Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

К чему приведет добыча золота в "Девственных лесах Коми"


Ирина Лагунина: На территории первого российского объекта всемирного наследия "Девственные леса Коми" вскоре может начаться добыча золота. По данным "Гринпис в России", в Инте прошли публичные слушания проекта добычи золота в национальном парке "Югыд ва", который является частью объекта всемирного наследия. Проект признали безопасным и одобрили, хотя Комитет всемирного наследия ЮНЕСКО неоднократно заявлял о его недопустимости. О добыче золота в "Девственных лесах Коми" и о том, как Россия выполняет обязательства по охране других объектов Всемирного наследия, находящихся на ее территории, наш корреспондент Любовь Чижова побеседовала с руководителем проекта "Гринпис" " "Всемирное наследие" Андреем Петровым….

Андрей Петров: С 95 года это наша первая российская территория, которая была включена в список Всемирного наследия, в природную часть, и практически с 95 года попытки изъять кусочек территории, где находится предполагаемая золотодобыча, не прекращались. С периодичностью в два-четыре года сначала местные власти Коми под разными поводами пытались изъять, но это сделать не удавалось, поскольку это юрисдикция особо охраняемой территории федеральной с одной стороны, с другой стороны защита Международной конвенции об охране природного наследия. В результате в 2008 начались попытки так называемого кадастрового урегулирования границ и под видом этого было заявлено, что территория парка, которая изначально должна быть такая-то, но оказалось, что территория намного больше, когда кадастровые исследования проводили. В общем этот кусок можно легко изъять, территория от этого не изменится, природе от этого плохо не будет, потому что это не лесная часть парка, а высокогорье, тундровая зона, где деревья не растут, никакого вреда для девственных лесов, в честь которых называется территория, ничего не будет. В 2009 году сделали попытку это дело прекратить, затормозить, то есть удалось на сессии комитета Всемирного наследия вопрос поднять, он не стоял в повестке дня по Коми, но мы его подняли.
Там произошла очень забавная ситуация. Дело в том, что не по злому умыслу, я так думаю, а по глупости, по наивности международный Союз охраны природы, который является основной экспертной организацией по вопросам природных территорий, входящих в список Всемирного наследия, его представитель, когда заслушивался вопрос о Коми и встал вопрос о необходимости посылки проверочной миссии для того, чтобы уточнить все детали на месте, он сказал, что поскольку российская делегация тут сидит, мы говорим, что этого делать нельзя, изымать куски из территории, естественно, изымать мы не будем, давайте спешить не будем, миссию отправлять не будем. Такое глупое решение было принято, все поверили, что действительно Россия примет единственно правильное решение, разумное и законное. Россия пообещала, российская делегация.
Но в результате 30 декабря 2009 года подведомственное Министерству природных ресурсов Федеральное агентство "Роснедра" выдало компании, которая собирается эту золотодобычу проводить, лицензию на разведку и добычу золота.
В 2010 году этот вопрос снова обсуждался на сессии Комитета всемирного наследия, в очередной раз было принято решение о недопустимости. Но как минимум недопустима сама ситуация в том виде, в котором она существует, поскольку это нарушение процессуальных норм. Дело в том, что по нормам конвенции любое изменение границ территории после того, как она включена в список, возможно, но оно должно проводиться по соответствующей процедуре. То есть сначала страна должна сделать заявку в комитете Всемирного наследия, тот должен принять решение соответствующее, опять же прислать экспертов и либо подтвердить, либо не подтвердить. В данной ситуации, когда идет вовсю обсуждение, чуть ли не работа, этого делать нельзя. В результате миссия пошла, миссию послали в прошлом году, она приезжала в октябре, мне удалось в ней поучаствовать, поработать вместе с экспертами. И такое было ощущение по общению с экспертами, там тоже очень сложная процедура, эксперты абсолютно не поддерживают эту точку зрения о возможности изъятия, пусть даже под видом уточнения границ. Практически изымается кусок из середины – это вообще полный маразм и бред.
Но тем не менее, в любом случае России было заявлено в очередной раз о необходимости как минимум обращения в комитет Всемирного наследия с просьбой о пересмотре и уточнении границ, только после этого какие-то действия можно было предпринимать. Россия должна была все это исполнять по конвенции. По прессе прошло сообщение совсем недавно о том, что 20 января в городе Инта успешно прошли публичные слушания проекта добычи золота в национальном парке "Югыд ва". То есть едет впереди лошади, не знаем, что предпримет дальше российское руководство. Министерство природных ресурсов и экологии России разрешило это изъятие, утвердило новые границы, но они согласовываются с конвенцией. То есть следующая встреча состоится в конце июня месяца. По-хорошему сейчас Россия должна была до 1 февраля посылать в фонд Всемирного наследия очередной отчет, в том числе по этой территории, где должна расставить точки над i. Уж по-любому начинать до заседания комитета она не имеет никакого права, потому что этой будет нарушение всего и вся.

Любовь Чижова: Андрей, расскажите, пожалуйста, что вообще из себя представляет эта территория "Девственные леса Коми"? Почему они получили статус объекта Всемирного наследия? И если там начнется добыча золота, чем это грозит?

Андрей Петров: Если очень коротко, территория совершенно уникальная. Вообще в 95 году, многие этот вопрос задают, почему именно "Девственные леса Коми" стали первой российской территорией, включенной в список Всемирного наследия. У нас есть такие объекты, известные всему миру, как Байкал, Камчатка, Алтай и так далее, вроде бы Коми не на слуху. Но хитрость вся в том, что первую номинацию готовила наша организация Гринпис России, тогда еще молодая, в сотрудничестве с местными учеными, с работниками охраняемых территорий. Ситуация там была следующая: девственные леса Коми, то есть территория национального парка и соседствующего с ним биосферного заповедника, она уникальна тем, что это фактически последний в Европе не затронутый человеческой деятельностью огромный лесной массив. Достаточно сказать, что общая площадь этих двух особо охраняемых территорий, парка и заповедника, составляет более 3 миллионов гектаров. Она не вся лесная, там действительно есть тундровая зона, пустоши, болота, но в основном это леса.
Когда в прошлом году я побывал в южной части национального парка с одним очень известным немецким фотографом, который снимает девственные леса во всем мире, он был поражен просто. Он сказал, что он бывал в Амазонии, в долине реки Конго, Индонезии, но что такого колоссального по площади нетронутого леса он не видел нигде. Везде происходит какая-то, фрагментация какие-то изменения, то есть лес не сохраняет своего единства. Эта территория уникальна тем, что в Европе, даже в Северной Европе, где еще немножко лесов осталось, не говоря о Центральной и Южной, подобного размера не затронутых человеческой деятельностью лесов не сохранилось. То есть территория уникальная.
В 91 году, когда включалась в список, мы еще думали о том, что была необходимость создать международный зонтик. Потому что уровень охраны ЮНЕСКО тогда для России была вещь новая, но тем не менее, нам всем казалось, что это будет играть свою роль. Напомню, что в 95 году были планы помимо пресловутой золотодобычи и еще и массовых вырубок в отдельных местах, зарубежные компании в том числе хотели этим заниматься. То есть присвоение статуса объекта Всемирного природного наследия помогло эти леса сохранить, они сохранились до сегодняшнего дня.
В чем опасность золотодобычи в середине территории? Как минимум две вещи. Во-первых, это фрагментация, кусок в середине, а не с краю, который можно было бы более безболезненно отрезать. Во-вторых, что такое золотодобыча – это любой специалист может объяснить легко. Понимаете, это приполярный Урал, там действительно тундровая зона, нет деревьев, но это чистейшие реки с чистейшей водой, которой на европейской территории осталось очень немного. Реки с колоссальными запасами очень ценной рыбы и прочее. Золотодобыча означает, что это, во-первых, строительство дорог, это тяжелая техника, которая будет ездить туда-сюда и разрушать и так очень хрупкую тундровую природу, это загрязнение рек. Сейчас удивительное дело, когда мы были с миссией в сентябре месяце, пересекали реку Кожим, она считается вообще одной из самых чистых рек всей Европы, река Кожим, в нее впадает небольшая речка, где, собственно говоря, добыча и намечается. Люди, которые пересекают Кожым до сих пор, есть такая традиция, люди, которые попадают в парк, пересекают Кожим, они обязательно в месте пересечения в любую погоду берут воду в кружку, в любую емкость и пьют эту воду, потому что она уникальная по чистоте. Если выше впадающая река будет нести в себе всю эту грязь, которая будет при добыче золота туда попадать, естественно, о чистоте, да и, собственно говоря, и о рыбах, которые там живут, можно будет забыть. По-любому это нонсенс. Мы делали оценку экономическую этого месторождения, оно на самом деле очень небогатое, то есть там по всем оценкам очень смелым это золото, если его будут там добывать, 5-6 лет – это максимум. Тундровая природа, как вы знаете, восстанавливается очень долго. Ради этого разрушить то, что мы охраняли, то, что подлежит охране благодаря нашим федеральным законам и международным - это очень легко и быстро. Уничтожить можно легко, а восстановить потом либо не сможем, либо сможем, но очень нескоро.

Любовь Чижова: Сколько всего в России объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО? И как Россия выполняет свои обязательства по их охране?

Андрей Петров: Я буду говорить, если можно, только о природных объектах, потому что есть еще культурные – это другой слой. У нас природных объектов, официально включенных в список Всемирного природного наследия ЮНЕСКО, 9 в России, есть еще один объект, который включен в список культурного наследия, но фактически это территория тоже особо охраняемая природная - это национальный парк Куршская коса. Но тут есть хитрость, потому что Куршская коса создана с одной стороны природой, с другой стороны человек в течение двухсот лет вмешивался в то, чтобы дюны не развевало ветром. Это полезное вмешательство в дела природы. Но влияние человека очень сильное, поэтому в свое время, когда этот вопрос рассматривался на сессии комитета, решили сделать как культурный ландшафт, сделать объектом культурного наследия. То есть получается 9 плюс 1. Это те объекты, которые я уже называл – Байкал, Камчатка, Алтай, известные, Западный Кавказ. В прошлом году еще один новый объект попал в список российский - это плато Путорана, север Восточной Сибири, Красноярского края, совершенно уникальное по красоте и по природным ценностям место.
Что касается ситуации с этими территориями, да, действительно, когда мы начинали работать над проектом Всемирное наследие, когда Гринпис начинал работу в 94 году, была большая надежда, что действительно этот зонтик международный поможет тому, чтобы хотя бы не совались туда люди на самые ценные территории, признанные мировым сообществом действительно всемирным достоянием. Но как показывает опыт, особенно, к сожалению, последних 10 лет, даже всемирный статус не гарантирует того, что туда будут соваться жадные руки нашего бизнеса нечистоплотного, нашего руководства разнообразного. Напомню пример с байкальской трубой, которую пытались строить, слава богу, удалось это предотвратить. Сейчас открыли Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. Ситуация с Западным Кавказом, где под эгидой строительства олимпийских объектов пытались застроить Грушевый хребет буквально на самой границе объекта Всемирного наследия. Тоже удалось это дело ликвидировать. У нас постоянное ощущение борьбы.
То есть, хорошо, мы придали мировой статус, можно, казалось бы, успокоиться. Нет. Опять же разговоры постоянные, ведутся переговоры с Китаем о строительстве газопровода через плато Укок. Напомню, что это объект Всемирного наследия Золотые горы Алтая и так далее. Список длинный, на Куршской косе периодически какие-то вещи происходят.
На сессии комитета Всемирного наследия Россия постоянно в центре внимания. Дело в том, что статистика за последние годы на моей памяти, я езжу в последние годы постоянно на сессию комитета в качестве наблюдателя, и именно российские объекты в последнее время занимают первое место вместе с демократической республикой Конго. Вот такое почетное соседство. В демократической республике Конго, напомню, идет война гражданская много лет, там по другим немножко причинам уничтожается природа. У нас вроде как войны нет и на всех этих территориях ситуация мирная, но угроза постоянная чего бы то ни было нового имеется.

Любовь Чижова: У ЮНЕСКО есть какие-то реальные рычаги давления на Россию?

Андрей Петров: Вы знаете, да, я приводил несколько примеров удачного сочетания включения действующих рычагов с Байкалом, с тем же Кавказом. Собственно говоря, какая форма уже сложившаяся: если страна не выполняет обязательства по сохранности той или иной территории, а она сама подписывала эти обязательства охранять, то первое, что обычно делается – страна предупреждается. Россия получила уже по поводу Байкала 17 предупреждение, по поводу Коми тоже масса была предупреждений. В конце концов, в этом году миссия съездила, сделала соответствующие выводы, будет обсуждение. Первый шаг, который обычно делается для того, чтобы государство немножко приструнить, поставить на место - это включение в другой список, есть такой специальный список, который называется Всемирное наследие под угрозой. То есть это означает, что либо по естественным причинам, где-то цунами прошло, где-то война идет и так далее, либо это в виду безразличия халатности руководства, которое должно заниматься непосредственно охраной. Значит это звонок правительству: ребята, давайте срочно предпринимайте меры, что-то меняйте. Прецеденты исключения из списка были.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG