Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Авария в Японии и будущее атомной энергетики. Споры в США


Ирина Лагунина: Авария на японской атомной электростанции "Фукусима-1" стала причиной самого серьезного беспокойства в США. Выдержат ли американские реакторы стихийное бедствие такого масштаба, как в Японии, не следует ли пересмотреть действующие стандарты безопасности? Белый Дом пока отвечает на эти вопросы уклончиво, ссылаясь на нехватку информации. Рассказыает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: В чем причина японского несчастья и что теперь делать? Об этом британский ядерный физик Фрэнк Бэрнаби рассказал в интервью корреспонденту Радио "Свободная Европа" Брюсу Панье.

Фрэнк Бэрнаби: Говоря попросту, нарушена система охлаждения, и поэтому топливные элементы нагреваются. Вода, охлаждавшая их, частично испарилась из-за нехватки электричества. Вследствие нагревания топливных элементов нагрелась и вода. Началось деление молекул воды на молекулы кислорода и водорода, водород взорвался, и взрыв повредил внешнюю оболочку. Но внутренняя оболочка, резервуар высокого давления, остается герметичным, поэтому масштабного выброса радиоактивности нет. Его не будет до тех пор, пока не лопнет резервуар высокого давления, и нам остается надеяться, что этого не произойдет. <…>

Владимир Абаринов: Землетрясение 11 марта повлекло за собой автоматическую остановку реакторов, нарушилось энергоснабжение системы охлаждения. Резервные дизель-генераторы были выведены из строя волной цунами. Температура в реакторах стала повышаться. В систему теперь закачивают морскую воду. Некоторые эксперты считают это актом отчаяния, другие – технически правильным решением. Мнение Фрэнка Бэрнаби.

Фрэнк Бэрнаби: На самом деле – и то и другое. Это то, чего обычно не делается. Это значит, что придется менять активную зону реактора. С точки зрения реактора, это плохо. С другой стороны, необходимо наладить охлаждение, и на данном этапе вследствие цунами особого выбора у них нет. Они закачивают морскую воду, потому что возможности закачивать пресную у них нет. Думаю, в результате нужно будет менять реактор.

Владимир Абаринов: В среду утром генеральный секретарь правительства Японии Юкио Эдано заявил о значительном повышении уровня радиации в районе АЭС и об эвакуации персонала.

Юкио Эдано: Уровень радиации у главного входа с 10 часов вдруг резко повысился и сейчас составляет тысячу микрозивертов. Это последние данные, какие я получил. Исходя их них, мы отдали распоряжение о временной эвакуации сотрудников в безопасное место.

Владимир Абаринов: Однако менее чем через час Эдано сообщил, что уровень радиации начал снижаться. Что может произойти в ближайшее время? Фрэнк Бэрнаби.

Фрэнк Бэрнаби: Это всецело зависит от того, выдержит ли внутренняя оболочка. Радиоактивные вещества, уже попавшие в атмосферу – главным образом цезий-137 и йод – выведены специально, чтобы понизить давление, это был контролируемый, преднамеренный выброс. Чего мы боимся сейчас, так это взрыва, который повредит оболочку, и в атмосферу попадет большое количество высокорадиоактивных изотопов. Вот это будет катастрофа, равная Чернобылю. Представьте себе, что здесь, в Уэльсе, за тысячи километров от Чернобыля, мы до сих пор наблюдаем овец, загрязненных радиоактивностью, а ведь прошло уже 25 лет. Этот пример дает возможность представить масштаб проблемы. Так что нам нужно лишь надеяться на японцев, что они не допустят масштабного выброса радоактивности, что поврежденная оболочка реакторов все-таки выдержит. Вот на что мы должны надеяться.

Владимир Абаринов: В Вашингтоне по требованию журналистов пресс-служба Белого Дома созвала специальный брифинг, в котором принял участие директор федеральной Комиссии по ядерному надзору Грегори Язко.

Грегори Язко: Прежде всего, исходя из конструкции реактора и сути случившегося, мы считаем весьма маловероятным повышение уровня радиации до опасного в Соединенных Штатах, на Гавайях или на какой-либо другой американской территории. В настоящее время информация, которой мы располагаем, говорит о том, что меры, принимаемые японцами в ответ на этот кризис, соответствуют подходу, который практикуем мы здесь, в Соединенных Штатах. И самое главное: мы рекомендуем американцам, находящимся в Японии, слушать и исполнять указания японского правительства, касающиеся ядерных объектов.

Владимир Абаринов: Однако журналисты хотели знать подробности аварии в Японии.

- Имело ли место частичное расплавление на каком-либо из этих реакторов?

Грегори Язко: В настоящее время мы не располагаем детальной информацией о том, что происходит в активной зоне реактора. Но суть ситуации заключается в том, что реактор лишился механизмов нормального охлаждения. По мере развития ситуации мы получим более подробную информацию. Но в данный момент все силы направлены на то, чтобы найти возможность охлаждения реактора.

Владимир Абаринов: Грегори Язко заверил, что атомные электростанции США построены и эксплуатируются с соблюдением самых высоких стандартов безопасности.

Грегори Язко: Что касается американских электростанций, то они спроектированы в соответствии с очень высокими стандартами сейсмоустойчивости. Все наши реакторы построены так, чтобы они смогли выдержать значительные природные нагрузки, такие как землетрясения, торнадо и цунами. Мы уверены, что у нас очень надежная и прочная инфраструктура управления реакторами. Но, разумеется, мы как независимое агентство, как всегда в таких случаях, продолжаем анализировать поступающую информацию, чтобы понять, должны ли мы внести изменения в свою программу.

Владимир Абаринов: Однако эти заверения журналистов не удовлетворили.

- Вы только что говорили о том, какие высокие стандарты здесь у нас, в Соединенных Штатах. Чем отличаются японские стандарты безопасности от американских?

Грегори Язко: Как я уже сказал, нашей главной задачей всегда было обеспечить безопасность наших ядерных электростанций. Мы сейчас также сосредоточились на том, чтобы предоставить японцам техническую экспертизу по их просьбе. Вопросы о различиях в системах безопасности и о том, потребуется ли нам вносить изменения, мы будем рассматривать позже.

Владимир Абаринов: Журналисты продолжали добиваться от Грегори Язко ясных ответов.

- Способны ли реакторы в Соединенных Штатах выдержать подземный удар такой силы?

Грегори Язко: Я не хочу заниматься домыслами на эту тему в данный момент.

- Спроектированы ли они так, чтобы выдержать? Я, например, знаю, что вот этот самый реактор в Японии строился с таким расчетом, чтобы выдержать удар 7,9 балла. Американские реакторы – они смогут устоять при ударе силой в 8,9 балла?

Грегори Язко: Все, что я могу сказать в настоящий момент, - это что у нас действует очень серьезная программа безопасности на случай сейсмических явлений, которые могут произойти вблизи от наших ядерных объектов. Когда мы пройдем через самую острую фазу кризиса, мы соберем информацию об особенностях случившегося. Но я не хочу сейчас заниматься измышлениями о том, какие именно факторы сыграли роль в Японии.

- И еще один вопрос. Вы сказали, что существует весьма малая вероятность – именно так вы выразились – что опасная радиация достигнет Гавайев или Западного побережья. Эта оценка исходит из нынешнего состояния реакторов, возможности частичного или, не дай Бог, полного расплавления активной зоны? В этом случае ваша оценка может измениться?

Грегори Язко: Информация об отсутствии какого бы то ни было вредного эффекта на США основана просто на особенностях конструкции этого типа реакторов и, естественно, на том, что они находятся на большом расстоянии от любой из американских территорий. Просто не существует таких радиоактивных материалов, которые способны на таком значительном расстоянии подвергнуть

- Даже в самом худшем случае, даже в случае неуправляемого распада, вредоносная радиация не достигнет Гавайев или Западного побережья?

Грегори Язко: Опять-таки: я не хочу строить догадки по поводу различных сценариев, но конструкция и расстояние делают весьма маловероятным причинение какого-либо вреда.

Владимир Абаринов: Катастрофа в Японии способна поставить крест на энергетической программе Барака Обамы, в которой атомной энергетике отводится значительное место. Однако первый заместитель министра энергетики США Дэн Понеман считает, что причин для отказа от программы пока нет.

Дэн Понеман: Мы будем по-прежнему стремиться разнообразить наши источники энергии. Мы будем обеспечивать безопасность каждого из этих источников в той мере, в какой это вообще возможно. И мы будем извлекать все возможные уроки как из реальных эпизодов, так и из гипотетических. Здесь нет ничего нового. Это наш неизменный подход к разработке наших энергетических ресурсов. Все аварии принимаются во внимание, но мы не меняем каждый день наш общий подход к энергетической политике в целом.

- И ядерная энергия – ключевой компонент вашего плана диверсификации?

Дэн Понеман: Ядерная энергия уже занимает критически важное место в энергетическом балансе США. У нас 104 действующих реактора – это 20 процентов электричества, производимого в стране. 70 процентов электроэнергии, произведенной без выбросов углекислого газа, выработано с помощью ядерных реакторов. Так что мы считаем, что атомная энергия будет играть важную роль в чистой энергетике будущего.

Владимир Абаринов: Тем временем во вторник еврокомиссар по энергетике Гюнтер Эттингер объявил о решении провести стресс-тесты европейских АЭС на сейсмоустойчивость и надежность систем безопасности. В Европе в настоящее время действуют 143 атомные электростанции. Юрисдикция Европейского Союза на них не распространяется, поэтому тесты будут добровольными. В Берлине федеральный канцлер Ангела Меркель заявила, что Германия остановит семь своих самых старых реакторов, эксплуатация которых началась до 1980 года. Они будут остановлены минимум на три месяца, в течение которых будет определена их дальнейшая судьба. К 2030 году Германия планирует полностью отказаться от атомной энергетики.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG