Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

''Роль наземных экосистем в регуляции климата и место России в посткиотском процессе''



Марина Тимашева: Разговор о перспективах выживания (или не выживания) в природной среде мы начали с книги Джареда Даймонда ''Коллапс'' Сегодня Илья Смирнов знакомит нас с работой Елены Букваревой ''Роль наземных экосистем в регуляции климата и место России в посткиотском процессе''. Книжка небольшая, но довольно сложная для восприятия, во всяком случае, гуманитариями. При этом автор и издательство ''Товарищество научных изданий КМК'' сделали, кажется, всё возможное, чтобы облегчить понимание простыми читателями (вроде меня) биогеофизических и биогеохимических процессов. Каждый вывод сопровождается цветной схемой. Некоторые живо напомнили с детства запавший в душу ''Круговорот воды в природе''. Вот, например, ''Основные хранилища и потоки углерода'' (3). Или: ''основные климаторегулирующие функции экосистем. Синие стрелки показывают ''охлаждающий'' эффект, красные – ''нагревающий'' (2). Есть ли надежда, что современные старшеклассники всё это освоят и сделают правильные выводы?

Илья Смирнов: В свете дальнейшей ''модернизации образования''
боюсь, что ''круговорот воды в природе'' тоже спишут в утиль как пережиток ''тоталитаризма''. Останется только круговорот ''духовно-нравственных'' ценностей.

Марина Тимашева: Это как?

Илья Смирнов: Из галереи М. Гельмана крестным ходом через просеку в Химкинском лесу – и в Куршавель. Или в Давос. Где там еще собираются духовно-нравственные воспитатели?
А вообще-то естественные науки тем и опасны, что порою вносит сокрушительную ясность в сюжеты, замусоренные игрой в пустые слова.
Вот, например, характеристика новейшего периода российской истории, неких ''реформ'', от которых Россия претерпела ''второе рождение'', стала ''цивилизованным государством'', сами знаете эти мантры, в произнесении коих недавно опять соревновалось высшее начальство с ''радикальной оппозицией''.
А вот вам естественнонаучный взгляд:

''В России на фоне общей тенденции снижения антропогенных выбросов парниковых газов с 1990 г. по 2004 гг. выбросы метана в секторе ''отходы'' нарастали за счет выделения со свалок (полигонов ТБО). Выделение метана со свалок за этот период увеличилось более чем в 1,5 раза… Это связано с увеличением вывоза отходов на свалки, несмотря на сокращение численности населения и промышленного производства. Сегодня свалки занимают в России около 1 млн. га земель'' (5).

Вот так. Умрите, все политологи, а лучше не скажете.
Но ''если раньше экологический ущерб… вызывал опасения прежде всего на локальном и региональном уровнях, то сегодня становятся очевидными глобальные последствия'' (27). Работа Елены Николаевны Букваревой отражает состояние ''природного покрова'' всей нашей планеты в контексте конвенции ООН об изменении климата и
Киотского протокола, то есть международных соглашений, в которых высокие стороны договорились, точнее, пытались договориться о сокращении выбросов парниковых газов с их территорий. А поскольку основными парниковыми газами, концентрация которых зависит от человека, считаются углекислый газ и метан (25), то вся интрига строится, как Вы справедливо отметили, вокруг углерода. Его круговорота в природе. И это именно интрига, как в хорошей драме. Очень хотелось бы, чтобы ее на сегодняшний момент открытый финал не обернулся трагедией.
Ведь ''воздействие человека на климатическую систему Земли… вывело ее за пределы природной динамики Четвертичного периода. Если доиндустриальные концентрации СО2 и СН4… наблюдались во все межледниковые периоды, то их современные уровни вышли далеко за пределы природных циклов. .. В истории Земли происходили и более сильные изменения концентрации СО2, но они происходили гораздо медленнее – на протяжении миллионов лет'' (45)
В этой небольшой книге – а жанр ее автор и издательство определили как ''обзор'' - рассматривается множество сугубо специальных вопросов, функционирование конкретных экосистем – разных типов лесов, болот и так далее, проблема газогидратов (7), вечной мерзлоты, судить об этом я не уполномочен, но как историк, могу составить общее представление о ''предлагаемых обстоятельствах'', в которых возможна история. Они ''сформированы жизнедеятельностью биоты в течение миллиардов лет. Достаточно вспомнить, что кислородная атмосфера появилась и сохраняется благодаря деятельности фотосинтезирующих организмов'' (1). Но человек вносит в эти условия радикальные изменения, его деятельность ''стала крупнейшим геологическим фактором'', причем начало новой геологической эпохи – ''антропоцена'' - по мнению автора, ''следует отодвинуть на несколько тысяч лет назад, когда началось существенное изменение природных потоков СО2 и СН4 в результате развития земледелия и сведения лесов'' (47). ''В историческое время утрачено 40- 46 % лесов – наиболее продуктивных экосистем суши, а оставшиеся в значительной степени фрагментированы и деградированы'' (27).

Марина Тимашева: В книге есть отдельная глава про ''Глобальные функции российских экосистем…'' Чем это подтверждается?

Илья Смирнов: Самыми обширными ''резервуарами углерода'' в почвах, в болотах, в вечной мерзлоте. ''Именно в холодном и влажном климате создаются условия для захоронения углерода'' (81) ''На нашей территории расположен крупнейший центр стабилизации биосферных процессов'' (79) Пока это так. Наверное, надежды автора на ''переход к национальной экологоцентрической концепции природопользования'' (84) выглядят немного наивными, но хочется же верить в лучшее…

Марина Тимашева: Очень хочется! Но напомню Вам, что целый ряд политиков и журналистов смело высказывался как раз по специальным вопросам, убеждая людей, что волноваться не о чем, с климатом все в порядке, в пределах циклических колебаний, а глобальное потепление – всего лишь страшилка, придуманная учёными в каких-то своекорыстных целях. Но с прошлого лета эти голоса как-то приумолкли.

Илья Смирнов: Птица счастья завтрашнего дня (она же жареный петух) потревожила нас даже не клювом, перышками от крыла, и погубила тысячи москвичей - при том, что, подчеркиваю, системы жизнеобеспечения устояли! – а по стране десятки тысяч, "В связи с аномальной жарой, природными лесными пожарами и задымлением в Российской Федерации в июле текущего года умерло на 14,5 тысяч человек, а
в августе - на 41,3 тысячи человек больше, чем за этот же период прошлого года"

Более страшная засуха поразила бассейн Амазонки в 2005 – 2007 годах (40). О ней рассказывается в книге. И еще много о чем подобном. Но для тех, про кого Вы вспомнили, это не важно. Вот характерная формулировка. "Что под угрозой - климат или свобода? Мой ответ - под угрозой свобода, а с климатом все в порядке. Нам диктуют, как жить, что делать, как себя вести. Многие из нас уже имели подобный опыт - коммунизм" То есть, свобода ''экадавра, потребительски неудовлетворенного'' (как сказали бы братья Стругацкие) не должна быть ограничена ничем, даже самосохранением. Пусть погибнет мир, но торжествует хватательно-глотательный инстинкт.
Что касается климата: в книге приведены свидетельства ''общего увеличения среднегодовых температур'' (51) вот схема изменения сезонных температур по планете (50) и конкретно по России (51), или, например, данные о ''смещении границ экосистем''. Южное сдвигается к северу. ''В самом северном в мире древостое – урочище Ары-Мас на Таймыре лиственница проникла в зону тундры, сомкнутость ее древостоя увеличилась, с юга и запада в зону доминирования лиственницы внедрились темнохвойные породы (сосна, ель, пихта)'' (51).
При этом автор чрезвычайно осторожна в выводах и – особенно – в прогнозах. Целый раздел называется ''Экосистемная стратегия в условиях неполного знания'' (67). Но есть то, что под вопросом – как себя поведут почвенные микроорганизмы при таянии вечной мерзлоты (68) – и есть закономерности, уже более-менее установленные. Замечательная фотоиллюстрация из Австралии: облака над природной растительностью и сухой воздух над ''культурными'' полями. ''В результате формирования такой локальной циркуляции над природной растительностью осадки увеличиваются на 10 %, а над полями уменьшаются на 30 %'' (13). Приближаясь к побережью, мы увидим, что ''при наличии леса влажный воздух идет со стороны океана…, а при уничтожении растительности направление движения воздуха в приземном слое меняется на противоположное, вызывая иссушение климата и сокращение стока рек'' (14).
Это и есть ''климаторегулирующие функции экосистем'' (16). Но вмешательство в эти системы может, по достижении некоторого порога устойчивости, перевести ее в иное устойчивое состояние. Самая тревожная ситуация как раз в бассейне Амазонки (39). По мере уменьшения площади лесов происходит ''сокращение осадков и потепление регионального климата''. ''Положительная обратная связь между площадью леса и количеством осадков ведет к образованию в этом регионе, кроме современного состояния, еще одного потенциально устойчивого состояния, при котором значительная восточная часть бассейна Амазонки будет замещена саваннами и даже полупустынной растительностью'' (20).
Мы, кстати, уже обсуждали подобные резкие переходы из одного климатического режима в другой на примере Северной Африки – если помните, была у нас такая историческая монография, “Древний Египет, почва цивилизации” И биолог Елена Букварева тоже ссылается на этот пример. Сахара на месте богатейшей саванны.
И приходит к таким выводам: даже в отсутствие надежного прогноза разумнее всего ''следовать принципу предосторожности'' (70).
''Важнейшая для человека функция экосистем заключается в замедлении процессов изменения климата и биосферы. Она дает человечеству время для адаптации… Если скорость климатических изменений не будет слишком высокой, то цивилизация сможет относительно безболезненно перестроить экономику и системы безопасности населения'' (72) ''Главной задачей следует считать не снижение любыми средствами глобальной температуры, а восстановление нарушенных человеком механизмов биотической регуляции климата Земли'' (83).
И заметьте: те виды деятельности, которые осчастливили нас огромным выбросом парниковых газов, как правило, вредны и сами по себе, безотносительно к климатическим прогнозам. Нефтяная энергетика, автомобили, вырубка лесов. И если наши далекие предки с примитивным земледелием и без контрацепции просто вынуждены были изводить растительность, иначе умерли бы с голоду, то для современного человека в этом нет никакой жизненной необходимости. Когда наши ''духовно – нравственные'' нам объясняют, что нет альтернативы уничтожению последних подмосковных лесов, это сознательная ложь. Напишите запрос в Сингапур: как там с частным автотранспортом, введите ту же систему в Москве, и вам за глаза хватит имеющихся дорог. Но, цитирую Елену Буквареву, ''проблема заключается не в том, что наука не может предсказать последствия, а в том, что решения… принимаются вопреки тем предсказаниям, которые может сделать наука''

Марина Тимашева: Я вспоминаю сценарий ''ядерной зимы'', то есть гибели всего человечества в случае масштабного применения атомного оружия. Потом, когда опасность отступила, появились умники, которые стали говорить, что сценарий был, дескать, ошибочным, даже заведомо ошибочным, ученые напрасно запугивали людей…

Илья Смирнов: Да, и помешали политикам отправить на тот свет, пусть не всё человечество, но хотя бы половину или две трети.
Злые люди бедной киске
Не дали прикончить близких…
Так вот, если даже допустить – сугубо теоретически, в порядке мысленного эксперимента – что и в случае с климатом опасения несколько преувеличены, у биосферы есть еще силы обезвреживать наши помои. Ну и что? Кому будет хуже от того, что человек выйдет из состояния тупого потреблятства и задумается о природе, о звёздах, о собственной душе, наконец? По-моему, это будет на пользу всем: людям, ''слону и даже маленькой улитке''. И прогрессивно с любой точки зрения: естественной, гуманитарной и даже религиозной.
XS
SM
MD
LG