров: Конкретных стран.

Михаил Соколов: А можно назвать, кто именно и какой страны?

Владимир Милов: Я могу назвать. Партии, которые работают не на Россию, не на ее интересы, а на другие страны, - это, например, партия «Единая Россия», которая, в частности, ратифицировала договор с Китаем об отдаче 330 квадратных километров российской территории Китаю ни за что, ни про что.

Михаил Соколов: За хорошие отношения!

Владимир Милов: В чистом виде работа на другие страны. Агенты влияния, можно сказать.

Михаил Соколов: То есть здесь сидит китайский агент?

Владимир Милов: Я не знаю, как конкретно этот господин голосовал, я не видел.

Михаил Соколов: А они обычно едино голосуют.

Владимир Милов: Но партия «Единая Россия» обеспечила принятие законов о передаче русских земель под контроль Китая. Вот вам пример, как партии работают на другие страны.

Михаил Соколов: Евгений Алексеевич, вас китайским агентом называют.

Евгений Федоров: Я об этом с самого начала и сказал...

Михаил Соколов: То есть вы признаете, что вы - китайский агент?

Евгений Федоров: Я сразу об этом сказал, что выдергивают из контекста. Было принято решение о демаркации границы, в котором куча объектов оказалась на территории Китая, а куча объектов оказалась на территории России. Выдернули один.

Но вопрос-то значительно глубже лежит. Я сегодня с утра полистал материалы «WikiLeaks». И меня очень позабавило, как в докладе посла Литвы он обсуждал с Госдепартаментом, что поймали на границе литовские пограничники курьеров с деньгами для белорусской оппозиции, и они обсуждали, как «отмазать» их от законов Литвы.

Михаил Соколов: Подождите! Мы о России или о Белоруссии? У вас есть российский пример?

Евгений Федоров: Есть из «WikiLeaks» российский пример. Мы вчера обсуждали в прямом эфире очень интересный пример. В России принимается закон «О национальной платежной системе», в нем содержится раздел о национальных платежных картах. В «WikiLeaks» в феврале пишет посольство Соединенных Штатов, что если будет принято это положение, то Соединенные Штаты потеряют 4 миллиарда долларов. И необходимо оказать давление (перечисляется - на кого в российской власти) для того, чтобы такого рода положение изъять. Как вы думаете, когда этот закон внесли с Государственную Думу, было это положение? Уже не было. То есть работает механизм.

Михаил Соколов: Но у «Единой России» В Госдуме большинство. То есть вы выполнили рекомендации американского посольства?

Евгений Федоров: Мы будем это поправлять.

Михаил Соколов: Вы в другую сторону будете поправлять?

Евгений Федоров: Идет борьба межгосударственная, это конкурентная борьба...

Михаил Соколов: Получается так, что ваша партия - за государство, а все остальные партии - за другие государства. Я не очень понимаю.

Евгений Федоров: Я про это не говорил. Я говорил о том, что существуют три группы. Одна группа – в данном случае это «Единая Россия», которая партия власти, почему она и получает большинство голосов.

Михаил Соколов: Но не очень значительное. Последний опрос: у вас 35% сейчас по России, а у других партий зарегистрированных – 25 в сумме. А еще есть не зарегистрированные, которые вы не допускаете на выборы. Если бы были свободные выборы, наверное, вы бы их уже проиграли.

Евгений Федоров: Это нормально, когда разные голоса у разных партий. Я говорю о другом. Существуют оппозиционные партии, которые, на мой взгляд, выдергивают отдельные фрагменты, типа прозвучавшего примера, не рассматривая систему в целом. А людей интересует, что они в результате получат.

Михаил Соколов: Давайте об альтернативах конкретно. Я беру перечень законодательных инициатив, которые Владимир Милов со своими коллегами разработал для своей партии. Одна из них говорит о том, что нужно передать Пенсионному фонду доходы «Роснефти» и «Газпрома». А зачем, Владимир?

Владимир Милов: Сегодня пенсионная система фактически находится в состоянии коллапса после безуспешных 10 с лишним лет попыток реформирования под руководством господина Путина и партии «Единая Россия». И эту проблему надо решать. А ее решают сегодня тем, что финансируют дефицит Пенсионного фонда из бюджета. Но так долго продолжаться не может, потому что у нас бюджет с огромным дефицитом, несмотря на 100-долларовую нефть – такого не было у нас уже очень давно. В начале 2000-ых бюджет был профицитным при ценах очень маленьких. Собственно, вот до чего довели огромные аппетиты госкорпораций и госаппарата, спецслужб, куда у нас основные расходы идут.

Мы говорим о том, что у нас есть проблемы – у нас очень неэффективно используется госимущество. Со всех огромных госкомпаний государство получает маленькие дивиденды или вообще не получает, как с «Роснефти», например. «Роснефть» не перечисляет дивиденды в федеральный бюджет. Мы говорим, что они должны платить нормальные дивиденды, как положено, как платят частные компании своим акционерам. Например, 30% от честной чистой прибыли. Не заниженной чистой прибыли, как сегодня, а честной. Что всем этим надо эффективно управлять, и все эти деньги должны идти в наполнение капитала Пенсионного фонда. Таким образом, можно ликвидировать дефицит пенсионной системы и платить нормальные пенсии.

Об этом, кстати, после оппозиции, которая уже давно выступает с этими идеями, недавно даже министр Кудрин заговорил. Я надеюсь, что все-таки в этом направлении наше государство будет предпринимать конкретные шаги, иначе нас ждет развал пенсионной системы, повышать их дальше не будет никакой возможности, и дефицит бюджета станет непреодолимой проблемой для нас.

Михаил Соколов: Евгений Алексеевич, вот высказана конкретная идея, как организовать пенсионную систему. Что, у вас, партии власти, есть какие-то возражения? Вы не хотите отдать доходы госкорпораций народу в лице пенсионеров?

Евгений Федоров: Доходы от государственного участия в той или иной компании автоматически попадают в бюджет. «Газпром» дает от своей деятельности приблизительно порядка 8-10% доходов федерального бюджета.

И по поводу возражений. Я считаю, что пенсионная реформа в России удалась, сделана блестяще. Пенсии за 10 лет, пока «Единая Россия» у власти, возросли с 25 долларов до 300.

Михаил Соколов: А цены?

Евгений Федоров: В долларовом выражении. В Германии в таких же единицах пенсия возросла в 2 раза за эти 10 лет.

Михаил Соколов: С какой стартовой позиции?

Евгений Федоров: Вы сами начинаете входить в логику стратегического подхода. В Германии не было революционных выступлений, в результате которых была ликвидирована страна. А Германия прирастала – добавилась ГДР, Евросоюз и так далее.

Михаил Соколов: Вы про нацистов-то забыли, наверное. А они что со своей страной сделали, до чего ее довели? До развалин, до уничтожения. Это как большевики. Большевики довели СССР до 1991-го года. Я с вами, Евгений Алексеевич, дискутировать про 91-ый год не буду. Я знаю вашу позицию. Вы считаете, что заговорщики уничтожили страну, а я хочу сказать, что уничтожили страну большевики.

Евгений Федоров: А я тоже так считаю. Большевики сдали страну, конкретно – коммунисты. КПСС своим решением проголосовала единогласно за ликвидацию СССР. Я с этим не спорю. Четыре голоса было против.

Михаил Соколов: Это когда было-то?!

Евгений Федоров: Это было 20 лет назад. И с этого момента была создана вся архитектура российской власти. Российское государство было создано американцами.

Михаил Соколов: Я вас понял так: пенсионная система идеальна, не надо ничего менять, все хорошо?

Евгений Федоров: У нас пенсионная реформа удалась значительно лучше, чем в развитых европейских странах. Все надо сравнивать.

Теперь по доходам «Газпрома». Государство в «Газпроме» имеет контрольный пакет, но не имеет 100% акций, а порядка 60% с небольшим. Так вот, изымать сегодня доход у частных собственников – это прямой удар по основам рыночной экономики, по основам частной собственности.

Михаил Соколов: Вот конкретное возражение!

Евгений Федоров: Мало того, если мы говорим об оппозиции, я как раз уважаемого представителя уважаемой организации... А я действительно ее уважаю, как и уважаю американцев, которые за ней стоят, как наших победителей. Но я им не верю, что оппозиционеры работают в интересах граждан России. Они работают в интересах граждан Америки.

Михаил Соколов: Вы перешли на какие-то обвинения, что какие-то американцы... Владимир тогда будет вынужден вам возразить, какие такие американцы за ними стоят.

За вами стоит Госдепартамент. Владимир, возражайте.

Владимир Милов: Про американцев было много всего, я не понял, какие американцы учредили какое Российское государство – это что-то из области экзотики.

А «Газпром» платит неприлично низкие налоги. У нас обсуждались цены на газ для Украины, Белоруссии, постсоветских стран, для Европы, там фигурировали какие-то цифры в сотни долларов за тысячу кубометров. А сколько сегодня составляет налог на добычу полезных ископаемых для «Газпрома», который берется на скважине, который «Газпром» платит в бюджет? 5 долларов за тысячу кубометров. Эта цифра официально утверждена Госдумой, а партия «Единая Россия», которая имеет там конституционное большинство, так и не предприняла никаких мер за много лет, чтобы эту цифру повысить.

Михаил Соколов: Как? Они Ходорковского посадили!

Владимир Милов: Я считаю, что 5 долларов за тысячу кубометров, притом, что российские потребители платят уже 100 долларов за газ в среднем, хотя некоторые регионы больше, а европейские платят сегодня примерно 300, а цена доходила до 500, платить 5 долларов с добытой тысячи кубометров на скважине – это, мне кажется, неприлично низко. И конечно, это надо повышать. Это первое.

Второе. Я не очень понимаю, чего так печься об интересах частных собственников, когда в «Газпроме» сегодня около 70% акций контролирует государство и аффилированные лица...

Михаил Соколов: То есть вы предлагаете делить доходы «Газпрома» между государством и частными собственниками. Вы изымать все собираетесь или нет?

Владимир Милов: Это бред! Председателю Комитета по экономической политике, я думаю, надо учебник прочитать. Когда повышаются дивидендные выплаты, которые, как и налоговые выплаты, у «Газпрома» неприлично низкие сегодня... 1 миллиард долларов в год всего-навсего «Газпром» платит в бюджет при доходах в 100 миллиардов.

Михаил Соколов: А сколько может платить?

Владимир Милов: Он должен платить примерно 30% от нормальной чистой прибыли, то есть, как минимум, можно говорить о цифре 200 миллиардов рублей, против сегодняшних 30. И это будет выгодно частным акционерам. Потому что частные акционеры сегодня получают копейки дивидендов...

Михаил Соколов: Частные акционеры тоже будут получать дивиденды?

Владимир Милов: Безусловно. Не только российский Пенсионный фонд, но и частные акционеры. Резкий рост акций «Газпрома» будет на бирже, как только эти меры заработают...

Михаил Соколов: Евгений Алексеевич, вы против того, чтобы «Газпром» платил в 6 раз больше денег российским пенсионерам, государству и акционерам?

Владимир Милов: А мы же слышали – у нас блестящая пенсионная реформа, по «Единой России», была проведена. Мне после этого никаких комментариев не надо.

Михаил Соколов: Вы что, против, чтобы платили больше? Огромная компания, где пропадают огромные деньги, все знают, что там очень плохо с внутренними аудитами и так далее.

Евгений Федоров: Если мы говорим о доходах государства от своей собственности, то это 100 миллионов рублей в год в бюджете. А весь бюджет у нас – 10 триллионов. Мы действительно получаем доходы от государственной собственности меньше в тысячу раз, может быть, в сотни раз, чем могли бы их получать. Я считаю, что это большая проблема российской экономики и российского бюджета.

Михаил Соколов: Вы признаете, что у оппозиции здесь конструктивная позиция?

Евгений Федоров: Я говорю о том, что предложение повысить эффективность госсобственности правильное.

Но я-то считаю, что надо все распродать. Надо распродать всю госсобственность (об этом и Владимир Владимирович Путин говорил, и президент), включая и «Газпром», которая не связана напрямую с социальными функциями, обороной, безопасностью и госуправлением.

У нас 70% государственной собственности в стране приносят всего 100 миллионов дохода в бюджет. Это абсолютно понятная проблема.

Михаил Соколов: Вы – либеральный экстремист!

Евгений Федоров: Но эту проблему нельзя решить одним каким-то законом или распоряжением.

Михаил Соколов: Но вы же у власти. Почему не продаете?

Евгений Федоров: Мы продаем. Кстати, в этом году будет продаваться приблизительно в 100 раз больше, чем в прошлом . То есть наращиваем продажи. Только продавать надо тогда, когда к этому готова экономика, рынок и покупатель, инвестор.

Михаил Соколов: А, это как с демократией. Ваша партия все время говорит, что народ не готов к демократии. Теперь получается, что народ не готов к приватизации.

Евгений Федоров: Если вы спросите народ, то народ, конечно, за государственную собственность. Такой факт есть. Но мы не можем в этом вопросе забежать дальше, чем это сформировалось с точки зрения общественного восприятия.

И по деталям этого вопроса. Упоминалась история с Ходорковским. Это большая пропагандистская американская кампания. Она направлена на поддержку в России коррупции. «Свободу Мише Ходорковскому! Свободу Анджеле Дэвис!».

Михаил Соколов: «Свободу Анджеле Дэвис!» - это была коммунистическая кампания, антиамериканская.

Евгений Федоров: Абсолютно одинаковая по своему механизму работы.

Михаил Соколов: Посадили одного олигарха, да еще и самого прогрессивного.

Евгений Федоров: Который воровал, будучи исполнительным органом, у хозяев компании.

Михаил Соколов: И нефть украл у самого себя? И еще с нее налоги с то ли заплатил, то ли недоплатил?

Евгений Федоров: Не у самого себя, а у акционеров компании.

Михаил Соколов: А вы не в прокуратуре работаете?

Евгений Федоров: Никогда не работал.

Михаил Соколов: То есть вы считаете, что это был пример безобразия, которое нужно было пресечь.

Владимир, у вас есть возражения господину Федорову?

Владимир Милов: У меня есть возражения, но я хотел бы вернуться к главному.

Михаил Соколов: А ваша партия за что – за то, чтобы Ходорковский сидел, или за то, чтобы Ходорковский вышел?

Владимир Милов: Мы за то, чтобы дело Ходорковского и дело ЮКОСа рассматривалось беспристрастным судом, который не будет иметь политического влияния. Путин все время говорит, за что сидит Ходорковский. Ну, Путин – лидер партии «Единая Россия». Я точно не знаю, как называются его регалии. Но этот человек просто не в курсе того, что происходит в стране. И из этого можно делать выводы по тому, что собой так называемая «Единая Россия» представляет.

Путин все время говорит, что Ходорковского судят за убийство. Так вот, ничего из обвинений, по которым Ходорковский сидит первый срок и по которым сейчас вынесен второй приговор, к убийству не имеет ни малейшего отношения.

Вот господин Федоров начал говорить, что вор, украл у акционеров... Это опять же не имеет ни малейшего отношения к тому обвинению, которое Ходорковский получил сейчас, новый приговор в суде. Это обвинение, в свою очередь, не имеет ни малейшего отношения к фактам, которые имели место, там явные противоречия: то ли он украл, то ли у него украли.

Идиотский приговор, который во многих местах содержит прямые противоречия друг другу: была нефть в собственности ЮКОСа или не была, была ли она похищена, была ли она собственностью «дочек». Так называемое обвинение само запуталось в этом.

Мы за то, чтобы это дело рассматривалось объективно беспристрастным судом.

Мы против того, чтобы Путин или бесполезные абсолютно «единороссы», они своими политическими и идеологическими установками влияли на беспристрастный ход рассмотрения этого дела.

Михаил Соколов: Вот у вас в пункте 7 написано: «Изменения в законодательные акты, обеспечивающие гарантии независимости и объективности судов». А какие нужны изменения?

Владимир Милов: Там надо достаточно много изменений. Мы на этой неделе на сайте нашего Движения «Демократический выбор», которое входит в Партию народной свободы, опубликуем нашу программу по судебной реформе, которая состоит из четырех базовых пунктов.

Первое – это изменение порядка назначения судей и лишения их статуса, чтобы снизить зависимость от исполнительной власти, чтобы судьи не бегали за «одобрямсом» к чиновникам исполнительной власти. Второе – это повышение открытости и состязательности процесса. Третье – это обеспечение финансовой независимости судов. И четвертое – это участие неправительственных организаций и гражданского общества в формировании судейского корпуса. Мы считаем, что в результате этого та зависимость от исполнительной власти тотальная, которая у судов есть сегодня, будет снята. Там очень много конкретных мер.

Михаил Соколов: Господин Федоров, у вас есть возражения против такой программы? Она неконструктивная?

Евгений Федоров: В Госдепе работают профессионалы.

Михаил Соколов: Вы про «мировую закулису» опять, а я - про конкретный пункт.

Евгений Федоров: Это конкретная борьба.

Михаил Соколов: То есть вы ведете борьбу с американской закулисой?

Евгений Федоров: Половину конкретных предложений я бы поддержал, и поддерживаю, и они, кстати, проходят в документах «Единой России», но во многих случаях в них принципиально противоположный смысл. Это как Советский Союз создавал Интернационал по всему миру, чтобы пробивать свои решения в других странах. Это обычная конкурентная борьба. Только она не имеет отношения к российскому народу никакого.

Михаил Соколов: То есть российскому народу не нужен независимый суд?

Евгений Федоров: Нужен. Я говорю о другом. Когда в отношении Ходорковского запускается пропагандистская кампания, промывают всем мозги, это значит, что кто-то этого хочет. Ясно, что не в России. Хотят, чтобы в России была коррупция.

Михаил Соколов: Я возьму еще один пункт из предложений Партии народной свободы: «Контроль соответствия имущества и расходов чиновников и членов их семей официально декларируемым доходам, а также другие первоочередные меры по борьбе с коррупцией». Речь идет о том, чтобы были декларации не только о доходах, но и о расходах. Есть международная конвенция, которую Россия почему-то не ратифицирует.

Евгений Алексеевич, почему Дума до сих пор не дошла до такой замечательной вещи, которая есть во многих странах? Доходы, расходы, декларация, сверка – и все нормально с коррупцией. Почему вы против?

Евгений Федоров: Мы уже дошли и давным-давно такого рода решение приняли.

Михаил Соколов: Декларация о расходах чиновников?

Евгений Федоров: Конечно. Расходы любого чиновника на сегодняшний день определяются в соответствии с его доходами. И на основании расхождения руководство и соответствующая комиссия кадровая имеют право его уволить.

Михаил Соколов: А он подает декларацию, сколько он потратил на покупки? Разве это есть в законе? Механизма нет.

Евгений Федоров: Есть механизм: декларация о доходах и реальные расходы человека, которые должны соответствовать его доходам.

Михаил Соколов: А расходы он декларирует? Вы же не приняли закон, что чиновник должен задекларировать свои расходы выше какой-то определенной суммы: покупка дома, покупка машины, еще что-то. Вот вы разве декларируете свои расходы? Вы доходы декларируете.

Евгений Федоров: Конечно, я ежегодно пишу декларацию об имуществе. Я ежегодно пишу, сколько у меня домов, сколько у меня машин...

Михаил Соколов: Много?

Евгений Федоров: ... сколько у меня вкладов. У меня лично - две.

Михаил Соколов: А домов сколько?

Евгений Федоров: У меня лично – один дом.

Михаил Соколов: А квартир сколько?

Евгений Федоров: Две. И я все это пишу ежегодно. И как только у меня появляется новое имущество через год - автоматически работает механизм, по которому чиновника могут уволить. Кстати, это и к депутатам относится.

Михаил Соколов: А как уволят? По недоверию?

Евгений Федоров: Через процедуру в Государственной Думе.

Михаил Соколов: Вы меня поразили! Получается, что Партия народной свободы бьется, можно сказать, в открытую «Единой Россией» дверь...

Евгений Федоров: Она не бьется. Это называется пустой болтовней. У Партии народной свободы другие цели – ликвидация или ослабление России.

Михаил Соколов: А мне казалось, что их идея – ликвидация путинского режима и вашей партии.

Владимир Милов: Я сначала про ликвидацию России скажу, а потом про соответствие доходов и расходов.

Евгений Федоров: Про ослабление. Американцам сейчас ликвидация России не нужна.

Владимир Милов: Отдали, как я уже сказал, русские земли Китаю, острова Тарабарова и Большой Уссурийский, ни за что, ни про что. Только что подписал их президент Медведев соглашение с Норвегией, по которому больше половины спорного сектора в Баренцевом море, которая России должна была принадлежать, отошло Норвегии, во второй половине 2010 года соглашение подписано.

Михаил Соколов: А сегодня еще вот что произошло. Обнаружилось, что при демаркации границы с Азербайджаном два села с населением 450 и 20 человек Храх-уба и Урьян-уба отошли Азербайджану.

Владимир Милов: Да все делимитации, которые были подписаны и с Казахстаном, и с Азербайджаном, и с Китаем, и с Норвегией, все эти договоры привели к территориальным уступкам. Это то, чем занималась партия «Единая Россия» в течение 10 лет. Действительно, это линия на ликвидацию и развал российского, русского государства. И это то, против чего мы, конечно, решительно выступаем.

И что касается доходов и имущества. Правильно сделал Медведев, что заставил декларации публиковать.

Но, во-первых, Россия не ратифицировала статью 20 Конвенции ООН против коррупции. Есть такая замечательная конвенция, которая устанавливает международные правила борьбы с коррупцией. Вот всю ее мы ратифицировали, кроме одной статьи – статья 20.

Она говорит о том, что если у чиновников имеются активы или имущество, по которым они не могут объяснить их происхождение, это существенно выше, дороже стоит, чем их обычные доходы, то это должно вести к уголовным расследованиям происхождения всего этого дела и к подозрению в коррупции.

Михаил Соколов: И конфискация?

Владимир Милов: Там речь не идет о конфискации. Мы хотим это ратифицировать. Если у чиновников есть какие-то доходы, которые нельзя объяснить их зарплатой, то это должно возбуждать подозрение.

Я вчера отправил генпрокурору Чайке запрос в связи с декларацией депутата Федорова Евгения Алексеевича.

Михаил Соколов: Вы к эфиру подготовились?

Владимир Милов: Речь шла не об эфире. Я же не знал, что мы будем вместе. Но примерно по 20 депутатам Государственной Думы, по которым есть такие подозрения, мы подготовили такие запросы.

Скажем, у господина Федорова официально декларируемый годовой доход – около 3 миллионов рублей, 100 тысяч долларов. При этом он владеет недвижимостью, которая, по нашей оценке, стоит около 1,5 миллионов долларов. Это 5 квартир, а не 2, как он сказал только что, и 1 жилой дом общей площадью около 400 метров. Не считая служебной квартиры и дачи, которые он внаем снимает как депутат Госдумы. Две дорогие машины – «Mercedes C 320» и «Volkswagen Multivan». И господин Федоров с 90-го года замещает должности депутатов различных уровней или государственных служащих. В частности, в 90-ые годы он работал в администрации президента Ельцина и в Министерстве финансов, когда министром был Чубайс Анатолий Борисович. И мы требуем от генерального прокурора проверить, откуда все это у депутата с годовой зарплатой всего в 100 тысяч долларов...

Михаил Соколов: Я должен вас остановить с вашими заявлениями.

Евгений Алексеевич, на вас, извините, резко «наехали».

Евгений Федоров: Пяти квартир нет. Две машины есть, соглашаюсь.

Михаил Соколов: Готовы отвечать перед Генеральной прокуратурой?

Евгений Федоров: Никаких проблем.

Владимир Милов: Все могут зайти сейчас на сайт Госдумы, в раздел «Декларации о доходах» людей, замещающих должности государственной службы в Госдуме – и там есть Федоров Евгений Алексеевич, можете посмотреть. Квартир – пять , дом – один...

Евгений Федоров: Вы видите, механизм работает. Любой человек может зайти, поднять, написать генеральному прокурору.

Михаил Соколов: Есть еще одна деталь: получить ответ, соответствующий реальности, и какие приняты меры.

А то бывает, что милиционер говорит на суде: «Я сфальсифицировал документ об аресте Ильи Яшина», - а на следующий день его увольняют из органов.

Евгений Федоров: Генеральная прокуратура запросит – все поднимут...

Михаил Соколов: Вы готовы к прямому диалогу?

Евгений Федоров: Проблем с имуществом вообще никаких нет.

Владимир Милов: Декларации – это, конечно, очень позитивное дело. Мы рады, что они появились. Но надо идти дальше – проверять соответствие.

Михаил Соколов: Владимир, вы рады, что Евгений Алексеевич Федоров готов ответить на ваш текст, сказать, что все нормально?

Владимир Милов: Я не рад слышать, в общем, неправду открытую от моего оппонента сегодня в эфире. Потому что есть 5 квартир на сайте. Зайдите все и посмотрите, кто хочет. А он говорит, что их нет.

Евгений Федоров: Так у квартир всегда есть адреса. Нет пяти квартир. Придут бумаги – мы будем спокойно отвечать.

Владимир Милов: Если их нет, чего ж вы пишете ложь в своей декларации о доходах, которая на сайте Госдумы размещена?

Евгений Федоров: Не написано там о пяти квартирах.

Владимир Милов: Там написано – 5 квартир, это можно посмотреть в прямом эфире, прямо сейчас.

Евгений Федоров: Проблем с квартирами, уж точно, нет никаких.

Владимир Милов: Может быть, это другой Евгений Алексеевич Федоров?

Евгений Федоров: Я не знаю, где вы смотрели. Я еще раз говорю, нет проблем с квартирами.

Михаил Соколов: В любом случае, Евгений Алексеевич, получается, что механизм (нам господин Милов сейчас доказывал), который вы описываете как работающий и идеальный, не вполне идеален.

И вот вопрос: есть конструктивное предложение оппозиции ратифицировать конвенцию? Вы - против?

Евгений Федоров: Не знаю. Как правило, в конкретных документах есть какие-то вещи, о которых я не знаю...

Михаил Соколов: То есть вы не читали конвенцию, пункт 20-ый?

Евгений Федоров: Конечно, не читал.

Владимир Милов: Председатель Комитета Госдумы по экономической политике не читал конвенцию против коррупции – круто!

Михаил Соколов: А как же вы тогда с коррупцией бороться будете?

Евгений Федоров: Если есть 20-ый пункт, значит, есть 19-ый, 18-ый...

Михаил Соколов: А вы же ее уже ратифицировали с 19-ым и с 18-ым. Если вы ее не читали, как вы ее ратифицировали?

Евгений Федоров: Может быть, вы привыкли здесь иметь дело с вундеркиндами, которые все, что смотрели за всю свою жизнь, все помнят наизусть, каждую страничку и каждую запятую. Я не отношусь к таким вундеркиндам, смею вас разочаровать. Но не обо мне разговор.

Начали-то мы с другого - история с границами, демаркациями и так далее. Ясно, что это взаимные уступки. Когда демаркируют границу, а это тысячи километров, 100 километров приходит сюда, 100 километров – сюда.

Владимир Милов: А что России пришло?

Евгений Федоров: Другие участки границы. Самое главное, что Россия получила дружбу или возможность дружить с Китаем.

Владимир Милов: О, замечательно!

Евгений Федоров: А это важный момент. Для вас с американцами...

Михаил Соколов: А почему надо отдать Китаю острова на Амуре, а нельзя отдать Пыталовский район прибалтийским государствам? Или Печорский. Латвии и Эстонии – нельзя, а Китаю – можно.

Евгений Федоров: Это конкретно демаркационная комиссия решает. Для уважаемого оппонента: разругать Россию с Китаем – одна из целей, которая, конечно, нужна Америке, потому что это ослабит Россию, это понятно.

Михаил Соколов: По вашей логике, надо за дружбу уступить Курильские острова, Пыталовский район, Печорский район и другие районы, где есть спор?

Евгений Федоров: Вы за меня мою логику не пересказывайте, пожалуйста.

Михаил Соколов: Тогда объясните, почему там можно, а здесь нельзя?

Евгений Федоров: Потому что когда выстраивается конкретная граница, работает комиссия. Кстати, тут она работала в течение 10 лет, даже с советских времен работала. И она изучает по каждому вопросу конкретные документы, архивы, материалы. И если где-то мы пошли на уступку – 500 метров отдали, то в другом месте мы 500 метров взяли.

Михаил Соколов: Я боюсь, что когда оппозиция придет к власти, хоть либеральная, которая здесь сидит...

Евгений Федоров: Начнет войну с Китаем?

Михаил Соколов: Нет. Будет судить партию «Единая Россия» за разбазаривание российских земель.

Евгений Федоров: Не сомневаюсь, что начнет войну. Для этого ее американцы и двигают.

Владимир Милов: Мы в оппозиции категорически выступаем против любых территориальных уступок. И даже Лужков, известный наш «друг», в свое время благодарил Бориса Немцова за то, что тот уговаривал Ельцина не отдавать Японии Курильские острова. А сейчас мы видим, что идут закулисные переговоры, и Россия просто набивает цену всякими блиц-визитами. Я очень переживаю за судьбу Курильских остров, потому что у меня есть ощущение, что Путин вместе с Медведевым и партией «Единая Россия» готовят отдачу Курильских островов Японии, потому что опыт и прецеденты есть.

Михаил Соколов: Не пугайте!

Владимир Милов: Мой оппонент говорит, что якобы за два отданных острова, 330 квадратных километров русской земли, чего-то в обмен получили. Я такого не знаю. Я называю это очередной ложью, как и про 5 квартир.

Евгений Федоров: А вы узнайте!

Владимир Милов: А вы можете конкретно назвать, что за территориальные участки? Вы просто лжете сейчас в эфире.

Евгений Федоров: Я подниму регистрационные документы и отвечу, какие участки мы взяли.

Владимир Милов: Вы странный председатель Комитета по экономической политике Госдумы – вы ничего не знаете.

Вы не знаете конвенцию ООН по борьбе с коррупцией, не знаете, какие участки мы отдали Китаю и что, как вы говорите, получили взамен, тем не менее, беретесь это утверждать. Ну, пусть слушатели судят о вашей компетентности.

Михаил Соколов: Давайте мы слушателей подключим, чтобы нам немножечко охладить пыл дискутантов.

Михаил, здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос к Евгению Алексеевичу. Вчера в передаче Кара-Мурзы говорили про московский метрополитен. Строительство было поручено сталинскому наркому Лазарю Кагановичу. Он построил метро лучшее в мире, самое красивое и самое надежное. Когда он умер в 1992 году в возрасте 96 лет, у него в квартире был продавленный диван и шифоньер, больше ничего. Хотя он в 30-ые годы был вторым человеком после Сталина.

Сейчас везде многомиллиардные проекты – Сочи, мировой чемпионат по футболу, полиция – в милицию, милиция – в полицию, растет число не особняков, а дворцов. А мы слышим по телевизору, по радио, что не на что лечить больных лейкозом детей, просят собирать с наших сердобольных граждан на расчетный счет, чтобы их лечить в Германии и в Европе, на дорогостоящие лекарства. И у меня вопрос к представителю власти. Как у вас с совестью?

Михаил Соколов: Детей все-таки лечить будем, Евгений Алексеевич, или дворцы строить?

Евгений Федоров: Финансирование здравоохранения в Российской Федерации в этом году увеличено региональное, по сравнению с прошлым, в 2 раза. Кроме того, впервые запущена программа так называемых медицинских центров укрупненных, которых строится 15. Есть отдельная программа «Единой России» по спорту. 162 ФОКа по регионам строится. Мы впервые начали решать проблемы здравоохранения системным образом. Кстати, это уже сказалось: за 10 лет увеличение продолжительности жизни на 4 года – это тоже серьезный косвенный показатель правильности тех действий, которые осуществляет «Единая Россия» в течение 10 лет.

Но есть конкретные случаи, и всегда они есть, конечно, надо просто людям помогать, иметь совесть и бизнесу. Я не бизнесмен, но то, что я могу, я помогаю. А бизнес может помочь больше, и он должен это делать.

Михаил Соколов: Сергей пишет: «Почему ваша партия ни по одному вопросу устройства нашей страны не проводит референдумы, а решает все кулуарно или, для видимости, устраивает обсуждение в Интернете, как закона «О полиции», а потом не обращает никакого внимания на людей и их предложения?».

Евгений Федоров: Не согласен. По закону «О полиции» учтено в той или иной степени приблизительно около 20% предложений в процессе обсуждения.

Михаил Соколов: Пишут: «Господин Милов, просьба продолжать публикации докладов «Итоги». А «Единая Россия» регулярно врет, в том числе и об инфляции в стране».

Владимир Милов: Я в своем блоге регулярно публикую ссылки на расчеты экономистов. Есть разных проектов в Интернете, которые публикуют калькулятор реальной инфляции, а не тех цифр маленьких, которые нам официально Росстат называет. Так вот, цены на продукты первой необходимости растут порядка 20% в год, а вовсе не 8-9%, как у нас это официально преподносят.

Михаил Соколов: Алла Павловна: «Господин «единоросс», чем вы объясните, как может быть такое в России, когда для вашего лидера, который занимает пост премьера, строится дворец около Геленджика на деньги бизнесменов? Строительство не прекращалось и в моменты кризиса. Разве это не проявление коррупции?».

Евгений Федоров: Тоже очень интересный вопрос. В КГБ был отдел, который специально распространял слухи, и была специальная технология. Сегодня через механизм аутсорсинга у посольств работает несколько тысяч распространителей слухов в Интернете. Средняя зарплата у них – около тысячи долларов в месяц. Их задача – автоматически забивать слухами интернет-пространство.

Михаил Соколов: А ведь и фотографии дворца в Геленджике есть!

Евгений Федоров: Ну, фотографии – это все из этой системы.

Михаил Соколов: Владимир, что делать с этими дворцами?

Владимир Милов: Безусловно, надо выяснить, кому эти дворцы принадлежат. И я вообще считаю, что это безобразие полное, что у нас столько резиденций. Ни в одной стране цивилизованной нет стольких официальных резиденций у глав государств. Это все, конечно, нужно выставить на продажу...

Михаил Соколов: А это неофициальные резиденции.

Владимир Милов: А если неофициальные резиденции, то надо устанавливать связь между Путиным и сомнительными личностями, которые за «откаты» строят ему дворцы. Собственно, о чем написали в случае с Геленджиком.

Я коротко прокомментирую ситуацию, на что можно было бы пустить деньги. Господин Федоров сказал, что у нас якобы увеличено региональное финансирование здравоохранения. И он неслучайно сказал – региональное. Потому что федеральное сокращается в реальном выражении. Несмотря на то, что расходы на поддержку всяких олигархических структур из бюджета растут. Рост расходов на госаппарат постоянный, он не прекращается. А расходы на здравоохранение в реальном выражении в бюджете сокращаются.

Вот такая у нас история «веселая». И региональные бюджеты в дефиците сидят, им неоткуда увеличение зарплат и закупки медицинского оборудования финансировать. Им надо на долговой рынок выходить, потому что Федерация у нас не покрывает в полном объеме дефицит региональных бюджетов. Вот такую политику бюджетную партия «Единая Россия» проводит.

Михаил Соколов: Пишут: «Евгений Федоров – настоящий борец с Вашингтонским обкомом. А передачу надо назвать «Больная Россия».

Вот вы обвиняете своих оппонентов в том, что они не реалисты, что у них какие-то несистемные предложения.

Евгений Федоров: Не всех оппонентов.

Михаил Соколов: Я вам прочитаю системную программу: «В 2004 году каждый житель России будет платить за тепло и электроэнергию в 2 раза меньше, чем сейчас. В 2005-ом будет получать долю от использования природных богатств. В 2006-ом у каждого будет работа по профессии. В 2008-ом каждая семья будет иметь собственное благоустроенное жилье, достойное третьего тысячелетия. К 2008 году Чечня и Северный Кавказ станут туристической и курортной «Меккой» России. К 2010 году будет построена транспортная магистраль «Санкт-Петербург-Анадырь», «Токио-Владивосток». Знаете, чей это документ? Это документ – Манифест партии «Единая Россия» 2003 года. Не отказываетесь?

Евгений Федоров: Не знаю, не видел.

Михаил Соколов: Не видели?! Вы же за него голосовали на съезде! Если вы на съезде были.

Евгений Федоров: Я не видел такого Манифеста.

Михаил Соколов: Что у вас с памятью случилось?!

Евгений Федоров: Мы однозначно стоим за развитие страны.

Михаил Соколов: Так вы даете конкретные обещания, которые не выполняете.

Евгений Федоров: Что-то можно выполнить, что-то не получается в силу сопротивления...

Михаил Соколов: Что-то много не получается. Я прочитал все, и ни одно, по-моему, не выполнено. А особенно хороша «туристическая и курортная «Мекка» на Северном Кавказе».

Евгений Федоров: Между прочим, на Северном Кавказе именно сейчас разворачиваются мощные туристические курорты. И даже сочинский курорт относится к Северному Кавказу.

Михаил Соколов: Александр Георгиевич пишет: «На сайте Госдумы против фамилии «Федоров Евгений Алексеевич» числится жилой дом и 5 квартир». Спасибо за помощь.

Владимир Милов: Что и требовалось доказать.

Мне нравятся все ответы, они из серии «я – не я, лошадь не моя, ничего не знаю». У нас 3 февраля был суд с Путиным. Помните, Путин в декабре сказал, что Милов, Рыжков и Немцов «поураганили» в 90-ые, украли миллиарды. На суде были его защитники, и у них была очень интересная позиция.

Михаил Соколов: Они за свободу слова.

Владимир Милов: Они сказали две вещи. Первая: «Мы ничего не знаем про эту запись. Вы подали иск, это ваша обязанность по Гражданско-процессуальному кодексу эту запись предоставить, а мы ничего не знаем». Мы все предоставили. Но сам факт, что они вместо того, чтобы сказать «да, вы – воры, разворовали все в 90-ые», когда дошло до реального разбирательства, они прячутся в кусты и пытаются сделать вид, что «это не мы, мы ничего не трогали».

И вторая смешная вещь. Они сказали, что «по практике Европейского суда по правам человека, поскольку вы политики оппозиционные, мы про вас можем все, что хотите, говорить, у вас пределы допустимой критики и порог чувствительности выше должен быть».

Михаил Соколов: Значит, и вы можете о премьер-министре все, что хотите говорить, или о господине Федорове.

Владимир Милов: Мы-то говорим все что хотим. Но когда Путин от Немцова и Милова защищается Европейским судом – это, на мой взгляд, немножко забавно выглядит.

Михаил Соколов: И я хочу еще один пункт посмотреть. Пункт 6-ой: «Внесение изменений в законодательные акты в целях отмены неконституционных ограничений прав граждан на свободу получения и распространения информации, свободу собраний, свободу деятельности политических партий и общественных организаций». А также пункт 5-ый: «Гарантии реализации положений Конституции о недопустимости цензуры в прессе».

Господин Федоров, это актуально для сегодняшней России?

Евгений Федоров: Конечно. У нас тотальная американская цензура в прессе. Я вам приведу простой пример. Журналист Караулов, достаточно известный, снимает фильм «Неизвестный Путин», который запрещен к показу на Российском телевидении. Его можно найти только на одном из сайтов – «Правда.ru».

Михаил Соколов: Карулов снял фильм в защиту Юрия Михайловича Лужкова. Его показали на Дальний Восток, а больше уже не показывали. И Караулова больше на этом телеканал тоже не показывают. Чья там цензура – американская или сурковская? Сурковская.

Евгений Федоров: В России в принципе не может быть цензуры...

Михаил Соколов: Потому что в Конституции написано, да?

Евгений Федоров: Для того чтобы была какая-то пропагандистская машина, государство должно иметь идеологию, а у нас ее нет, и должен быть специальный аппарат.

Михаил Соколов: «Бери, что плохо лежит» - ваша идеология.

Евгений Федоров: Если вы посмотрите бюджет Соединенных Штатов или бюджет ФРГ, вы увидите: 100 миллионов долларов, которые официально идут на финансирование средств массовой информации России, и 100 миллионов евро, которые официально идут на финансирование средств массовой информации России.

Михаил Соколов: Секретная статья о финансировании средств массовой информации за границей есть и в вашем бюджете уже давным-давно, с 2002 года.

Евгений Федоров: Упоминали судебную историю. Приезжает сюда человек в дырявых носках - Пол Вулфовиц – и привозит дополнительно 50 миллионов долларов для того, чтобы реформировать российские суды для цели – ухудшение их работы.

Михаил Соколов: А вы не берите.

Евгений Федоров: Это не мы берем. А неправительственные организации, через которые они осуществляют это воздействие.

Михаил Соколов: Понятно, опять «мировая закулиса».

Владимир Милов, по поводу цензуры.

Владимир Милов: Я услышал сейчас про то, что у нас американская цензура в российских СМИ. У меня такое ощущение, что я попал на какой-то художественный фильм по роману Толкиена, а не на передачу по актуальным проблемам нашей страны.

Все знают, что у нас три крупнейших канала, которые являются источником информации основным для 90% населения, они все контролируются государством, там все под жестким контролем, «черные списки», контролируют содержание «Новостей» и так далее.

Все, как выгодно Суркову и администрации президента. Все знают, что у нас есть драконовская система отзыва лицензий у СМИ после двух предупреждений, если они что-то напишут, что властям не понравится. Вот это те вещи, которые мы хотим отменить.

Мы хотим, чтобы можно было писать все и про всех, и мы в таком режиме находимся. Мы не испытываем недостатка критики в наш адрес, которая льется постоянно, и часто в такой форме, которая переходит уже все границы. Мы не против этого, мы за свободу слова. Мы просто хотим, чтобы у всех политических сил, у всех общественных сил была возможность излагать свою точку зрения.

Михаил Соколов: «Потому у него и 5 квартир – за позор платят из Вашингтона», - пишет вам Дима.

«Федорову. Когда «Едрос» Путин уйдет в отставку? Может быть, хватить «ураганить?», - Наталья, студентка.

«Интересная передача, но превращается в цирк». Я не виноват.

Евгений Федоров: Я-то на этой передаче исхожу из простых вещей. Я говорю для людей, которые начнут думать, а не для тех, которые открыли мозги для американской тотальной промывки мозгов. Если вы посмотрите любую информационную передачу в России, из 10 сюжетов 9 у вас будет негативных. Если вы посмотрите в Европе, то из 10 сюжетов 1 будет негативным.

Михаил Соколов: Может быть, они живут лучше?

Евгений Федоров: Нет. А в Азии вообще запрещены по закону негативные сюжеты, в Сингапуре, Китае и так далее.

Михаил Соколов: Это вы пример для России такой подаете? Россию – в Азию.

Владимир Милов: Неслучайна ссылка на Китай. Это та модель, которую они хотят у нас выстроить. В Китае пенсии не платят никому.

Евгений Федоров: Я говорю, платят американцы деньги именно за это! Те деньги, о которых я сказал. Вы посмотрите, как наши средства массовой информации подают происшествия.

Михаил Соколов: Вы все средства массовой информации обвиняете в том, что они продались американцам. В том числе и «Комсомольская правда», «Известия», три или четыре канала вашего телевидения. И вы, партия власти, терпите такое безобразие?!

Евгений Федоров: Я говорю о системе работы.

Михаил Соколов: Вы – плюралисты?

Евгений Федоров: Вы начинаете, наконец, разбираться. Да, мы проиграли страну 20 лет назад американцам в результате «холодной войны». И до сих пор мы платим за это. Платим, в том числе, уровнем жизни, наличием у нас американской цензуры...

Михаил Соколов: А почему вы говорите «мы»? Вы же говорили, что коммунисты виноваты. Так вы или коммунисты?

Евгений Федоров: Мы – как жители страны. Мы проголосовали за то, чтобы мы проиграли страну. Я и говорю про коммунистов.

«Хромая лошадь» - три месяца промывки мозгов в ежедневном режиме. В это же время в Европе падает с рельсов поезд, погибает около 40 человек – два дня информационный повод.

Михаил Соколов: Евгений Алексеевич, я понял вашу теорию. Ваша теория – это сплошной мировой заговор, промывание мозгов и так далее.

Мы хотели говорить о конструктивных вещах. Вы ни на одно конструктивное предложение оппозиции не ответили. И я не понимаю почему.

Владимир, может быть, вы понимаете?

Владимир Милов: Потому что «Единая Россия» партия бездельников, лжецов, которая 11 лет у власти и за крайне благоприятные годы так ничего хорошего в нашей стране не смогла сделать, только территории раздавала и набивала карманы себе.

Вы знаете, что у нас с коррупцией творится. Я сегодня свое обращение генпрокурору зачитывал. Так что мне-то все ясно здесь.

Михаил Соколов: Евгений Алексеевич, ваши возражения.

Евгений Федоров: А в чем возражения-то?

Михаил Соколов: То есть вы согласны с характеристикой вашей партии?

Евгений Федоров: Вы и ваш гость – обычные элементы американской пропаганды.

Михаил Соколов: Мы дали вам высказаться по полной программе.

Я благодарю за толерантность участников нашей дискуссии о конструктивной программе оппозиции, альтернативе нынешней линии «Единой России».

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG