Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
В интервью Радио Свобода режиссер Светлана Врагова - одна из основных героинь фильма Андрея Караулова "Ходорковский. Трупы" - высказала несколько иную версию событий пятнадцатилетней давности.

17 марта в интернете появился фильм о Михаиле Ходорковском и убийствах, которые якобы совершались по его заказу. Картину снял тележурналист Андрей Караулов. Свое расследование автор назвал "Ходорковский. Трупы".

Одна из главных героинь фильма – Светлана Врагова, художественный руководитель театра "Модерн". Врагова подробно рассказывает о том, как ее выселили из квартиры на Чистых Прудах, и что она пережила, пока не получила новое жилье. В картине много раз повторяются слова об убийствах и исчезновениях соседей Светланы Враговой, но не приводится ни одного факта, свидетельствующего о том, что эти убийства и исчезновения связаны с деятельностью Михаила Ходорковского.

В интервью РС народная артистка РФ заявила, что никогда не утверждала, что Михаил Ходорковский причастен к каким-нибудь убийствам. Она по-прежнему убеждена, что в ее бедах с квартирой на Чистых прудах виноваты структуры банка "Менатеп" - но сейчас, по прошествии времени никаких претензий к Ходорковскому она не имеет. Кроме того, Врагова заявила, что ее подпись под известным "письмом 50" против Ходорковского и Лебедева была получена обманным путем, и именно поэтому она отказалась подписать второе обращение – "письмо-55" против бывших руководителей НК "ЮКОС".

Дом, где жила Светлана Врагова находился рядом с банком "Менатеп" Михаила Ходорковского на Чистых прудах, и по заказу предпринимателя его пытались расселить, – утверждает в фильме народная артистка России. Все жильцы согласились на предложение банкира, за исключением Враговой и ее соседа, предпринимателя Александра Кончатова. Они отказались переезжать в новостройки на окраину Москвы. В результате насильственных действий со стороны сотрудников "Менатепа" Врагова лишилась квартиры, а Кончатова убили. Такова версия автора фильма Андрея Караулова. Вот как описывает эту историю сама Светлана Врагова:

Врагова про Ходорковского



– Окружение Михаила Борисовича меня ужаснуло! Входили в мой театр, говорили: "выезжайте из дома, из моей квартиры" - мол, "дом мы купили". Я говорю "я не поеду никуда из квартиры". У меня двухэтажная роскошная квартира, отцовская. Я не хотела уезжать из квартиры. Шум очень сильный начался, потому что я сказала, что сейчас напишу в такие газеты как "Чикаго трибюн", "Санди Таймс", "Гардиан" т.д. Я известный режиссер. И мне стали звонить оттуда журналисты, мои друзья. Я хотела просто обратиться, поскольку никто не обращал внимания на то, что творится, – ни московское правительство, ни милиция, ни адвокаты. Саша Кончатов пришел ко мне и говорит: "Ты ничего не боишься?" Я говорю: "Саш, а чего бояться?" Смерть Саши Кончатова, женщины на Покровке из чайного отдела. Много чего было…

– Эти же дела не расследованы и ничего не доказано. Ходорковского посадили совершенно за другое.

– Вот именно. Если есть за что посадить, если есть, если человек убил, – давайте процесс. Вот убитый человек. Вот эта смерть, вот эта смерть, вот этот серийный убийца. Дайте процесс!

– А почему этого не делают, на ваш взгляд?

– Не знаю. Я ничего не могу сказать про эту историю с Мишей. Я ничего не понимаю вообще, что происходит у нас в государстве. События с домом произошли в 1995 году, тогда был беспредел, а у Караулова передача вышла в 2005 году, тогда вдруг начались проблемы у Ходорковского...

– Вас устраивает качество этой передачи? Там он перебивает своих визави - вас в том числе. Или пытается за своих героев договорить фразы, явно навязывая свое мнение, и тут же предъявляет обвинение оппонентам. Как вам такая манера повествования?


– Ну, это карауловский стиль. Вы же его знаете.

– А правда, что Ходорковский купил вам квартиру, и конфликт был улажен?

– Да, квартира была куплена! Вмешались серьезные люди, кто – не могу сказать. Я сидела ночью, позвонила своему товарищу и говорю – что делать? А что я могу сделать? Наступила такая зловещая тишина. Моему мужу сказали, когда он сюда приехал: "А ну-ка, вали отсюда, иначе завтра тебя в живых не будет". Он приехал и говорит: "Там так страшно, туда ехать нельзя". Потом ночью мне звонили и говорили: "У вас выносят вещи". Я еду утром. Представьте все, что все, что у вас было – папины вещи антикварные, мамины вещи, все, что составляло вашу жизнь – исчезло! Он же знал, что я известный режиссер. Он же мог меня вызвать к себе, сказать: "Светлана, такая история, нужен дом". Я, конечно бы, брыкалась и сказала: "Оставь мне мою часть, у меня свой вход, у меня свой ключ этой двухэтажной отдельной квартиры". Сейчас этот дом – у ЮКОСа. Я в ту квартиру, которую он мне купил, не вхожу. У меня там ничего нет. Я живу на даче.

– Вы не простили этого человека?

– Нет, безусловно, простила. Мы сидели за одним столом на приеме у Ельцина в Кремле. Когда он спросил, как меня зовут, я сказала – вы с трех раз угадайте. "Ой, простите, я не знал, что это вы!" Вот так было. "А что вы сейчас делаете?" "Заведую небольшой нефтяной скважиной". А "Менатеп" уже был кончен...

Я считаю, что с него хватит. Если меня спросят, я скажу, что разгромили квартиру. Было такое дело. Мне его сейчас безумно жаль. Я считаю, что там сложная история. Я надеюсь, что когда-нибудь мы поймем, в чем там дело... Там сидеть должны другие – но тогда, по идее, сидеть должны все.

– Наблюдатели говорят о том, что выход картины сегодня не случаен. Скоро защита Ходорковского подаст документы на обжалование второго приговора, и нет сомнений, что такой информационный продукт может оказать воздействие на суд следующей инстанции.

– Есть, конечно. У меня есть ощущение, что это надо было делать сразу. Когда судили человека, возьмите все факты. В 2005 году прошел фильм. Почему тогда не учли эти факты? Я не понимаю, почему надо хвост отрубать по частям? По идее в 1995 году он должен был заслуженно получить хотя бы за разгром квартиры. Это должны были вмешаться правоохранительные органы и что-то с ним сделать. В 1995-м! А вот на сегодняшний день, я вам как режиссер могу сказать, я бы этого не делала, потому что это больно, это его трагедия. Не надо совмещать. Он в трагическом состоянии находится. Я не злорадствую и не хочу ему еще 14 лет, – сказала Светлана Врагова.

* * *

В картине "Ходорковский. Трупы" Андрей Карулов неоднократно называет Михаила Ходорковского серийным убийцей. Обозреватель Радио Свобода Марьяна Торочешникова попыталась получить объяснения на этот счет у самого телеведущего:

Торочешникова - беседа с Карауловым



– Рассказывая об истории дома в Колпачном переулке в Москве, автор фильма Андрей Караулов рефреном повторяет об имевшихся якобы убийствах жильцов этого дома, которые организовывались по инициативе руководства банка "Менатеп" и Михаила Ходорковского. Я попросила Андрея Караулова пояснить, какими именно фактами он обладает для того, чтобы делать такие утверждения. Вот что он рассказал:

– Почему его, Ходорковского, за кровь, за Сашу Кончатова, за Врагову, за все те истории, о которых мы рассказываем, не судили? У меня нет ответа на этот вопрос.

– Почему так много историй Враговой и никаких фактов об убийстве Кончатова, об убийстве армянской семьи?..

– Потому что я не могу найти его маму. Помогите мне. Давайте найдем маму и отца Саши Кончатова в Люберцах, где они живут. Вот милиция не смогла мне помочь. Может быть, вы мне поможете. А другие жильцы этого подъезда? Ни одной домовой книги не осталось. Все уничтожено.

– Вы абсолютно уверены, что все они были убиты?

– Нет, нет...

– Вы говорите о том, что у Ходорковского на руках кровь.

– У него на руках – утверждаю я, не предполагаю, а утверждаю я, Андрей Караулов, – кровь Александра Кончатова, – сказал Андрей Караулов.

А вот что по этому поводу говорит, одна из главных героинь фильма Андрея Караулова Светлана Врагова:

Врагова про Ходорковского


– Давайте будем откровенными. При чем здесь Караулов? Удар идет совсем не там… Решили наверху – и там так сделают. Решение там наверняка уже дано, принято – Ходорковского не выпустят до выборов, это железно.

– В 2005 году вы подписали письмо деятелей культуры и спорта против Ходорковского, "письмо 50-ти". Совсем недавно из недр Общественной палаты появилось "письмо 55-ти", тоже против Ходорковского, но вы его не подписали. Почему?

– Потому что я считаю – хватит. Мы подписали совсем другое письмо. Тогда в 2005 подписали письмо против власти и диктатуры денег. Там вообще слово "Ходорковский" не упоминалось.

– Но потом оно появилось в печатной версии.

– Потом оно появилось, когда наши подписи уже стояли. Вы же читали, кто возмущался (прим. автора: Анастасия Волочкова, Лео Бокерия, Александр Буйнов, Светлана Светличная, Ирина Роднина).

– Получается, что в первом письме вас ввели в заблуждение?

– Первый раз – да.

– Вам не было обидно, когда вашим добрым именем воспользовались против Ходорковского?

– Конечно, мне было неприятно. Я говорю, ребята, а что я подписала-то? По телефону мне сказали, потом принесли. Там вообще слова "Ходорковский" не было. Второе письмо мне принесли из Общественной палаты. Тоже нет имени Ходорковского. А второе я не подписывала, сказала: "Идите на фиг от меня!" На меня обиделись. Ощущение, что я во всем виновата – виновата в том, что мне разгромили квартиру, виновата в том, что, наконец, об этом рассказали. Смешно, правда?!

– Получается, что и во втором "письме-55" не было фамилии Ходорковского и Платона Лебедева? Но когда его опубликовали в Сети, оно там появилось. Вы, наверное, это заметили.

– Да, второй раз было. Что-то выдумывают, глупо очень. Там многие люди, кроме меня не подписали, Лео Бокерия тоже не стал… Почему? Объясняю. Существует понятие в стране – милосердие. Человек, предположим, за что-то… Тогда я не поняла, за что его посадили, я понимала, что он делает очень много всяких вещей нехороших, судя по себе. Тогда, конечно, когда в 2005 году Андрей сделал передачу, я сказала – наконец-то. Но обратите внимание на тон, как я это говорю – с юмором. Но он же мог, он же знал, он не мог со мной поговорить, не обязательно в Кремле за столиком, а вызвать к себе и сказать – вот тебе квартира, перевози вещи, я тебе сделаю лучшую квартиру, чем у тебя была. Я понимаю, это тяжело, но, Света, поди мне навстречу, я тебя очень прошу. Что, это трудно было сделать?

– Ваше отношение к "письму 45-ти", где деятели культуры просят "Международную амнистию" признать Ходорковского узником совести?

– Нет, он не узник совести. Он, скорее, заложник вот этого кошмара, который придумала сначала комсомольская братва, которую я терпеть всю жизнь не могла. Он узник бессовестного отношения правительства Ельцина и прочих, он узник беззакония того времени.

– А сейчас вы от него что-то ждете, какого-то покаяния или извинений?

– Нет. Он уже перестрадал сильно. Нет, ничего не надо. Я желаю ему выйти оттуда. Он уже перестрадал. Все, хватит. Конечно, в России так принято, что того, кто уже наказан и кто не хочет, чтобы посидели в тюрьме, маму жалко, семью дико жалко. Но ведь я не призываю в фильме его убить, уничтожить, наказать. Правда? Там же нет от меня этого, правильно? Я просто рассказывала, как мне было страшно. Самое главное, я даже не Мишу обвиняю. Я обвиняю наше правительство, я обвиняю сегодня наши беспредельные законы. Сегодня все вдруг с коррупцией стали бороться ни с того, ни с сего. И сейчас страшно жить в нашем государстве. Тогда было страшно жить, и при Советском Союзе было страшно жить. Половина уже хочет отсюда уезжать. Я вообще удивляюсь, почему Ходорковский еще там сидит. Ему давным-давно надо было отсюда исчезать. Понимаете, о чем я говорю? Найти способы исчезнуть оттуда.

– Это нереально.

– Для графа Монте-Кристо это было реально. Я хочу спросить – а за что, собственно, такие наказания? Я до сих пор понять не могу.

– Вы же прекрасно знаете, что его судили не за историю с вами.

– Ну, конечно, конечно! Кто бы сомневался! Кому я нужна?! А за что? Я так до сих пор не могу понять, за что он сидит? – сказала Светлана Врагова.

Адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант сообщил, что не намерен опровергать утверждения Андрея Караулова:

Клювгант



– Я появление этого не фильма, а уродца под названием фильм связываю с общей кампанией лживой, завиральной истерической пропагандой, которая с момента позорного провала и позорного приговора в Хамовниках неизменно сопровождает всю эту историю, связанную с Ходорковским, Лебедевым и делом в отношении их. Не думаю, что такими убогими попытками можно дискредитировать этих людей. Ну, уж как умеют, так и бойцы пропагандистского фронта сражаются, – сказал Вадим Клювгант.

Андрей Караулов намерен сделать еще несколько серий из цикла "Ходорковский и трупы"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG