Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Социальные сети могут ответить за терроризм


Пикет партии "Яблоко", 27 января 2011 г

Пикет партии "Яблоко", 27 января 2011 г

В Ингушетии арестованы предполагаемые пособники террориста, подорвавшегося в московском аэропорту "Домодедово". Следствие считает, что к преступлению причастны брат и сестра Магомеда Евлоева – именно его после экспертизы ДНК сейчас называют непосредственным исполнителем взрыва. ФСБ и МВД заявляют о необходимости внесения очередных антитеррористических поправок в Уголовный кодекс. По мнению силовиков, социальные сети стали популярным каналом для вербовки террористов.

Магасским районным судом арестован третий предполагаемый сообщник террориста-смертника Магомеда Евлоева – 22-летний житель села Али-Юрт Умар Аушев. Его, как и сестру и брата смертника, Фатиму и Ахмеда Евлоевых, которых суд арестовал 9 февраля, подозревают в терроризме, убийстве, незаконном обороте оружия, взрывчатки и незаконном изготовлении взрывных устройств. Информацию об аресте подозреваемых Радио Свобода подтвердил глава правозащитного центра "Мемориал" в Ингушетии Тимур Акиев:

– Эти люди находились под следствием в управлении ФСБ по республике Ингушетия, в городе Магас. Обвинения, которые им предъявляются, основываются на том, что перед тем, как Магомед Евлоев, который потом взорвался в "Домодедово", поехал в Москву, он был в Али-Юрте и встречался с ними, а также с Умаром Аушевым. Эту информацию нам сообщил отец Магомеда Евлоева. У него есть, кстати, возможность встречаться со своими детьми, когда проводятся какие-то следственные мероприятия, допросы, его тоже несколько раз приглашали на допрос, он видел детей и разговаривал с ними. С их слов он узнал, что 19 или 20 января Магомед приехал в Али-Юрт, но домой заходить не стал, поэтому отец ничего не знал об этом визите, а встретился с сестрой и братом и на следующее утро уехал в Москву, причем его провожал Умар Аушев. Насколько был мотивирован Магомед Евлоев, что послужило для него толчком к тому, чтобы он совершил этот акт самоподрыва, честно говоря, мне трудно сказать. По предварительной информации можно предположить, что в августе или сентябре прошлого года он ушел к боевикам, и там его, очевидно, подготовили к теракту.
К сожалению, все было бы значительно проще, если можно было бы убрать одну причину, например, жестокие действия силовиков, и таким образом разрешить ситуацию. Практически ни в одной стране мира этого недостаточно

– Почему только 9 февраля сообщили о том, что задержаны эти трое, хотя известно, что они были задержаны неделю назад? Не было ли в течение этой недели какой-то работы с ними?

– Я думаю, что это было сделано в интересах следствия, потому что по закону о борьбе с терроризмом можно задерживать подозреваемых на срок до 30 суток без предъявления обвинения. Была ли какая-то подготовительная работа с ними или не была, я не могу сказать, но, по крайней мере, по словам адвокатов, их подзащитные на действия сотрудников следственной группы, которая ведет это дело, не жалуются, – подчеркнул Тимур Акиев.

После задержания Фатимы и Ахмеда Евлоевых, оперативники на основании выводов экспертов пришли к тому, что родственники могли передать террористу бомбу. Во всяком случае, смывы с их рук показали, что на них сохранились микрочастицы гексогена, входящего в состав пластита, который, в свою очередь, использовался для детонации бомбы на основе аммиачной селитры.

Фатима Евлоева была женой одного из лидеров плиевской вооружённой группы Бекхана Богатырёва. Его, а также амира Харона Плиева сотрудники ФСБ уничтожили 12 августа прошлого года. Ставшая вдовой Фатима вернулась из Назрани в родной Али-Юрт. Возможно, узнав от сестры подробности произошедшего, Али-Юрт вскоре покинул её младший брат Магомед, к которому присоединились несколько его приятелей. Родителям молодые люди сказали, что отправляются на заработки в Краснодарский край, а сами оказались среди так называемых "лесных".

Бомбу, взорвавшуюся на Магомеде Евлоеве в "Домодедово", по некоторым данным, могли изготовить в соседнем с Али-Юртом селении Экажево, в доме родственника Бекхана Богатырёва – Бориса. Сотрудники ФСБ нашли в нём целое производство взрывчатки из селитры и уже готовые бомбы. Устройства взорвали вместе с пустующим домом, а самого Бориса Богатырёва объявили в розыск. "Семейный терроризм" – таким термином оперируют следователи и журналисты, говоря о расследовании терактов, подобных "домодедовскому". Существует ли на Кавказе "семейный терроризм" и правомерно ли использовать это понятие в истории с семьёй Евлоевых-Богатырёвых? На эти вопросы отвечает главный редактор сайта "Агентура.Ру" Андрей Солдатов:

– Наверное, можно говорить о таком явлении. Другое дело, что часто репрессии или какие-то акции против родственников могут быть всего лишь одной из причин, которые приводят к тому, что человек считает нужным стать шахидом. Потому что известны случаи, например, в Дагестане, когда отнюдь не родственники убитых боевиков, а родственники милиционеров, то есть людей с другой стороны, становились шахидами. Думаю, для людей из семьи Евлоевых, наверное, репрессии не были первопричиной. К сожалению, тут работает комплекс причин. Это, скорее, вопрос к социологам, которые должны изучать ситуацию в каждом отдельном регионе. К сожалению, все было бы значительно проще, если можно было бы убрать одну причину, например, жестокие действия силовиков, и таким образом разрешить ситуацию. Практически ни в одной стране мира этого недостаточно. Боюсь, что и здесь это может играть свою роль, но не основную, – считает Андрей Солдатов.
Основные ходы по борьбе с терроризмом – это улучшение уровня жизни, улучшение климата, расширение политических возможностей. Это все отметается и практически не используется в качестве попыток побороться с терроризмом или с экстремизмом

Фатима и Ахмед Евлоевы и Умар Аушев – не последние, кого намерены задержать правоохранительные органы по делу о теракте в "Домодедово". Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров 9 февраля заявил, что милиция и ФСБ ищут ещё четверых уроженцев республики, которые могут быть использованы лидерами незаконных вооружённых формирований в качестве террористов.

Российские власти пытаются предотвратить вступление молодёжи в ряды вооружённого подполья. На этой неделе представители ФСБ и МВД заявили о необходимости внесения очередных антитеррористических поправок в Уголовный кодекс. На этот раз силовики обратили внимание на социальные сети, которые, по их мнению, стали популярным каналом для вербовки террористов. Эксперты опасаются намерений силовых ведомств жёстче фильтровать интернет-контент. Говорит президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов:

– Не устаешь удивляться, как непрерывно возобновляются подобные инициативы. Основные ходы по борьбе с терроризмом – это улучшение уровня жизни, улучшение делового климата, расширение политических возможностей. Это все отметается и практически не используется в качестве попыток побороться с терроризмом или с экстремизмом. Самый удобный способ – запрещение. И вот еще один пример очередного запрещения, которое пытаются предпринять силовые министерства. Ну что с эти поделаешь? Видимо, мы обречены жить среди подобных инициатив, – заявил Алексей Симонов.

Представители МВД и ФСБ предлагают ввести уголовное наказание за распространение и хранение незаконной информации не только для пользователей, но и для владельцев ресурсов. Пока этот вопрос в российском законодательстве не прописан.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG